Картина

Кажется, я сдалась. Подобно острой игле, медленно проникающей сквозь тонкую кожу, твои алые зеницы так же беспардонно проникли в мою душу, лишая рассудка. Сама позволила окутать тебе душу своим мраком ещё в первую нашу встречу. И теперь твоя тень, подобно вязкой патоке, медленно сочилась по всему моему существованию, в жажде не упустить ни одного дюйма, навсегда захватывая в свой плен. И, кажется, я согласна. Прости за такую дочь, мама. Обжигающее тепло плавно разлилось по очертаниям моего тела, когда рука Люцифера властно легла на мою талию, надавливая кончиками пальцев. Вторая же грациозно покоилась за его спиной. Подбородок высоко поднят, осанка прямая. Казалось, он даже не моргал. Словно идеальная статуя эпохи Возрождения. И весь он — идеальный. Мы плавно двигались по заранее отрепетированной траектории: шаг назад, шаг вперед. Тяжелая ткань юбки неспешно танцевала в такт движениям. Щеки мои покрывались пунцовым румянцем под пристальным взором алых глаз. Покрытое смольной щетиной лицо таило в себе поистине профессиональную непроницаемость. Люцифер был полностью погружен в танец. Уверена, замени меня на кого-либо другого прямо сейчас — он и не заметил бы. Свободной рукой мужчина обхватил мою кисть и слегка вытянул вперед, пока я касалась его плеча. Полностью отдавая себя танцу, брюнет кружил меня в медленном вальсе, заставляя упавшие на лоб пряди волос слегка колыхаться в такт. Чувствовала на себе множество глаз, но все это такая ерунда, когда от меня не отводил взгляда он. Пока наши лица так близко, решилась прошептать, почти не шевеля губами: — Почему я? Вместо ответа Люцифер молниеносно подхватил мою кисть и закружил вокруг собственной оси. Все вокруг расплывалось. Я расплывалась. И я опьянена. Резко припечатал к себе, обнимая меня за талию. Кончиками пальцев провел по позвоночнику к шее. Чувствовала его горячее дыхание на своей щеке, когда он медленно склонял мое туловище к мраморному полу. — А почему не ты? Люцифер рывком вернул меня в обратное положение, заставляя удивленно ахнуть. Мне хотелось отреагировать на его слова, но я сдерживала себя. Вот нахал! У него ничего нельзя спросить — он на все найдёт свой ответ. Тот, который будет устраивать лишь его. Как будто он так и жаждал, чтобы я сорвалась, схватила его за шкирку и, словно кота, утащила как можно дальше. Заперла бы его в комнате на тысячу замков и пытала бы до тех пор, пока не ответит на все мои вопросы. Я даже не слышала играющую для нас музыку, будучи полностью погруженной в принадлежавшее только мне сейчас внимание Люцифера. Как будто заново осознавала, как прекрасен его лик. Словно птица феникс, в голове из пепла возрождались обрывки воспоминаний нашего прошлого танца. Почему я будто зависима от тебя, дьявол? Заставив повторить оборот вокруг собственной оси, мужчина прижал меня спиной к своей вытянутой руке, укладывая кисть на мою талию. — Ты можешь ответить нормально? Освобождая меня из своих цепких объятий, Люцифер присел на одно колено и, осторожно обхватывая мою руку, изящно провел меня уже вокруг своей оси, пока я снова не оказалась перед ним, чтобы он плавно усадил меня на свое колено, заканчивая наш танец. Музыка прекратилась. Шумное хлопанье рук долетало до моих ушей, напоминая о вынужденном прекращении нашего с Люцифером танца. Настигло желание остановить время, чтобы не возвращаться в суровые льды реальности, где он — сын Сатаны, а я — обычная Непризнанная. Но дьявол сам это сделал, вставая и помогая подняться мне. Освободили центральную часть зала, одарив наблюдающих наш танец бессмертных легким поклоном. Тут же в центре зала появился незнакомый мне седовласый мужчина-ангел в белой мантии. Стоило хлопкам прекратиться, как ангел начал свою речь: — Дорогие друзья, — сказал он. — Мы с вами встречаемся не так часто. Не всегда у меня есть возможность участвовать в вашей деятельности. Но несмотря на это, мы можем и должны сделать все, чтобы мироздание успешно развивалось. — А кто это? — уточнила я. — Серафим Кроули — директор школы, — ответила