Я тебя убью

— Сегодня эта запись должна была выйти по ТВ. Принести кассеты сюда было верным решением. Такое нельзя пускать на телевидение! Представляю, как бы народ засуетился, — раздумывал Мацуда. — Да, наверное... — неуверенно начала Мелани. — Рюзаки, спасибо, что взял меня расследовать это дело. Оно значит для меня всё, — девушка посмотрела на детектива. Тот даже не шелохнулся. Он сидел на кресле, поджав ноги, и явно не следил за разговором. — Вряд ли бы я согласился, не будь у тебя записей, — монотонно ответил он. — Я думаю, у девушки ещё получится себя проявить, — добавил Укита, пытаясь сгладить резкие слова Эла. Он и ещё двое человек недавно познакомились с Мелли. — В любом случае, я сделаю все возможное для поимки Киры. «Мне во что бы то ни стало надо задрать высокую планку! Чтобы соответствовать другим полицейским и не позорить Эл». — Мне так жаль, что хоть кассеты никто и не увидит, все эти смерти не отменить. Диктор новостей должен умереть сегодня, а он наверняка даже не подозревает об этом. — Лучше бы обратила внимание на убитых преступников: их совершения не столь ужасны, как у тех, что Кира убивал ранее. Карманники, мошенники. — А я и обратила! — с диким восторгом воскликнула Мелани. — Оказывается, эти преступники упоминались только в женских журналах. Похоже, наш Кира либо увлекается журнальчиками, либо он девушка, — с улыбкой произнесла она. — Когда ты успела это проверить? — спросил Аидзава. — Прошло целых три дня, как я с вами! Неужели вы думали я буду бездельничать, только потому что являюсь новичком? — она расплылась в довольной улыбке. — Что скажешь, Эл? Эл странно посмотрел на девушку. Её это смутило. «Что же я делаю не так?» — Значит, мое предположение верно. — Какое такое предположение? - удивился Лайт. — Мне кажется, это действительно второй Кира. Его выбор жертв радикально отличается от прошлых действий — будто бы он краем глаза увидел этих преступников и решил записать. Тем более, что Кира раньше не выходил на связь, скрывался, а сейчас послал кассеты. Подозрительно все это, - Эл бросил восемь кубиков сахара в кружку с кофе, затем насыпал ещё две ложки. Мелли все ещё не могла привыкнуть к такому сильному пристрастию Рюзаки к сладостям. — Ты пьёшь кофе с сахаром или сахар с кофе? — спросила она. — Думай, как посчитаешь нужным. Не хочешь попробовать? — предложил Эл. — Ненавижу кофе, ненавижу сахар! — Зря, — он смотрел в чашку кофе, где отражалось его лицо. «Сколько же шестеренок непрестанно крутятся в его голове?» — Лайт, спрошу тебя как главного подозреваемого: ты бы решился на такое? — Эл, я не Кира, говорю же! Прекрати меня подозревать, — с нарастающей яркостью выпалил он. — Но если думать логически — никогда. Это очень опрометчивый поступок. Тем более, Кира должен был учесть, что кассеты могут быть посланы на экспертизу. Все улики стереть нельзя. Хоть какую-то зацепку, да обнаружить можно. И мы в этом скоро убедимся. «Мне показалось, или он действительно немного обеспокоен?» — Спасибо за ответ, Лайт. Но я все-таки подозреваю тебя, не забывай. На семь процентов. — Уже на семь процентов? Можно ли это считать одной из причин, по которой господина Ягами свалил инфаркт? — поинтересовалась Мелани. — Он с самого начала знал, что я подозреваю Лайта. Может быть, действительно из-за этого его здоровье ослабло. — Ну нельзя же о таких вещах говорить прямо в лоб! Тем более любящему отцу... — Как по мне, делать из этого тайну — не лучше. — И все же, господин Ягами уже не молод. Я лишилась обоих родителей, поэтому знаю ценность каждой минуты, проведённой с ними... — Она опустила голову. Все молчали. В штабе расследования всегда так: либо гробовая тишина, либо галдёж без умолку. «Видимо, я стала причиной всеобщего молчания. Не хочу нагонять тоску». — Лучше расскажите, как вероятность увеличилась ещё на два процента. — Ну, мы с Лайтом немного прогулялись, поговорили... — Ммм, а как звучит, — брови Мелли быстро запрыгали вверх-вниз. — После чего я дал задание Лайту, — продолжил Рюзаки, игнорируя намёк Мелани. — И он его с треском провалил. Мелли повернулась к Ягами. Он смотрел на них с Элом недовольным взглядом. — Задание, чтобы вычислить Кира он или нет? — Да, — он повернулся к Мелани. «Какие