Планета, которой не было

      Дальше завертелась кровавая карусель.       Часов на восемнадцать-двадцать Шорр Кан, Оймгард, Корл и Дарк выбирались в Галактический центр, охотились за пиратами и продажными политиками, подрывали космические корабли и пиратские базы, брали под контроль захваченные пиратами планеты. Потом на шесть часов они возвращались на базу Дарка, чтобы отдохнуть, и всё повторялось заново.              В третий цикл между делом Шорр Кан и Оймгард встретились с Грассо Бруни и Греттиром Ингтоурссоном, Шорр Кан хотел представить им гангафца. Как аэсталец, Шорр пользовался у напарников полным доверием, и идея изменения Галактического центра обоим очень понравилась, хотя, конечно, они были озадачены тем, что эти неожиданные люди хотят сделать именно их президентами. Да и вообще глупость какая-то! Разве могут во главе государства стоять сразу два человека?               — Вы же понимаете, — спокойно отвечал Шорр Кан, — нигде в верхах вы не найдёте человека, который не был бы подвержен коррупции, который бы думал о том, как превратить этот мир в место, где будет возможно спокойно жить, а не о собственном бизнесе. А вы как раз, владея собственным, хотя и небольшим бизнесом, всё время ухитрялись кому-то помогать. А ещё вы связаны с моей погибшей родиной… Если я один из организаторов переворота в этом мире, могу я себе позволить попросить взвалить на себя такую ношу людей, которые важны для меня?              Если подходить к делу таким образом, то всё звучало логично. К тому же, если быть совсем честными, то ни Грасс, ни Греттир не верили до конца, что обещанный переворот станет реальностью и им действительно придётся брать на себя верховную власть. Но пообещали свою полную помощь и поддержку. Заодно им был представлен Дерек, которому предстояло в ближайшее время быть их главнокомандующим и управлять их будущим военным флотом, ранее подчинявшимся Дарку.              Через пять циклов Галактический центр лихорадило. Акции самых разных предприятий падали, полиция сбивалась с ног, пытаясь расследовать убийства всё новых и новых политических деятелей и глав корпораций. Причём часть космической полиции честно пыталась разобраться в происходящем, часть тряслась за свои шкуры, понимая, что после того, как снимут урожай по верхам, придёт черёд и исполнителей, а часть полицейских не знала, как благодарить небеса за то, что все те, кто годами жил над законом, чьи непомерные желания стоили жизни стольким честным людям, буквально в считанные дни становятся жертвами каких-то загадочных киллеров. Со всех сторон сыпались донесения о чудовищных взрывах в различных отдалённых уголках Галактики. Информация в основном шла из тех районов, на которые вечно закрывали глаза, делая вид, что никто не понимает, что там творится, хотя свидетельств об активности пиратов всегда было предостаточно.              В своём очередном рейде Шорр Кан решил не заморачиваться выселением с пиратской базы мирного контингента. Это было бы затруднительным, потому что здешний босс оказался настолько наглым, что захватил небольшую колонию на поверхности планеты и превратил её жителей в своих рабов. Пиратская верхушка и их охрана вооружённому гангафскими военными разработками магу оказались, разумеется, на один зубок. Поскольку здесь взрывов следовало избежать, Шорр Кан воспользовался мощным парализующим газом, после чего обезоружил всех пиратов, восстановил нормальное управление колонией, помог собрать пиратов в тюрьму, выдал руководству документацию и посоветовал после быстрого, но справедливого суда всех перевешать. В рудниках же пусть лучше роботы вкалывают, дешевле обойдётся.              Пока счастливые жители планеты радовались свободе и решали судьбу пиратов, Шорр Кан решил пройтись по резиденции босса, вдруг что-нибудь интересное подвернётся. Кроме того, надо было забрать данные из процессора базы. В музей нератец забрёл случайно, и только недовольно поморщился, обнаружив там инсталляции из кожи, содранной с разных частей тел, вырезанных из космических кораблей названий и снимков разных сцен пыток и казней. Шорр Кан уже собирался взорвать к чёртовой матери это паскудное место, как краем глаза заметил ещё один экспонат.              Странное чувство заставило Шорр Кана быстро подойти к витрине. В двух кубах прозрачного пластика были помещены отрезанные головы. Мужчина и женщина. Лица обезображены пытками и побоями, но вполне узнаваемы. По крайней мере, Шорр Кан хорошо помнил Виту, дочь Кэна Астина, советника короля Орэна по связям с внешними мирами.              Вита была старше Шорр Кана на 18 лет, старший принц только родился, когда девушка закончила Королевский университет, как большинство детей советников, в достаточно юном возрасте, и отправилась в Галактический центр на стажировку. Там аэстальке неожиданно понравилось, вернее, показалось интересным изучать этих людей, так что она осталась там работать. Через пару лет она вышла замуж за галактического полицейского по имени Реджинальд Сотби. Они познакомились, когда Реджинальд проходил курсы повышения квалификации в юридической фирме, где работала Вита.              