Нуриэль. — Спасибо, — шепнула я ей. Так вот вы какой, серафим Кроули. И вы наверняка неплохо знакомы с моей мамой. Но не будет ли наглостью подойти к вам во время празднества? — А сейчас мы с волнением и надеждой встречаем этот священный праздник Рождества, являющийся точкой отсчета. На Земле этот праздник имеет несколько иное значение, но не менее важное. — Я будто слушаю рождественскую речь президента, — усмехнулась я. — Это только начало, — едко прокомментировала Нуриэль. — А мне нравится, — подала голос Лилу. — Не удивительно. — Люцифер, хоть сейчас имей уважение. — Ты хочешь обсудить со мной уважение, Дино? Голос ангела молниеносной стрелой пронзил мой разум, напоминая о себе. Как я могла?.. Как я могла позволить дьяволу захватить меня в свои адские цепи? Из раза в раз я пыталась заткнуть этот одурманивающий туман в моей голове, стоило мне хотя бы почувствовать присутствие Люцифера рядом. Словно мы — два магнита. Но правда в том, что меня тянуло к нему, но не его ко мне. И это желание, эта потребность бывшей смертной в дьяволе — не более, чем чума. Слегка обернулась, взглядом захватывая образ Дино. Вот он — моя вакцина. Вакцина от этого пьянящего аромата муската и корицы. — Но не буду я продолжать вас мучить долгими речами, — произнес серафим, заставляя вынырнуть из омута собственных мыслей. — Счастливого Рождества! Сделав легкий поклон, ангел покинул центральную часть зала. Музыканты принялись играть неизвестную мне мелодию, под которую некоторые из бессмертных тут же начали танцевать. Зал мгновенно наполнился атмосферой праздника и веселья, отчего у меня появилось желание вскружиться в полном страсти и экспрессии танце. Но вместо этого я вернула взгляд на свою ангельско-демоническую компанию, чувствуя наступающую неловкость. Внезапное исчезновение Энди разрушило все мои планы на этот вечер. Ведь теперь я являлась сопровождающей Люцифера, который сейчас расслабленно восседал на обшитом бархатом диване с бокалом глифта в руках, будучи в компании Дагона, совершенно забыв о моем существовании. — Вики, давай выпьем, — сказала Нуриэль, подхватывая пару бокалов с глифтом у мимо проходящего официанта, передавая один мне. — Садись. Не имея особых возражений, послушно следовала за ней, устраиваясь на мягком диване. — Дино, Лилу, что же вы? — съехидничал Дагон. — Присаживайтесь. — Дагон, не язви, — ответил Дино, заставляя меня посмотреть на него. Напряжение между ангелами и демонами витало в воздухе, становясь почти осязаемым. Наверное, это более чем нормально, что лучшие ученики с разных сторон автоматически становились конкурентами во всем, но демоны так часто нарывались, так часто показывали свой не самый дружелюбный характер, а ангелы так часто прощали. Сила ли это или слабость? Нельзя так сразу ответить, ибо мир не делился на чёрное и белое, как здесь разделили ангелов и демонов. Отсутствие желания участвовать в конфликтах — не всегда слабость, а желание провоцировать конфликт — не всегда сила. Все в этом мире относительно. Даже относительность. — Серафим Кроули! — неожиданно для меня воскликнула Лилу, заставляя посмотреть по направлению ее взгляда. Директор школы медленной походкой подходил к нашей компании. — Хорошего праздника, — приветствовал он. — Люцифер и Вики, пройдите за мной. — Ладно, — спокойно ответила я, поднимаясь с дивана. — А в чем собственно дело, серафим Кроули? — Люцифер же проигнорировал распоряжение ангела. — Узнаешь, — с улыбкой произнес директор школы, на что демон фыркнул, но все же встал. Проходя мимо отдыхающих бессмертных, мы вышли на мраморный балкон золотистого цвета, освещаемый крупной луной и сиянием звезд. Украшенные зелёным плющом с дикими розами различных оттенков балюстрады в форме прекрасных женщин античного периода поддерживали массивный парапет, также украшенный плющом. Открывающийся с балкона вид на территорию школы ангелов и демонов вызывал немое восхищение. Объезди я хоть весь земной свет — подобного не встретила бы. Украшенный самыми удивительными растениями сад учебного заведения расстилался по