Разбитые души.

— Что… Я… — заикаясь, пробормотал Гарри, не находя слов. Он не мог поверить, что его крестный и Ремус успешно выследили его. — Джейкоб? — спросил он, глядя на пару его дочери, все пристально смотрели на Сириуса и Ремуса. Глаза Джейкоба метнулись к маленькому мальчику, и он кивнул головой. — Простите, что прерываю ваши торжества, но я обнаружил этих двоих, которые прятались у вас возле дома. Я патрулировал, когда наткнулся на них. Мы учуяли их запах уже на протяжении трёх дней. Гарри попытался скрыть боль в глазах, когда посмотрел на своего бывшего крестного. — Иди домой и забудь, что нашёл их. Эдвард еще крепче обхватил свою пару руками и зарычал на нарушителей порядка. Его вампиру не терпелось разорвать двух мужчин, причинивших его паре столько боли. Несмотря на то, что Гарри говорил, он все еще глубоко любил Сириуса и Ремуса, но никогда не сможет доверять им. Глаза Ремуса вспыхнули, и он зарычал на вампира, который обнимал его сладкого щенка. Было слишком близко к полнолунию, и Лунатик пытался взять себя в руки. Человек в нем отметил, что вампир был парой Гарри. Он помнил Седрика Диггори, когда тот учил его на шестом курсе. Седрик был очень смышленым, заботливым и трудолюбивым Хаффлпаффцем, он чувствовал себя плохо, когда мальчик не выбрался из лабиринта живым. Седрик был также мальчиком, из-за которого его щенка отправили в Азкабан якобы за убийство. Он был ошеломлен, когда узнал, что Хаффлпаффец родственная душа и муж его щенка. Он не понимал, что происходит, но независимо от того, кем он когда-то был, теперь он был вампиром, и его щенок был пойман в ловушку в его руках. Эдвард оскалил клыки и толкнул свою пару за спину, встав между ним и разъяренным оборотнем. Он знал, что Гарри любит этого человека, но он разорвет ему глотку, прежде чем приблизится к своей паре или дочери. Оборотни и вампиры были естественными врагами. Услышав рычание Эдварда, остальные Каллены бросились в комнату и образовали защитный круг вокруг Гарри. Это был неверный шаг. Увидев, что еще шестеро вампиров окружили его щенка, лунатик сорвался и взял полный контроль. Он не мог полностью передвигаться без полной луны, но мог удлинить свои клыки и ногти, напоминающие что-то похожее на короткие, острые когти. Он также мог использовать свою скорость и силу оборотня. Со злобным рычанием он бросился на вампира, который стоял ближе всех к его щенку, Эдварду. Эдвард ждал, когда волк шевельнется, он мог читать его мысли, поэтому знал, что он приближается. Северус тоже чувствовал, что происходит, поэтому тоже был готов к нападению. Лунатик прыгнул в воздух на Эдварда, но Снейп схватил его сбоку. Лунатик зарычал, изо рта у него потекла слюна. В течение многих лет ему приходилось вести себя хорошо с этим вампиром, но теперь у него был шанс наконец позаботиться о нем. Крутанувшись в воздухе, он обхватил сильными руками грудь вампира, сжимая её изо всех сил. Он торжествующе взвыл, услышав звук ломающихся костей. Гарри в ужасе смотрел, как Муди бросился к его отцу. Прежде чем Эдвард успел остановить его, Гарри бросился к двум существам, которые яростно нападали друг на друга. Как только он собрался разогнать их, он почувствовал, как сильные, теплые руки обхватили его, подняли высоко в воздух и понесли в безопасное место. Эдвард не мог поверить, как быстро Гарри пробежал мимо него. Он был так занят мыслями волка, что не слышал его, и его мертвое сердце подпрыгнуло к горлу, когда до него дошло, что