Страдания во плоти

За последние время я узнала слишком много информации. У меня буквально кипела голова от постоянных вопросов, недопониманий и неожиданностей. После вскрытой правды о том, что я уже являлась сформировавшимся Фениксом, Дьявол любезно предложил мне покои в Аду, так как я экстерном, пропустив посвещение в ангелы или демоны, сразу стала адским существом. Я решила не отказываться от предложенного шанса. Сразу после разговора мы покинули Сатану и Аббадон, предположив, что им еще есть что обсудить. Люцифер проводил меня в мои покои и сказал, что, если я хочу изменить что-нибудь в интерьере или мне ещё что-то понадобится, я могу обращаться к нему или к его помощнику — Арагону. — Откуда в Аду и на Небесах появилась иерархия? — я задала интересующий меня вопрос, чтобы хоть немного удовлетворить голоса в голове. — Судя по рассказу твоего отца, сначала все существа были равны? — Из-за случая с Везельвуром ангелы и демоны взбунтовались, и, так или иначе, все хотят, чтобы им твердили, что делать. — Сказал он, облокотившись о дверной косяк моей входной двери. — Посмотри на людей на Земле — самый примитивный пример. Когда Тео создал Землю, он не давал людям никаких намёков на богов — ни на древнеславянских, ни на древнегреческих или древнеримских. Но каждая эпоха человечества так или иначе склонялась к какой-то версии того, что за ними кто-то наблюдает и, вследствие их деяний, благословляет или проклинает их за содеянное. Тоже самое и произошло с ангелами и демонами. Их хотелось иметь сильную, ведущую руку. — Понятно. — я топталась на месте, сцепив руки за спиной. — Я же могу вызвать отсюда водоворот, чтобы попасть в школу? — Ну, конечно, можешь. Есть еще вопросы? Я и сама не знала, чего именно хотела от него. За всё своё пребывание на небесах я впервые осталась бы одна — раньше рядом всегда кто-то был: Мими, Дино, Ади или Сэм. Да ещё и где — в Аду. Хотя, судя по последним произошедшим событиям, Небеса в данный момент были далеко не самым безопасным местом. — Уокер, тебе нужно научиться пользоваться ртом, — вздохнув, сказал Люцифер. — Нужно открывать его и производить звуки. Вот так. — он поднял руку, сложив ладонь в пасть и подвигал ею, имитируя движения рта. Я прыснула смехом. Он улыбнулся, но больше ничего не сказал — видимо ждал, что я что-то скажу. — Мне… страшно, Люцифер. Вся эта история про Везельвура… Они ведь, скорее всего, изгнали его куда-то или же заключили. Значит, он как-то выбрался и как-то смог надеть силой этих идиотов. Как-то смог провернуть все убийства… — я не могла подобрать слов. — Я… Я… — Чтобы он там не задумал, ему на это понадобится время… — начал Люцифер. — Все существа были убиты максимально жестоко. — я вспомнила тело Дино — на нём не было ни одного живого кусочка. — Он наверняка пытался обратить некоторых в Феникса. А если не получалось — просто сжирал из. — Непризнанная тебе правда нужно отвлечься. — он прошел вперёд и закрыл за собой дверь. — Мне тебя опять спать уложить? — Как ты, кстати, это делаешь? Это невероятно полезная способность — вырубать кого попало в любое время. — Я владею способностями эмпатии и могу влиять на настроения существ. — он хитро улыбнулся. — Сонливость одна из них. — он сделал несколько шагов в мою сторону. — Ах, да. — я отступала назад, на каждый его шаг вперед. — Это поэтому ты всегда упоминал сладость на кончике языка, когда я вру? Что-то не очень верится… Пространство позади меня закончилось — спиной я прижалась к холодной стене. — Не верится? — Люцифер подошел вплотную ко мне, зажав меня между стеной и своим телом. У меня пошли мурашки от контраста температур: стена — холодная, а он — горячий. — Ну, попробуй солгать мне. — Э-э-э… Ты мне надоел. — сказала я, подавив желание показать ему язык. — Попробуй ещё раз, Непризнанная. — он приблизил свое лицо к моей шее шумно втянул воздух носом. — Ты так приятно пахнешь… Запах твоей души выделяется сильнее обычного — наверное, из-за того, что ты была человеком. И хотя ты уже вступила в ряды чернокрылых, в глубине души ты всё равно отнесла бы себя к людям, не так ли? Люцифер немного отстранился и посмотрел мне в глаза. — Может, ты все ещё питаешь надежду вернуться на Землю и жить там, словно всего этого не было. Словно, тебе это всё в весёлом бреду приснилось — в коме после аварии? Всё ещё мечтаешь вернутся к своему папочке? О-о-о, — он скорчил жалостливую рожицу. — Что он пожалеет свою маленькую девочку и защитил от всех на свете бед? На глаза выступили слёзы обиды и злости. Я почувствовала, как будто мои конечности наэлектризовались от ярости — словно вся боль, что приносили мне его слова про отца, перерождалась в энергию. — А может ты уже опоздала бежать к нему под юбку? Старик, наверняка, уже высох от горя после того, как ты оставила его там гнить совершенно одного. Отпихнув его от себя со всей своей силой, я направила этот ток, щекотавший мне кончики пальцев в Люцифера. Было видно, что он ожидал моего броска, но, тем не менее моя решительность застала его врасплох. Его отбросило к противоположной от меня стене, и лишь в последний момент он успел выставить крылья, чтобы не встретиться с холодным кирпичом. — Отлично, Вики. — он хлопнул в ладоши, искусственно поклонившись. — Видишь? А ты чего-то боишься. Демон поднял руки наверх, увидев, что я сделала предупредительный шаг в его сторону. — Тихо-тихо. — пропел Люцифер. — Тебе нужно наконец осознать, кем ты являешься! — его тон резко изменился, став более резким и громким. Я приняла боевую стойку, приготовившись защищаться — я не знала, чего от него ожидать. — Ты больше не жалкая Непризнанная, ты больше не жертва Энди! Ты была обучена мной и Аббадон на протяжении достаточного времени — ты владеешь боевым искусством лучше каждого второго существа на Небесах и в Аду. Ты теперь можешь генерировать силу от каждого ранения. Да что там! — вскричал он, — с любой болезненной мысли — как сейчас с отцом. Так что будь добра, собери наконец свои яйца в корзину. Я снова прижалась спиной к стене. Это была очередная манипуляция. Он в который раз вывел меня на эмоции, чтобы добиться своего. — Или я откажусь от наставничества над тобой, — демон снова приблизился ко мне, в этот раз разместив руки по обе стороны от моей головы. — И, видит Шепфа, мне будет всё равно, если Везельвур заграбастает тебя в свои лапы.