всему участку летающего острова. Стоило посмотреть налево, как ты видел лабиринт Адама и Евы — по легенде тот, кто в него попадает, становится заложником собственных страхов. Чуть правее находилась знаменитая статуя Равновесия, около которой часто любит молиться Дино. А если смотреть совсем прямо, то перед глазами виднелся край острова, на котором была расположена школа. Мне казалось, я бы могла часами стоять на этом балконе, просто наблюдая с него за жизнью бессмертных, за переменами возникающими перед глазами. Так просто, спокойно и умиротворенно. — Я так понимаю, — прервал серафим мое любование местным пейзажем, — танец с Непризнанной — твоя идея. Верно, Люцифер? — А что не так? Или вы позвали нас отчитать за то, что Непризнанный не явился на выступление? Кроули недовольно поджал губы и перевел свой старческий взгляд с Люцифера на меня. — Вики, хоть ты и Непризнанная, но случилось то, что случилось. Не забывай, что на тебе большая ответственность. Не позорь имя своей матери. — Я не… Директор вытянул ладонь, вынуждая меня замолчать. — Тише, дитя. Я понимаю, что этот мир для тебя в новинку, но как говорят на земле: незнание правил не освобождает от ответственности. Сегодня вам обоим я прощу этот инцидент с танцем между демоном и Непризнанной, но впредь… — я сделала лёгкий кивок головой, когда его взгляд снова остановился на мне. — Я надеюсь, Вики. Хорошего отдыха. Ангел покинул нашу компанию, а спустя несколько секунд раздумий ушел и Люцифер, оставив меня в одиночестве. Обернулась спиной к общему веселью, сложив руки на твёрдом парапете в наблюдении за открывающимся видом зелёного сада. Когда только Люцифер сообщил о своём намерении танцевать со мной, первым запротестовал Дино. В тот момент мне это даже понравилось, ведь ангел показал свою ревность, пусть и под своим вечным предлогом о неправильности сего решения. Но так ли оно было? Была ли это ревность, или я все себе выдумала? В мечтах уже нарисовала огромный замок нашей с Дино любви и не думала о том, что могу быть уничтожена руинами этого творения. Но ведь он со мной так не поступит, верно? Второй же как раз запротестовала Мисселина в страхе перед мнением директора Кроули. Но Люцифер уверил ее в том, что вариантов у нас нет, ведь единственный умеющий танцевать Непризнанный по какой-то неизвестной причине решил не являться на важное выступление. Так или иначе, но в итоге я танцевала с Люцифером, который почему-то решил вести именно меня, когда мог отдать в руки Дагона. Но, скорее всего, правда крылась в том, что за многие годы ему просто надоело танцевать с сестрой, так почему бы не вкусить танец с Непризнанной? Действительно… — Понравилось танцевать? Неожиданность голоса дьяволицы, решившей почтить меня своим присутствием, заставила слегка вздрогнуть. — Да, понравилось, — с улыбкой на лице я обернулась в сторону Ости. Скалясь, девушка приблизилась ближе. — Кажется, ты так и не уяснила собственного места, Непризнанная. Не имеет значения, кем ты станешь — ангелом или демоном — ты все так же останешься никем. Знаешь, как у нас говорят? Бывших Непризнанных не бывает. — Ты за этим пришла? Указать мне на якобы мое место? Оскал с лица Ости сошёл, и взамен ему пришла открытая неприязнь. — Слушай меня внимательно, — с этим словами девушка крепкой хваткой вцепилась в мое запястье. Мои попытки освободиться потерпели крах перед силой ее руки. — То, что Люцифер — твой куратор, и то, что вы два раза потанцевали, ни о чем не говорит. — Пусти меня, ненормальная! Твой Люцифер мне даром не сдался. Но она только крепче стиснула запястье. — Он отымеет тебя за углом и выкинет как ненужную вещь, ведь таковой ты и являешься. Дьяволица отбросила мою руку и горделивой походкой вернулась в общий зал, пока я провожала ее одетый в чёрное платье силуэт. Глубоко вздохнув, я вернула свой взгляд на открывающиеся сады школы, но в мыслях моих явно не красота местной природы. Отымеет как ненужную вещь… Почему выкинутая в порыве яростной ревности фраза Ости об отношении Люцифера так сильно заставляла кровоточить мою