Песня на двоих

Хэви уже несколько минут сидел и с улыбкой смотрел на разноцветные картинки, наклеенные на окно. Столько всего произошло за то время, что они с Ди вместе. Они побывали во многих городах, увидели и попробовали много новых вещей. Даже парочкой фанатов обзавелись. И все благодаря блондину. Именно он писал и исполнял песни, заставляющие слушателей забыть обо всём. Он осуществил его мечту о группе, забыв о своих. И самое главное — он не отвернулся от него, когда узнал о не совсем правильных чувствах брата. Из-за этого Хэви чувствовал себя ужасным эгоистом, но понимал, что еще большим эгоизмом теперь будет сказать, чтобы Ди следовал своей мечте, а не его. Хотя, возможно, это ещё одна его отговорка лишь бы как можно дольше оставаться с блондином. Похоже, изменения в настроении рыжика не остались в тайне от водителя и он спросил: — Все в порядке? Младший повернулся к нему лицом, улыбнулся и перелез на переднее сидение, вновь разбудив кота. Затем, переложив его себе на колени, ответил: — Да, всё в норме. — Как скажешь — недоверчиво протянул Ди. Несколько минут парни молчали, но Хэви мучал один вопрос, и он должен был его задать, пускай и не получит честный ответ. Бывают вопросы, смысл ответа на который не так важен, главное, чтобы он был. — Как думаешь, я эгоист? Всё же он соврал насчёт того, что его устроит любой ответ, потому что в момент, когда он услышал слова брата, с его сердца свалился камень. Не самый большой и тяжелый, но весьма весомый для того, чтобы на душе стало чуточку легче. — Не знаю, из-за чего ты об этом спросил, но послушай мой совет: просто забей, — блондин смотрел вдаль своими ярко-голубыми глазами, погруженный в собственные мысли — Лучше поспи. Ты всю ночь шастал по городу, поэтому бред всякий в голову лезет. — Но ты ведь тоже не спал. — Я — студент. Мы особая ветвь эволюции, которой требуется в три раза меньше времени сна, чем остальным представителям человеческого вида. Нас создал некромант-хирург, запихавший в зомби мозг. — Старший Металл, не отрывясь от дороги, потянулся за пледом, завалившимся за его сиденье, а потом вручил его Хэви — Всё, сказка закончилась, деткам пора спать. Когда доедем — разбужу. Хэви фыркнул, но пледик принял и завернулся в пушистый кокон. Он почти заснул, но в полудреме услышал тихие слова: — Ты кто угодно, но не эгоист. Пятница. Слабые лучики солнца еле пробивались сквозь плотные, почти всегда закрытые шторы, освещавшие небольшой участок пола. Парни сидели в комнате старшего, играли в приставку и ждали начала их семейной еженедельной игры в покер. Идея Хэви пустить всё на самотёк теперь не кажется Ди безумной: если бы они продолжили играть в партизанов друг с другом, родители точно что-нибудь заподозрили. А рассказывать им о том, что один из братьев испытывает чувства к другому, чревато не лучшим развитием событий. Они бы просто не поняли. Как такое понять, если даже Ди не совсем понимает, кто он и Хэви теперь друг другу. Просто братья? Уж, кто-кто, но не «просто» братья. Близкие друзья? Слишком близкие отношения у них для друзей… Как бы Ди не хотел признавать, они больше походят на пару, чем на всё вышеперечисленное. Постепенно его стена ломается под натиском солнечного рыжика и быстрые поцелуи в щеку уже не вызывают внутреннего протеста. Главное Хэви об этом не говорить, а то у него крышу окончательно снесёт. Ди уже и так извелся от ежедневных афер братца, который чуть ли не кричит о своих чувствах. Удивительно, как родители еще не догадались. Хотя, возможно, он просто преувеличивает. Но даже выходки рыжего, который с каждым разом становились все наглее и наглее, не были главной проблемой. Надо было как-то рассказать всё родителям. Нет, конечно, об очень тёплых отношениях братьев они им не расскажут, ещё чего. Дело совсем в другом: они собираются уйти из дома и создать свою группу. Начать, так сказать, взрослую жизнь. Маленькая группа из двух человек. Он в качестве солиста и Хэви — гитариста. Даже план «Б» на будущее у блондина уже