***
Темно. Запах больничной палаты резко ударил в нос Киёми. Поморщившись, он открыл глаза. Ничего не видно, только темнота вокруг и мигающие мониторы. Над ухом брюнета раздался неприятный писк, он попытался повернуть голову на источник звука, но его попытки оказались тщетными. Вздохнув, Сакуса взглянул в небольшое окно, на улице за стеклом была ночь: ни луны, ни света фонарей, ничего не было видно, только непроглядная тьма. Сакуса даже не мог оценить своё состояние, шея просто не двигалась. Когда он в очередной раз попытался приложить немного усилий, чтобы пошевелить руками, всё тело начало трястись от резкой боли, Киёми всхлипнул и сжал челюсть, пытаясь сдержать подкатывающую тошноту. По щекам брюнета катились неприятные мокрые дорожки слёз, он даже не мог стереть их. От своей беспомощности Сакуса поморщился, мысленно проклиная себя, своё тело и эту чертовски ужасную ночь. Когда глаза Сакусы начали слипаться, за окном уже рассветало, посмотрев напоследок на мигающий монитор, брюнет уснул.***
Открыв глаза, Киёми увидел медсестру, поправляющую датчики и трубки на его теле. Когда девушка обратила внимание на заинтересованный взгляд брюнета, она тут же вздрогнула и потупила взгляд куда-то в пол. — Почему я здесь? — нарушая гробовую тишину, хрипло спросил Киёми. — Врач Вам всё расскажет, он скоро должен подойти, — неловко посмотрев в глаза брюнета, ответила девушка. Киёми уставился в потолок, пытаясь вспомнить события, из-за которых он оказался в больнице с такими травмами. Ничего на ум не приходило, брюнет снова и снова прокручивал утро понедельника, но он не мог вспомнить ни людей, которые были рядом с ним, ни то, чем он вообще занимался в то злосчастное утро. Из раздумий Киёми вытащил звук закрывающейся двери палаты. На пороге стоял невысокий хрупкий парень, со светлыми волосами, лет 25. Он пристально посмотрел на Сакусу, по-видимому, пытаясь что-то понять по взгляду брюнета, ничего не заметив в глазах Киёми, он глубоко вздохнул. — Сакуса Киёми, — открыв папку с историей болезни брюнета, начал парень. — У меня для Вас две новости, с какой начать? — С плохой, — нервно кусая губу, бросил Киёми. — Что ж, у вас множественные переломы и разрывы связок, Вы помните, что случилось? — сверля взглядом Сакусу, небрежно сказал парень. — Нет, я ничего не помню. — Тогда, я Вам напомню. Вы попали в аварию, сюда Вас привёз Мия Ацуму, — бегая взглядом по листку бумаги, заключил блондин. От одного упоминания Мии, у Киёми пошли мурашки по всему телу. Он не помнил этого человека, но тело знобило, а руки тряслись. — Вы помните этого человека? — поинтересовался парень. — Нет, не помню, — впиваясь ледяными пальцами в больничную койку, ответил брюнет. — Он обещал навестить Вас сегодня, — вздохнул парень, закрывая папку. Киёми молчал, его тело странно реагировало на упоминание Мии. Он ничего не мог вспомнить, как не пытался, как не молил свою память. Ничего, только пустота. Сакуса не заметил, как ушёл в свои мысли, полностью игнорируя присутствие врача в палате. Из задумчивого состояния, брюнета вырвал резкий неприятный звук. Поморщившись, он обратил внимание на врача, который пододвигал стул ближе к кровати Киёми. Сощурив глаза, Сакуса смог прочитать имя и фамилию блондина на бейджике. — Кита Шинске, — тихо произнёс брюнет. — Ах, да, я забыл представиться, — бросая взгляд на брюнета, сказал Кита. — Мне стоит ввести вас в курс дела. Киёми кивнул в знак того, что внимательно слушает. — С чего бы начать... У Вас сломана правая рука, на левой же порваны связки. С ногами всё чуточку лучше, левая сломана в двух местах, правая не пострадала. А Ваша шея повреждена довольно сильно, Вы второй такой пациент на моей практике. У Вас поврежден шейный отдел позвоночника. Киёми судорожно выдохнул, он только сейчас заметил, что задержал дыхание. Он никак не мог осознать слова Шинске, брюнет их слышал, но не понимал. — А хорошая новость? — пробормотал Киёми. — Вы живы и реабилитация займёт полгода, — протянул Кита, зачёркивая что-то в папке.