Давай падать вместе

Хосок просыпается рано утром от неприятного чувства внизу живота. Всё мокро. Постель буквально вымазана в смазке, что неприятно теперь ощущается на коже, создавая дискомфорт. Продолжать спать на мокрых простынях становится слишком неудобно и Чон принимает решение, несмотря на раннее время, всё-таки подняться и сходить уже наконец-то в душ. Тело слегка ломает, как после многочасовой тренировки, а ноги с трудом слушаются, но Хосок всё же поднимается, осторожно вытаскивает из шкафа все необходимые вещи для душа и стараясь не разбудить Чимина, отправляется в ванную комнату. В доме ещё пока что слишком тихо, все спят, утренний свет только-только начинает проникать в окна, для Джея это почти спасение. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь сейчас его видел в таком виде: мокрой футболке, взъерошенными волосами и перепачканными ногами, достаточно было вчера им лицезреть эту картину. В ванной комнате репер впервые за последнее время смотрит на себя в зеркало и недовольно стонет: такое чувство, словно за его кожей последние лет десять никто не ухаживал, под глазами синяки, а взгляд совсем измотанный, поникший. Он раздражённо начинает чистить зубы, затем делает несколько масок и, лишь потом отправляется в душ. Горячая вода приятно расслабляет тело, смывает с кожи все остатки вчерашнего кошмара и усталости, чужого запаха и смазки. Для Хо – это сейчас важно, вновь почувствовать привычную былую жизнь, забыть о пережитом кошмаре, даже если в голове всё ещё мелькают мысли о стыде. Сегодня ему явно будет тяжело смотреть собственным одногруппникам в глаза, те видели слишком много, особенно альфы. Не то, чтобы он не доверял им, нет, просто обычно подобные вещи он предпочитал оставлять между собой и Джином, ну или лечащим врачом, но никак не перед ними всеми. Уже выходя из ванной, Хосок не забывает предварительно вставить тампон и поменять одежду на новую. Обычная футболка и шорты, взлохмаченные, ещё влажные волосы, но уже совсем другой взгляд, более бодрый и яркий. Он отправляется на кухню, где на удивление застаёт на диване, завёрнутого в плед, спящего Юнги, рядом с которым на столике лежит всё ещё включенный ноутбук. Джей не беспокоит его, осторожно заваривает себе кофе и умещается на диван рядом с мембером, обновляя свою почту. В общем-то ничего нового с ним, за исключением неприятного тянущего чувства внизу живота не возникает, но это из-за блокаторов, их уже пора принимать, но Джин-хён ещё не проснулся, поэтому ближайшее время Хосоку в любом случае придётся потерпеть. Он сидит так несколько минут, устало тыкая в телефон и греясь о чашку с горячим напитком, пока не ощущает, как запах в комнате начинает резко меняться, кто-то заходит на кухню. И это не запах Юна, нет, намного сильнее. Репер недовольно вздыхает, потому что это может быть только Чонгук. Этот необычный запах петрикора, свойственен только ему и сейчас макнэ последний, с кем бы Хоуп хотел общаться в первую очередь наедине, прежде всего из-за стыда и неудобства. – О, хён, ты уже проснулся? – Чонгук порой, как ребёнок, состряпывает удивлённую мордашку и, не переставая сверлит его взглядом. – Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? – Чонгук наливает себе просто воды и пока Джей говорит тихое «всё в порядке», уже успевает вернуться обратно к дивану и сесть прямо рядом с ним. И это когда у Хо, течка и… кажется, Чон готов признать, сейчас ему до ужаса страшно, потому что тело отзывается на альфу, а очередной приступ боли ещё никто не отменял. – Ты вчера нас всех очень сильно напугал. – Кхм… Гук~и, не надо, – Хосоку слишком неловко и неудобно, ему ужасно стыдно