Всё о Сандальфоне

      Лево, право, лево, право…. Я уже 4 часа сижу и гляжу на этот дурацкий маятник. «Помогает задать ритм», говорили они, «меньше ошибок будет»! Как вообще в музыке могут быть ошибки? Мелодию надо чувствовать, она должна идти от души. Даже я это понимаю. Метроном продолжал ходить из стороны в сторону и только больше нервировал меня.       Вообще весь день я был жутко раздражителен. Ах, да, когда было иначе. Пару дней назад меня навещала Муза, мы с ней посидели, поболтали. Она одна из тех, кто меня понимает. Музе удалось меня мотивировать и подсказать кучу идей, как музыкальных, так и рабочих. А после она упорхнула, и с ее уходом испарились и идеи. Я так сейчас себя корю, что не записал то, о чем она говорила. Только остатки какой-то темы продолжают крутиться в голове, но я никак не могу их ухватить. С Музой сейчас связываться бесполезно, она и так крутится как белка в колесе. Надо развивать тему, которую я знаю… Раздумья прервал скрип двери. Уриил распахнула дверь и ввезла в кабинет тележку с документами.       — Нужно написать отчет о родившихся за неделю детях, — выдохнула Уриил, промокнув лоб платком.       — За неделю?! — каждая из папок с документами, казалось, вот-вот лопнет от натуги. — Что там на земле происходит?       — А ты не знаешь? — удивилась Уриил. — Пандемия в самом разгаре, люди по домам сидят.       М-да, надо будет напомнить себе поблагодарить Чуму при встрече. Уриил почти покинула кабинет, но в последний момент развернулась:       — Кстати, а как твой метроном? — кивнула в сторону устройства. — Я заметила, ты поймал ритм!       — С чего такие мысли? — удивился, было, я, но тут обратил внимание на свою ногу, которая отбивала в такт метроному. Да и в голове стали возникать какие-то ноты. — Забудь, просто навязчивая мелодия привязалась.       — Судя по ритму, что-то веселое и не свойственное тебе! — усмехнулась ангел.       — Веселая песня про грустную жизнь, ага… — бросил я в ответ. Хм, а неплохая тема.