***

Я сидела на балконе своих покоев в Аду. Оказывается, Люцифер не приукрасил, когда сказал, что я могу обращаться к Арагону, если захочу изменить что-то в интерьере своих адских апартаментов. Именно поэтому, после его выходки с моим отцом, я этим и занялась. Я поручила ему обустройство моего балкона-терасы с видом на адскую реку Сангуэ. В нем не было ничего сверхъестественного — просто пара вязаных кресел, небольшой столик и пушистый коврик под ним. Занимаясь «переездом», я параллельно взялась за своё самочувствие: следила за тем, чтобы обязательно есть три раза в день, а не просто перебивать аппетит каким-то кофе по пути, тренировалась с Аббадон каждый день — она обучала меня применять мои силы в действие, чтобы я могла обращать каждое физическое или моральное ранение в силу. Я не знаю, что именно поспособствовало этому, но моя астма значительно сдала свои позиции. Сначала было даже непривычно просыпаться без необходимости воспользоваться препаратом. С Люцифером я тоже регулярно виделась — для боевых тренировок. Он также обучал меня важности мысленного блока, стратегиям и разобранному оружию. Иногда я даже удивлялась тому, насколько существа были изобретательны, что касалось насилия над другими. Руны теперь я могла себе ставить и сама, поэтому с Люцифером мы действительно виделись только на тренировках. Когда я приходила в зал, он уже ждал меня там — как всегда в одних и тех же спортивных штанах и обтягивающей футболке с длинными рукавами. После случая с моим отцом, я держалась рядом с Люцифером очень сдержанно. Не задавала тысячи вопросов, — хотя ужасно хотелось, — не говорила ему о своих мыслях, своих страхах и тому подобном. Было заметно, что он почувствовал разницу в моём отношении к нему. Когда он заводил разговор, я отвечала односложными фразами или просто говорила, что я не знаю. В ответ он лишь кривил лицо, поднимая свои густые брови вверх. Оставаясь по вечерам одной в покоях, я не могла отделаться от мысли, что меня к чему-то готовят. Занятия с Аббадон, с Люцифером — они явно были заинтересованы в том, чтобы я могла постоять за себя. Мне… отчасти не хватало его. Не хватало его передразниваний, интересных вещей, которые он мне рассказывал, его вечно снисходительный тон — словно он умнее всех на свете. Несмотря на это, я считала, что он перегнул палку, вплетая моего отца в наш разговор. Даже, если всё это он говорил несерьёзно — только для того, чтобы вызвать меня на эмоции и, как следствие, пробудить мою силу — не нужно было уже в конце концов дать ему отпор. Дать понять ему, что со мной так нельзя. Я ему не какая-то адская шавка, которой он может помыкать, как ему вздумается. Убийства загадочным образом прекратились. Большинство существ на Небесах и в Аду спокойно выдохнули, предполагая, что этому пришёл конец, я же понимала — это всего лишь затишье перед бурей. Вздохнув, я допила отвратительный кофе и направилась в душ. Пару дней назад я затонировала свои волосы в цвет максимально приближённый к своему собственному — холодный и насыщенный коричневый. Запах от краски всё ещё не выветрился, поэтому я и решила освежиться перед тренировкой. Я уже хотела включить воду — в мою дверь постучали. Только по стуку я поняла: Люцифер. После одного случая, когда он ворвался ко мне в покои без предупреждения, я наорала на него, «вежливо» попросив, уважать мое личное пространство. Ошарашено выслушав меня, он похлопал ртом, словно рыба выброшенная на сушу, но после моей просьбы, научился стучать. Пять ненужно громких, я бы даже сказала театральных стуков. Что-то вроде его фирменной выходки. Я улыбнулась. — Входи. — Может, тебе ещё и секретаря нанять, чтобы попасть к тебе можно было только по договорённому времени? — Может быть. Это хорошая идея. Я не стала упоминать, что он был моим единственным посетителем. — Сегодня тренировку придётся отложить. Мне нужно ненадолго отлучиться. — он по-хозяйски прошёлся по моей гостиной, и остановившись возле столика, захватил пару ягод малины, сразу закинув их в рот. Люциферу и говорить не надо было, чтобы он чувствовал себя как дома. — Куда отлучится? — вырвалось у меня, раньше, чем я успела среагировать. — О, так тебе знакомы и другие слова, помимо «Да», «Нет» и «Я не знаю»? Я промолчала, скрестив руки на груди. — Нужно мотнуться на восьмой круг к Вальтеру. У него там какие-то неполадки с подчиненными. — Я там ещё никогда не была. — Конечно, не была. Непризнанным там не место. — Я больше не непризнанная. — Ты наконец-то это поняла? Я снова ничего не ответила. — Ты можешь отправится со мной, тогда мы бы смогли провести тренировки там. — без особого интереса сказал он. Прищурив глаза, я задумалась. Небольшая смена обстановки послужила бы мне хорошо. Может, я бы смогла отвлечься от всего этого. — Хорошо. Я полечу с тобой.

