Разбитые души.

Гарри весело напевал на кухне, готовя особый ужин. Сегодня они праздновали победу. Наконец все стало официально: Северус Снейп и Билл Уизли были его папами. Он был потрясен, когда проснулся раньше и Эдвард рассказал ему, что произошло. Сначала он был немного расстроен тем, что они уложили его спать и ушли без него, но, успокоившись, он был рад, что они это сделали. Амос Диггори был последним человеком, которого он хотел бы снова увидеть. Если бы он пошел, то Леоре тоже пришлось бы пойти, а он не хотел, чтобы этот извращенец приближался к его милой принцессе. — Гарри, дорогой, я могу тебе чем-нибудь помочь? — спросила сияющая Миссис Диггори. Она сидела за столом, любуясь своей прекрасной внучкой, которая мирно спала у неё на руках. Она не могла поверить, как изменилась её жизнь всего за несколько коротких часов. Из одинокой, скорбящей матери, которая вскоре должна была развестись, она превратилась в счастливую, улыбающуюся мать и бабушку. Она все еще собиралась развестись с мужем, но теперь у нее были сын, внучка и зять. Она также набрала большую семью с Северусом, Биллом, близнецами, Калленами и даже ворчливым Аластором Муди, который рос на её глазах. Она была вне себя от восторга, когда они предложили ей пожить у них. Она уже планировала переехать после развода, но теперь она будет не одна. Она собиралась занять комнату на третьем этаже рядом с комнатой Аластора. — Спасибо, мэм, но у меня все под контролем. Ты просто сидишь и наслаждаешься, глядя на свою удивительную внучку. — хихикнул Гарри. — Пожалуйста, Гарри, зови меня Анной. — Анна посмотрела на внучку сверху вниз. — Она действительно прекрасна. - Анна сказала это не потому, что Леора была её внучкой. Нет, ребенок действительно был ошеломляющим. Её глаза каким-то образом пленяли тебя. Она никогда раньше не видела таких глаз. Ребенок был идеальным сочетанием обоих её родителей. Гарри улыбнулся Анне и вернулся к ужину. Сегодня они ели индейку, котлеты, картофельное пюре, салат из капусты, соус, домашнее печенье и стручковую фасоль. Для десерта он готовил белый шоколадный чизкейк. Ему было жаль, что его муж не сможет насладиться этим, но, по крайней мере, он будет праздновать вместе с ними. Северус снабжал их кровью животных, чтобы они не сидели и не смотрели, как все остальные едят. Было также приятно иметь кого-то, кто мог бы держать и развлекать Леору, пока он ест. Не отрывая глаз от картофелины, которую он разминал, он протянул руку и схватил чью-то бледную веснушчатую, которая пыталась стащить его свежее, еще дымящееся печенье. — Черт бы побрал твои рефлексы ловца. — проворчал Фред. — Я же говорил, что он тебя поймает. — поддразнил Джордж. — Ты должен мне пять галеонов. Гарри хихикнул. — Ужин будет готов минут через тридцать, мы как раз ждем возвращения Эдварда и его семьи с охоты. Ты можешь подождать еще немного. — Но Гарриии. — заскулил Фред. — Я здесь просто чахну. — Фред задрал рубашку, чтобы показать свою подтянутую грудь и живот. Гарри встал на цыпочки и поцеловал Фреда в щеку. — Как я могу отказать такому человеку? Я не могу допустить, чтобы мой бедный брат пал духом — он хихикнул. Протянув руку, он схватил печенье и намазал его маслом. — Больше никому не говори, это наш секрет. Фред изобразил, что застегивает молнию на губах, а затем сунул в рот маслянистое печенье. — Проклятый Гарри, ты готовишь самую лучшую еду. — простонал Фред. Он собирался сказать, что его стряпня была лучше, чем у мамы, но знал, что его семья все еще была больной темой для Гарри. Он не винил его, и он хотел думать только о своей семье. По крайней мере, у него остались Джордж, Билл и Чарли. Гарри покраснел от комплимента, он действительно любил готовить. — Когда приедет твой парень? — спросил он. — Да, Фредрик, когда мы познакомимся с твоим мальчиком-волком? — спросил Джордж. С тех пор как он встретил свою пару, Фред все время говорил о нем. Он был в восторге от того, что Фред встретил кого-то, кто был создан специально для него. Он знал, что Фреду было больно из-за Гарри. Теперь настала очередь Фреда покраснеть. — Он не