Наша хрупкая и порочная натура (The Delicate And Vicious Nature of Us)

П/А: Итак… кто скучал по этой истории? Есть такие? Да, я могла бы написать другой, не связанный с этим фик, но мне правда очень хотелось вернуться к этой вселенной, так что, вот он, сиквел, и, думаю, он достоин права на существование. Извините, что мне потребовалось так много времени, чтобы начать его, но я не хотела писать то, чему не могла бы посвятить себя без остатка и что не могла бы назвать хорошим продолжением для «Между любовью и одержимостью». Надеюсь, преемник окажется достойным, но поживем, увидим. Пока я точно могу сказать, что получаю тонну удовольствия от этой работы.

_____________________

Глава 1 Справедливости ради, просить о хотя бы одном тихом спокойном вечере дома, было, наверное, слишком. Полвечера, вероятно, более приемлемо, ну, или надо просто принять, что для Брюса не существует такой вещи, как тихий вечер дома – особенно сейчас. Когда Дик окрикнул его снова, Брюс вздохнул, отложил книгу, которую пытался читать последние четыре дня, и вышел из уютной библиотеки. – Брюс! – Иду! – крикнул он в ответ, уже опасаясь того, с чем может столкнуться, когда войдет в холл. Может быть, там окажется грабитель, с которым Дик не захотел разбираться сам. А может, Черная маска наконец-то решил воплотить в жизнь одну из своих последних угроз, из-за того, что Брюс – по чистой случайности – сорвал его планы устроить перестрелку в ночном клубе, в котором тогда оказался. Чего Брюс не ожидал, так это увидеть промокшего из-за дождя Джокера – окрашенная алым вода успела залить весь пол, – направляющего дуло пистолета Дику в лицо. Брюс замер и, едва сдержав желание провести ладонью по лицу, вздохнул. – Перестань наставлять оружие на членов моей семьи. Джокер расплылся в улыбке, или, как минимум попытался – больше получилось похоже на оскал, и это оказалось настолько для него нетипично, что Брюс тут же насторожился. – Тогда скажи ему убраться с дороги. Дик бросил на Брюса взгляд поверх плеча. Тот слегка кивнул ему, и Дик, одарив Джокера еще одним взглядом, сделал шаг в сторону, но остался напряженным и готовым действовать, если потребуется. – Еще не пятница, – заметил Брюс, постаравшись придать голосу непринужденный тон. Они (по настоянию Альфреда) планировали поужинать вместе с Диком и Тимом, собраться всем вместе, или что-то типа того, чтобы они могли начать привыкать к постоянному присутствию Джокера в жизни Брюса. Брюс и так достаточно нервничал по этому поводу, а тут еще Джокер вдруг внезапно объявился на пороге его дома. И, хоть Брюс и не был против визита, совершенно не был к нему готов. – Я знаю, – закатил глаза Джокер, все еще держащий Дика под прицелом. – Я не тупой. Брюс не ответил – понимал, что все, что он мог бы сказать, с большой вероятностью, выведет Джокера из себя. – Ему уйти? – спросил Брюс, кивнув на Дика. – О, нет. – Джокер глянул на револьвер. – Он не заряжен. Видишь? – Он направил дуло в пол у ног Дика, раздался оглушительный в просторном холле звук выстрела, ошметки напольного покрытия, рикошетя об ноги Дика, брызнули в разные стороны. – Бля! – Дик отскочил назад, и Брюс тут же бросился к нему, чтобы оттолкнуть в сторону, пусть даже Джокер поднял руки вверх, а Дик остался невредим. – Упс, – Джокер нахмурился и посмотрел на предавший его револьвер, но хмурое выражение почти тут же сменилось улыбкой, которая так же быстро переросла в смех. Джокер хохотал, махая пистолетом куда-то в сторону Брюса. Тот же даже не попытался увернуться. – Это другой мой револьвер не заряжен. Виноват. Джокер убрал пистолет в кобуру, Брюс же в это время молчаливо заверил Дика, что никакой пользы, от того, что он врежет Джокеру, не будет. – Готов побиться об заклад, ты еще никогда не был так рад дыре в полу, – хихикнул Джокер, покачиваясь немного, отчего Брюс напрягся. Красный оттенок, капающей с Джокера воды, стал более насыщенным. – Лучше в полу, чем в большой птичке, верно? – Это лучшее, на что тебя хватило? – приподнял бровь Брюс. – Большая птичка? Джокер замер, обдумывая его слова, чем дал