смотреть макнэ в глаза, вспоминая, насколько беспомощным и жалким он был вчера и как вёл себя в машине, вспоминая всё то, что испытывал в тот момент по отношению к собственному одногруппнику. – Мне и так неловко об этом вспоминать. – Прости, – Чонгук тихо смеётся, понимающе кивая в пол. – Я не это хотел сказать, просто… я очень переживал за тебя, я не думал, что вам бывает настолько больно в такие моменты. – Младший говорит с небольшими заминками, словно подбирает слова, видно, что он нервничает. А потом случается то, что сам Хосок никак не ожидал, Чонгук зачем-то кладёт свою ладонь ему на колено, мягко сжимая и начиная осторожно поглаживать. В этот момент мир переворачивается, потому что у омеги всё плывёт перед глазами, сердце заметно увеличивает темп, а тело напрягается и словно каменеет в один момент. Это похоже на удар током, от которого с трудом можно отойти. Он не пытается откинуть руку Чонгука, но прекрасно чувствует, как тело предательски отзывается на чужие прикосновения. – Прости, если я тебя с Тэхёном иногда подкалывал с этим, мы были… Хён? – И тут голос Гука резко меняется, становится более ломким и хриплым. – Твой запах? Он как-то изменился. И только тут Хосок понял, что влип: его тело всё-таки отозвалось на альфу, причём слишком быстро, запах усилился и, теперь по взгляду Гука было видно, что тот сдерживает себя с трудом. «Ты не должен был меня вообще касаться, не должен!» – кричал репер внутри себя, когда дрожащими руками сбрасывал ладонь макнэ со своего колена. «Какого хрена, я так на тебя вообще начал реагировать»? – Мне надо выпить таблетку, Гук~и. Подожди меня здесь, – Джей делает попытку подняться, когда чувствует, что альфа не отпускает, хватает его за руку и усаживает обратно на диван со словами «да всё нормально, я вытерплю»: – Нет, не вытерпишь, ты уже неадекватно реагируешь. Чонгук, пусти меня, – Он толкает парня снова, но тому хоть бы хны, его с места не сдвинешь, как скала, младший только ещё больше перегораживает ему путь к отступлению, перекрывая прямой проход собой и того и гляди навалится сверху, вдавливая в диван. Такое с ним впервые. Раньше даже если они и чувствовали запах омег, то никогда так себя не вели, максимум быстро уходили проветриться, но ещё ни разу не нападали, зажимая в углах. – Да, что с тобой? Какого хрена ты делаешь? Хосок вновь пытается его оттолкнуть, но по тому, как стекленеют глаза альфы, уже понимает, что доигрался. Чонгук отреагировал на запах и теперь был готов нападать, брать своё, как он считал по праву рождения. Смущало только одно, его странные слова, которыми он вроде и пытался успокоить, но это совершенно не работало: – Хён, всё в порядке, я не трону тебя, ты просто очень приятно пахнешь, даже слишком приятно. – И вот он уже утыкается носом в чужую шею, вдыхает запах и совершенно никак не реагирует на жалкие попытки Хо оттолкнуть его, хотя омега особо и сопротивляться-то не может, тело слабеет под давлением альфы. – Ну и какого чёрта вы оба делаете? – Недовольный голос только что проснувшегося Юнги, моментально отрезвляет Джея, заставляя его вновь сопротивляться, но совершенно никак не действует на макнэ. Шуга понимает, что происходит лишь спустя пару мгновений, когда видит испуганный взгляд омеги и, быстро поднимаясь, тут же подлетает к Чонгуку, хватая того за плечи. – Гук~и, отпусти его, слышишь? Ты можешь ему навредить, идиот! Сейчас же отпусти его, ты уже и так напугал всех тут порядком! – Ему всё-таки удаётся заставить парня отступить лишь после того, как голос репера делается особенно строгим и резким. Чон отходит, говорит тихое «простите» и уходит из кухни. Юнги даже не пытается