мой бойфренд, по крайней мере официально. Хотя он мне действительно нравится. — задумчиво добавил Фред. — Он должен быть здесь с минуты на минуту. Вы уверены, что не возражаете, если он и его сестра приедут? — Спросил Фред у Гарри. — Конечно, нет, кроме того, похоже, что он скоро станет членом семьи. — хихикнул Гарри. Фред бросил на Гарри странный взгляд. Его младший брат ужасно хихикал. Его лицо тоже раскраснелось, а руки слегка дрожали. — Я просто хотел убедиться, что ты в порядке с двумя оборотнями-волками. Я не знал, насколько комфортно тебе было с ними после того, как один из них напал на тебя. — сказал Фред, обнимая младшего брата сзади. Он забеспокоился еще больше, когда почувствовал, что Гарри слегка лихорадит. Гарри вздохнул, он пытался забыть, что его дочь была отпечатком нового Альфа-волка. — Все в порядке, Фред, Сет меня не побеспокоит. — Я знаю, что Джейк произвел ужасное первое впечатление, но он действительно хороший парень. Он защищал Сета, когда Сэм пытался держать его подальше от меня. — сказал Фред, безуспешно пытаясь схватить еще одно печенье. Гарри ударил Фреда лопаточкой по костяшкам пальцев. — Я знаю, но я не готов простить его. Он вспыльчив, и ему нужно научиться держать себя в руках, прежде чем я позволю ему приблизиться к Леоре. Наконец-то у меня есть семья, о которой я мечтал, и я никому не позволю отнять её у меня. — Настойчиво повторил Гарри. — Мы никому не позволим отнять нас у тебя, любовь моя. — Сказал Эдвард, стоя в дверях. — Фред, я люблю тебя как брата, но если ты не освободишь мою пару, я сотру все веснушки с твоего лица. Фред сглотнул и быстро побежал, чтобы встать позади Миссис Диггори. — Это просто невинные братские объятия, у меня теперь есть свой человек. — он усмехнулся. Анна все еще не могла поверить, что её Седрик жив и носит имя Эдвард. Формально он не был жив, но она заберет его, как только сможет. Главное, что он стоял на кухне счастливый и здоровый. История о том, что произошло после того, как они вошли в лабиринт, была поистине невероятной. Она была благодарна Карлайлу Каллену за то, что он обратил её сына, когда тот умирал, но ей нужно было время, чтобы привыкнуть к тому, что она делит своего малыша с другими родителями. Анна хихикала над выходками сына и Фреда. Она не могла забыть, как сильно Седрик любил Гарри. Как она могла пропустить это, когда он всё ещё был человеком? Она знала, что в последние годы с Седриком что-то происходило, но никогда бы не подумала, что он нашел свою вторую половинку. Найти свою вторую половинку было невероятно редко, об этом рассказывали юным девушкам в сказках и писали в любовных романах. Гарри посмотрел на тещу и улыбнулся. Её эмоции согревали его сердце, но в то же время вызывали легкое головокружение. Седрик предупредил его, что, когда он подвергается воздействию большого количества счастливых эмоций, он пьянеет от них. Он знал, что это случалось еще несколько раз, но никогда не мог вспомнить эти эпизоды. Как он ни старался, ему не удалось сдержать пронзительный смешок, сорвавшийся с его губ. Покачав головой, Эдвард взял своего приятеля за талию и положил на стойку.  — Вот пьяница. — он усмехнулся, заметив расширенные зрачки. Гарри захихикал, как маленькая девочка. — Простите. — Гарри посмотрел на Миссис Диггори и ткнул пальцем. — Это её вина, — пробормотал он невнятно. Глаза Анны расширились, и она в панике посмотрела на сына. — Я не давала ему никакого алкоголя, я бы этого не сделала. — Она была шокирована тем, что Гарри обвинил ее в подобном поступке. Эдвард усмехнулся. — Он не так пьян, мама, он опьянен твоими эмоциями. Иногда, когда чьи-то эмоции чрезвычайно сильны и счастливы, он пьянеет от них. Ты просто немного подавляешь его. — О, — сказала Анна, улыбаясь. — Мне очень жаль, но как я могу не быть очень счастлива, потому мой сын вернулся, я со своей внучкой и новой семьёй. — Анна посмотрела на Гарри, на лице которого застыло тупое выражение и глупая ухмылка, — С ним все будет в порядке? — она спросила с беспокойством Эдвард поцеловал своего пьяного мужа в нос, заставив его скосить