душу? Он — сын Сатаны, романтизация его личности являлась бы самым наивным поступком за все годы моего существования. Особенно, когда рядом был такой мужчина, как Дино. Я встречалась с разными парнями — умными, сильными, популярными, безбашенными — все они разные, как палитра фломастеров в пластиковой упаковке. Но никто из них не вызывал во мне настолько глубокое чувство уважения, как этот ангел. Искренность его намерений и принципиальность действий заставляла меня впадать в немое восхищение перед ним. Казалось, будто ни одна тьма сего мироздания не способна была очернить свет его души. Думаю, так оно и было. Равномерное постукивание каблуков о мраморный пол вынудило меня вновь покинуть собственные думы перед очередным гостем моего одиночества. — Ости, что тебе… — замолкла, когда, обернувшись, увидела вовсе не черноволосую дьяволицу. — А, это ты. Мгновенно отвернулась от новоприбывшего посетителя своего покоя в жалких попытках не показывать собственной заинтересованности. Зачем ты пришёл?.. — Что она от тебя хотела? Его сдержанный цепкой сталью голос таил в себе немое возмущение. — Спроси у неё. Не имея желания жаловаться злому хозяину на его верную собачку, сделала шаг навстречу отдыхающих в общем зале бессмертным, но Люцифер преградил путь, сместив руки по обе стороны от меня. Чувствовала исходящую от него энергию власти, ощущала себя маленькой вошью рядом с ним в такой близости тел. — Не так быстро, Непризнанная. — У меня есть имя, — с вызовом подняла свой взор на него. Ухмыльнувшись моей попытке быть с ним на равных, Люцифер двумя пальцами руки властно коснулся моего подбородка, приподнимая его. — Что. Она. От. Тебя. Хотела. Таящий в себе твёрдость ласковый шёпот медленно долетел до моих ушей, проникая, убеждая не сомневаться в правильности моих действий и слов. — Она ревнует. Ей не нравится наше общение. — Она угрожала? — Нет. — Хорошо. Его горячее дыхание коснулось моей пылающей румянцем щеки, цепкий взгляд алых глаз лишил возможности — желания! — на отстранение. Слегка разомкнув обветренные губы, провела по ним кончиком влажного языка. Люцифер воспользовался моментом, обрушиваясь на меня с опьяняющем страстью поцелуем. Будто смакуя, брюнет перебирал мои губы, проскальзывал языком в рот, а я послушно поддавалась его ритмике, ведь он вел наш пылающий вожделением танец. Ощутимое тепло начало разрастаться где-то в области солнечного сплетения, согревая меня. Вытянула руки, тонкими пальцами цепляясь за лацканы чёрного пиджака в желании прижать его ближе к себе. Горячая ладонь Люцифера накрыла заднюю часть моей шеи, вызывая рой бегающих мурашек, и пальцами зарываясь в собранные в массивный пучок локоны, слегка оттягивая их. Поддающееся его страсти тело вынудило непроизвольному стону вырваться с моих уст прямо в его целующие меня губы. И плевать я хотела на то, что нас могли сейчас поймать, лишить крыльев, сбросить с небес, убить. Просто не переставай меня целовать. Он обладал мной одними губами. Он владел мной. И я не хотела, чтобы это кончалось. Он… Он отстранился. Охваченная немым потрясением, не выпустила его сразу, отчего Люциферу пришлось сделать это самому, освобождая пиджак от хватки моих пальцев. Не сказав ни слова, он покинул меня, а мне оставалось только провожать взглядом его удаляющийся образ. В попытках контролировать дрожащие колени, рукой удержалась за парапет ограждения, а пальцами зацепилась за стебли плюща — благо, они были без шипов. Моя кожа все еще пылала возбуждением, сбивчивое дыхание не желало восстанавливаться, а взгляд в испуганном удивлении был опущен вниз, блуждая по покрывающим мраморный пол белоснежным вкраплениям. Он. Меня. Поцеловал. И ушёл. Как ни в чем не бывало. Ничего не сказав, ничего не объяснив, не дав и крупицы понимания его действий. Он снова со мной играл… Сегодня он танцует со мной, целует меня, а завтра не будет замечать… Почему? Чего пытается добиться? Сделав глубокий вдох в попытке контролировать выпрыгивающее из груди сердце, на ватных ногах вернулась в общий зал. Эмоции переливались