его удержать, этот ребёнок ещё слишком нестабилен в своих эмоциях и действиях, видимо сорвался, даже не подумав головой. – Чего он так на тебя отреагировал? – Шуга задаёт вопрос, но не получив от омеги ровным счётом никакого ответа, пару раз сознательно, особенно сильно вдыхает воздух, принюхивается. – Странно, ты вроде бы не пахнешь, чего тогда у него крышу сорвало. Юнги уже начинает собирать свою постель, когда Джей решается всё-таки уйти, прямиком к Джин-хёну и лишь на пороги кухни слышит вполне обыденное: – Хоби, ты лучше прими таблетки, а то мало ли, вдруг это я просто не учуял. *** – Да, не драматизируй, – Джин спешно поднимается по лестнице, подгоняя за собой Хосока, который больше возмущается, чем передвигает ногами и как-то уж совсем медленно плетётся за старшим. – Ты сам видишь, что происходит с твоей течкой, он просто учуял запах и как любой нормальный альфа, отреагировал на него. – Но Юнги сказал, что я ничем не пах и, ты тоже, когда проснулся, никакого запаха не почувствовал, – Джей не унимался, его слишком сильно беспокоил утренний инцидент, на который хён совершенно никак не реагировал, считая, что это в порядке вещей. И это когда у самого Джина бывшие отношения были ой как далеки от идеала. – Во-первых, я омега, я твой запах вообще редко когда чувствую. Согласись, он у тебя редкий и слишком уж лёгкий, а, во-вторых, смотри не сморозь это всё врачу, а то нас как стажёров начнут контролировать. – Джин резко тормозит, когда понимает, что Хоуп уже хватает его рукав куртки и явно пытается возразить. – Так, всё, стоп, успокойся и дыши глубже. Сейчас есть дела поважнее. У мальчишки просто встало на тебя из-за гормонов и точка. – И тут вижуал даже выставляет вперёд указательный палец, в очередной раз, затыкая младшего, когда тот пытается возразить: – Хоуп! Лучше подумай о своём здоровье и что ты скажешь врачу, чем сейчас обсуждать тему, которая может и подождать. – Ты же сходишь со мной на приём? – Танцор ускоряется, быстро проходя в любезно открытую Сокджином дверь и прямо в проходе неожиданно останавливается, разворачиваясь к нему лицом для дополнительного комментирования: – Мне одному как-то неловко и страшно, я у него последний раз был, когда мы только дебютировали. – Джин закатывает глаза, уже прекрасно осознавая, сколько раз эти несносные дети его обманывали, утверждая, что систематически обходят всех врачей, видимо, у страха глаза велики, но всё-таки бросив тихое «схожу», подталкивает младшего вперёд. На регистратуре они проводят от силы пару минут, ровно для того, чтобы оплатить услугу и получить нужный им номер кабинета. И только вот тут Хосока начинает немного трясти, он списывает это на страх перед врачами, хотя больше его беспокоит вопрос собственного организма: а вдруг с ним что-то, действительно, серьёзное? Это не даёт покоя, у него и раньше были сбои в организме, но такую боль он испытал впервые, ещё и эти проблемы с запахом, которые старший признавать не хочет. Красота, да и только. – А, Сокджин, Хосок, добро пожаловать. Проходите, – Знакомый врач компании тут же приветствует парней, приглашая устроиться на кресла рядом с его рабочим столом. Он весь сияет, как начищенный сапог, улыбаясь почти во все тридцать два зуба, ещё бы, ему такие деньги платят, за это он готов решить абсолютно любую их проблему, даже не разрешаемую. – Рад вас видеть у нас. Что-то случилось? Вы у нас были недавно. – Врач поворачивается именно в сторону вижуала, очевидно из-за его старшинства или просто потому что видится с Кимом чаще, чем с Чоном и работать ему с ним, явно привычнее. – Ах, да нет-нет, – Джин мило улыбается, неосознанно делая несколько