Прежде, чем они смогли пожениться, Налю пришлось посетить планету Аэсталь, познакомиться с семьёй своей возлюбленной и даже представиться королю. Дело в том, что на Аэстали очень внимательно относились к оформлению браков с иномирцами. Это было очень большой редкостью. Шорру тогда было только три года. После свадьбы Вита перешла работать в галактическую полицию. Супруги часто прилетали на Аэсталь, когда у них появилась дочь, названная не аэстальским именем Мария, они стали часто привозить её в гости в королевский замок. Девочка была младше принца Шорра всего на четыре года, так что дети быстро подружились и потом Шорр часто навещал подругу в Галактическом центре.              Шорр Кан стоял перед витриной, в которой были выставлены на всеобщее обозрение головы родителей Марии, и вспоминал, как оказавшись на планете Нерат после возвращения памяти, он снова встретил свою подругу детских лет. Она выросла и изменилась, и отзывалась на земное имя Машка, но у неё были глаза Виты и та самая улыбка, которую он не помнил почти 20 лет…              Шорр Кан выбил стекло, забрал пиратские трофеи, потом с наслаждением подорвал пиратское логово и вернулся на Тёмную базу. Как только вернулся Оймгард, Шорр Кан выложил перед ним головы и мрачно спросил:        — Может ли волшебная медицина Гангафа что-то сделать для этих людей?       Оймгард озадаченно потрогал пластиковые кубы.        — Ну, зависит от того, как скоро после смерти их зафиксировали, чем именно зафиксировали… А кто эти люди?        — Женщина — аэсталька. Вита Кэн Астин, мать подруги моего детства, дочь советника моего отца по связям с внешними мирами. И её муж, галактический полицейский Реджинальд Сотби, очень хороший и честный человек, многим помог. И я знаю, как они умерли. Из памяти Дарка.              Шорр Кан вкратце рассказал гангафцу историю Горрэлла и его семьи, а потом добавил:        — Их дочь, Мария, живёт на Нерате. И их внучка Алэна, нератцы её в Алёну переделали… Оймгард, я вас очень прошу, попробуйте им помочь!              Оймгард в это время напряжённо размышлял о другом, о том, что до его сведения довели информацию об уникальности народа нератцев в плане существования у них полных двойников в Гангафе, которые, несмотря на принципиальные отличия в судьбе, были невероятно похожи по характеру. Больше ни с каким миром у Гангафа такой общности не было. Оймгард видел досье на всех нератцев Гангафа. И сейчас он вспомнил, что среди нератцев есть двое Старших, которых зовут Наль и Вита. Эти люди живы в Гангафе. И это означает, что есть возможность оживить их и здесь. Либо получится забавный казус.               — Мы попробуем, — решительно сказал гангафец. — Поручите Вулфу отвезти головы на Нерат, передать Васину. Пусть он отправится в Гангаф и посмотрит, что можно сделать. Вы хотите их забрать на Нерат?        — Нет, — поразмыслив, ответил Шорр Кан. — Реджинальд Сотби станет здесь идеальным начальником всей галактической полиции. Он всю жизнь работал над улучшением своего мира, я уверен: он не захочет дезертировать на мирный Нерат!              Печальный груз отправили на Нерат вместе с Вулфом. Из трёх бывших офицеров Дарка, взятых для поддержки, Вулф был младшим и наименее опытным. Его наставник Дерек, который когда-то спас этого юношу и привёл его к Дарку, сейчас продолжал пасти бывший флот Тёмной базы, Коррах управлял жизнью Тёмной базы и обеспечивал тыл героическим рейдерам.              Как и было велено, Вулф прямо с космодрома отправился в штаб-квартиру КСС, дождался возвращения гангафца Эолверры, которого на Нерате чаще звали его «конспиративным именем» Васин, и передал ему поручение Оймгарда. И две закатанные в пластик мёртвые головы…              Глаза у гангафца немного полезли на лоб, но Оймгард никогда бы не поручил ему такую странную вещь, если бы это не было критичным. Он ещё раз обдумал информацию о том, что эти люди — родители нератца с планеты Нерат, а женщина — аэсталька. Потом он тоже вспомнил, что ему выдали по нератцам, отправляя его на Нерат, и сообразил, что среди нератских Старших в Гангафе есть Реджинальд и Вита, и они живы.        — Какой интересный парадокс, — пробормотал Васин, забрал пиратские трофеи и убыл в Гангаф.              В Гангафе он явился к своему вышестоящему начальству и изложил задачу. Парадокс был сочтён интересным, и гангафцы задействовали все возможные мощности и технологии, чтобы расконсервировать фрагменты тел, получить из них генетический материал и восстановить тела погибших. Налю и Вите повезло, вещество, которым их залили, оказалось отличным консервантом, поэтому операция прошла вполне успешно. Тела были восстановлены, физиология запущена, но оба оживлённых пациента пребывали в глубокой коме. Гангафцы были не очень озадачены.              Скорее, было бы странно предполагать, что какие-то мозговые связи сохранятся в головах, девять лет пролежавших в каком-то пластике. После серьёзного консилиума, к которому привлекли КСС, подкинувших медикам эту задачку, представителям спецслужб пришло в голову, что надо бы показать этот странный случай нератскому князю. Он маг, кроме того, он уже знает о том, что у нератцев есть двойники, уже есть планы по знакомству нератцев из разных измерений. Вдруг у него найдётся какой-то свой способ.              