Брюсу возможность хорошенько себя рассмотреть. Остатки размазавшегося грима красно-черными ручейками чертили дорожки по лицу, волосы отчаянно пытались сохранить прическу, в которую были тщательную уложены. Отдельные прядки прилипли ко лбу Джокера, они выглядели куда темнее, чем должны бы даже будучи мокрыми. От всего этого, Джокер выглядел едва ли не безумным, но Брюсу все равно хотелось завернуть его в одеяло и заставить провести с ним тихую спокойную ночь дома. – Хочу ли я знать, что с тобой приключилось? – до того, как Джокер придумал оскорбление поизощреннее, спросил Брюс. – Нет, – наклонив голову из стороны в сторону, хмыкнул Джокер. – У тебя кровь идет, – насколько бы это ни было бесполезно, все же заметил Брюс. – Все хуже, чем кажется, – отмахнувшись от Брюса, сказал Джокер. – Нет, погоди, не так… – он зашелся в очередном приступе смеха и выставил вперед ладонь, показывая Брюсу молчать. – …Наоборот. Это все дождь. Из-за воды все сопливее и хуже. Брюс прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Тебе нужна помощь, или ты здесь по какой-то другой причине? – Я больше не могу просто соскучиться по тебе? – ахнул Джокер, прижав ладони к груди. – Я не могу просто захотеть увидеть лучик света моей жизни, клубничку на моем торте, Ромео для моей Джульетты – я, между прочим, отлично смотрюсь в платье. Готов поспорить, тебе понравится. Я мог бы… – Не надо, – поднял руку Брюс. – Пожалуйста? Не… – При твоих детишках? – торжественно кивнул Джокер. – Я понимаю. Ты должен защищать их нежную психику. Брюс нахмурился, но тут стоящий позади Тим откашлялся. Обернувшись, Брюс одарил его удивленным взглядом, после чего слегка улыбнулся, отчего Тим гордо расправил плечи. Он уже какое-то время практиковался бесшумно подкрадываться, и Брюс впервые его не заметил. Конечно же, его голова была занята другими, требующими более пристального внимания, вещами. И Тим, спустившийся по лестнице в своих разномастных носках, благодаря которым его шагов по ковру не было слышно, и близко не то, на что нужно было бы обратить внимание. – Почему ты здесь? – снова спросил Джокера Брюс, но на этот раз мягче. Джокер переступил с ноги на ногу и сделал неопределенный жест рукой. – Я просто хотел лично сказать тебе, что это сделал не я. – Сделал что? – Ты не знаешь? – моргнул Джокер. Но прежде чем Брюс успел ответить, в холл вошел Альфред, при виде серьезного выражения лица которого, у Брюса кровь застыла в жилах. – Дживс!* – расплылся в улыбке Джокер, всплеснув руками. – Здравствуйте, – вежливо кивнул ему Альфред, после чего, снова став серьезным, повернулся к Брюсу. – Аркхем в огне. – Что? – Брюсу потребовалось время, чтобы осознать его слова. – Это не моя вина! – встрял Джокер. – Почему это должна быть твоя вина? – изо всех сил пытаясь сохранить спокойствие, спросил Брюс. – Помнишь тот супер легковоспламеняющийся химикат, про который я говорил, что у меня его нет? – скривился Джокер. – Тот, который у тебя есть? Да. – Был. – Джокер развел руками, одарив Брюса сконфуженной улыбкой. – Его украли. – Мне нужен кофе, – простонал, стоявший позади Брюса Дик, после чего развернулся на каблуках и направился прочь. – Нам всем нужен, – пробормотал Брюс, снова поворачиваясь к Джокеру. – Кто, черт возьми, решился обокрасть тебя? – Я сообщу тебе, когда выясню, – в голосе Джокера прорезались мрачные нотки, которые Брюс всегда воспринимал настороженно. – Может мне его подлатать? – спросил Альфред, изучая Джокера взглядом, в котором на удивление читалась изрядная доля беспокойства. – Да, конечно. – Посмотрев на Джокера, Брюс закусил губу. – Мне нужно разобраться с пожаром, так что мы поговорим утром. Когда ты не будешь истекать кровью, и ситуация станет… менее… какой-бы она ни была сейчас. – До тех пор я буду вести себя хорошо, – пообещал Джокер. – И мы все рады это слышать, – в голосе Альфреда прозвучал точно выверенный намек на сарказм, отчего Джокер одарил его одобрительной ухмылкой. «По крайней мере, они ладят», – подумал Брюс, Джокер же в это время на нетвердых ногах подскочил к Альфреду. – Оу, пока