***

Должна признаться, но я тоже была пленницей нескольких стереотипов об Аде. Как, возможно, и все вокруг, кто ни разу там не бывал, я предполагала, что весь Ад состоит из лавы, огня, пепла и крика грешников. Но, как оказалось, я глубоко ошибалась. Сначала мы переместились на седьмой круг Ада с помощью водоворота, который вызвал Люцифер. Он рассказал мне, что этот круг называли зеленым сердцем Ада. Всё, что мне удавалось увидеть, — это бесконечные леса и высокими хвойными деревьями, позже мне пояснили, что это был лишь один из главных лесов. Всего их было четыре. Завораживающие пейзажи, состоящие из гор, водопадов и рек. Воздух там был такой чистый и такой приятный, отчего я делала умеренные и глубокие вдохи, пока мы летели к границе с восьмым кругом. Люцифера было просто не заткнуть всё это время нашего путешествия. Он, словно, вообразил себя экскурсоводом — рассказывал так много, что я заметила, как он запыхался от непрерывной болтовни во время полёта. Мы приземлились на границе. Мягкая трава щекотала мне кончики крыльев. Он окинул меня каким-то непонятным взглядом. — Что-то не так? — поинтересовалась я. — Ты одета не по погоде. — сказал он и закрыл глаза. — Но ведь тут достаточно тепло… После его щелчка пальцами на траве появилась куча одежды — что-то похожее на лыжный костюм. — Это ещё что за шутка, Люцифер? — я сложила руки на груди, чуть ли не топнув ногой словно недовольный ребёнок. — Почему ты не сказал, что там другой климат. — А ты, наверняка, думала, что весь Ад состоит из огня, лавы и криков грешников? — ухмыльнулся он. — Э… Как ты?… Злобный демон повторил мой жест, и тоже скрестил руки на груди. Рубашка на его плечах соблазнительно натянулась. — Почему тогда тебе не нужно переодеться? — я порылась в куче одежды, и откопала там мягкий и большой шарф — к нему подходящая шапка. — Я — Демон. Моя кровь согреет меня, даже будь я заключен в глыбу льда. Мне это не нужно. — он пожал плечами. — Так ведь я теперь тоже теоретически демон… — я пробормотала это, понимая, что впервые произнесла это вслух. — Ты — новоиспеченный демон. У тебя ещё не хватит сил лететь и поддерживать необходимую температуру. Так что давай, заканчивай с цирком и натягивай уже, наконец, трико на свой милый зад. Несмотря на приятный комплимент, я возмутилась. — Почему мы просто не можем вызвать водоворот? — Считай, что тут сеть не ловит. — Люцифер повел плечами, немного разминая их. — Водоворот не работает, мои щелчки пальцами — тоже, так что это твой последний шанс накинуть шубу. Я всё ещё злилась на него из-за его последней выходки, поэтому расправив плечи, решила настоять на своем. — Я возьму шарф и шапку. Но большое спасибо за великодушное предложение — можешь засунуть его себе в задни… — Ладно-ладно, Уокер, смотри только не застуди придатки. Мы пересекли границу и температура умеренно начала падать. Я продолжила лететь, как ни в чём не бывало, хоть и обратила внимание, как мою кожу покрыли неприятные мурашки. Оставалось только надеяться, что температура не упадет ниже нуля.