слабых поклонов и, тут же тупит глаза в пол. Даже ему всё ещё порой бывает некомфортно общаться с таким врачами. – Эм, ну, в общем, у нас видимо из-за камбека сбился цикл течки и Хосок, – Джин кивает в его сторону, отмечая, что тот явно нервничает. – Ему было больно, даже, наверное, адски больно, да? – Ким спрашивает, зажато улыбаясь и получив слабый кивок от Хосока, тут же переключает своё внимание на врача. – Ага, понял. – Врач тут же взял с собственного стола несколько папок и, открыв одну из них, начал судорожно перебирать документы. – А у Чимина, как течки проходят? – Получив от вижуала тихое: «он вроде бы не жаловался», мужчина утвердительно кивнул. – Хосок-ши, что вы принимали в эту течку, какие препараты? – Хоуп мало, что говорит, лишь достаёт из рюкзака несколько коробок с препаратами и передаёт их врачу, считая, что так будет куда более надёжней, чем что-то объяснять на словах. – Подавители запаха хорошие, а вот блокаторы слишком сильные. Такие обычно принимают замужние омеги, когда допустим, у них нет возможности провести течку вместе с альфой. – Это из-за чрезмерной нагрузки, те, что вы обычно рекомендовали, перестали действовать, – Джей пытается объяснить, у него, куда всё более серьёзней, чем просто его личная прихоть, накачать себя ударными препаратами. – И… у меня ещё видимо сбой с запахом. Другие его иногда чувствуют, а иногда нет, хотя смазка есть. И я ещё хотел уточнить по поводу этих блокаторов: они могли вызвать такой эффект или это я слишком сильную себе дал нагрузку в период течки? Просто камбек выпал как раз на неё, но ничего не было, началось именно сейчас. – Блокаторы, скорее всего, перестали действовать из-за нагрузки и недосыпа, но болевые ощущения обычно возникают из-за отсутствия партнёра. Такие сильные препараты мы чаще всего назначаем омегам, которые уже вышли замуж или имеют постоянных партнёров. С сильной нагрузкой на работе, например, если они тоже айдолы, актёры или телеведущие, обычные блокаторы не справляются, поэтому мы назначаем что-нибудь более сильное. Но их преимущество заключается перед вами в том, что все течки или хотя бы большую их часть, они проводят с альфами, у вас же, как я понимаю, партнёра так и нет? – Хосок утвердительно кивает. – А почему тогда все предыдущие течки, я не испытывал боли, если альфы рядом не было? – Хоби вполне удовлетворяет ответ о блокаторах, в принципе Джин говорил ему то же самое, но вот вопрос боли и запаха, всё ещё остаётся открытым. – И почему тогда у Джина и Чимина с этим всё тоже спокойно? У меня и раньше были сбои в цикле, но такой боли, я не испытывал ещё никогда. – Не то, чтобы Хо хотел спорить, но верить в то, что его физическое состояние завит лишь от члена альфы, ему совершенно не хотелось, не готов он подкладывать себя под абы кого, лишь бы только продолжать работать спокойно. – Вы задаёте правильные вопросы, но природы омеги слишком сложная, чтобы мы могла дать однозначный ответ так сразу. – Ким Вон Хо, тут же хватается за бланк на столе, начиная что-то судорожно заполнять в нём. – Может гормональный сбой произошёл, может блокаторы в совокупностью с нагрузкой дали такой результат, может из-за нагрузки и сбитого цикла, может какие-нибудь альфы на вас так подействовали. Вы же всё-таки должны понимать, что партнёры у вас уже были, ваш организм совсем иначе отзывается на альф, он их теперь требует, тем более возраст у вас самый детородный. Чимин, насколько я помню, ещё девственник, во всяком случаи Сокджин мне при нашей последней встречи сказал, что на фронте у вас никаких знакомств нет, – Старший утвердительно кивает. – Вот… он проще на них отзывается, а у вас немного