через край в жажде выбраться на свободу, но я не могла. Я не могла позволить им затмить мой разум, наплевав на последствия. Мечущие по округлому залу глаза быстро нашли силуэт Мими, облачённый в шелковое платье цвета спелого яблока сорта ред делишес с глубоким декольте. Словно по намеченной траектории, решительным шагом помчалась к подруге, что сейчас была окружена компанией демонов. — Вики? Кажется, брюнетка удивилась моему появлению. Или я действительно выглядела взбудораженной? — Надо поговорить, — коротко ответила я, на что Мими пообещала демонам вернуться, прежде чем покинуть их компанию. Не церемонясь, обхватила кистью запястье Мими, ведя ее туда, где нас никто не будет слышать — главный холл школы, так удачно пустующий в сегодняшний вечер. Но стоило нам оказаться на нужном месте, как я отпустила подругу, прижимаясь к обжигающей холодом колонне, медленно скатываясь по ней к полу. Тяжесть дыхания мешала вымолвить и слово, отчего я руками обхватила собственное туловище. — Вики? — брюнетка уместилась рядом, ещё сильней обнажая стройную ногу. Подняла свой взгляд на обеспокоенное лицо Мими, не решаясь произнести то, что извергалось из меня лавой эмоций. — Поклянись, — прошептала я. — Поклянись, что это останется между нами. — Да что случилось?! — Поклянись! Потребность разделить с ней мои чувства вступила в борьбу с разумом, что запрещал лишний раз трепать языком. Поцелуй с Люцифером — то, о чем надо молчать и не сметь даже вспоминать. Но в страхе перед поглощающим меня одиночеством я решила пойти на риск, обезопасив свою тайну таким сомнительным… — Я клянусь, Вики, — девушка положила кисти на мои свалившиеся на колени руки. — Что произошло? Сильно выдохнув, я решилась. — Люцифер меня поцеловал, — брюнетка на мои слова приподняла бровь, настаивая на деталях. — Он подошёл спросить, что от меня хотела Ости. Я ответила. А потом… — я запнулась. — Что от тебя хотела Ости? Устремила на Мими вопросительный взгляд. — Это что, так важно?! — воскликнула я, но увидев ожидающий ответа взгляд подруги, ответила: — Она дала мне ясно понять, что ее не устраивает мое общение с Люцифером. Говорила… противные вещи. После ушла, и спустя какое-то время появился Люцифер. Зачем тебе это? — Послушай, — брюнетка прошлась глазами по тёмному холлу школы, видимо, что-то обдумывая, но тут же вернула взор на меня. — Я… не все могу сказать, но по поводу Ости… не провоцируй ее, Вики. — О чем ты, Мими?! — вскрикнула я. — Что ты не можешь сказать?! Очи подруги загорелись красным пламенем. — Тише ты, Непризнанная! Ости видит в тебе соперницу, вот и пытается защитить «своё». До этого Люцифер ни в ком, кроме неё, не был так заинтересован. Так что без борьбы она его не отпустит. Вот ещё! Всея ада воительница Ости за звание главной подстилки Люцифера — какая честь! — Если это он так сильно во мне заинтересован, то и претензии пусть отправляет по его честь. Я то тут при чём?! Мне ваш адский сыночек даром не сдался. — Серьезно? Именно это ты чувствовала, когда он целовал тебя? Воспоминания о нашем поцелуе голодным пламенем вспыхнули в сознании. Голодным по вкусу его горячих губ, обжигающих руках на моем теле, трепетностью того желанного мною мгновения. Щеки в момент загорелись пылким румянцем. — Вот именно, Вики, — даже сквозь тьму школьного фойе подруга видела мою реакцию на ее слова. — Какая разница, Мими? Это заведомо провальная идея. Мой путь — небеса, не ад. — Помнится, ты хотела стать ангелом только из-за неприязни к традиции Люцифера. — Неприязни?! Мими, это омерзительно! Ещё одна причина, почему я не должна поддаваться этому влечению! Люцифер — сама тьма. Все, к чему он прикасается, погибает в мгновение ока без возможности на спасение. Я — не его очередная жертва. Никогда не была, не есть и не буду. — Не зарекайся. Посмотри как-нибудь на себя в зеркало, когда думаешь о Люцифере. Подобного и близко нет, когда ты думаешь о Дино. Ты уверена, что он действительно тебе нравится как мужчина, а не потому что считаешь его правильным выбором? «Правильный выбор». Как же мерзко