Картина

Блеклые лучи утреннего солнца озаряли собой и без того светлое помещение столовой школы ангелов и демонов, в которой, по своему обыкновению, ежедневно яствовали бессмертные, не забывая обмениваться всевозможной информацией. Длинные кремовые столы из слоновой кости были наполнены различного рода пищей, способной обрадовать даже самый привередливый вкус: несколько видов мяса, рыбы, морепродуктов, овощи, бобовые, сыры, фрукты, десерты. А так же разнообразие дивных запахов. Было бы очень поэтично сказать о том, что ты попал в рай, но правда скрывалась в том, что так оно и было. Пусть школа ангелов и демонов являлась нейтральной территорией — она располагалась на небесах, за исключением небольшого кусочка в преисподней, которым являлся факультет ада. На белоснежных стенах красовались различного рода картины, некоторые из которых я, к своему стыду, видела впервые. Не забывали также стены украшать и библейские цитаты, которые должны были вдохновлять нас и давать ответы на многие вопросы, но так ли оно было? Не бойся смертного приговора: вспомни о предках твоих и потомках. Это приговор от Господа над всякою плотью. Мой взор заметил очередную выписку из Библии, отчеканенную на стене, которая заставила меня усомниться в адекватности автора. Он явно не знал, каково это — терять всё, приобретая взамен лишь смерть. Сегодня ты ешь тост с арахисовым маслом, запивая черным кофе, а завтра тебя сбивает пьяный водитель, который вылетел на встречную полосу. И нет уже твоих утренних ритуалов, исчезли все твои мечты, а планы никогда не воплотятся в жизнь. Как и тебя нет. Неужели подобное действительно считается правильным? — Вики, ты вообще меня слушаешь? Неожиданный голос друга, заставший меня врасплох, заставил поставить на паузу эту крутящуюся пленку собственных мыслей. — Что? — посмотрела на Непризнанного, хлопая глазами, подобно глупой кукле. — Да-а, Энди, я... все слышала... Боже, как неловко вышло! — И что же я сказал? — Ты сказал... Учили меня в детстве, что нужно быть внимательной, да не научили. — Бедняжка Энди, — прокомментировала Мими, даже не стараясь скрыть усмешку. – Вики, он спрашивал по поводу твоего первого задания на земле. Но я сомневаюсь, что там было что-то интересное, так что ты правильно делаешь, что не рассказываешь. Ведь никому не интересно слушать скучные истории, — девушка пожала плечами. — Что ты хочешь от Непризнанного, Мими? — съязвил мой демонический друг. — Ади, Мими! — Энди укоризненно посмотрел на них, прежде чем вернуть свой взор на меня. — Не слушай их, Вики. — Нет, они правы. Там действительно не было чего-то интересного. Пришла, сделала, ушла, — не желая дальше касаться этой темы, я медленно поднялась. — Я в библиотеку. Это было первое мое задание на земле, и оно было болезненным. Попадая в школу, тебе отнюдь не сразу дают возможность снова увидеть родные края земли, даже если это совершенно иной континент, ожидая, что ты выпьешь порошок забвения, благодаря которому вся твоя человеческая жизнь покидает твое сердце, оставляя лишь зияющую рану, боль которой ты не чувствуешь. Я же в который раз отличилась — выкинула порошок в окно, никому ничего не сказав. Пусть думают иначе. Но это моя жизнь! Которая оборвалась в одно мгновение, подобно ничего не стоящей нити, торчащей из зимнего пальто.

***

Небесная библиотека завораживала своей красотой, убранством и книжными полками, тянущимися ввысь в несколько футов. Не первый раз прихожу сюда, но как будто в первый раз восхищенно рассматриваю прекрасные виды, сродни Белль из диснеевского мультфильма. Сколько же великих умов хранится в этой обители знаний? Подобно вьетнамским флешбекам, мой взор заполнила пелена воспоминаний с первого и пока что единственного задания на земле, когда я, выполнив небесное поручение, тут же так нагло отправилась в сторону своего дома, ведь по счастливой случайности моя «миссия» была в родном для меня Чарльстоне. Я не смогла противостоять возможности снова увидеть отца, хоть на мгновение! Но мое желание ожидало фиаско: папы не было дома. Все, что я смогла получить — это возможность постоять около своего заборчика, ощущая любимые домашние ароматы и не имея возможности зайти внутрь дома, ведь это уже не мой дом. В глазах неприятно защипало, в горле образовался ком, мешающий нормально дышать. Так, Вики, не будь тряпкой. Ты справишься, ты сильная. Похлопай ресницами, чтобы предательские слезы не начали стекать по щекам. — У тебя все хорошо? На душе мгновенно потеплело, когда я услышала родной голос. Дино. — Привет, — я, улыбнувшись, обернулась к другу. — А должно быть иначе? — Твоя энергия, Вики. Тебе грустно. Все никак не могла привыкнуть к тому, что для такого сильного ангела, я — открытая книга. — Всего лишь небольшая нахлынувшая меланхолия, — надеюсь, моя улыбка выглядела достаточно правдоподобно. — Это из-за задания на земле? Сдерживай слезы, Уокер. Не раскисай. Ты не половая тряпка. Дино все понял. — Прости, — вымолвил ангел. — Я не должен был... От его слов единственная предательская слеза все же скатилась по щеке, но не успела она оставить длинную мокрую линию позади себя, как Дино сильным большим пальцем руки с нежностью убрал ее, заставив меня всхлипнуть. — Не знаю поможет ли это, но... — продолжил ангел диалог, убрав руку с моей щеки. — Помни: после самой долгой ночи все равно наступает рассвет. — Я знаю, Дино, знаю.