***

Дверь в попавшийся по пути домик громко захлопнулась, но теплее от этого не стало. Я буквально промерзла до костей. Ресницы и брови покрылись инеем, пальцы на руках онемели — я вся дрожала. — Сделаем небольшой перерыв здесь. — сказал демон, закидывая дрова в камин. Он держался отлично, даже не дрожал. — Или тебе совсем не холодно, можем дрова попросту не тратить? — он ехидно глянул на меня через плечо. Я молча огляделась, передёрнув плечами. В домике было, несомненно, теплее, но я всё равно тряслась, как умалишённая, пританцовывая на месте. Хижиной этот домик назвать было сложно — скорее просто комната: четыре стены с крышей. Окна отчаянно заскрипели от пронизывающего до костей ветра. У одной из тонких стен стояла кровать с парой подушек, маленькая квадратная тумбочка и столик со слабыми ножками. Заметив небольшой шкаф сразу напротив входной двери, я рванула к нему, надеясь найти там огромное пуховое одеяло, парочку пледов и обогреватель. Из всего перечисленного списка я нашла там лишь одеяло. Пожалуй слишком тонкое для подобной погоды одеяло. Накинув его на промёрзлые плечи, я с громким вздохом уселась на постель. Поленья в камине приветственно затрещали, воспламеняясь с каждой секундой всё сильнее. Люцифер поднялся с корточек и струсил руки и брюки от опилок. Он с какой-то полуулыбкой смотрел на меня. — Переночуем здесь. И с первыми лучами полетим дальше. Осталось около пары часов, если мне не изменяет память. — он начал растягивать рубашку. — Я бы полетел уже до конца, но боялся, что ты окончательно превратишься в сосульку и замертво упадешь вниз. Я молча отвернула голову в другую сторону, делала глубокие вдохи, пытаясь унять не прекращающую дрожь. Услышав, как клацнула пряжка ремня, я резко повернулась к нему. — Что ты делаешь? — спросила я. — Собираюсь спать. — ответил он, сняв брюки, сложил их и положил на стол. Следом отправилась и рубашка. — Голый? В такой холод? — Твоё тело согреется быстрее без холодной промёрзлой одежды, Непризнанная. Хоть в комнате и становилось теплее, но я всё равно решила повременить с раздеванием. Люцифер проскользнул под тонкий плед на кровати, отпихнув меня немного в сторону. — Ты ведь всё ещё дуешься на меня? Я услышала, как он сложил руки за головой, устроившись на постели поудобнее. Проигнорировав этот вопрос, я сильнее закуталась в одеяло. — Дуешься. — констатировал он. — Смотрю, тебе нравится говорить с самим собой. — Надо, раз собеседница игнорирует меня весь день. — он вздохнул. — Я был неправ. Мне не стоило упоминать твоего отца в тот момент. Мне просто показалось, что тебе нужна была встряска. Ты словно мысленно кричала мне, что заблудилась, и ничего не знаешь. И мне нужно было как-то донести до тебя, что все ответы у тебя уже есть, но ты словно нарочно стараешься их не видеть. Стараешься игнорировать свою силу и свои способности также яростно, как сегодня игнорировала меня, Уокер. Я обернулась к нему. — Почему ты тогда просто не сказал мне этого? Почему тебе всегда нужно выводить меня на эмоции, словно ты питаешься ими? — Если бы я тебе это всё просто сказал, ты бы продолжила сомневаться в этом. А так, я дал тебе стимул надрать мне задницу. И кажется, это сработало. — Люцифер улыбнулся. — Не так ли? Я встала с кровати и подошла к камину. Горящие поленья потрескивали, лаская слух. — Иди в постель, Уокер. — он похлопал ладонью по матрасу, подзывая меня. Он лежал на кровати, сложив руки за голову. Мне на секунду показалось, что от него шел пар. Я подошла к кровати, скинув