звучало это словосочетание в подобном контексте. Будто бы все, что я чувствовала к Дино — лишь алчное желание. Дочь серафима, будущий ангел… Кто может быть идеальнее в жизненные партнёры, как не лучший ученик школы со стороны ангелов? Самой от себя противно. — Вики, — привлекла к себе внимание девушка. — Хочешь сказать, я не права? Слегка хмыкнув, я ответила: — Знаешь, в чем я точно уверена, Мими? Не суть, что это за влечение, наваждение или любой другой синоним, который я испытываю к Люциферу — все это неважно. Важно лишь то, что я этого не хочу, а значит ничему не бывать. В этот же момент я поднялась с пола, поправляя бархат юбки и давая понять подруге, что желания обсуждать эту тему у меня больше нет. Мими встала следом. — Не знаешь, как долго серафим Кроули пробудет в школе? — изменила я тему. — Без понятия, а тебе зачем? — Хотела спросить про маму. Но сейчас у меня нет настроения с ним общаться. Кажется, девушка ничуть не удивилась. — Ты не пойдёшь в зал? — Нет. Пойду прогуляюсь по саду. А ты? — Возможно, останусь у Дагона. — Хорошо, — я пожала плечами. — Увидимся. — Увидимся. Разойдясь по разные стороны, я потратила немного времени, чтобы наконец-то покинуть дворцовые стены на выход небесным просторам. Встречающий меня школьный сад одарил своей пронзительной тишиной, и лишь кузнечики заполнили своим стрекотанием эту практически мертвую тишину переходящего в ночь тёплого вечера. Покрытая вечерними каплями влаги трава мялась под тяжестью моей юбки и твердости неспешно идущих ног. Медленно прорезающиеся на ночном небе сапфировые звёзды озаряли своим сиянием неведомые пейзажи, что покрывали летающий остров школы. Фланируя между искусно подстриженными кустарниками, невольно вернулась к нашему с Мими диалогу. Даже если вообразить, что Люцифер действительно решил меня выделить среди прочих разгуливающих по школе девиц, то чем же именно я смогла его зацепить? Тем, что он «выбрал» меня на своей тематической вечеринке, а я возьми и пойди против системы, решив участвовать в инициации за право собственного выбора? Тем, что я дочь серафима? Черт возьми, да какая разница?! Почему я вообще об этом думаю? Почему позволяю его лукавому взору затмить мой разум? Мне нужного вырвать из своей души лик дьявольского ублюдка. Вырвать, разорвать на кусочки, разломать в щепки, уничтожить. Пазл воспоминаний нашего поцелуя соединился в целостную картинку, вновь напоминая о моих сладострастных чувствах в то мгновение, но моментально разрушился, когда перед глазами всплыл образ уходящего от меня Люцифера, как будто не он одаривал меня полным желания поцелуем секундой ранее, наплевав на все правила и запреты. А я ответила… — Вики? Знакомый голос отвлек меня от собственных мыслей, вынуждая обернуться. Дино стоял, оперевшись о кремового цвета колонну. Расстёгнутые пуговицы пиджака свидетельствовали о том, что ангел здесь один — иначе бы он не позволил себе такой вальяжный для него образ. — Привет, — улыбнулась я, идя ангелу навстречу. — Почему ты здесь? Стоило мне подойти ближе, мужчина взял меня за руку, притягивая и пряча нас за высокие стебли кустарников, чтобы покрыть мои губы влажным поцелуем, заставляя меня ахнуть. Его губы такие тёплые, а поцелуй полон нежной страсти — не как с Люцифером, который словно бы помечал меня своими губами. Колени не начинали подрагивать, в груди не разрасталось пламя, а его кисти на моих руках не вызывали рой мурашек. И все же… это приятно. Это не опьяняло, но мне это нравилось. Прервав поцелуй, Дино не отдалился — наоборот, соединил наши лбы. — Прости, — прошептал он в губы. — Но ты сегодня волшебна. — Только сегодня? — улыбнулась я. — Всегда, — ответил он, прежде чем оставить на моем лбу легкий поцелуй. Чуть отстранился, но руки не убрал. — Прости, что сегодня так вышло… с Лилу. Я искренне хочу быть с тобой, но пока ты Непризнанная… — его ладонь коснулась моей щеки, большим пальцем поглаживая скулу. — Если кто-то заподозрит о моем к тебе интересе, у тебя могут возникнуть неприятности. Я этого не хочу. Тепло его слов