глаза и сморщить лицо. — Да, ему просто нужно уйти на несколько минут, чтобы прояснить голову. — Он усмехнулся, Гарри был слишком очарователен, когда напивался. — Ву ты, Седвард. — хихикнул Гарри. — Седвард, понял?.. Седвард. Сначала ты был Седриком, потом Эдвардом; это делает тебя а… Седвард. Или… А как насчет Эдседа, Эдрика или уступленного? — Гарри разразился неудержимым приступом хихиканья. — Мерлин, это здорово. — засмеялся Фред. — Милый, невинный маленький Гарри, пьян. Эсме вошла в кухню, улыбаясь своему очаровательному маленькому зятю. — Я закончу ужин, а ты отведи его в другую комнату. Эдвард кивнул головой и поднял свою пару, помогая ему обхватить ногами талию. — Ну же, пойдем, тебе станет лучше. Гарри обнял Седварда. — Неужели ты собираешься заняться со мной любовью? Это заставит меня чувствовать себя действительно хорошо. — Гарри подмигнул любви всей своей жизни. Эдвард подавился смехом, когда все на кухне и в соседней гостиной начали смеяться. Эммет вошел в кухню, согнувшись пополам от смеха. — У кого-то нет фильтра на губах, когда он пьян. Я люблю этого маленького парня. — сказал он, взъерошивая длинные волосы Гарри. Эдвард застонал, когда Гарри начал атаковать его шею. — Гарри, милый, у нас нет на это времени. Мы празднуем, и к нам приезжают гости. Гарри надул губы. -Но, блин, и ты сказал, что заставишь меня чувствовать себя лучше. -Я заставлю тебя чувствовать себя очень хорошо, но не сейчас. Помнишь, у нас будет особенный ужин, потому что Северус и Билл усыновили тебя? — Эдвард пытался не обращать внимания на то, как Гарри трется своим уже твердым членом о его живот. Гарри хихикнул. — Ш-ш-ш, не говори папе Северусу, но я хочу, чтобы ты был внутри меня. Эдвард плюхнулся на диван с Гарри на коленях. Откинув голову назад, он закрыл глаза, пытаясь избавиться от эрекции. Он знал, что через несколько минут Гарри будет в порядке, но у него останется адская головная боль. Это был уже третий раз, когда он видел, как Гарри пьянеет от счастливых эмоций, и каждый раз у него была опьяняющее чувство радости. — Я так счастлив.- Гарри глупо ухмыльнулся. — Я люблю тебя… Я люблю Леору… Я люблю своих новых пап… Я люблю своих братьев… и я даже люблю Грозного Глаза. Моя жизнь теперь так хороша. Эдвард нежно погладил свою пару по щекам. — Я тоже тебя люблю. Ты удивительный человек, Гарри Поттер, но скоро станешь Каленом. — Эдвард не понимал, как он мог принять свои чувства к Белле за любовь. То, что он чувствовал к Гарри, выходило за рамки обычной любви, и хотя им предстояло преодолеть еще несколько препятствий, он не мог дождаться, чтобы провести вечность со своей второй половинкой. К сожалению, им все еще приходилось иметь дело с Беллой и ее угрозами. Если до этого дойдет, он убьет ее, чтобы защитить свою семью. Она писала ему по нескольку раз на дню и угрожала разоблачить их. А тут еще Дамблдор и его вмешательство. Он знал, что старик так просто не сдастся. Гарри положил голову Эдварду на грудь и застонал. — Ой, у меня голова болит. Что, черт возьми, случилось? — Гарри чувствовал себя так, словно кто-то ударил его по голове сковородкой, и он знает, каково это, его тетя била его сковородкой много раз. Эдвард зарычал, услышав мысли Гарри. Сейчас больше, чем когда-либо, он хотел убить этих ублюдков. Ему было достаточно трудно не убить их, когда он появился в их доме, чтобы убедить их подписать брачные бумаги, но теперь он также должен был иметь дело со своим вампиром, жаждущим их крови. Это были самые отвратительные и мерзкие существа, которых он когда-либо имел несчастье встретить. Единственная причина, по которой они согласились на брак, заключалась в том, что он пообещал, что они никогда больше не увидят своего племянника. Зная, что Северус услышит его своим вампирским слухом, Эдвард тихо позвал его. Он знал, что его учитель зелий и Билл празднуют усыновление Гарри, одни и голые. Ожидая нового папу своей пары, Эдвард начал массировать его голову. — Ты опьянел от эмоций моей матери. — прошептал он. — О, Мерлин. — простонал Гарри. — Пожалуйста, скажи мне, что я не сделал и не сказал