Легенды не умирают

      Две недели пролетели незаметно. В семье Сарутоби, казалось, постепенно все начало налаживаться. Юкито постепенно оттаяла и больше не смотрела на мужа, как на врага народа, близнецы будто забыли о неприятном инциденте и вновь стали обычными детьми, Рейден выполнял данное жене обещание: к его великому счастью оказалось, что племянница знает иероглифы и даже с трудом может их читать. А Марико, казалось, перестала быть тем диким зверьком.       Девочка все еще отказывалась толком идти на контакт и смотрела на каждого незнакомого ей человека перепуганными глазами, но не шарахалась, забиваясь в ближайший угол от домочадцев. А изредка, когда у нее было особое настроение, сама подходила к названному отцу и братьям.       Время заканчивалось, выходные подходили к концу, и с новой учебной недели Марико обязана была явиться в академию. Рейден всячески опасался этого момента, он раз за разом подходил к сыновьям и давал наставления, чтобы те оберегали сестру от лишнего внимания, особенно со стороны местных хулиганов. Итама был не против помочь сестренке, к которой уже успел привязаться. Будучи младшим в семье, он всегда испытывал гиперопеку со стороны родителей и брата, но, с появлением Марико, он смог спокойно выдохнуть и сам о ком-то позаботиться.       А вот Рай был не особо доволен тем, что отец так много времени уделяет этой девчонке, еще и хочет часть ответственности сложить на него с братом. Мальчишка не собирался с ней нянчиться, ему вполне хватало и близнеца. И об этом он не уставал напоминать отцу.       Вечер воскресенья проходил вполне обыденно, каждый занимался своим делом, Марико даже присоединилась к небольшой тренировке близнецов. Она была простым наблюдателем, но это все равно не могло не радовать главу семейства, который застал всех своих детей на заднем дворе, вернувшись с работы.       Юкито готовила ужин, супругам стоило обсудить многое перед тем, как завтра отправить детей на учебу. Ведь помимо особенного поведение племянницы, им стоило поговорить с младшим сыном, из-за которого мать уже трижды была в кабинете директора. Но стук в дверь прервал ее размышления, и на пороге дома показались АНБУ:       — У нас приказ от Хокаге, — проговорил первый: судя по маске, он был командиром отряда, — немедленно доставить Рейдена Сарутоби в резиденцию.       Тон мужчины напугал Юкито. Появление АНБУ не сулило ничего хорошего, об этом знал каждый, кто жил в городе. Организация сильно изменилась в последние годы, теперь это было не особое подразделение, что призвано обеспечивать покой, а скорее карательный отряд, который приходит за каждым, кто не угоден администрации города.       Харуми уже несколько часов перебирала анкеты своих подчиненных, но никак не могла отыскать среди кипы бумаг нужного: этот недостаточно надежный, у этого недостаточно опыта, тот не знаком с системой, а этот только в теории хорош. Она раз за разом возвращалась к анкете единственного человека в городе, которому могла доверять на все сто процентов.         — Госпожа Хокаге, вызывали? — Рейден с опаской вошел в кабинет, но все же ему удалось скрыть свое волнение. Или просто Харуми было не до этого? Женщина жестом указала, чтобы он присел, и продолжила перебирать личные дела.       — У меня неприятные новости, — со вздохом она все же оторвалась от своего занятия, — во время спецзадания погиб главный инженер твоего отдела, — Харуми сделала паузу, дав мужчине осознать сказанное. Все-таки, они были не просто начальник и подчиненный: мужчины дружили с самого детства. И хоть они шиноби, но к смерти товарища невозможно привыкнуть, если в тебе еще осталась хоть капля человечности, — ты был его первым помощником, знаком с разработками лучше других. Я хочу, чтобы его должность занял ты. Рейден, ты слышишь?!       — Да, — но звучало это как-то неуверенно. Хокаге внимательно взглянула на шиноби, припоминая, каким он был в детстве, и маска главы с нее спала.       — Рей, из моих учеников в живых остался только ты. С первого дня на этом посту я знала, что доверять могу только вам троим, и готовила Коичи занять мое место однажды. Теперь Коичи мертв, а Двадцать четвертым Хокаге станешь ты. И мой долг уберечь тебя.       — Коичи это не уберегло, — прохрипел мужчина, отводя взгляд на окно, из которого виднелась скала. Быть Хокаге никогда не было целью Рейдена, Коичи всегда был любимчиком сенсея. Неудивительно, все же они из одного клана. Харуми с первых дней готовила его для высокого чина, в день инаугурации все уже знали, кто станет Двадцать Четвертым. И даже в то тяжелое время никто и подумать не мог, что Коичи погибнет так рано.       — Отныне главному инженеру запрещено покидать город, — Хокаге протянула лист бумаги с новым приказом, — давно пора было это сделать. Глупо пренебрегать безопасностью человека, который знает, как работает силовой щит и где в нем есть брешь.       — Думаете, кто-то мог вытащить эти данные из памяти Коичи? — Хокаге кивнула, нервно прикусив губу:       — Если у нападавших была техника Яманака, наши дела плохи. Я приказала запечатать все ходы и усилить внутренний щит, но так долго продолжаться не может. Отправляйся в отдел.       Рейден так и поступил. Искусственно усиленный щит высасывал «жизненную энергию» города, расход был недопустимо большой. Если ничего не предпринять, то в скором времени щит начнет ослаблять внешнее поле. На счету была каждая минута, потраченная зря.       