другой случай, тут уже всё сложнее. Давайте сейчас УЗИ сделаем и сдадите несколько анализов, чтобы точно знать причину такого состояния, чтобы нам не тыкать в небо наобум. Хосок соглашается на УЗИ с Ким Вон Хо только в присутствии Сокджина: во-первых, стыдно и неудобно раздеваться перед альфой-врачом, а во-вторых, поддержка от старшего невероятно дорога, даже банальное держание за руку очень спасает. Хосоку больно, он уже отвык от любых проникновений в собственное тело. Конечно, девственником заново он не стал, но болезненное проникновение ему всё-таки вновь было обеспечено. Врач кроме глупой успокаивающей шутки в сторону омеги, говорит, что никаких серьёзных отклонений не находит, однако то, что репродуктивная система Джея находится в более возбуждённом состоянии, чем вообще-то должна бы быть, это факт. – Так это нормально или нет? – Джин решается задать вопрос сам, потому что по лёгкой гримасе боли на лице младшего, явно видно, что тому не до вопросов, ему слишком неприятно и тяжело, переживать подобное, особенно сейчас, когда в период течки организм ещё острее на всё реагирует. – Обычное такое состояние наблюдается у омег, которые проводят течку с истинным или хотя бы с альфой, который им близок или приятен. – Врач делает ещё несколько быстрых манипуляций с датчиком, а потом неуверенно спрашивает: – Хосок, у вас точно сейчас никого нет? Может быть незадолго за течки был половой контакт с каким-нибудь случайным альфой? – Точно. Я ни с кем не спал, – Хоуп выдаёт тихий стон боли, когда Ким Вон Хо уже заканчивает с осмотром и вынимает датчик, окончательно фиксируя результаты процедуры на приборе. – Почему вы задаёте такие вопросы? – Ему правда интересно, интересно и вместе с этим страшно сказать, что возможно его тело могло так отреагировать на макнэ группы, ведь он в самый уязвимый момент находился рядом. Но сказать об этом страшно, в голове всё ещё летают предупреждения Сокджина и плевать, что между врачом и пациентом, не должно быть никакой тайны. – Просто ваш организм на данный момент находится в достаточно сильной стадии возбуждения. Обычно такую реакцию мы фиксируем именно у омег, которые находятся в отношениях, но почему тогда у вас это наблюдается, я тогда пока что не понимаю. Вы одни приехали или вас кто-то привёз? – Вижуал лишь бросает короткое «Намджун» и врач положительно кивает, выдавая: – Это хорошо. – Вон Хо уходит, возвращаясь к своему рабочему столу, а Джин тем временем сразу же начинает помогать Хосоку одеться и привести себя в порядок. Им понадобилось около семи минут, чтобы всё сделать и вернуться обратно к столу беседы, где они, собственно говоря, и начали свой диалог. – Вот вам список анализов, можете сдать прямо сейчас. – Мужчина протягивает Хосоку бланк с необходимыми анализами, а потом вновь берёт новый листок и снова что-то начинает быстро записывать. – Те блокаторы, что вы пили сейчас, мы убираем, попробуйте вот эти, они достаточно сильные, но более щадящие, ну и цена у них естественно соответствующая. Это новый препарат, но результат, у него исходя из моих наблюдений, отличный. Я свяжусь с вашим директором, попробую поставить вопрос о вашем отдыхе хотя бы на ближайшую неделю. Зайдите ко мне на приём после течки ещё раз, обсудим результаты анализов и ваше состояние. – Спасибо вам, – Джин почтительно кланяется несколько раз вместе с Хосоком, благодаря того, за рекомендации и заботу. И пока Джей идёт к креслу на входе их кабинете, и собирает свои вещи, Джин заканчивает свой собственный диалог с врачом. – У меня может быть такая же реакция, как у него, если цикл тоже сбился? – Я не думаю, что это из-за цикла, у него это