не забыл, – Джокер повернулся к Тиму, и Брюс напрягся, – мне надо тебя похитить. – Зачем? – спросил Тим, на что Брюс одарил его хмурым взглядом. Ему надо было сказать «нет», а не спрашивать причину. – Понимаешь, – пожал плечами Джокер, – Эд, Эдс, Эдди спагетти, наш дорогой тупоголовый гений думает, что ты настолько глуп, что помрешь через десять секунд, пытаясь разгадать одну из его головоломок. Я счел, что просто обязан защитить твои способности, потому что, я в этом вполне уверен, сейчас мне положено это делать. Так? Мне положено это делать? – Он перевел взгляд темных глаз с Тима, на Брюса, а с того на Альфреда, и Брюсу не удалось сдержать улыбку. В попытках Джокера считаться с семьей Брюса было что-то очень милое. Возможно, он делал это странными, сомнительными и откровенно нелепыми способами, но он старался, и, пусть это продолжало удивлять и чаще всего становилось источником очередной головной боли, на сердце Брюса всегда становилось теплее. – Так зачем тебе нужно меня похищать? – нерешительно и осторожно, как и следовало в подобной ситуации, спросил Тим. – Потому что нам надо проверить, сможешь ли ты выжить в одной из игр Эдди, и я обещал, ммм, обеспечить твою безопасность. Если можно так выразиться. Так как? Хочешь проверить, умнее ли ты, чем Эдди? – расплывшись в широкой улыбке, ободряюще кивнул Джокер. – Нет, – отрезал Брюс прежде, чем успел ответить Тим. – Я бы попробовал, – сказал Тим. Этого Брюс и опасался. – Ты не полезешь добровольно в одну из их игр. Один, – хмуро взглянул на него Брюс. – Я прослежу, чтобы он остался жив. И более менее цел, тоже, – пренебрежительно махнув в его сторону рукой, заверил Джокер. Если бы Брюс не был столь ошарашен его словами, он бы успел вовремя сказать повторное «нет». – Со мной все будет в порядке, – сказал Тим. – Что такого ужасного может случиться? Могло случиться столько всего ужасного, что Брюс не знал, что озвучить в первую очередь. Джокер может и не желал причинить ему, Брюсу, необратимый вред, но его беспокойство о безопасности Тима могло подпитываться вовсе не желанием уберечь мальчишку от опасности, а нежеланием вызвать гнев Брюса. Джокеру просто могло стать скучно, или он мог отвлечься, а Тим в результате мог умереть. Или Нигма мог убить Тима прежде, чем Джокер успел бы что-то предпринять. Или Джокер мог просто не осознать степень опасности, которой подвергся бы Тим, отчего тот бы умер. – Нет. – Дай птичке расправить крылышки и взлететь, будь добр, – нахмурился Джокер. – Если ты этого не сделаешь, все закончится тем, что он тебя возненавидит. – Я бы не был столь же категоричен, но немного свободы было бы неплохо, – добавил Тим. У Брюса едва челюсть не отвисла. Для подобного сейчас совсем не время, не тогда, когда Аркхем в огне, Джокер истекает кровью, а Брюс уже успел попрощаться с планами провести спокойный тихий вечер в одиночестве. – Не объединяйтесь против меня. – Так, теперь ты не хочешь, чтобы мы ладили? – цыкнул Джокер, скептически выгнув бровь. – Определись. – Ты не потащишь его в ловушку Нигмы одного. И точка. Джокер вздохнул и, надувшись – что не предвещало ничего хорошего, – оглядел холл. – Это из-за того, что?.. – Закончишь это предложение, и будешь несколько месяцев питаться через соломинку, – не сдержавшись, рявкнул Брюс. Во взгляде уставившегося на него Джокера отчетливо читалась боль. Тим с Альфредом тоже посмотрели на Брюса, ни один из них не был доволен его поведением. Не сказать, что Джокер не попал в яблочко, но Брюсу совершенно не хотелось поднимать с ним тему Джейсона. Рана все еще слишком свежа, и нанес ее именно Джокер. Это была бомба замедленного действия для их отношений, и Брюс изо всех сил старался не дать ей взорваться. Ему нужно не дать ей взорваться. – Что ж, – прочистил горло Альфред. – Пойдемте? Джокер ушел за ним, не произнеся больше ни слова, и его молчание ужалило сильнее слов, вне зависимости от того, что бы он сказал. Брюс, хоть ему и хотелось, за ними не пошел. Вместо этого он вытащил телефон, пролистал новости по ситуации в Аркхеме и начал готовиться к долгой ночи.