согревало. Напоминало о том, что вот он — лучший мужчина в моей жизни — здесь, рядом. И его чувства — не игра, не желание нового имени в дьявольской тетради жертв. А истина, самая что ни на есть настоящая. Что там говорила Мими? Что Люцифер меня выделил среди остальных, и поэтому Ости на меня зубоскалит? О, нет, дорогая Мими. Действительно выделил меня светловолосый ангел с голубыми глазами и легкой щетиной на острых чертах лица. — Я знаю, Дино, — уместила руки на его вздымающуюся от дыхания грудь, поглаживая. — Спасибо тебе. Проведя взглядом по моему лицу, ангел сказал: — Здесь недалеко есть одно место… Хочешь, покажу? Его предложение вызвало во мне глупую улыбку, будто таким образом он раскрывал кусочки своей души для меня, показывал своё доверие. — Да, хочу. У меня не было желания отказывать ему. Дино же, сжав мою кисть свободной рукой, приложил указательный палец другой руки к своей лёгкой улыбке, подразумевая быть тихой словно мышь. — Что это за место? — поинтересовалась я, когда мужчина повел меня по аллеям вдоль раскидистых кустарников. — Доверься мне, — его лучезарная улыбка не давала и намёка на какое-либо беспокойство. Прошло не так много времени, когда мы вышли на украшенный жасминовыми деревьями сквер. Оглядевшись, я одарила Дино непонимающим взглядом. — Так и-и-и?.. — Иди сюда, — распахивая руки, сказал ангел. — Надо лететь, а тебе в этом платье будет неудобно. — Что ты придумал? — улыбаясь, спросила я, когда он подхватил меня на руки и взлетел. Горящие огни дворца школы отдалялись с каждым взмахом крыльев Дино, превращаясь в дальние звезды. — Дино? — повторно обратилась я к мужчине, но тот только улыбнулся, сверкая голубизной глубоких глаз. Сделав несколько взмахов крыльев, мы с ангелом подлетели к одному из парящих островов, на который мужчина мягко приземлился первым, прежде чем выпустить меня из своих крепких объятий. Рыхлая земля слегка промялась в ногах под тяжестью моего тела, оставляя в себе легкий отпечаток от подошвы зеленых туфель. — Что это? — спросила я, разглядывая покрытый густой травой остров с явным отсутствием даже намека на цветы или кустарники. Ничего не сказав, Дино бережно взял меня за запястье, ведя на самую высокую точку — пологий холм в самом центре острова. Стоило нам дойти, как он отпустил мою руку, чтобы тут же прилечь, не боясь грязи земли или влаги травы. Немного помешкав, я вторю его движениям. — Смотри внимательно, — произнес он. Перед нашим взором открылось бесконечное полотно, украшенное миллионами ярких светлячков, создающих различные рисунки на ночном небе. — Я прилетаю сюда, когда хочу побыть один, подумать, забыться, — рука ангела подхватила мою перебиравшую листья травы кисть. — Ночное небо достаточно… медитативное. Как ты считаешь?.. — Забавно, — усмехнулась я. — Подростком я делала то же самое. Забиралась ночью на крышу дома через окно и смотрела на звёзды, на луну. Кажется, небо здесь не сильно отличается от того, что видят люди на Земле… — Так и есть. Вот, например, — ангел вытянул руку к небу, — созвездие Кассиопеи. Имеет четыре ярчайших звезды: шедар, каф, нави и рукба. Кассиопея — жена царя Цефея, была очень тщеславной женщиной. В отместку за это царь моря Посейдон отправил страшное чудовище на народ Цефея. Чтобы спасти своё царство, Цефей приковал к скале свою дочь — Андромеду — как жертву Посейдону. Но, поражённый красотой девушки, Персей спас ее, после чего они решили сыграть свадьбу. Только на празднике один из поклонников невесты принял решение устроить битву за сердце девушки. Персей достал голову медузы Горгоны и все, кто посмотрел на неё, включая родителей невесты, окаменели. Посейдон пожалел Цефея и Кассиопею, за что и отправил их на небо. — Красивая история. Но грустная. — Все грустные истории красивы своей печалью. — Да… — вздохнула я. В порыве увидеть лицо Дино, я перевернулась на живот, грудью умещаясь на его торсе. В ответ он обнял меня за талию, прижимая ближе. Непослушная прядка белокурых волос лежала на гладком лбу, отчего я поддалась мимолетному желанию и поправила