одеяло, стянула с себя толстовку, затем стянула штаны. Замершие пальцы не слушались — я всё ещё тряслась от холода. Стараясь не смотреть на него, я быстро проскользнув под одеяло, стянула с себя бюстгальтер — ни за что в жизни я бы не легла в нем спать. Одеяло зашуршало — я услышала, как демон потянул его на себя. Моя рука случайно коснулась его бедра под одеялом. Изо всех сил я пыталась умерить свое дыхание, дать своему телу понять, что я в тепле, что можно перестать дрожать, — но холод, проникающий через тонкую ткань одеяла, сводил все попытки на нет. — Шепфа, снятие холодной одежды было ещё одним твоим трюком, чтобы я разделась? Люцифер промолчал, и вместо слов притянул меня за бедра к себе. Я оказалась прижатой спиной к его груди, мои ягодицы — к его паху. Он обнял меня двумя руками и сверху накрыл нас своим крылом. Спустя лишь секунду я словно оказалась в ванне, наполненной ароматной горячей водой. — Шепфа… Такой горячий! — Наслаждайся. — Он тихо засмеялся мне в плече. Мне казалось, что прошло несколько часов. После долгого полета при сильной снежной буре, я просто околела, хоть и пыталась это скрыть. Перестав дрожать, я размяла пальцы на руках и ногах. И только спустя пару мгновений, переваривая происходящее, начала осознавать, что я полуголая лежала с ним в обнимку на предпоследнем кругу Ада. Мы были так далеко от всех в этом мире. Так далеко, что я не чувствовала гнёта ответственности за свои действия. Произойди что-то в этой избушке на краю света — никто бы ничего не узнал. Даже его запах не остался бы на мне из-за такого холода. Мы оба взрослые люди, закон Неприкосновенности не был бы нарушен — я фактически уже демон. Мы бы просто помогли друг другу снять напряжение, а на следующий день вели бы себя так, как будто ничего не произошло. Я мимолётно представила этот дикий контраст температур — между ним и этой холодной комнатой. Как его поцелуи будут обжигать мою прохладную кожу. Мое сердце громко застучало в ушах, кровь прилила к тазу. — Вики, я прошу тебя, перестать так громко думать. — его тяжелое дыхание обожгло мне ухо. Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как его руки сильнее прижали меня к себе, как его вдохи стали глубже. — Извини… — шепнула я. «Расскажи мне, что ты ещё представила». Я вздрогнула, когда его голос прозвучал у меня в голове. «Я… я представила, как твои руки гладят меня». В ответ на мои слова его рука начала нежно гладить моё бедро. «Как ты целуешь мне шею и уши, лаская кончиком языка». Я ждала, что он осуществит сказанное, но в ответ я лишь услышала: «Продолжай». «Твои руки становятся все смелее, они скользят по моему телу без особых угрызений совести, хотя мы оба понимаем — нам не стоит этого делать». На закорках памяти всплыла обида за все его обидные слова, за все его выходки. Резко вокруг стало невероятно жарко, и то тепло от Люцифера, которого я так жаждала несколько минут назад, теперь душило меня. Я тоже могу играть с ним, как он играл со мной. — Ты прав, Люцифер, — я нарочно сказала это вслух, а не мысленно. — Просто сказать — неинтересно. Теперь я понимаю твою страсть к эмоциям. Теперь я понимаю, почему ты всегда так жаждешь их. Но если ты хочешь и дальше оставаться моим куратором, будь добр — научись пользоваться языком, если тебя что-то не устраивает. Я выскользнула из под его крыла и умостившись на самом края постели, закрыла глаза, чтобы поскорее уснуть. Сердце все ещё билось как сумасшедшее — я боялась, что зашла слишком далеко. Но он так ничего и не предпринял.