***

Взгромоздившееся на линии горизонта солнце окрасило небеса в красный цвет, лечебница в его свете полыхала оранжевым, дым поднимался от останков старого здания, часть которого каким-то образом уцелела. Пожарным удалось по большей части усмирить пламя, но их работа еще только начиналась – нужно было помочь спасателям и полиции оценить ущерб и вытащить тела и выживших из останков того, что было лечебницей Аркхем. Брюс решил заняться все еще горящим строением и сосредоточиться на том, чтобы вывести заключенных, в особенности из блока строгого режима, куда остальные заходить не захотели. Ему пришлось донести Плющ на руках в ожидающую машину скорой помощи, Харли в знак благодарности помогла ему вывести наименее вменяемых пациентов. Дик с Тимом оба тоже были здесь, воспользовавшись разными выходами из лечебницы, они постарались вывести как можно больше людей. К тому времени, как все трое закончили с работой, они ужасно вымотались, но все же были удовлетворены тем, что успели сделать за эту ночь. Теперь оставалось только выяснить, кто ответственен за поджог, и Брюс считал, что ему очень повезло – первая зацепка дожидалась его в поместье. Если конечно допустить, что Джокер все еще там. Когда Брюс оказался дома, Альфред сообщил ему, что, насколько ему известно, Джокер не покидал территорию, но, поскольку Альфред решил не пытаться ограничить свободу его перемещений и удерживать его в одном месте, он не отслеживал его точное местоположение. Быстро приняв душ и нацепив штаны и первую попавшуюся под руки чистую кофту, Брюс отправился на поиски Джокера. Долго искать не пришлось, тот обнаружился на кухне. На столешнице царил жуткий беспорядок – Альфред бы себе такого ни за что не позволил, прислонившийся же к кухонному шкафу Джокер баюкал в руках чашку кофе. Его глаза были закрыты, и он ничем не выдал, что заметил присутствие Брюса, вот только Брюс прекрасно понимал – не стоит рассчитывать, что Джокер не в курсе, что он здесь. – Аркхема больше нет, – вместо приветствия произнес Брюс. – Старое здание придется перестроить, это при условии, что фундамент не пострадал, иначе надо будет отстраивать лечебницу с нуля. Что думаешь? – Это же Аркхем, нельзя просто построить новое здание, и оставить прежнее название. Не такой ответ ожидал Брюс. Он не думал, что Джокер будет настолько откровенным, к тому же его слова определенно имели смысл. Для Джокера и других преступников – да и для любого в Готэме, на самом деле, – Аркхем не просто лечебница. Аркхем, как и сказал Джокер, это Аркхем. Со своей индивидуальностью, своей атмосферой. Его нельзя просто заменить или восстановить. – Как пожар? – Повернувшись к Брюсу, Джокер подул на свой кофе. – Хотя бы выглядел впечатляюще? – Харли в больнице, – ответил Брюс. – Не мои проблемы, – пожал плечами Джокер. Подумать только, и ведь у них же были отношения. – Еще что-нибудь? – Джокер еще раз подул на кофе, после чего сделал большой глоток. – Или это тот самый момент, когда ты меня уже поцелуешь? – Мне нужно осмотреть место, где ты прятал химикаты, если мы хотим найти того, кто их у тебя украл, – вздохнув, сказал Брюс и, подойдя к Джокеру, обнял его за талию. – И, если ты останешься на ночь, думаю, мы можем позавтракать все вместе, вместо совместного ужина. Ну, или устроим что-то вроде репетиции. – Я не принимаю таблетки, – тихо ответил Джокер. – Что? – нахмурился Брюс. – Я сказал Джонни принести мне таблетки к ужину. Я не… ты меня знаешь. Брюс слегка подтолкнул Джокера локтем, не осмеливаясь нарушить молчание – боялся, что тогда Джокер не станет продолжать говорить. – Я не хочу испортить ужин, понимаешь? – простонал Джокер, прижав подбородок к груди. – Я подумал, что если бы был под кайфом, то мне было бы проще не натворить что-нибудь… глупое. Брюс моргнул и ошарашенно уставился на макушку Джокера. Иногда тот мог быть настолько настораживающе вдумчивым. Иногда – не часто, но иногда – появлялось ощущение, что под всем этим безумием, скрывается нормальный человек, и каждый раз, когда Джокер демонстрировал эти моменты вдумчивости (даже если они проявлялись весьма странным образом), Брюс задавался вопросом, что если?.. – Хотя, завтрак… это может оказаться забавно. Сколько обычно ножей вы выкладываете на стол? Вилок? Ложек? – Джокер ахнул. – А вилколожки будут? …не важно. – Если ты проткнешь кого-нибудь ножом или вилкой, я буду настолько зол, что даже не могу придумать сейчас подходящую угрозу, – ответил Брюс. – Никого не протыкать, понял. Так вилколожки будут? – Нет. – Ну, это же скучно. Брюс усмехнулся и поцеловал Джокера в уголок не накрашенных губ. – Пошли в кровать? – Только кофе допью, – приподнял чашку Джокер. Брюс остался с ним, пока тот допивал свой кофе. Поглаживая бок Джокера костяшками пальцев, он воспользовался возможностью насладиться мгновениями близости и покоя.