***

— Это просто возмутительно! Мими ворвалась в нашу общую комнату, подобно буре, не забыв громко хлопнуть дверью, будучи явно сильно возмущенной. — Что случилось? — Что случилось?.. Что случилось... — рассуждала девушка вслух. — Случилось то, что завтра на Земле эта гребаная Пятница Тринадцатого! — говорила она, расхаживая из стороны в сторону, активно жестикулируя руками. Я не смогла сдержать смешок. — И что? Тебе страшно? — последнее слово я растянула в ухмылке. Девушка посмотрела на меня полными ярости глазами. — Причем тут это, Вики! Ты хоть понимаешь, что означает Пятница Тринадцатого для дьяволицы в этой школе?! — Нет, — невозмутимо сказала я. — Но буду рада, если ты посвятишь. Я уселась в позу лотоса на своей кровати, давая понять, что вся во внимании. Движения Мими успокоились, и она села на свою кровать напротив меня, не забывая смотреть прямо в мои зеницы. — А то, что ночь Пятницы Тринадцатого считается что-то вроде особенной для Люцифера... — начала Мими, перебирая прядку волос, что упала на её грудь. — Ну и что? Пусть считается! Тебе какое дело? Мими вытянула руку вперед, давая понять, чтобы я замолчала. — Не перебивай меня, Непризнанная! — обращение не по имени дало мне понять, что девушка действительно была в ярости. — У демонов есть некая... традиция. Каждую Пятницу Тринадцатого в аду проводится мероприятие, на котором Люцифер отбирает себе девушку для дальнейшего... времяпровождения в его покоях. Никто не смеет отказать, да и не пытался... — Стоп-стоп-стоп... Что?! — Я сказала: не перебивай! — красные огоньки в глазах Мими на мгновение загорелись и тут же потухли. — Пойми, он — сын Сатаны, второй демон после отца. Каждый демон уже принадлежит Сатане, следовательно, и Люциферу. Думаешь, кто-то наберется храбрости отказать ему? Да и это глупо. Всегда есть шанс стать приближенной к нему, как стала Ости. Вот он и придумал подобное развлечение, которое работает только в Пятницу Тринадцатого. И, если честно, раньше я также лелеяла надежды на то, чтобы стать кем-то большим для Люцифера, но у меня даже шанса не было, — Мими выдержала паузу, обдумывая следующие слова, а я терпеливо ждала. — Но не так давно я стала близка с одним демоном, только мы ещё не спали. Ему достаточно пары слов сказать Люциферу, чтобы тот даже не смотрел на меня, ведь он — его друг, часть его свиты. Но мы не так близки, чтобы он это делал! А если завтра Люцифер выберет меня — то и не будем! — Мими упала на свою кровать, чтобы свернуться калачиком, будто бы защищаясь. — Что мне делать, Вики?.. — я слышала отчаяние в её голосе, но не знала как его убрать. — Мими... — я тут же встала, чтобы сесть к ней и начать обнимать. Я искренне не знала, что сказать. Какого черта вообще какой-то демон смеет распоряжаться свободой девушек? В любой цивилизованной стране на земле подобные действия давно бы поддались огласке, а виновник был бы наказан. Они считают себя высшими существами, но так и не научились пользоваться презервативами, а патриархат находится на уровне средневековья. — Я знаю, что буду последней эгоисткой, но я должна знать... — она заглянула в мои глаза, ожидая продолжения моих слов. — Если я стану ангелом, я смогу этого избежать? — Если, Вики. Если. Но не ты выбираешь, кем быть. Когда я только появилась на небесах, ангел Фенцио тут же дал понять, что пока что я всего лишь Непризнанная, которая в будущем станет ангелом или демоном. Но мне никто не говорил, что этот выбор зависит не от моего желания. — Подожди... Но кто, если не я? — Проводится ритуал при множестве бессмертных, на котором тебе делают надрез на запястье, и кровь из него капает в чашу, превращаясь в сгусток дыма — белого или чёрного. Неужели сила крови имеет такую власть, что бессмертные так спокойно этому доверяют? Неужели так важно не то, кем я хочу быть, а кем я являюсь? Может, я хочу быть лучшей версией себя? — Разве нет возможности выбирать самой? — спросила я, не надеясь на то, что подобная возможность есть. Минуту подумав, она ответила: — Есть один способ, — и её ответ подарил мне надежду. — Но единицы соглашаются. — Что же это? Она снова посмотрела прямо мне в глаза, будто бы читая мысли. — Это может убить, — она умолкла, но тут же продолжила. — Есть что-то вроде соревнования, инициации для Непризнанных, которые решили сами вершить свою судьбу. Не многие могут пройти даже этап подготовки. Но если ты так хочешь... Подойди завтра к Геральду. Он за это в ответе. Получив нужную информацию, я вспомнила о причине нашего диалога. — Но что же будешь делать ты? Убрав мою руку с себя, Мими встала и посмотрела на меня, ухмыльнувшись. И в этой ухмылке читалось отчаяние, а глаза — будто кровавые озёра боли. — Надеяться, — ответила она и тут же покинула меня, скрывшись за душем. Я же вернулась на свою кровать. Как же это понимать? Неужели он думает, что если он — сын Сатаны, то ему автоматически позволено всё? Он даже не думает о том, что кто-то может его банально не хотеть? Ведь не все начинают течь от одного имени Люцифер. Да и какая разница? Люцифер, ты ублюдок. А я завтра иду к Геральду. Ни смотря ни на что. Но в твои игры я не играю, Люцифер.