Так что Шорр Кана вызвали в КСС, сообщили о неожиданной секретной операции в другом измерении и отвезли в клинику, где в стерильных боксах лежали двое старших — Реджинальд и Вита, подключенные к регенерационной системе. Хорошо, что Шорр Кан заранее знал о том, что это двойники, такие же, как у него и других нератцев.       Он медленно подошёл и всмотрелся в совершенно пустые лица. Всё было неправильно, он не чувствовал своих наставников.              С Налем Шорр Кан в своё время облазил все нератские леса, а Вита учила его различать травы и составлять целебные смеси. У старших появились первые настоящие дети нератского народа, а Шорр Кан был самым первым ребёнком, который родился в народе нератцев, так что воспитывали его все Старшие разом да и многие другие нератцы, для которых он со временем стал предводителем. Эти люди в коме не были его учителями. Но они должны были жить, потому что Шорр Кан понимал, что в том измерении, откуда их привезли, тоже есть нератка Мария, которой нужны мать и отец.              Он подошёл к регенератору Наля, прижал пальцы к его вискам и мысленно потянулся к нему.        — Наль, — всей силой своей мысленной речи Шорр Кан бросился в пространство, — Наль, отзовись! Вита! Вита, где ты?       На секунду Шорр Кан почувствовал страшное головокружение, словно вокруг него открылось пространство, намного превышающее его возможности к восприятию, размывающее и подтачивающее его знание о себе, но при этом зовущее и притягательное.       А потом окружавшие его приборы выдали хаотичные сигналы, глаза Наля открылись и с ужасом уставились в лицо Шорр Кана, а в соседний бокс, где забилась в регенераторе Вита, бросились врачи.              Шорр Кан попятился, потому что страх в глазах Наля, таких похожих и таких незнакомых, напугал его самого. Он с облегчением отступил назад, пропуская медиков, и поспешно вышел из бокса. Нератский князь остановится в коридоре, чтобы дождаться какого-то осмысленного заключения от врачей. Вскоре к нему присоединился ведущий это исследование врач. Гангафец объяснил, что сейчас оба пациента снова введены в искусственный сон, чтобы их рассудок не пострадал. Насколько врачи успели разобраться, сознание полностью вернулось. Пациенты назвали свои имена: Реджинальд Сотби и Вита Кэн Астин. Судя по всему, они попали в плен к пиратам и там погибли. Шорр Кан вздохнул с облегчением.              Медики объяснили, что после полной реабилитации этих пациентов вернут специалистам КСС, которые их сюда доставили. Шорр Кан не стал добиваться подробностей, потому что контакта между двумя народами нератцев — из Гангафа и с отдельной планеты — ещё не происходило. Знали об этом казусе очень немногие. Понятно, что людей из другого мира в Гангафе не оставят, да и дочь их осталась на том Нерате.       Снова приводить Наля и Виту в сознание в медицинском центре Гангафа не стали, сразу перевезли обратно на Нерат и поручили заботам Тамары. Васин вызвал Марию в медблок, где, бледная от осознания масштаба возможностей гангафцев и от своей ответственности за нормальную реабилитацию людей, вернувшихся с того света, Тамара металась вокруг регенераторов.               — Маша, — серьёзно сказал Васин. — Шорр Кан нашёл на одной из пиратских баз останки твоих родителей. Если честно, то это были законсервированные головы. Мы рискнули попробовать восстановить их тела. Как видишь, у нас получилось. Сейчас они введены в искусственный сон, потому что последнее, что они помнят, это их гибель. Когда Тамара разбудит их, будь рядом. Их дальнейшее благополучие зависит только от тебя. А Шорр Кан просил, когда они полностью поправятся, дать им возможность вернуться в Галактический центр. Этому миру потребуются честные люди, а в правительстве пустует множество мест.       Мария, беззвучно плача, смотрела на знакомые лица. Больше всего ей хотелось, чтобы её родители остались на этой мирной планете, с ней и с Алэной навсегда. Но она слишком хорошо знала своего беспокойного отца, он никогда не согласится отступить.              Выведение Наля и Виты из искусственного сна продолжалось достаточно долго, чтобы Мария полностью собой овладела. Последние полчаса она не сводила глаз с экрана, на котором сводились показатели мозговой активности, и стоило ей понять, что они почти пробудились, как Мария окликнула родителей:       — Отец, мама! Это я, Мария! Вы в безопасности!              Наль моментально открыл глаза, и Марии показалось, что он сделал бы движение достать оружие, если бы регенератор не сковывал его движений. Вита просто открыла глаза и замерла, прислушиваясь.       Мария встала так, чтобы её могли видеть оба.       — Вы находитесь на планете Нерат, в другом измерении. Наш предводитель, Шорр Кан, нашёл вас в измерении Галактического центра, а наши союзники, гангафцы, смогли восстановить вас к жизни. Давайте я помогу вам одеться и покажу вам этот мир.