огромные глаза! Такие тёмные, будто бы чёрные дыры. Мне нравятся большие глаза». — Что-то сомневаюсь. Нельзя только с помощью одного задания вычислить является ли человек Кирой или нет. Ты либо смеёшься над Лайтом, либо просто проверяешь его реакцию. — Сообразительна, — прошептал себе под нос Эл. — Шептать себе под нос во время беседы — это моветон, — Мелли надула губы, прикинувшись, будто бы её это задело, — ни слова не разберу, что ты там бормочешь. — Она замолчала. — Слушай, Рюзаки, а ты можешь проверить и меня тоже? — Ответа не последовало. Эл был полностью погружён в свои мысли. — Рюзаки? Будто бы нарочно испытывая терпение девушки, он приложил палец ко рту, продолжая её игнорировать. — Рюзаки! — терпение Мелани лопнуло. Она встала со стула, подошла к столу и свистнула уже остывший кофе. Как ни странно, детектива это взбодрило не хуже, чем пощечина. — Отдай!!! — Ты вообще меня слушал? — Видимо нет, а сейчас и подавно не буду. Хотя бы до тех пор, пока не вернёшь кофе на место. Она проигнорировала его то ли несерьёзную угрозу, то ли смешок, то ли он действительно хотел выпить этот кофе. — Ты получишь его назад сразу же, как только дашь мне то задание. — Мелани, это бессмысленно. Я не подозреваю тебя даже на один процент. — Я просто хочу увидеть задание и чем ты руководствуешься. — Хочешь перейти от журналистки к детективу? — Ни-за-что! Я грезила этой профессией, сколько себя помню! И даже ты не посмеешь заставить меня от неё отказаться. — Настойчивости тебе не занимать, это я уже понял. Все журналисты такие противные? — Все детективы такие странные? После этого он окликнул Ватари, который принёс пару мятых листков, на которых было что-то написано. — Составь мне из этого предложение. Мелани внимательно изучила все листы. — «L, ты знаешь, что Боги Смерти едят одни только яблоки?». В принципе, предложение связное. Но на обратной стороне снимков есть номера. Если сложить снимки по порядку, то получается: «L, ты знаешь, едят одни только яблоки, Боги Смерти». Либо здесь не хватает ещё одного листочка с запиской, либо Вы нагло дурите меня, лучший детектив в мире! За такую несвязную фигню тебя бы с журфака сразу отчислили. — Я же говорил, это напрасная трата времени. Ты абсолютно права. — В том, что ты меня дуришь? — ехидно спросила она. — В том, что есть ещё одна записка, — тень улыбки появилась на его лице. — А теперь верни мне кофе. Ты же все равно не собираешься его пить, верно? — Такую бяку? — Она уставилась на кружку. — Да никогда в жизни! Через секунду кружка была уже в руках у Рюзаки. — Мелли... — начал Мацуда. — Я знаю кофейни, в которых готовят лучший кофе. Их можно даже назвать элитными. Может, как-нибудь сходим? — Проблема в том, что я была везде: от элитных до самых дешёвых. Кофе мне не нравится нигде. Наверное, это просто не мой напиток, — Мацуда немного расстроился. — Но я вовсе не против сходить с тобой куда-нибудь. Просто так! Он тут же просиял, а Эл, сам того не замечая, слишком сильно сжал кружку в руке. Его напряжение достигло пика, когда Мелли послала лучезарную улыбку Мацуде. Увидев, что Эл пялится на неё, та, в свою очередь, показал ему язык. — Как некультурно! — Рюзаки, ты сидишь на кресле с босыми ногами, да ещё и поджав их! О какой культуре вообще может идти речь? — Если я сяду в обычную позу, то моя мозговая активность снизится на сорок процентов. — Ах вот оно что! Где ты был со своими советами, когда я училась в старших классах и мучилась с математикой? А вообще, мне кажется, что ты опять меня дуришь. Мозговая активность зависит от позы? Я в это не верю! — безапелляционно заявила Мелли, теперь улыбнувшись и Элу. — От того, что ты в это не веришь, это не перестаёт быть правдой. — Рюзаки, это потрясающая фраза! И она была бы ещё прекраснее, не относись она к объяснению твоей позы, — она захихикала. — Ребят, обычно такие дискуссии о позах происходят в других местах и под другим предлогом. Вам стоит кое-куда переместиться, — намекал Мацуда, да так, что Мелли вся раскраснелась. «Отлично, меня уже загоняют в постель к Элу. Ну Мацуда, я тебе это припомню!» «Мацуда, ты идиот» — Надеюсь, вы закончили, и теперь мы снова вернёмся к делу? — спросил начинавший выходить из себя Аидзава.

