Семь шагов к вечности.

С каждым днём всё страшнее и страшнее становилось юноше. Впервые он на мысли себя ловил, что действительно боится. То, что было ранее, лишь любопытство разжигало – но того не более. Но остаток недели пролетел быстро. Провёл его Вальдрир в бесконечных блужданиях по коридорам Средоточия Погибели. Вопреки предупреждениям Анвета, он порой лез в такие места, куда лучше забредать и не следовало: однажды его чуть не убило тщательно замаскированной ловушкой, устроенной в одном из тупиковых коридоров, а однажды он увидел брошенный в одном из залов скелет. Но между тем нигде не было и следа паутины или крыс: как сказал однажды Анвет, никакие живые существа, помимо навиев, в крепости прижиться не способны. Оттого крепость казалась пугающе пустой, и слишком уж огромной для малого количества учеников. Порой казалось Вальдриру, что вовсе изучить всю эту крепость невозможно: само это здание казалось живым, и там, где прежде был проход, запросто могла на другой день оказаться стена. Неизменной оставалась лишь спальня учеников, выход во двор, да небольшой отрезок коридора между ними. Вальдрир перевернулся с боку на бок, размышляя о том, что, возможно, ему совершить предстоит. Он даже и представить не мог, что потребуется от него и остальных – но заранее был напуган, так как понимал, что, скорей всего, сложнее первого Испытания второе окажется. От мыслей таких неудивительно, что не мог он глаз сомкнуть. С жёсткой постели поднявшись, Вальдрир втянул носом пахнущий морозом воздух. Так странно – вроде бы здесь холодно, но уже довольно долгое время вовсе не ощущается этот холод… Выйдя в коридор, Вальдрир добрался до выхода во двор и остановился, к колонне у дверей плечом привалившись. Сквозь открытую дверь в крепость залетал морозный, колючий ветер. Как ни странно, помогало это привести в порядок мысли свои, успокоиться немного… - Тоже не спишь, Вальд? - Не могу уснуть, - признался Вальдрир, поворачиваясь к подошедшему Анвету, - Как будто боюсь чего-то… - Не мудрено, хотя страх лучше не показывать, - альв чуть поморщился, - Отчего уверен ты, что я твоим страхом не воспользуюсь? - А к чему это тебе? – Вальдрир уже привык к странным изречениям Анвета, - Как бы я не боялся, я не мог бы сказать тебе истинное имя – потому что его не знаю. - Я не о том, - губы альва странно дёрнулись, но не переживал Вальдрир, зная, что товарищ всегда старается всеми силами подавить стремление улыбнуться, - Мне просто интересно… Все мы ушли из наших родных мест, отреклись от прошлого. А от чего отрёкся ты? Было ли у тебя что-то, что тебе тяжко было оставить позади? Семья? Друзья? Или… - тут речь Анвета слегка приостановилась, но после он всё же задал свой вопрос, - Быть может, ты любил кого-то там, снаружи? Говорят, у вашего народа часто бывает, что люди выходят замуж и женятся, не достигнув даже двенадцати зим… - А у альвов разве всё не так? Анвет чуть пожал плечами: - Мы живём дольше людей, и нам нет нужды как можно скорее обзаводиться семьёй. Так любил ли ты кого-то? - Нет, - Вальдрир, не понимая, что такие вопросы вдруг вызвало, посмотрел на альва, - А ты? Ты любил? - Не довелось. Молчание. Лишь завывания ветра нарушают тишину, да развеваются на ветру, серебрясь ледяными искрами, длинные волосы альва. - Твой народ, - неожиданно вновь заговорил Анвет, - Твой народ весьма и весьма странен. Вы не можете выбрать сами себе пару – за вас выбирают, как я слышал. Семья, жрецы – кто угодно, но не вы сами. В который раз убедился Вальдрир, что у альвов всё по-другому, так непривычно – и в то же время интригующе… - А твои соплеменники сами выбирают себе мужа или жену? - Не совсем так. Ты вряд ли поймёшь, но… Как бы тебе объяснить, - Анвет тяжело вздохнул, - Есть те, кто, как говорят мои сородичи, предназначен во всём мире именно для нас. И, если тот, кого ты встретил – именно твоя пара, ты это поймёшь. Почувствуешь… Мои соплеменники говорят, что мы видим цвет чужой души. И тогда, когда этот цвет совпадает с нашим, мы и осознаём, что созданы друг для друга… Не знаю, как объяснить. У вас, людей, ведь всё не так… - У нас тоже так бывает. Но не всегда в итоге получается, что люди, предназначенные друг другу, действительно остаются вместе. Отчего-то только сейчас начинал чувствоваться холод. Вальдрир неосознанно придвинулся поближе к альву, чтобы согреться: всё-таки, пусть его кожа и была прохладной, но при этом она точно была теплее, чем окружающий воздух. - Потому я и говорю, что вы, люди, странные. Вы постоянно пытаетесь отречься от самих себя. От своего предназначения, от своей магии… - Анвет, почти не мигая, смотрел куда-то вдаль, - Давите в себе всё то, что связывает вас с миром духов. Зачем? - Ты у меня спрашиваешь? – Вальдрир улыбнулся, - Я с судьбой точно никогда не боролся. Ведь пришёл же сюда, не попытался среди людей остаться. И снова – тишина морозной ночи, нарушаемая лишь воем ветра и тихим криком какой-то парящей в небе ночной птицы. Там, снаружи, падает снег – медленно, неторопливо. В сумраке ночи снег кажется сверкающим, точно отполированное до блеска серебро. По коже бегут мурашки – то ли оттого, что всё-таки на улице мороз, то ли оттого, что ладони небрежно касается кажущаяся лишь слегка прохладной ладонь Анвета… - Ты мерзнёшь. - Вовсе нет. Я привык к холодам. Не хочется говорить. Хочется молча стоять, глядя на падающий снег и ощущая плечом плечо друга. Приятно так согреваться чужими прикосновениями. Кажется, что желаешь, чтобы никогда не наступило утро, только чтобы продлить это приятное ощущение… - Ты тёплый. Вальдрир удивлённо уставился на альва, произнесшего эти слова, казалось, в пустоту. А тот продолжал: - Хотел бы я знать, какого цвета твоя душа, Вальд. Вроде бы следовало смутиться, или закончить этот разговор хотя бы, но всё же синеглазый юноша не удержался и тихо спросил: - А ты не можешь видеть цвет чужих душ? - Ты – не мой соплеменник. Поэтому и не могу, наверное… Всё происходящее казалось сном. Вроде бы подобные слова со стороны мужчины должны вызвать отторжение, но этого чувства нет. Есть только приятное тепло где-то в груди… - Не спите вы. Одновременно обернувшись, Анвет и Вальдрир увидели стоящего за их спинами Наставника. - Уже?.. – тихо спросил альв. Наставник, не меняя выражения лица своего, кивнул: - Да. Второе Испытание подготовки требует, оттого и придётся идти раньше, чем прежде. Вальдрир поёжился. Ожили воспоминания о первом Испытании, что до того он пытался в самый дальний угол сознания отправить. Вскоре семеро учеников, встревожено переглядываясь, уже брели по знакомой каменной лестнице вниз, к святилищу Семи…