***

Проспав пару часов мы направились дальше. Лететь действительно осталось недолго, поэтому вскоре мы оказались на месте. Как ни странно, но такой холод, как раньше, я не испытывала. Видимо кровь дьявола всё ещё бурлила во мне. Небольшая деревушка была окружена высокими скалистыми горами, вершины которых были припорошены пушистым снегом. Издалека, когда мы лишь приближались к поселению, были видны лишь яркие точки огоньков, горящий свет в окнах и горячий пар из дымоходов на крышах домов. Я устала и была голодна — и в прямом и переносном смысле. Хоть я и безумно хотела проучить Люцифера, превратив ночь, которую мы могли разделить друг с другом в тайне от всех, в послание: «Перестать быть говнюком!», — в итоге себе сделала хуже. С каждым днём, вместе проведенным, я всё сильнее чувствовала потребность в нем, хоть и логически этому не могла найти объяснения. Мы приземлились в одном из проулков. Каблуки моих сапог глухо стучали о брусчатку — хождение на ногах, после долгого полета оставляло за собой странное ощущение неправильности происходящего. Люцифер постучав в одну из больших резных дверей, сложил руки за спиной. Он так и не посмотрел мне в глаза, после случая в домике. Хотя он и признал себя неправым и даже извинился, я все равно пошла на поводу своей обиды — просто чтобы проучить его. Дверь резко приоткрылась и в щёлочке света появилась невысокого роста демоница. — Люци! — высоким голосом прикрикнула она, бросившись ему на шею. — Я так по тебе скучала!

***

Я с интересом рассматривала новое лицо. Смоляные длинные волосы были собраны в низкий хвост, аристократичные черты лица — прямой нос, высокие скулы, тонкие подведенные красным карандашом губы. «Люци?» — подумала я. Ещё во время моей жизни на Земле я терпеть не могла сокращённые формы имён. — Ты очень-очень давно не заглядывал ко мне! Было заметно, что демоница была искренне рада видеть его. Перья на ее крыльях еле заметно трепетали, она чуть ли не вприпрыжку облюбовывала его со всех сторон. Её энергия была приятной и обволакивающей, но при этом сильной, чтобы задуматься о её родословной. — Скорее заходите в дом! Её гостеприимство и радушие тут же поразили меня. Даже не спросив моего имени, — да я даже толком не успела преставится — она также активно облюбовала меня своим вниманием. Секунду назад я стояла у входной двери, как в миг она усадила меня в уютное кресло возле камина, накрыв мои ноги пледом и всучив мне в руки бокал красного вина. Опешив, я решила не воротить носом, и просто насладится теплом от камина и вкусом вина. Люцифер, всё также держа руки за спиной, бродил по гостиной рассматривая фотографии в рамках. Они были растыканы по всей комнате. Демоница с Люцифером в подростковом возрасте — на одном из фото она также повисла на нем, как пару минут назад на пороге ее дома. Она лучезарно улыбается, Люцифер же — какой-то хмурый. Она вернулась в комнату, неся в руках несколько тарелок с закусками: брускеттами с ветчиной, шпажки с нанизанными на них шариками моцареллы, томатов и пары кусочков базилика. Слюни скопились во рту, я уже и забыла, когда ела в последний раз. Она поставила передо мной тарелки, и я не стесняясь сразу же кинулась на закуски. Люцифер все также оставался у стены, стоя к нам спиной. — Это Виктория. — сказал он, даже не обернувшись. — А это — моя кровная сестра — Киара. Такие же, как у Люцифера, красные глаза демоницы остановились на мне. Казалось, что за всей этим гостеприимством она толком меня не рассмотрела, и только сейчас усевшись напротив, уперлась в меня взглядом. Она не стеснялась изучать меня, также как я не стеснялась есть ее еду. — Очень приятно. — улыбнулась она. Её острые клыки блеснули в свете огня от камина. — Так зачем же ты пожаловал ко мне, братец? Да ещё и привёл ко мне свою пару.