что-то другое. А по поводу вас, мы с вами уже на прошлой встречи говорили, что просто увеличиваем дозу блокаторов, на всякий случай в такие моменты и что-нибудь лёгкое в плане успокоительных, чтобы убрать лишнюю нервозность. У вас в любом случае с этим будет попроще, – Врач кивает так, что до Джина прекрасно доходит смысл его слов, он знает, что его организм работает не так, как у других омег, это его приобретённая проблема, благодаря бывшему парню. – Если вдруг нечто подобное возникнет, сразу же приезжайте ко мне, не терпите и не пичкайте себя обезболивающими, не стоит. – Хорошо, спасибо, – Джин поднимается с места, наблюдая уже за полностью готовым выходить Хосоком. Они ещё раз благодарят врача и Джин беря из рук Хоупа его пальто и бланк с анализами, выходят из кабинета. Ближайшие полчаса им явно ещё придётся здесь провести, пока Чон не сдаст всё необходимое, что выписал доктор. Джин даже не сразу замечает, как рядом сидящий на креслах в зале ожидания перед кабинетом мужчина, резко вскакивает, подлетая к ним. Он, пялясь в листок бумаги, по инерции делает шаг в сторону и лишь когда его одергивает за куртку Хосок, он обращает внимание на происходящее. Намджун. Он стоит прямо перед ними и немного взволнованно переминается с ноги на ногу, смотря так, словно ему сейчас сообщат, что у него родился долгожданный сын. – А ты чего тут делаешь? – Признаться Сокджин, действительно, удивлён. Младший Ким вроде бы как не был против посидеть и подождать их в машине, он даже наоборот, сказал, что не очень хочет переться с ними больницу, а тут такое. Стоит себе, взволнованный цыплёнок и смотрит на них виновато. – Что-то случилось? Или совесть взыграла нас сопроводить? – Вижуал шутит, хлопая Нама по плечу. – А, да нет…. то есть, – Ким запинается, зачем-то как-то глупо кивая Хосоку, который скорее стоит в отличие от Джина хмурей любой дождливой тучи. – Ким Вон Хо попросил зайти к нему в кабинет. Он же там сейчас, да? – Теперь лидер кивает в сторону соседней двери. Ему вообще-то не удобно, как альфе, переться в кабинет в врачу, который принимает исключительно омег, но этот доктор слишком тесно связан с их компанией, отказать ему практически невозможно, особенно если дело касается одного из них – Хосока. Очевидно, что Хосока, хотя Ким сам точно не уверен, о чём с ним хотят поговорить. – Ну, да. А чего ему от тебя нужно? – Теперь Джин смотрит подозрительно, и в свете больничных ламп скорее выглядит, как обозлённый призрак, чем милый ангелок. – Я не знаю, он ничего не сказал, просто попросил зайти к нему и всё. Вы закончили? – Ещё нет, нам надо анализы сдать, – Старший тыкает чуть ли не в лицо Намджуну листок исписанный врачом, а взгляд не меняется, остаётся всё таким же подозрительным. – Ладно, тогда вы идите сдавайте, я после Ким Вон Хо буду ждать вас в машине. Телефон смотри не отключай. – Намджун тут же скрывается за дверью, а две омеги стоят и слегка недовольные и слегка потерянные. Слышать подобное от лидера, оказывается слишком странно. – Чего ему от него надо? – Хосок боится, что тот сморозит какую-нибудь глупость и ему, потом прилетит от руководства. Тем более, не очень-то хотелось бы, чтобы врач рассказывал кому-то о его проблемах, это если визит касается лично его, даже если этот «кому-то», лидер группы. – Понятия не имею, мог бы хотя бы нам сказать, что хочет с ним поговорить. – Джин тяжело вздыхает, ещё раз смотря несколько секунд сосредоточенно в листок, а потом добавляет: – Так, ладно, давай сначала кровь сдадим, а потом самое неприятное. – Он мило усмехается, наблюдая за недовольной реакцией мембера, а затем тащит его на следующий этаж для сдачи анализов.