Кто вломился в мой сон?!

А пока наши горе волшебники пытались засечь этот волшебный дурман и пытались успеть наведаться в тиху к России, где-то в Берлине работал один угрюмый немец. Сидел и бубнил, что он один пашет на весь союз, пока другие страны бездельничают, а некоторые тонут в минусе и долг им придётся возвращать. Но как бы Германия не злился, все равно его наставления пропустят мимо ушей, а ещё покажут ему непристойные жесты. — Идите вы к черту со своими отчётами, собраниями, документами! Я похоже один тут держу весь Евросоюз! Идите вы все к черту, три дня без сна и не одного слова благодарности! - злобно бубнил Людвиг, а все равно смотрел на эту злочастную бумагу. Глаза слипались. Мозг переставал работать время от времени и происходила путаница в словах. Если он так и продолжит горбатиться, то сойдёт с ума. — Всё, я заканчиваю! Больше не могу, пялиться в эти бумаги! - сказал Людвиг и начал собираться идти в свою спальню. Это же надо, на часах уже час ночи, а он даже не ложился! Завтра Меркель его по всей территории таскать будет, устраивать проверку. Будь Людвиг юмористом пошутил бы, что проще повеситься или от других горести, чем выдержать эти проверки и досмотры. Караул! И вот в более менее приподнятом настроении немец выполз из кабинета, выключив свет, и пошёл по тёмному багровому коридору, где с левой стороны светили светильники, аки свечки. Сейчас он умоется почистит зубы и спать. Но его маршрут был прерван, так как из комнаты доносился свет. И тут напрашивается вопрос: какого лешего свет в спальне включён, если его там и в помине нету? В эту же секунду свет в комнате снова гаснет, а дверь легонько скрипнула. От такого действия по спине Крауца начали бегать мурашки и какое-то неприятное чувство засело у него на сердце. — Вот только этого мне на радость не хватало! Грабитель?! - встревоженно шепнул он и аккуратно подполз к двери. Вдох и выдох, вдох и выдох. Сердце начинает быстро биться, а на лбу выступать испарина. Ну! Была не была! И, запрыгнув в комнату, он резко включает свет. Что же он видит? А ничего. Ну как ничего, только двустворчатое пластиковое окно приоткрыто, впуская в помещение воздух. Вещи на своих местах, да и собственно целое стекло. Вот, что из-за нехватки сна мозг порой выдаёт. — Тьфу! Почудилось! Всё! Спать! Сначала умыться и спать! - проговорил воодушевленно блондин и развернувшись на пятках, пошёл в ванну. А свет в комнате снова зажегся и в ту же секунду медленно начал гаснуть, дурман начал окутывать помещение. Вернувшийся из ванны, после освежающего душа, Людвиг почувствовал свежесть в комнате. Как же было хорошо и прохладно, ещё бы под одеяло и будет просто замечательно. — Так, окно уже можно закрыть. - и с этими словами окно было закрыто, а еле стоящая туша отправлена на кровать. Погрузившись в сон, Германия не знал, что будет не один его смотреть, ведь, дурман рассеянный по комнате, сгустился облаком над его телом и от каждого вдоха и выдоха немец укреплял связь с той кто уже давно в мире грёз.

