Если ты будешь со мной жить

Оранжевые языки пламени, перебираясь по земле, пожирали всё, что попадалось на пути, оставляя после себя лишь кучи чёрного пепла. Огонь ласкал и кирпичные стены зданий, облизывая их, даря им неровные чёрные пятна копоти, достающие до самой крыши. В нос бьёт запах гари и горелой плоти, вымещая любые другие запахи и вызывая тошноту, которая то и дело подкатывала к горлу, застревая там. От всех этих зловоний не спасала даже маска с изящным птичьим клювом, богато отделанная серебристыми завитками, переплетающимися между собой в причудливом узоре, созданная искусным мастером, знающим своё дело. А дополняли её, горящие алым глаза. На плечи фиолетового плаща, полы которого раздувал ветер, опадал комками пепел, поднятый в воздух. Грохот и треск, издаваемые обугленными деревянными балками, ломающихся и падающих от напора огня, становился тише на фоне людских криков, выбегающих из разваливающихся и горящих зданий. Но неостановимое пламя огня настигало и их, окутывая с ног до головы, вызывая новые, уже предсмертные крики. От обильного количество красного и оранжевого зрение стало мутнеть. На плечи легли нечеловеческие руки, впивающиеся своими острыми когтями в кожу, прорывая плотную ткань пальто. — Прекрасное зрелище, не находишь? Эти жалкие людишки понимают, что не выживут, огонь поглотит их в любом случае. Но они всё равно продолжают убегать, пытаясь спасти свои ничтожные жизни, вопя и оставляя других умирать, заботясь лишь о себе и своём имуществе, — каркающий знакомый голос прошипел это в самое ухо, опаляя кожу своим дыханием и отдавая смрадом. — Это ты… Ты убийца. Ты питаешься только собственной ненавистью, которая пожирает тебя изнутри целиком, уничтожая и меня, — маска, являющаяся одной из главных составных костюма, который стал частью него, Сергея, что, кажется, прирос к коже, став с ней единым целым, оказалась в руках, позволяя ощущать происходящее в несколько раз сильнее. От запаха гари стали мгновенно слезиться глаза, а от густого дыма стало труднее дышать. — О, ты тоже этого хотел, не отрицай. Идея очистить город от сброда, заполнившего его целиком, принадлежит полностью тебе. Так что ты — такой же убийца, как и я. Мы — единое целое. — Я… — голос подрагивает, отказываясь произнести нужные слова. — Я не хотел такого. — Осознание вспыхивает яркой вспышкой, пронзая затылок острой болью. В длинные волосы зарываются антропоморфные руки, покрытые чёрными, как смоль перьями. В прочем, всё тело двойника покрыто ими. Когтистые пальцы аккуратно перебирают отдельные рыжие прядки, словно они трогают что-то очень ценное, боясь повредить. Хотя у самого точно такие же, уложенные в сложную замысловатую причёску. — Я помогал тебе, пытаясь достичь поставленных целей и стать наконец членом этого прогнившего общества. Только благодаря мне ты являешься тем, кто ты есть. Я думал после этого в тебе проснётся хоть толика благодарности ко мне. Но как же я ошибался. Ты такой же жалкий, как и все они… — глаза цвета жидкого золота, в которых отражались всполохи окружающего их пожара, блеснули чем-то похожим на жалость. Но в следующее мгновение в них зажглась лютая ненависть, обращённая к своей точной копии. — Ты ничего не понимаешь, — зашипел голос. — Из нас двоих я сильнее тебя во множество раз. Я способен на многое без тебя! — тот, кто называет себя Чумным Доктором расправил свои огромные чёрные вороньи крылья, мгновенно накрывая своей тенью обоих. Руки, медленно спустившись с волос, прошлись по лицу, прекращая своё движение на горле, сжимая его с нечеловеческой силой, перекрывая тем самым поступление кислорода в лёгкие, наполненные гарью. — Из нас двоих должен остаться я… А ты умереть! Лицо двойника исказилось и стало покрываться трещинами, словно у фарфоровой куклы, которую по неаккуратности разбили, уронив на пол. Маска упала на землю, подняв небольшое облачко пыли и пепла. Руки Сергея вцепились в чужие, пытаясь ослабить мёртвую хватку. Но всё оказалось бесполезно. Он мог издавать лишь жуткие хрипы, пытаясь вдохнуть. И вот, перед глазами оранжевые и красные цвета стали сменяться на поглощающую абсолютно всё темноту, запечатлев в памяти лишь хищный оскал, разрезавший некогда симпатичное лицо, крики несчастных и золотые глаза, с плещущейся на дне зрачков ненавистью. На место тьмы, пришёл полумрак знакомой комнаты, освещённой рассветным солнцем, проникающим сквозь большое окно, отчего все предметы отбрасывают причудливые и ломаные тени. Глаза забегали в растерянности, осматривая помещение и пытаясь осмыслить произошедшее. Сон. Всего лишь чёртов сон, похожий на предыдущие, такие же утопающие в красных и оранжевых оттенках, с шёпотом, который вызывает только страх, боль и ненависть. От холодного пота футболка и короткие пряди волос неприятно липли к телу и лбу, руки еле заметно тряслись, а сердце стучало так, что отдавало в ушах. Разумовский хотел было встать и пройтись немного, успокаиваясь, но сильные руки обхватили его талию, укладывая обратно на кровать и прижимая к горячему телу. Олег, обладающий чутким сном, снова проснулся из-за него. Он мог проснуться даже от незначительного шороха, не говоря уже о криках, вызванных кошмаром. — Я с тобой. Успокойся, Серёж, это всего лишь кошмар. Попытайся снова заснуть. Родной шепчуще хриплый голос, хрипящий ещё сильнее ото сна, показался самым приятным на свете, прогоняя отголоски недавних криков, стоящих в голове. А крепкие объятия и равномерное дыхание, опаляющее затылок, заставили померкнуть абсолютно все картинки жуткого сновидения, всплывающих перед глазами. Олег рядом, а значит бояться нечего. Закрывая глаза, восстанавливая нормальный ритм сердцебиения и подаваясь навстречу новому сну, в голове проскользнула одна единственная мысль — он, Сергей, больше никогда и ни за что не надет костюм Чумного Доктора, являющегося ему в кошмарах.