ничего глупого. — Он знал из предыдущего опыта, что его рот имеет тенденцию убегать вместе с ним, когда эмоционально пьян. Эдвард усмехнулся. — Конечно, но ты же с семьей. И хотя ты назвал меня Эдвардом и Седриком и умолял заняться с тобой любовью, они не станут думать о тебе хуже. Гарри в шоке уставился на свою пару. — Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь? — Он умолял. — Прости, братишка. — хмыкнул Фред, входя в комнату с суетящейся Леорой в руках. — Всё, что он сказал, правда, но только для протокола: я тоже люблю тебя. Гарри застонал, закрывая глаза руками. Теперь у него в голове не только маршировал оркестр, но и он выставил себя полным идиотом. — Положи голову мне на колени, любимый, и я возьму Леору. — Северус спустится через минуту с болеутоляющим зельем. Эдвард взял свою крошечную дочь на руки, улыбаясь, когда она перестала суетиться, как только он прикоснулся к ней. — Ты скучала по папе? — тихо спросил он, помня о боли своей пары. Глаза Гарри распахнулись, когда он почувствовал прохладную руку на своей щеке. — - Ты можешь сесть, сынок, у меня есть болеутоляющее зелье. Гарри улыбнулся, когда его назвали сыном. Ему очень хотелось, чтобы отец называл его сыном. С помощью своего нового отца он медленно сел, стараясь не обращать внимания на головокружение. — Спасибо, папа. — прошептал он. После того, как Гарри проглотил зелье, Северус спросил: — Почему ты не сказал мне, что это случилось? Гарри пожал плечами и положил голову отцу на грудь. — Это случалось всего несколько раз, но я думаю, что это было хуже всего; по крайней мере, головная боль после этого была хуже всего. — Тебе уже лучше? — спросил Северус, поглаживая сына по спине. — Голова все еще немного болит, но я чувствую себя намного лучше. Спасибо за зелье. — сказал Гарри, обнимая отца. Северус был удивлен этим объятием. Гарри все еще приходил в себя после пребывания в Азкабане и чувствовал себя неуютно от прикосновений. Единственными, к кому он мог прикоснуться, были близнецы и Эдвард. — Я думаю, будет лучше, если мы останемся на связи в течение нескольких часов, чтобы я мог держать тебя под землей и дать тебе отдохнуть. — предположил Эдвард. Гарри рассмеялся. — Ты просто хочешь прикоснуться ко мне. — И это тоже. — улыбнулся Эдвард, целуя Гарри в макушку. Это правда, он был бы счастлив держать Гарри на расстоянии вытянутой руки все время. — О нет, мой обед! — воскликнул Гарри. Он так старался приготовить идеальный ужин, чтобы отпраздновать появление папы. Эдвард снова прижал Гарри к груди, когда тот собрался встать. — Всё в порядке, мама и Эсме закончили за тебя. — Эдвард был счастлив услышать, что обе его мамы прекрасно ладят друг с другом. Им нужно было время, чтобы сблизиться. Гарри вздохнул, потирая висок. По крайней мере, он успел закончить большую часть ужина, прежде чем напиться. Закрыв глаза, он снова положил голову на Эдварда, голова все еще немного болела. Северус посмотрел на сына с беспокойством, он мог сказать, что ему все ещё больно. Сунув руку в карман, он вытащил еще одно болеутоляющее зелье. Он не любил давать болеутоляющие зелья, но это было нормально делать время от времени. — Вот, сынок, я хочу, чтобы ты принял ещё одно болеутоляющее зелье. Гарри благодарно улыбнулся отцу и залпом выпил зелье. Гарри вздохнул, когда на этот раз боль в голове полностью исчезла. — Это здорово, папа, боль прошла. Северус нахмурился. — Я думаю, ты становишься невосприимчивым к болеутоляющим зельям. Я должен посмотреть, смогу ли я придумать альтернативу для тебя. Нехорошо принимать сразу столько болеутоляющего зелья. — Это из-за того, что за эти годы их было слишком много? — с беспокойством спросил Эдвард. Он знал, что за четыре года учебы в Хогвартсе Гарри побывал в больничном крыле больше, чем кто-либо другой. А еще было много случаев, когда близнецам приходилось латать его летом. — Возможно, но я что-нибудь придумаю. У нас есть еще полтора года, прежде чем его можно будет обратить, и, зная Гарри, он попадет в большую беду между этим и тем. Гарри выпятил нижнюю губу. — Эй, это же не моя вина. Все