***

На часах было без пяти шесть. Никто из группы расследования не сидел без дела: Мелани просматривала записи с камер из квартиры Ягами. В этом не было необходимости, потому что Эл изучил эти записи ещё до появления Мелани в их штабе, но ей хотелось быть в курсе всех дел и знать каждую деталь, пусть даже самую незначительную. «А вдруг я замечу то, чему не придал значения Эл? Но вряд ли бы Эл не заметил чего-нибудь подозрительного. Это я чересчур хорошо думаю о себе...» Мацуда копался в ноутбуке, Аидзава с Укитой о чём-то тихо переговаривались, Моги носил огромные пачки различных документов и передавал их на рассмотрение Идэ. Вдруг телефон Рюзаки громко заорал — это позвонил Ватари. Его звонок нарушил идиллию сложившейся атмосферы, испортил весь вечер и знатно подкосил Мелли. — Ватари, я слушаю. — Рюзаки, включи канал Сакуры. Мелани сразу насторожилась. «Видимо, когда у меня выходные, там всегда происходит что-то интересное. Но могло ли оно заинтересовать Ватари? Они ведь с самого начала дали понять, какое у них отношение к этому каналу!» Эл сидел в метре от телевизора, глядя на экран в упор. «Ну-ну, нахождение вплотную у телевизора, что, тоже повышает мозговую активность? Только зрение портит». Она встала и положила кисть на спинку стула, на котором сидел Эл. Остальные полицейские, услышав, что говорят по телевизору, тут же сбежались: — Мы оказались у Киры в заложниках, — начал ведущий. — Недавно к нам на канал пришло несколько кассет с посланием от него. Мы думали, что это розыгрыш, но, увы, ошибались. Сейчас вы увидите все своими глазами. На экранах появились огромные буквы с надписью «КИРА», знакомый всем членам расследования грубый голос начал вещать: — С вами говорит Кира. Если эта запись окажется в эфире восемнадцатого апреля ровно в пять часов пятьдесят девять минут, а сейчас как раз пять часов пятьдесят девять минут, то переключите ваши телевизоры на канал «Солнечный». Ровно в шесть часов диктор новостей умрет от сердечного приступа. Это будет доказательством того, что данная запись не является фальсифицированной и... — Мелани уже не слушала. Она подняла трясущуюся руку ко рту, чтобы не закричать. «Нет-нет-нет! Это невозможно. Я выкрала кассеты! Они не должны быть в эфире. Как же так?» Но реальность сурова: вещание продолжалось. Эл попросил Ватари принести ещё два телевизора. Некоторое время все прибывали в состоянии шока, кроме Рюзаки — он внимательно следил за репликой Киры, хотя слышал её неоднократно и до этого. Никто не мог собраться с мыслями: кассеты, вот они! Лежат на столе, как и прежде, но почему же запись с них транслируется на канале, когда они здесь? Первым положение дел прикинул Аидзава: — Что все это значит? — его яростный вопрос был явно адресован одному единственному человеку. Мелани. Теперь все повернулись к ней. За исключением Рюзаки, конечно же. Он никогда не был со всей группой на одной волне. Мелани моргала, щипала себя, крутила головой, но отказывалась верить в то, что все происходящее — правда. — Откуда мне знать, как это произошло! — вскрикнула она. — Вы же не думаете, что я всё-таки сделала копии и отправила их на канал? — Честно говоря, я даже не знаю что и думать... — в замешательстве сказал Моги. — Ты — единственная ниточка с этим каналом. Только ты могла такое сделать. А мы ей поверили! Свирепость Айдзавы начала потихоньку распространятся на весь отдел. Мацуда тихонько подошёл к Мелани, закрыв её от посторонних взглядов. — Да вы что, это всего лишь какое-то недоразумение. Мелли не могла... — его прервал Эл: — Трансляцию нужно срочно остановить. — И я это сделаю! — подхватил Укита и быстро помчался к двери. — Я поеду туда и выключу запись, — бросил он на лету. Через секунду его и след простыл. «Мацуда, Идэ... я безмерно вам благодарна» Мелли тяжело рухнула на диван, закрыв лицо руками. Она не плакала, но дрожь в теле унять уже не могла. Верить в происходящее не было никакого желания. Спустя десять минут около здания «Сакуры» появился Укита. — Смотрите, он прибыл! — указал на экран Мацуда. — Но что он делает? — этот вопрос не имел смысла. Мацуда прекрасно все видел, а Мелани — нет. Она отказывалась даже смотреть в сторону телеэкрана. — Угрожает пистолетом, — подметил Айдзава. — Мацуда, ты что, ослеп? — Но его не пускают. Они же не... — начал Идэ, но не договорил, потому что Укита упал лицом прямо на асфальт. — Укита!!!! — взвизгнул Айдзава. — Что с