есть. Ди учиться на программиста, поэтому даже если с музыкой у них не выйдет, он всегда сможет найти работу онлайн или в какой-нибудь компании. С Хэви сложнее: с недавних пор гитара стала частью его самого, да и мало у кого она звучит так, как звучит в руках этого парня. Слушая очередную мелодию, Ди просто представить себе не может, кем станет Хэви, если не гитаристом. Поэтому он втайне решил для себя: любыми способами, если он потянет их небольшую группу вниз, добиться того, чтобы Хэви приняли в более менее обнадеживающую, с нормальным солистом и хоть каким-нибудь барабанщиком, группу. Чтобы он исполнял нормальные песни, а не его закорючки на мятой бумаге. Чтобы он нашёл себе нормальную девушку или парня, кто ему там нравиться. Чтобы забыл такого мудака, как он. Чтобы не разочаровался во всём мире и продолжил быть этим чёртовым солнышком с мутировавшими тараканами в голове. — Мелочь, спускайте свои жопы вниз! Сейчас Чес придёт и начнем. — раздался громогласный голос матери. — Сейчас! — крикнул Хэви, быстро нажимая на кнопки джойстика, чтобы хоть как-то освободиться от пиксельного захвата противника. Всё же Ди был не самым лёгким оппонентов, и младший, что закономерно, продул.  — Ну блин! Да как ты это делаешь? — Практика. А ты думал, что я на учёбе всякие программки пилю? — Ну… вообще, да… — рыжий был в небольшой растеряности. — Пошли, они сейчас начнут, — блондин встал, откладывая джойстик. — Подожди! А ты и вправду на занятиях в игры играешь? — Да пошутил я, пошутил. Как всегда выигрывал Чес. Какому именно дьяволу продал свою душу весельчак, пропахший виски и куревом, пока не ясно. Но иначе объяснить удачу этого парня нельзя. Он на карты даже не смотрит, а все равно умудряется загребать себе все фишки, оставляя остальных в минусе. Когда-то он пытался обыграть его, но остался с потрепанными нервами, сломанным мозгом и непоколебимой верой в ненормальную удачу Чеснока. Ди со скукой покрутил в пальцах синюю фишку, одну из тех немногих, что у него остались. Он не знал как подступиться к разговору, поэтому играть у парня настроения не было. Надо было подойти издалека, сказать например, что они с Хэви уже взрослые или спросить, не хочется ли им с отцом отправиться в путешествие. Только они, их байки, пару бутылок пива в мамином рюкзаке и всё остальное, необходимое для долгих поездок, в отцовском. Вроде всё отлично, такие доводы убедят обоих родителей, а дядя Чес с большой вероятностью поддержит юных музыкантов, но несмотря на это начать разговор все никак не получалось: то Виктория отойдет на кухню за выпивкой, то Чеснок начнет рассказывать какой-то замудреный анекдот, над которым смеётся только Глэм. Под вечер блондин совсем приуныл, потому что все его попытки сказать что-то заканчивались провалом и были перебиты кем-то из домашних, благо хоть Хэви понимал, что ему лучше помолчать. Он видел, что все старания брата объявить домашним об их уходе из дома не увенчались успехом и старался незаметно его подбодрить, пихнув краешком ботинка, а когда тот обращал на него внимание, подбадривающе улыбался. Ди долго планировал этот разговор. Место. День. Люди. Всё это было обдумано еще заранее, для того, чтобы они получили желаемый результат. Но прекрасный момент, со стрелками часов, потихоньку ускользал прямо у них перед носом. Нет, конечно, братья никуда не торопятся, Хэви закончит школу только через несколько месяцев, а поговорить с родителями они могут и на следующей неделе, но блондинистый металлист считает, что чем раньше они начнут готовиться к отъезду, тем лучше. Почему они сейчас не могут готовиться к нему? Всё просто: отец сразу же заметит перекочевавшие в рюкзак вещи и устроить им допрос с пристрастием, поэтому лучше уж сказать всё самим. А то мало ли он еще что-нибудь из них попытается вытянуть. — Эм… Мам, мы с Хэви хотим поговорить с тобой и отцом, — неуверено, после множества провалов, начал Ди. Тут его руки незаметно коснулась рука рыжика. Она мягко обвилась пальцами вокруг него, даря тепло и немую