***

— Ах, какая красота! - восхитилась Россия, стоя в бескрайнем поле, что усеянно цветами, пшеном и другой растительностью. Тёплый летний закат, окрасивший небо в ярко оранжевый. На голове у неё красуется венок, а на теле белая и длинная рубаха. Она словно полевая ромашка, что выросла в поле и цветёт вместе с другими цветами. Так спокойно и умиротворенно. Такой чудесный сон, правда? — Ух, хорошо! Ещё бы сюда костёр и можно будет греться об него, когда солнышко зайдёт за горизонт. Надо дрова собрать! - сказано, сделано. И с воодушевлением Анна начала ходить с холма на холм ища ветки, но к её удивлению, даже сухого кустика не нашлось, везде степь, не лесочка. Но она и не думала расстраиваться, подумаешь в степи, найдёт ночлег. И вот её скитания от холма к холму, привёл её к побережью где журчали волны прибивающиеся к берегу, в воздухе ощущался солёный морской запах. И вот она идёт по сухому песку, докудова не дошли волны. Всматривается в даль, пока ничего не маячит на горизонте. — Как долго я иду? И куда? - спросила она, но на это не будет дан ответ. Пройдя ещё пару минут в тишине, на горизонте замаячила крыша, да не абы какая! А из черепицы, причём под европейский стиль. — Вот так находочка! - воскликнула девушка и что есть мочи побежала по направлению к виднеющийся крыши. И чем ближе она приближалась, тем отчетлевее становился фасад дома. Крыша черепица, а само здание, ну как здание, можно сказать, что это кусок церковной часовни, сделанный из серого кирпича. Любопытство брало вверх и было интересно, что внутри. — Хм, а почему церковь католическая? - спросила она и уже подойдя к дубовой двери, потянула свою руку к железном кольцу. Дверь отворилась и впустила в свои объятия. На каменном полу церкви, что попадал в смальту, светил я огромный фиолетовый цветок, чем-то напоминающий василёк. Дальше стояли лавочки со спинками и в самом центре алтарь. На котором по идеи должна лежать библия, но её там нет. — Ну и ну, обычно мне не свойственно о другой вере думать, а тут на тебе, церковь католическая. - сказала Анна, а в голосе слышались нотки сомнения. Пройдя ещё чуть глубже в здание, за окном резко стемнело. Вот просто так! Почувствовав неладное, Россия решила уходить отсюда, как-то расхотелось изучать эту заброшенную церковь. — Дитё божие, куда же ты бежишь? А как же исповедоваться? - раздался бархатный голос со спины. Любопытство снова берет вверх, особенно когда слышишь знакомый твоей одинокой души голос. — Что привело тебя в такой час в мою старую церковь? Неужто на душе камень, что гложит тебя? Расскажи, святой отец тебя выслушает. Лицо сразу побогровело, а ноги подкосились, сердце застучало, что аж в ушах было слышно. Закусив губу она развернулась к священнику. Мужчина в чёрном облачении, на груди огромный золотой крест, а в руках та самая библия. Голубые глаза всматривались в девушку, что стояла спиной к нему. Россия не могла пошевелиться, с одной стороны ей снится тот о ком ей мечтать не приходится, а с другой это все подозрительно. Да и его поведение начинало пугать, что парализовало. С трудом ей удалось развернуться к двери, но сдвинуться с места она не смогла. Послышались лёгкие шаги по направлению к застывшей. " Проклятье! Не могу пошевелиться!" - пронеслось в мыслях Брагинской, даже пальцем пошевелить не выходило. А шаги все приближались и приближались, становясь отчетливее и тяжелее. В какой-то момент можно было услышать цоканье копыт. — Что же ты, дитё божие, пришла в давно заброшенную церковь? Али ты не знала, что в подобных местах могут находиться слуги Сатаны? - громким эхом раздался голос мужчины, что аж витрины окон слегка покрылись трещинами. Какое-то невиданной существо сковало Брагинскую, не давая той и на миллиметр пошевелиться. Сердце стучало в груди быстрее с притоком адреналина. Бежать! Нужно бежать! Сзади опасность! — Полевой цветочек, сам ко мне пришёл. - раздались со спины, голос стал заметно ниже. Спиной Россия чувствовала холодное дыхание, а когда до неё коснулась огромная и холодная рука, что вызвало волну мурашек, в голову пришла одна мысль: "Это не Людвиг!" - тем временем рука поползла к шее, задевая своими ногтями кожу. И аккуратно, взяв за подбородок, развернули к себе лицом. — Боишься меня? - спросил он. Лицо все красное, белок глаз чёрный, голубая радушка светится, а зрачок узкий. Лицо было Людвига, даже его золотые зализанные волосы на месте, из которых торчат огромные красные рога. Рука была чуть больше человеческой с чёрными ногтями. Так хотелось ответить, но ком в горле блокирует возможность сказать. — Повторяю ещё раз. Боишься меня? - и на этой фразе притянул её лицо поближе к своему. Анна предпринял попытку дёрнуться, но тело словно окаменело. Его губы медленно накрыли русские губы, обдавая не то сладость не то горечью. Медленно тянуче как карамель. Глаза начали закрываться от удовольствия, тело стало тяжелее, что норовило вот вот упасть, будто гравитация давит. Вторая рука Германии опустилась на талию придерживая девушку. — Ух, голова гружится. - выдохнула девушка, почувствовав, что ноги перестают держать и она сейчас упадёт. — Рекомендую переместиться на алтарь. - прошептал в ухо демон и, взяв на руки девушку, понёс её на алтарь.

***

Резкое пробуждение от будильника, прерывает сон. Людвиг соскакивает с кровати и падает на пол. Лицо все красное, перед глазами все крутится вертится, а на тумбочке продолжает трезвонить будильник. — Вот же! - выругался немец и поднявшись выключил будильник, головокружение ещё не прошло и он обратно лёг на пол отдышаться. И в мыслях только: "Почти досмотрел сон! Я не видел кульминации и развязки!" Но процесс непотребства, растрепанных волос и глаза полные похоти, он запомнил. На лице появился яркий румянец. То что ему приснилось не идёт в никакое с его фантазиями, всё было как наяву. — Ро... Россия, - сорвалось с губ Людвига, ведь ощущение от поцелуя остались. И они были настоящими. - Что за бред?!