ним? — Господа, думаю, Укита погиб, — начал Эл. Мелани словно током ударили. Она вихрем подбежала к экрану. Укита не подавал признаков жизни. — Боже. Но как? В него же не стреляли? — Но погиб не напрасно, а оставил нам зацепку, — продолжил Эл. — Он был убит Кирой. — Как это возможно? Его имени никто не знал. А если бы и знал, то не логичнее было бы расправиться со всей группой сразу? — Ещё одно подтверждение тому, что этот Кира — другой. И он неподалёку от здания «Сакуры». Сидит где-нибдуь себе, притаившись. Ему не нужно знать имя и лицо человека, — Эл подпер щеку рукой, отправляя в рот что-то съедобное, но что именно, Мелли разглядеть не могла: её взгляд был затуманен, а мысли блуждали. Зато она была уверена в одном — это «что-то» наверняка сладкое. Сейчас она впервые увидела, что Эл тоже нервничает. — Он может убивать, видя только одно лицо, — докончил Рюзаки. — Так не бывает! Это невозможно, я клянусь. Укита был моим другом, и он погиб, а мы сейчас сидим и бездействуем! — Он тоже ринулся к двери. — Айдзава, стой, — такой спокойный, но требовательный голос Эла остановил полицейского. Тот, в свою очередь, направился к нему, вцепился в рубашку и начал его трясти. — Укита погиб, а мы тут без-дей-ству-ем. Погиб из-за какой-то девки, что подставила нас! — Укиту уже не вернуть. Вам не следует действовать так опрометчиво, — успокаивал Лайт. Гнев и обида съедали Мелани. Она знала, что чиста, но все равно чувствовала какую-то вину за гибель Укиты. — Да не подставляла я вас, поймите! Я ни с кем не делилась информацией, никому не показывала кассеты. А, впрочем, я знаю способ доказать свою невиновность, попутно вырубив запись. Эл, ты сказал, что этот Кира может убивать, зная только лицо? Что ж, моё я не дам ему увидеть! — Она бросилась к рюкзаку, выудила оттуда чёрные солнцезащитные очки, надела джинсовку и закинула рюкзак на плечи. — Мацуда, будь добр, одолжи галстук. Эл просек план Мелани: — Мацуда, если сделаешь это, то вылетишь отсюда! Никто не должен покидать комнату, -—но было уже поздно. Мелани молниеносно завязала галстук, сделав так, чтобы он, словно маска, прикрывал лицо от подбородка до ноздрей. Накинув капюшон, она помчалась к двери. Тут даже Айдзава струхнул: — Стой! Куда направилась? — Завершить дело Укиты! Через мгновение она оказалась за дверью. — Моги, догони её, — приказал Эл. — Этого нам ещё не хватало. — Думаешь, её план не сработает? — поинтересовался Ягами Лайт. — Я не знаю: ему нет ни подтверждения, ни опровержения. Будем надеяться, что сработает. Этот вопрос был адресован не только Элу, но и Рюку. Второй же не сразу это понял, а потому заговорил только после нескольких выразительных взглядов Лайта, брошенных в его сторону. — По правде говоря, правильно девчонка все делает. Этот ваш второй Кира заключил сделку на глаза. Ну, ты же не шалопай, так что без меня мог это понять. Но и у глаз есть ограничения — чтобы увидеть имя и дату смерти, лицо человека должно быть открыто хотя бы на пятьдесят процентов. У неё же, в лучшем случае, всего двадцать, — Лайт нахмурился. — Чего кислый такой? Уже надеялся прихлопнуть её без помощи моей тетрадки? Лаааайт, ну так же будет неинтересно. «Мы здесь не для развлечений, Рюк» — Говори за себя. Лично я — да. И вообще, ты мне уже задолжал гору яблок. А если я снова заскучаю, то она увеличится вдвое.

***

Хоть Мелани была довольно-таки быстрой, а Моги большим и неповоротливым, он ненамного отставал от неё. Тем более, что перед тем, как выбежать из отеля, она чуть не разбила стеклянную витрину на ресепшене, врезавшись в неё — это немного притормозило девушку, но ненадолго. Вскоре она уже неслась по улице. — Мелани, стой! Мы же взрослые люди, пойми, из этого ничего хорошего не выйдет. Давай остановимся? Но она даже не думала этого делать. Мелли, ухмыляясь, продолжала бежать. Моги догонял её. — Вы можете остановиться в любой момент, мистер Моги, но я не могу позволить себе такую роскошь. Впереди была проезжая часть с оживлённым движением. Светофора не было, только лишь пешеходный переход. Машины не думали сбавлять скорость даже при виде пешеходов, а в их отсутствие — тем более. — Мелани! «Что ж, идея у меня есть. Очень и очень плохая. Либо мои остатки будут соскребать с асфальта, либо я доеду до своего канала. Это было бы прекрасно, но с моей удачей можно надеяться только на первое. Впрочем, выхода у меня все равно нет. Остается только действовать». И она бросилась на дорогу.