Разбираясь в планах, схемах и графиках, Рейден вспомнил, что семья до сих пор не знает причины его отсутствия. «Черт! Юкито же там места не находит!» — и, схватив необходимые ему бумаги, мужчина отправился домой, чтобы выслушать гневную тираду жены и до утра разрабатывать обновленную схему подземных ходов.       Самый шумный класс академии, к удивлению всех учителей, был на редкость тихим. Никто не кричал, не дрался. Войдя в класс, дети занимали положенные места и мирно занимались каждый своим делом. Даже Таро был слишком увлечен игрой с Рио, чтобы докучать девчонкам, что сидели на соседнем ряду и подсказывали маленькой Ино, как лучше завершить новую картину.       — Вот тут линия неровная, — иногда перфекционизм Шиками мог вывести из себя ее подруг, но в этот раз Ино, прикусив язык, исправляла указанные недочеты, — и что теперь? Хочешь сказать, эти картинки оживут? — рационализм юной Нара был еще хуже.       — Не уверена, что получится, — вздохнула Ино, медленно складывая печати, — папа сказал, что тут талант нужен.       — Ну, рисовать у тебя талант точно есть! — с легкой завистью хмыкнула Акимичи, — да и вообще, тени дяди Шимаро оживают, что удивительного, если и картинки оживут?       Но картинки не ожили: внимание юной Яманака, как и многих в классе, привлекло появление в дверном проеме близнецов Сарутоби. Одноклассники уже знали, что этим утром на одного Сарутоби станет больше. Они и не предавали бы этому такого значения, но глаза, полные ужаса, и дерганые движения притягивали внимание зевак.       — Меня Мэй зовут, — почти сразу подлетела к новой родственнице девочка, разглядев в Марико еще одного союзника. За короткое время она уже успела собрать коалицию против братьев, в которую входили Хидеки, Ино и Джиромо, но людей катастрофически не хватало. Она не могла упустить шанс затянуть на свою сторону такого полезного человека, — если они как-то тебя задирают, только скажи, я разберусь, — и подмигнула, но это не сработало, и Марико лишь сильнее вжалась в плечо Итамы.       — Не надейся, — довольно усмехнулся младший близнец.       — Посмотрим еще, — недовольно фыркнула Сарутоби и вернулась на свое место.       Урок уже начался, но сенсей задерживался, и постепенно заскучавшие дети возвращались к своему обыденному поведению. У Таро раз за разом не получалось обыграть друга в карты, и он, плюнув на это неблагодарное занятие, вдруг обратил свой взор на новенькую. «Обряд посвящения» — так он называл глупые приколы с жуками, еще не был пройден. И несколько насекомых выползли из-под широкой горловины его толстовки.       — Даже не думай, — заметив это, шикнул на него Рай, — или сам будешь искать ее по всему городу.       В остальном первый день прошел на удивление спокойно. Класс в целом тепло принял новую ученицу, друзьям близнецов не оставалось ничего другого, многим просто было все равно, а Мэй с компанией выстраивали планы, как завлечь Марико. Девочка и сама вела себя прилично, не считая того, что во время перерывов как ненормальная цеплялась за рукав младшего.       Рейден вернулся с работы поздним вечером, когда дети уже готовились ко сну. Юкито лишь понимающе взглянула на мужа, и он вдруг вспомнил, почему женился именно на этой девушке. Она всегда была своенравна и упряма, могла спорить, кричать и перечить, и по прошествии лет ничего не изменилось. «Сплошная головная боль с ней», — часто упрекал Коичи, когда в очередной раз Юкито была чем-то недовольна. Не стеснялась высказывать это при друзьях, но в тяжелые времена и трудные моменты лишь один взгляд этих глубоких черных глаз заставлял его двигаться дальше. Юкито удавалось без слов сказать то, что мужчине нужно именно в этот момент. Она всегда находила баланс, знала, когда остановиться и стать той опорой, что так необходима каждому.       Ужин, заботливо разогретый и оставленный на небольшом журнальном столике, уже давно остыл. Время проносилось слишком быстро, мужчина уже сутки ломал голову над лабиринтами под городом. В глазах уже рябило, он отрывался от схем только для того, чтобы внести коррективы и протестировать щит, а после вновь возвращался к планам.       — Папа? — в двери кто-то тихо поскреб, Рейден отмахнулся, почему-то решив, что сыновья опять пришли с какими-то глупостями, но стук повторился, и в дверном проеме показалась русая макушка.       — Марико? Почему ты не спишь? — эта маленькая копия Азуми вызывала у мужчины прилив нежности каждый раз, когда тот видел ее. Даже разрешил девочке называть его папой, несмотря на все протесты жены.       — Что ты делаешь? — Марико прошла в кабинет без разрешения, за что близнецы уже получили бы «по первое число», но девочка выглядела такой уверенной и такой… Нормальной? Что глава семейства не посмел спугивать столь редкий момент.       — Думаю, как защитить город и всех жителей, — Рейден мягко улыбнулся, когда девочка предприняла попытку залезть к нему на колени, и помог в этом, а та с умным видом начала разглядывать заинтересовавшие ее «картинки».       — Что это?       — Это схема Конохи. Видишь, вот наш дом, а вон там академия, — указывал он пальцем, а Марико внимательно следила за ним. Впервые в ее взгляде читалась некая осознанность, впервые с момента прибытия что-то вызвало в ней интерес. Рейден не стал препятствовать, он отвечал и рассказывал, хватаясь за эту соломинку, и не заметил, как на город опустилась ночь.