ее, скрывая обратно. Подобное действие вынудило ангела переместить взгляд с усыпанного звёздами ночного неба на меня. — У меня для тебя кое-что есть, — неожиданно для меня сказал Дино. — Я знаю, что на Земле есть традиция дарить подарки на Рождество. — Дино, не надо… — удивленно пролепетала я, пока ангел приподнимался вместе со мной, садясь на колени. — Вики, — произнес он, переплетая пальцы наших рук. — Ты замечательная, — вторая его кисть легла на мою румяную щеку. — Позволь мне сделать тебе подарок. Я хочу всегда иметь возможность прийти к тебе на помощь, когда она будет необходима. Искренность его слов заставила меня покрыться трепетным волнением, посему мне хватило сил только на глупое кивание головой в знак согласия. С улыбкой на лице Дино одной рукой дотянулся до крыла за спиной, чтобы резким движением вырвать белоснежное перо, заставляя меня в удивлении ахнуть. — Повернись спиной, — попросил он, рукой помогая мне выполнить его просьбу. — Прости меня, но будет немного больно. — Что ты хочешь сделать? — уточнила я, немного напрягаясь от его слов. Скупые движения рук осторожно приспустили край моего болеро, открывая частичный вид на обнаженную спину. Холодные пальцы руки слегка коснулись шеи, приподнимая убранные в массивный пучок локоны. — Дино?.. — вновь обратилась к ангелу, не имея возможности сейчас наблюдать за его движениями. — Почти… — прошептал он, прежде чем издать тихое шипение. Я хотела повернуться, но он остановил меня. — Почти все. — Ай! Ощутив неожиданную боль в районе шеи, я вздрогнула, но тут же боль сменилась неприятным пощипыванием. Коснувшаяся больного места рука Дино облегчила покалывания, а сам мужчина нашептывал что-то на неизвестном мне языке. — Дино, что это? — Моя печать, — ответил ангел, пальцами поглаживая в зоне ранения, смягчая боль. — Однажды тебе понадобится помощь, и никто не сможет ее оказать. Эта печать нас связала, и в нужный момент я буду рядом. Не убирая его руки со своей шеи, я повернулась к нему, распахнув в удивлении глаза. То есть как?.. Сумбурные мысли сменялись одна за другой, с лица не уходила эмоция замешательства. Ведь я… ничего не понимала. — Дино… — я пыталась понять его слова, но он приложил указательный палец к моим губам, поглаживая их. — Я действительно этого хочу, Вики. После этих слов ангел приблизился ко мне, чтобы одарить мои уста нежным касанием своих губ, на которое я с радостью ответила. — Спасибо, — прошептала я сквозь поцелуй. Не знала, сколько мы ещё пролежали на этой поляне, просто общаясь, просто проводя время вместе. Затрагивали какие-то совершенно глупые, обыденные темы. Говорили о школе, шутили. Дино сказал, что на месте царапины на шее теперь виднелось небольшое тату в виде ангельской семиконечной звезды. Вот почему он решил выбрать место на шее, около которого начинался рост волос головы — чтобы никто лишний не увидел и не начал задавать вопросы. Без понятия, что эта тату и эта наша «связь» — которую он создал благодаря объединению сгустков нашей крови — могла мне дать, но я верила Дино. И мне было приятно от осознания своей важности перед ним. Увидев, как я зеваю, ангел предложил отправиться по комнатам, не забыв настоять на том, чтобы проводить меня — ведь он джентельмен. А я и не спорила. Дойдя до моих покоев, ангел, воспользовавшись отсутствием свидетелей, на прощание поцеловал в щеку, вызывая у меня глупую улыбку. Зайдя в комнату, я не боялась шуметь, ведь Мими предупредила, что будет у Дагона. Что ж, ее выбор. Прикрывая очередную зевоту пальцами руки, подошла к кровати. Даже раздеваться не было ни сил, ни желания. Из-за темноты почти ничего не видела, но стоило мне коснуться одеяла, как я сразу пришла в сознание. На моей кровати кто-то спал. С помощью силы мыслей в бронзовом канделябре загорелось слабое пламя, одаривая комнату неярким освещением. Дыхание словно покинуло меня. Дрожащими пальцами слегка приподняла одеяло в страхе перед открывающейся картиной. Пронзительный крик вырвался из уст, оглушая. На моей постели лежала украшенная кровавыми ранами Мими.