подняли головы, услышав, как кто-то прочистил горло. Фред стоял в комнате, улыбаясь, с большим мускулистым, красивым, темнокожим мужчиной и очень красивой девушкой, которая, очевидно, была родственницей мальчика. — Все, это Сет и его сестра Лия. — гордо сказал Фред. Гарри поднялся на ноги, ухмыляясь, он мог сказать, что Фред уже по уши влюблен в Сета. Протянув руку, Гарри представился. — Привет, я Гарри, я так рад, что вы смогли прийти и отпраздновать с нами. — Конечно, Гарри пришлось поднять глаза, чтобы посмотреть на Сета и Лию, он ненавидел всегда быть самым маленьким. Он был ещё меньше Алисы. Сет посмотрел на маленького мальчика и понял, почему Фред влюбился в него еще до того, как они встретились. Он действительно был очаровательным малышом. — Поздравляю с усыновлением. — К сожалению, он знал, каково это-не иметь отца. По крайней мере, он был благословлен тем, что у него был отец на протяжении всего его детства. И все же он был готов на все, чтобы провести ещё пять минут с отцом и сказать ему, как сильно он его любит. Гарри повернулся и посмотрел на Северуса и Билла. — Они самые лучшие папы на свете. — сказал он, ухмыляясь. Джордж был уже на полпути вниз по лестнице, когда замер. Он спускался вниз, чтобы встретить парня своего брата, когда заметил самую очаровательную женщину, которую когда-либо видел. Эдвард рассмеялся, качая головой. — Ну, по крайней мере, они держат его в семье. — Он знал из мыслей Лии и Джорджа, что они были парой. Он не должен был удивляться, что Близнецам, таким близким, как Фред и Джордж, суждено было стать родными братьями и сестрами. Гарри перевел взгляд с Лии на Джорджа и заметил, что они пристально смотрят друг на друга. — О… ты имеешь в виду их… — Привет, — сказал Джордж, тряся головой, пытаясь прояснить её. — П-привет, — тихо сказала Лия. Ей казалось, что она вот-вот расплачется. Она была уверена, что проведет остаток своей жизни в одиночестве и несчастье. Будучи единственной женщиной-оборотнем, она думала, что с ней что-то не так, что-то дефектное. Гарри печально посмотрел на Лию, он не прикасался к Эдварду, поэтому он уловил её эмоции. Он знал, каково это-чувствовать себя нелюбимым и нежеланным. Никто никогда не должен чувствовать себя так. Эдвард схватил Гарри за руку, чтобы помочь ему встать. Это был счастливый случай, он не хотел, чтобы Гарри зацикливался на прошлом. — Сет, Лия. — он кивнул головой в сторону оборотней. Он знал, что Сет ничего не имел против них, но Лия ненавидела их и всех вампиров. Ради Гарри и близнецов он надеялся, что она сумеет преодолеть свою разборчивость. Лия начала рычать, но остановилась, увидев выражение лица маленького мальчика. — Каллен. — сказала она, стиснув зубы. Посмотрев на свой отпечаток, она покраснела. Было странно думать, что её отпечаток был похож на отпечаток её брата. — Ужин готов. — позвала Анна, снимая напряжение. Билл волшебным образом расширил стол, чтобы вместить всех желающих. Там были семеро Калленов, он сам, Северус, близнецы, Гарри, Леора, Муди, Анна и два оборотня. Когда Гарри проходил мимо Анны, она остановила и обняла его. — Я сожалею о том, что произошло раньше. Гарри сначала напрягся, но потом обнял ее в ответ. — Никогда не жалей о том, что вы счастливы. — тихо сказал он. Только Гарри собрался сесть за обеденный стол, как раздался звонок в дверь. Растерянно оглядываясь по сторонам, он гадал, кто бы это мог быть. Все, кого он знал и что было для него важно, сидели за столом. Гарри был уже почти у двери, когда почувствовал, как сильные руки обхватили его за талию и остановили как вкопанного. — Эдвард, что случилось? — Гарри оглянулся, Когда Эдвард не ответил ему. Он испугался, когда увидел, что Эдвард смотрит на дверь и рычит. — Не открывай дверь, Гарри. — прорычал Эдвард. Ругаясь себе под нос, Северус пронесся мимо Эдварда и Гарри и распахнул дверь. — Что, черт возьми, ты здесь делаешь, Блэк? — проревел Северус. Гарри побледнел, увидев своего бывшего крестного и Ремуса, стоявших на пороге, а позади них возвышался Джейкоб Блэк, скрестив руки на груди и глядя на них сверху вниз.