***

Брюс опасался, что завтрак может оказаться… забавным, именно так все и получилось. Беря второй тост, он пытался решить для себя – жалеть ли о том, что он позволил им всем собраться за одним столом? Тим и Дик сидели от Джокера как можно дальше. Брюс же пытался листать новости на телефоне и одновременно следить краем глаза за Джокером, который сидел в некоем подобии позы лотоса и в данный момент разрывал на части булочку. – Кофе? – спросил Альфред, вырвав Брюса из мыслей. – Да, спасибо. – Мне тоже, – встрял Тим; Дик оторвал взгляд от телефона и, коротко и напряженно улыбнувшись Альфреду, кивнул. Альфред сперва проницательно поставил чашку свежесваренного напитка перед Джокером, и только после этого позаботился о кофе для остальных. – Так, – начал Тим, обведя взглядом присутствующих за столом. – Чем вы все собираетесь заняться сегодня? – Заседание совета директоров, – первым, поскольку Дик не спешил с ответом, сказал Брюс. Джокер, не отрывая губ от чашки, фыркнул, Брюс покосился на него, но промолчал. – Мне нужно вернуться в Бладхейвен, – произнес Дик. Альфред принес чизкейк, который приготовил только потому, что с ними завтракал Джокер. Тот тут же оживился и схватился за ближайший к нему острый предмет, чтобы практически сразу замереть, услышав скрежет отодвигаемых стульев. Брюс одарил Тима с Диком флегматичным взглядом, Джокер же вздохнул и закатил глаза. – Я не собираюсь превращаться в Стабби МакСтабберсона* каждый раз, как только у меня в руке оказывается острый предмет, знаете ли, – Джокер, подкрепляя свои слова, помахал ножом. – Думать так как-то оскорбительно. У вас предвзятое отношение ко всем психически больным людям, с которыми вы сталкиваетесь? – Конечно, нет… – помотал головой Тим. – Думаешь, когда у меня появляется возможность поесть чизкейк, все мои мысли крутятся только о том, как бы всадить тебе нож? – пропустив слова мальчишки мимо ушей, продолжил Джокер; Брюс лишь закрыл лицо ладонями. – Чизкейк тебя обставил. Если сейчас начнется пожар, я схвачу торт и переступлю через тебя, чтобы спасти его. – Просто ешь уже свой долбаный торт, – простонал Брюс, проведя ладонью по лицу. – Пожалуйста? Джокер с радостью подчинился, но, улучив мгновение, взглянул на Тима с Диком и разочарованно покачал головой. После чего отрезал себе огромный кусок чизкейка и с преувеличенным энтузиазмом набросился на сладкое. – Когда ты ел в последний раз? – Брюс постарался задать вопрос максимально обыденным тоном. Дик в это время подтянул блюдо с чизкейком себе поближе. Джокер сунул в рот еще одну ложку торта и издал мычащий звук. – Джонни нет в городе… четыре дня? Брюс почувствовал, как у него начинается головная боль. – Я не знаю. О! Хэппи вчера дал мне крендель. – Джокер нахмурился. – Нет, получается, это было два дня назад. А еще я пил много кофе. Брюс уставился на него, не зная, что сказать. – Я ем сейчас. – В подтверждение своих слов, Джокер сунул в рот еще одну ложку чизкейка. – Тебе нужна еда, а не всплеск энергии от дозы сахара. – Взяв небольшую тарелку, Брюс положил на нее несколько сэндвичей и с суровым выражением лица поставил ее перед Джокером. Взглянув на тарелку, тот сделал большой глоток кофе. Его лицо приобрело то самое озорное выражение, которое Брюсу нравилось, только когда они были одни. Поставив чашку на стол, Джокер сладко улыбнулся Брюсу. – В следующий раз ты собираешься упаковать мне ланч с собой? Отправить меня в школу, чтобы я научился сливаться с толпой? – Джокер расплылся в улыбке и следующую фразу произнес более высоким писклявым голосом: – Папочка хочет, чтобы я кушал овощи, иначе он отшлепает меня, когда я вернусь домой. Брюсу захотелось под землю провалиться. Особенно после того, как Тим издал сдавленный смешок, не то от веселья, не то от шока, а Джокер подмигнул ему так, будто поделился с ним каким-то секретом. Дик нарочито смотрел в свою тарелку с хлопьями, но выглядел куда более довольным ситуацией, чем Брюс мог себе представить. Все еще улыбающийся Джокер снова повернулся к Брюсу, и тому оставалось лишь молиться, чтобы лицо не покраснело, хоть ему и стало вдруг очень жарко. – Если хоче… – Когда ты уезжаешь? – Слишком громким, чтобы казаться естественным, голосом спросил Брюс. При этом он не отрывал взгляд от Дика, на что Джокер зашелся в приступе смеха. – Тебя подвезти? – более спокойным тоном закончил Брюс. – Нет, я решил, как добраться. Но все равно спасибо. Брюс кивнул, игнорируя понимающую улыбку на лице Джокера. По крайней мере, тот никак не комментировал происходящее. Остаток завтрака прошел спокойно, хотя Джокер продолжал кидать на Брюса взгляды, время от времени сопровождающиеся смешками, время от времени опасными улыбками, и Брюс совсем не горел желанием узнать, о чем же таком Джокер думал. Ну ладно, может быть чуточку, но лишь самую чуточку. Верный своему слову, Дик выехал из поместья на мотоцикле, забрав с собой и Тима, чтобы закинуть его в школу по пути. Брюс оставался дома ровно до тех пор, пока не стребовал с Джокера обещание, что тот дождется его возвращения с работы. – Я привезу тебе тот приторно сладкий кофе, который ты так любишь. – Захвати два, – потребовал Джокер. Брюс приподнял бровь. – Или я сам за ним поеду, и ты сможешь понаблюдать в новостях, чем все закончится. – Я привезу тебе кофе, – пообещал Брюс, поддаваясь Джокеру, который втянул его в короткий, сладкий поцелуй. А затем в еще один. – Останься, – выдохнул Джокер в губы Брюса. Сколь же заманчивая идея! Брюс мог бы позвонить и сказаться больным. Он слишком мало спал, да еще и этот провал с Аркхемом – если бы Брюс остался, разочарования во взгляде Альфреда, возможно, было бы самую чуточку. Он мог бы остаться с Джокером, они могли бы примоститься в обнимку на диване, или в кровати Брюса, может, посмотрели бы что-нибудь, Джокер бы принялся комментировать, а он, Брюс, улыбался бы и наслаждался вечером, а потом обнял бы Джокера сильнее… – Мне не стоит. – Мне проинформировать Люциуса, что вы плохо себя чувствуете сегодня? – Раздался позади голос Альфреда. – Да, – тут же выпалил Джокер. Не успел Брюс придумать, как отблагодарить Альфреда, как Джокер схватил его за руку и потащил за собой, пока Брюс не успел ему возразить (не то, чтобы он собирался), или пока Альфред не сказал, что просто пошутил. Джокер с огромным удовольствием вытряхнул Брюса из костюма, который был вполне счастлив от того, что его затащили на кровать. Обхватив талию Брюса ногами, Джокер с силой прикусил его губу. Брюс провел ладонями по чужому боку, и Джокер едва заметно отклонился от прикосновения. Если бы не это, Брюс с удовольствием проверил бы, насколько далеко Джокеру хотелось зайти сегодня, но он решил, что хотя бы один из них должен проявлять ответственность и остановиться до того, как Джокер серьезно пострадает. Джокер принялся дуться и возмущаться, но лучше это, чем позволить ему истечь кровью на его постели. Брюс так Джокеру и сказал, на что тот показал ему язык, но все же позволил уговорить себя полистать нетфликс. На середине фильма, который выбрал Джокер, Брюс задремал. Его успокаивали тепло тела рядом и то, как любовник перебирал его волосы.