поддержку. Блондин чуть улыбнулся и уже, гораздо бодрее, продолжил, — Мы уже достаточно взрослые и не хотим вечно сидеть у вас на шее. Потому хотим начать взрослую жизнь и уходим из дома. Не сегодня, в начале лета, когда Хэви закончит школу и сдаст все экзамены. В комнате воцарилась тишина, в которой блондину даже свой собственный вздох казался слишком громким. Ди почувствовал, как его руку сжала рука Хэви, который выглядел сейчас, наверное, не менее взволнованным, чем он сам. Парень обвёл всех присутствующих взглядом. Они обдумывали сказанные им слова и их брови чуть свелись на переносице. Все, кроме Чеса. Он как сидел, развалившись на стуле, закинув ноги на стол и с сигаретой в руке, так и сидит, только его улыбка стала чуть шире. Наверное, он вспомнил как они с Глэмом почти также ушли из дома, правда, с некоторыми не самыми приятными поправками. — Глэм, пойдем на кухню, — Вики, впервые спокойно встала из-за стола, кивнув в сторону двери, — перетереть надо. Отец семейства промолчал и, всё еще хмурясь, последовал за женой. Худшие опасения блондина оказались напрасными: мама и отец отнеслись ко всему довольно спокойно и не начали расспрашивать их о том, что они будут делать, когда уйдут. Почему-то ему совсем не хотелось рассказывать им о группе, особенно отцу. Это сложно объяснить. Он его не ненавидит, даже наоборот, очень любит, также как и маму, но разговоры у них с каждым годом становятся всё короче и короче. Парень не хочет говорить с ним ни о планах на будущее, ни просить помощи. Он просто… Не знает. Не знает как начать разговор, чтобы он остался разговором, а не перерос в лекцию. Да и не так уж и сильно это в данный момент волновало блондина. Наверное, Ди мог бы уже расслабиться, если бы не взгляд шатена. Все еще улыбаясь, мужчина смотрел в направлении его и Хэви переплетенных рук изредка поглядывая на их лица. Блондина бросило в холодный пот. Если Чеснок догадался об их с Хэви отношениях, а он точно догадался, то расскажет об этом родителям и это будет концом для братьев. Ди попытался незаметно отдернуть руку, но рука Хэви сжалась сильнее, хотя он тоже заметил взгляд дяди Чеса. Еще несколько минут рыжик нехарактерным для него, холодным взглядом сверлил улыбающегося мужчину. Теперь он вряд ли смахивал на котика, с которым одноклассницы постоянно его сравнивали. Но и до тигра он не дотягивал, скорее, рыжая лохматая рысь. Её изумрудные глаза были полны молний, готовых в любой момент полететь в того, кто обидит блондинка, сидящего рядом, жутко нервничающего, но с быстро наполняющим сердце теплом. А Чес сидел и любовался на эту картину, докуривая косяк, после чего просто поднял руки в примирительном жесте. Но не прошло и полминуты, как он сказал: — Будет лучше, если вы сами им расскажете, — язычок яркого пламени из зажигалки поджег новую бумажную трубочку с табаком, и светло-серый дымок потянулся вверх волнистыми линиями. — И как ты себе это представляешь? — Ди опасливо покосился на дверь: в любой момент могли прийти родители. Чуть приглушив голос, он добавил: — Прийти, в гостинную, держась за руки, и сказать: «Мам, пап, мы тут с Хэви встречаемся, окей?!» — Почему бы и нет. — хрипло хохотнул Чес, делая глубокую затяжку. — Пошёл ты на… Дверь открылась и зашли родители, оборвав парня на полуслове. Они выглядели гораздо веселее, чем до того, как вышли. — Уж скорее ты, чем я. — туманно выдал шатен. Сначала Ди не понял смысла сказанной фразы, но как только до него дошло, только наличие родителей удержало блондина на месте. И слова, сказанные дядей, отразились не только на блондине: лицо Хэви сейчас почти не отличалось от огненных волос и тот красноречиво отвел вгляд. — О чем говорили? — родители были в замешательстве: старший метал глазами молнии, младший, с красным лицом, смотрел куда-то в сторону, погруженный в свои мысли, а Чес неизвестно от чего тихо посмеивался. — Ни о чем. — в голубых глазах, наконец, развеялись угрожающие тучи, и они с ожиданием уставились на Глэма и Вики. — Так что вы решили?