его крошечная пара собирается попытаться встать между дерущейся парой. Он знал, что не сможет добраться до Гарри прежде, чем тот серьезно пострадает. Как раз в тот момент, когда Гарри собирался встать между ними, Джейкоб быстро бросился вперед и поднял Гарри вверх, подальше от драки. — Отпусти меня! — закричал Гарри, ударяя кулаком в мускулистую грудь Джейкоба. Он должен был помочь отцу, он не мог потерять его. — Успокойся, малыш. Если я опущу тебя, тебе будет больно. Джейкоб поморщился, когда Гарри с силой ударил его в челюсть. Как бы ему ни было больно, Гарри, должно быть, сломал себе руку этим ударом. — Пожалуйста, я не могу потерять отца. — Отчаянно взмолился Гарри. — Он в порядке, у них все под контролем. — сказал Эдвард, осторожно поднимая свою пару из рук оборотней. — Спасибо, Джейкоб. — Эдвард улыбнулся и кивнул оборотню. Если бы не сообразительность Джейкоба, Гарри мог бы серьезно пострадать или даже погибнуть. Гарри повернулся в объятиях Эдварда, чтобы убедиться, что драка действительно закончилась. Лунатик лежал на земле, закованный в цепи, а Сириус стоял на коленях рядом с ним. Муди стоял над ними, держа их на острие волшебной палочки. Гарри вывернулся из объятий Эдварда, когда увидел, что его отец стоит на коленях рядом с Биллом. Он мог сказать, что его отец был ранен. — Папа! — крикнул он, бросаясь к раненому отцу. Билл обнял сына и притянул его к себе. — С ним все будет в порядке, Гарри. У него сломано четыре ребра, но поскольку он вампир, то заживет через несколько минут. Гарри вытер слезы с глаз и позволил Биллу утешить себя. — Мне очень жаль. — воскликнул он, глядя на склоненную голову отца. Северус стиснул зубы от боли в ребрах, которые снова сошлись вместе, и посмотрел на сына. — Сынок, это не твоя вина, не смей брать на себя вину за его поступки. — Какого черта! Что это за дела между отцом и сыном? — спросил Сириус, свирепо глядя на Северуса. Гарри вырвался из рук Билла и с криком бросился на своего бывшего крестного. — Это все твоя вина. Почему бы тебе просто не оставить меня в покое? — Гарри слепо бил и пинал этого человека. Билл встал, чтобы подхватить Гарри, но чья-то рука остановила его. -Разве ему это не нужно? — тихо сказал Северус. С тех пор как Гарри выбрался из Азкабана, он держал все в себе. Люди, которым он доверял больше всего на свете, предали его и отвернулись от него. Вместо того чтобы дать им всем то, что они заслужили, Гарри тихо покинул волшебный мир. Чтобы Гарри действительно мог жить дальше и быть счастливым, он должен был отпустить всю боль, которую причинила ему его бывшая семья. Сириус был слишком потрясен, чтобы делать что-то еще, кроме как принимать удары и пинки, которые давал ему щенок. Он заслужил это и даже больше после того, что сделал. Он просто хотел снова стать частью жизни своего щенка, он так его любил. Это убивало его, когда он думал, что Гарри потемнел. Он был глуп, потому что верил тому, что все говорили о Гарри. Он должен был прислушаться к своему сердцу, его сердце знало, что Гарри был добрым и невинным. — Я ненавижу тебя. — закричал Гарри, продолжая бить и пинать Сириуса. — Как ты мог подумать, что я способен кого-то убить? Ты должен был любить меня безоговорочно. Мои родители доверили тебе растить и заботиться обо мне. — Гарри, наконец, устал, и удары ногами и руками замедлились. — Повторял я себе все время… Сириус придет… Сириус спасет меня. Несмотря на боль от того, что ты разорвал связь, я всё ещё верил, что