***

Джокер исчез до того, как Брюс успел расспросить его о том, где хранились украденные химикаты. По крайней мере, Брюсу удалось нормально его покормить перед тем, как он ушел, да и была уже почти ночь, так что у Джокера оставалось не так много времени, чтобы спрятаться от Брюса. В целом Брюс считал, что ему повезло. Хотя, зная Джокера… не так уж и много времени ему требовалось, чтобы исчезнуть. – Я помогу, – пообещал Тим, и тут же вскинул руку, чтобы предотвратить возражения Брюса. – Я буду держаться в стороне, и если он захочет, чтобы я ушел, я уйду. Но я тоже хочу помочь, кто-то устроил в Аркхеме поджог, и мы должны найти этого… человека. Брюсу не хотелось начинать спорить, поэтому он решил взять Тима с собой, но отправить его разбираться с первым подвернувшимся им преступлением. А может у Гордона найдется, чем его занять. Но нет, спихнуть на Тима какое-нибудь дело не вышло, да и Гордон оказался слишком занят ситуацией с Аркхемом, чтобы беспокоить его поисками чего-нибудь подходящего для Тима. Так что, несмотря на скрутивший все внутренности ужас от происходящего, Брюс взял его с собой на поиски Джокера. Он изо всех сил старался не думать о том, что впервые за много лет добровольно делает так, что Робин окажется в поле зрения Джокера, и о том, чем все это может закончиться. – А ты не можешь просто позвонить ему и спросить, где он? – спустя полчаса поисков спросил Тим, оторвавшись от оборудования и посмотрев на Брюса. – Это так не работает, – ответил тот, не став вдаваться в подробности. Да и как? Невозможно объяснить что-то, что для него и Джокера настолько естественно. Невозможно объяснить, какой восторг оба испытывают от процесса поиска, от погони друг за другом по Готэму, от случающихся время от времени потасовок, от надлежащей целеустремленной охоты, на которую приходится отправляться, когда Джокер решает, что ему надоело играть по правилам, и совершает преступление, которое Брюс просто не может проигнорировать. Тиму этого ни за что не понять – Брюс и сам ведь едва понимал. Это настолько вросло в саму его суть – как этакий рефлекс собаки Павлова, – что он мог лишь принять это как данность, как часть себя, и смириться с этим. Час спустя они нашли Джокера в Бауэри, тот беззаботно шел по улице с Тыквой. При виде собаки Брюс поморщился, Тим же расплылся в улыбке – Тыква ему нравилась, и проклятое животное платило ему той же монетой. Брюс до сих пор не мог сообразить, как же ему снискать расположение собаки. Джокер в этом помогать ему отказался – утверждал, что наблюдать, как Брюс избегает собаку, находясь у него дома, слишком весело. Брюс мог только представить, что может произойти, когда он столкнется с Тыквой лицом к лицу в образе Бэтмена – учитывая его удачу, Джокер выдрессировал ее кидаться на него при появлении. Брюс не дал Тиму спуститься со здания, на котором они находились. Не говоря ни слова, он последовал за Джокером, скрываясь при этом в тени и держась повыше от земли. Тим последовал его примеру, вот только крепче стиснул зубы, так он обычно делал, когда не понимал, что происходит и происходящее ему не нравилось. Прошло меньше минуты, как Джокер замедлил темп – сбился лишь на шаг, – чего недостаточно людям, которые не знают Джокера настолько же хорошо, как знает его Брюс, заметить, но Брюс понял – Джокер почувствовал, что за ним следят. Талант, достойный восхищения, вот только иногда Брюса беспокоило, что появился он из-за чувства тревожности и повышенной настороженности или паранойи, и не являлся природным даром Джокера. Джокер продолжил идти, всем видом демонстрируя, что не заметил слежку. Тыква бежала за ним, виляя хвостом, ее радостный лай вплетался в какофонию автомобилей и редких криков. Так прошли еще пять минут, после чего Джокер нырнул в узкий проулок. Не теряя ни секунды, Брюс с помощью кошки перемахнул через дорогу и спустился в проулок. Тим следовал за ним по пятам. В конце проулка обнаружилась терпеливо сидящая Тыква, которая при виде Тима замахала хвостом. Когда Брюс подошел слишком близко, собака зарычала на него, так что он остался на месте, в то время как Тим поспешил к собаке. – Что ты здесь делаешь совсем одна? Ощутив колебание воздуха за спиной, Брюс тут же развернулся и вскинул руку, блокируя нацеленный в голову удар толстой деревянной доской. Руку обожгло жгучей болью, но он, не обратив на это внимания, зло уставился на Джокера. – Серьезно? – Это единственное, что ты можешь сказать? – Джокер посмотрел на Брюса так, словно тот только что нанес ему непростительную обиду. Брюс был готов признать, что это не самая красноречивая фраза, но она вполне имела право на существование. Джокер фыркнул и, закатив глаза и разочарованно покачав головой, обошел Брюса. Он напрочь позабыл о доске, все его внимание переключилось на Тима, который продолжал почесывать Тыкву за ушком сидя перед собакой на корточках и демонстративно игнорируя творящееся вокруг. Смерив его изучающим, слишком пронзительным взглядом, Джокер расплылся в широкой нечитабельной улыбке. По спине Брюса пробежали мурашки, и он шагнул вперед, снова оказываясь в поле зрения Джокера – он надеялся, что его одержимость Бэтменом затмит интерес, который мог вызвать Робин, гладящий собаку Джокера. Это сработало – отчасти. Джокер не переключил все внимание с Тима, но все же повернулся в сторону Брюса. – Мне нужна информация, где ты держал химикаты. – Брюс знал, что Джокер прекрасно понимает, о чем он. – Понятия не имею, о чем ты говоришь, – беспечно отозвался Джокер. – Выражайся конкретнее, или ищи секретный тайник сам. – Химикаты, которые были у тебя украдены. – Это место? – Джокер склонил голову набок. – И зачем мне тебе о нем рассказывать? Сегодня они, значит, играют так. Брюс на мгновение позабавился мыслью не подыгрывать ему, но с ним был Тим, а Джокер все еще пребывал в относительно хорошем настроении, так что он решил, что подыграть – лучший вариант. – Чего ты хочешь? – Он мог бы попробовать разгадать маленькую головоломку-ловушку Эдди, – махнул в сторону Тима Джокер. – Нет. – Я попробую, – вмешался Тим, вставая на ноги. – Я хочу. – Нет, – в этот раз с нажимом повторил Брюс. – Тогда удачи в поисках моего тайника, – Джокер с улыбкой развел руками. – О, прости, бывшего тайника. Брюс не стал ему отвечать, лишь стиснул зубы покрепче – начинать спорить с ним все равно бесполезно. Но как еще тогда заставить Джокера рассказать то, что ему нужно? Брюс был почти готов прочесывать весь Готэм до тех пор, пока не найдет искомое, только чтобы показать Джокеру, что он может это сделать, и помощь Джокера совсем не обязательна. – Я хочу попробовать, – настаивал Тим. – Я готов. – Видишь? – Джокер подскочил к Тиму и, обхватив его локоть своим, расплылся в ослепительной улыбке. – Это будет наша первая совместная семейная прогулка. Разве не мило? Мы так хорошо налаживаем отношения! Брюс прищурился, отчего улыбка Джокера увяла. – Ты разве не хочешь, чтобы мы наладили отношения? Предпочитаешь, чтобы вместо этого я планировал, как его убить? – Нет. – Брюсу захотелось сжать пальцами переносицу. – Конечно, нет. – Тогда почему ты не даешь нам проводить время вместе? – Джокер надулся, как он обычно делал, когда хотел, чтобы Брюс пошел у него на поводу. – Потому что ты просишь заманить его в смертельную ловушку! Тим вздохнул, почему то это оказалось хуже, чем если бы он что-то сказал. Брюс знал, что победить в этом споре ему не удастся, но хоть он и понимал (по крайней мере умом), что с Тимом скорее всего все будет в порядке, никак не мог выбросить из головы образ Джейсона, не тогда, когда речь шла про Джокера. – Мне нужно выгулять собаку, – вдруг заявил Джокер. – Иди, подумай о том, чего же ты хочешь, а я пока покормлю дворнягу и... сделаю кое-что. Джокер схватил поводок Тыквы и мягко потянул за него, чтобы та встала. Проходя мимо Брюса, собака из принципа зарычала на него, Брюс же просто дал им с Джокером. Это лучше, чем начинать спорить. По идее. – Хотелось бы мне, чтобы ты в меня верил, – тихо заметил Тим, после того, как Джокер скрылся из виду. Брюс не знал, как объяснить, что дело не в том, что он не верит в Тима, так что промолчал и вернулся на крышу.