ты придешь за мной. — Гарри отступил от Сириуса, дрожа и тяжело дыша. — Ты никогда не спрашивал меня, виновен ли я. Ты был обязан мне таким уважением. Я доверял тебе, когда у меня тоже не было причин. Я позволил тебе рассказать мне твою историю, когда даже не знал тебя. Ты знал меня, Сириус. Ты знал, что я хороший ребенок, который никогда никому не причинит вреда. Ты решил отвернуться от меня и позволить мне сгнить в Азкабане. Ты решил разорвать нашу связь, зная, что это навсегда причинит мне боль. Гарри посмотрел на Сириуса, который откровенно плакал. — Теперь моя очередь сделать выбор. Я выбрал себе в отцы Северуса и Билла. Сегодня днем усыновление было официально оформлено. Я также решил не позволять тебе вернуться в мою жизнь. Я люблю тебя, Сириус, но ты мне не нужен. Твоя любовь обусловлена, а мне такая любовь не нужна. Все здесь любят меня безоговорочно, они — моя настоящая семья. Сириус начал качать головой. — Нет, пожалуйста, щенок, не делай этого. Не поворачивайся ко мне спиной. — Как я могу отвернуться от тебя, когда ты отвернулся от меня все эти месяцы назад? — Гарри выругался, когда почувствовал, что из носа у него течет кровь. Он чувствовал боль своего бывшего крестного отца. — Я эмпат, Сириус, и я чувствую твою любовь ко мне. Я также знаю, как сильно ты страдаешь из-за того, что сделал со мной. — Гарри вздохнул, Когда Эдвард взял его за руку, блокируя все эмоции Сириуса. — Но этого недостаточно. Я не хочу, чтобы ты был в моей жизни. Я никогда не смогу смотреть на тебя и не видеть твоего искаженного ненавистью лица. Я всегда буду чувствовать боль, которую ты причинил мне, когда разорвал нашу связь. — Пожалуйста, просто дай мне шанс. — взмолился Сириус. — Я знаю, что не заслуживаю второго шанса, но, пожалуйста… Гарри закрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь собраться с силами, чтобы сделать это. — Уходите, мистер Блэк. Тебе и твоей паре здесь не рады. Ты прерываешь мою вечеринку по усыновлению. Вы уже разрушили большую часть моей жизни, я не позволю вам разрушить это для меня. Гарри оглядел комнату, увидев лица людей, которые действительно заботились о нем. — Теперь у меня есть семья, моя настоящая семья. Эдвард обнял свою пару, пытаясь утешить ее. Гарри умирал внутри, несмотря на то, что он говорил. Он хотел бы, чтобы был способ унять боль своей пары. Гарри так много страдал, что не нуждался в этом. Он гордился своей маленькой парой за то, что она защищалась, а Сириус щеголял разбитым носом и губой. Сириус упал на колени рядом со своей бессознательной парой и заплакал. Он понял, что потерял Гарри навсегда. Было больно, но он не винил щенка за то, что тот не хочет видеть его в своей жизни. Он по-королевски облажался и не заслуживал второго шанса. Черт, это будет его третий шанс. Он бросил Гарри первым много лет назад, когда решил пойти за Питером, вместо того чтобы оставаться с малышом Гарри, когда тот был ему нужен. Гарри повернулся к Эдварду, крепко прижимаясь к нему, и заплакал навзрыд. Было так больно говорить все это Сириусу, даже если это правда. Северус взял чашку и превратил её в портключ, затем бросил к ногам Блэка. — Это приведет вас к дырявому котлу. Если вы когда-нибудь заботились о моем сыне, вы забудете, где он живет. Не возвращайся и не посылай сову и не пиши. Пусть он сам решает, хочет ли он дать тебе второй шанс. Сириус медленно протянул руку и взял чашку. Взглянув на человека, которого он всегда ненавидел, он сказал: — Позаботься о нем. — Сириус повернулся к Седрику. — Не знаю, как ты выжил, но я рад, что ты у моего крестника. Любите его и лелейте, он заслуживает самого лучшего. Гарри обернулся и посмотрел вслед уходящему крестному. — Щенок, я выполню твое желание и не вернусь. Но я не сдамся, я всегда буду надеяться и молиться, чтобы ты дал мне еще один шанс. Даже если мне придется ждать сто лет, я всегда буду искать тебя. Я люблю тебя, Гарри, и я рад, что ты нашел свою семью, даже Снейпа, он будет хорошим отцом для тебя. Сириус схватил руку Ремуса и положил её на чашку. Сириус грустно улыбнулся своему щенку и исчез. Гарри вырвался из объятий Эдварда и подбежал к отцу, обнимая его. Северус обнял сына за плечи. — Ты молодец, сынок. Я знаю, это было тяжело, но ты сделал то, что должен был сделать. Я знаю, что сейчас это не так, но когда-нибудь ты захочешь, чтобы Блэк вернулся в твою жизнь. — Северус надеялся, что этот день никогда не наступит, но он поддержит своего сына, если тот когда-нибудь решит дать ему еще один шанс. — Мы можем просто устроить мою вечеринку? — Спросил Гарри, уткнувшись лицом в грудь отца. Северус усмехнулся. — Не знаю, как вы, а я умираю с голоду. Все направились обратно в столовую, чтобы насладиться невероятной едой, которую приготовил Гарри. Гарри уже почти подошел к столу, когда обернулся. — Джейкоб, — позвал он оборотня, который выходил за дверь. Джейкоб остановился и с тоской посмотрел на Гарри. — Раз уж ты здесь, почему бы тебе не остаться на ужин? Джейкоб улыбнулся маленькому мальчику. — Ты уверен? Я не хочу вам мешать. — Да, и Джейк, спасибо, что остановил меня. — застенчиво сказал Гарри. Гарри согнул руку, которой он ударил Джейкоба, да, он должен был посмотреть на это. Будь прокляты его слабые кости, будь прокляты вампиры и оборотни за то, что у них такие крепкие тела.

***

Гарри лежал в постели, положив голову на плечо Эдварда. Леора крепко спала в кроватке рядом с их кроватью. — Гарри, я буду стоять позади тебя, если ты когда-нибудь захочешь дать Сириусу еще один шанс. — В течение последнего часа Гарри только и делал, что думал о том, что его отец сказал дать Блэку ещё один шанс. — Он действительно причинил мне боль. — Тихо сказал Гарри. — Почему я всё ещё люблю его? — печально спросил он. Эдвард перекатился на бок и склонился так, что его голова оказалась на одном уровне с головой Гарри. Он усмехнулся. — Серьезно, Сириус был первым взрослым, который полюбил тебя, тебя, а не за то, кем ты был. Ты, никогда не знавший любви взрослого человека, вцепился в него. Он предложил тебе то, о чем ты всегда мечтал… семья. Ты также знаешь, что Сириус отчаянно любит тебя. Гарри лежал и тихо плакал в течение нескольких минут, пока его муж поддерживал его. — Я не могу позволить ему вернуться, я ещё не готов. — прошептал он. Эдвард нежно поцеловал Гарри в губы. — Вот и хорошо. Возможно, когда ты будешь готов дать ему ещё один шанс, и это тоже нормально. Гарри вздохнул и поцеловал Эдварда в ответ. - Ты займешься со мной любовью? — Гарри запустил руки под рубашку Эдварда, лаская его напряженный живот. Эдвард застонал. - Тебе никогда не придется просить меня заняться с тобой любовью. Эдвард обхватил щеку Гарри своей прохладной рукой, а затем приблизил свои губы к его губам. Поцелуй был нежным и сладким, полным любви. Эдвард медленно раздел свою пару, нежно лаская и целуя его обнаженную кожу.

***

— Спи, милый, я тебя держу. — Эдвард поцеловал свою пару в висок и заснул.