Иная история

Регулус ждал ответа брата с замиранием сердца, почти буквально. Каждый шорох, отвлекая от работы, заставлял прислушиваться: не скрипнула ли то дверь в комнату Сириуса? Не слышатся ли следом шаги? И каждый раз ответ был один: нет. Кроме сегодня. Сегодня вообще все шло иначе, чем ожидалось. С самого утра посыпались письма с Гринготтса, одно пришло от Тома, а кроме всего этого Беллатриса пригласила на ужин, что само по себе заставляло задуматься, а не упадет ли на землю метеорит, и то более вероятно, чем добровольное приглашение сестры. Первое он отложил на потом, ответил Тому, что все нормально, брат с ним, а ответ будет со дня на день, и, скорее всего, положительный. Беллатрису он обрадовал тем, что брат нашелся и будет с ним на ужине. Сложность была лишь в одном: он ни разу больше не говорил с Сириусом и никак не мог предположить, что тот может выкинуть в этот раз. Когда же в дверь кабинета постучали, он вздрогнул. Что же, сейчас или больше никогда. Совсем. Сириус выглядел на порядок лучше, чем несколько дней назад: Кричер явно постарался, отпаивая его укрепляющими и восстанавливающими зельями: и не скажешь, что человек напротив сидел в Азкабане долгие годы, а после дворняжкой скитался по улицам. – Сразу к делу. – С порога начал Сириус, прикрыв дверь. – Я согласен поговорить с твоим Лордом, но ответ дам только ему. – Я тебя услышал. – Кивнул Регулус. – Еще, Беллатриса пригласила нас на ужин. И мы идем. – Мы? – Вскинул бровь он. – Неужели совсем не хочется познакомиться с племянницей? – Не сказал бы, что горю желанием увидеть ее мать. – Поморщился Сириус. – Мы – семья. Какая-никакая, а семья. Может у тебя и нет желания общаться с ней, но Белла была бы вовсе не против. – Нет. Хочешь – иди один. – Бросил он и открыл дверь. – Подумай до вечера. – Бросил вслед Регулус уже закрывающейся двери.

***

Стоя у камина Блэк-хауса, Регулус отсчитывал минуты, надеясь, что Сириус все-таки спустится. Но часы пробили семь вечера, Вальпурга покинула портрет, расстроенно покачав головой, а Сириус так и не спустился. Ответ стал окончательно понятен и Регулус, вздохнув, вошел в камин, перемещаясь в Лейстрендж-хаус. В это время Сириус думал. Думал, не обращая никакого внимания на время. Мысли метались вокруг его семьи, не позволяя отойти от шока. У Беллатрисы есть дочь. Гарри живет с тем, кто убил его родителей, и вполне счастлив. А сам он остался без места в этой жизни – слишком долго был вне ее. А Дамблдор? Как он мог так... так поступить с ним? Просто бросил гнить в тюрьме, зная о реальном положении дел. Неужели решил, что он ему больше не нужен? Но... он ведь "светлый". Тогда почему?.. Да, ради великой цели можно пожертвовать многим, и одна жизнь стоит блага всей магической Британии. Мозгом Сириус это понимал, но сердцем принимать отказывался. Он бросил взгляд на часы и сердце замерло. Половина восьмого. Он упустил возможность, а ведь хотел. Хотел бы пойти. Ему действительно интересно посмотреть на маленькую племянницу, может даже полноценно познакомиться с мужем сестры, но шанс уже упущен, и... навряд ли он появится еще когда-нибудь. Да, Сириус Блэк о многом жалел, и с выходом из Азкабана этих моментов становилось все больше. Буквально с каждым днем.

***

– Регулус! – Беллатриса усмехнулась, подходя ближе. – Он не пришел. – выдохнул он. – Я вижу. – Кивнула Лейстрендж. – В целом, ничего неожиданного, мы его и не ждали. Я помню Сириуса, и помню, какой он моментами упертый и твердолобый. Главное, что пришел ты, Дельфи очень скучала. – Не верю. – Улыбнулся Рег. – Где моя проказница? – С самого твоего прихода караулит за углом. Стоило Беллатрисе договорить, как из-за угла выбежала маленькая девочка, чьи кудри спадали на лицо – еще слишком короткие, чтобы можно было собрать в аккуратную прическу, но уже слишком длинные, чтобы оставлять их без внимания. – Здравствуй, принцесса. – Он присел на корточки и поймал несущийся прямо на него вихрь. – Мама с папой не обижают? Дельфи покачала головой и прильнула ближе, обхватывая маленькими ручками шею дяди. – Я сегодня без подарка, но в следующий раз, – Он перешел на шепот, будто сообщая ей страшную тайну. – я обязательно принесу что-нибудь сладкое. Беллатриса тихо хмыкнула, скрещивая руки на груди и покачала головой – с подарками Регулуса им вообще не нужно было держать дома сладкое. Каждый раз, когда он приходил, пусть то бывало и редко, приносил кучу сладостей и игрушки. Первое время она ругалась, но потом счастливые улыбки на лице дочери заставили ее сердце растаять. В общем, Регулусу было позволено приходить с любым количеством самых разных сладостей. – Родольфус скоро будет. – Произнесла она. – Я пойду контролировать домовиков, а вы пока поиграйте. Думаю, Дельфи есть, что тебе показать.

***

Решить проблему с туалетом Плаксы Миртл оказалось куда проще, чем с палочкой Невилла. Под воздействием Грейс Забини и Люциуса Малфоя Попечительский совет согласился проспонсировать ремонт туалета, однако создало трудности то, что им никто не пользуется – старшекурсники помнят свой опыт и рассказывают о нем младшим, из-за чего лишь самые отважные решаются прийти сюда, и те сбегают словно ошпаренные. Может с некоторыми и правда так было... Что до палочки Невилла... у Гарри получилось уговорить его потратить карманные на новую, но вот реакция Леди Лонгботтом заставила ужаснуться даже Гарольда: она была категорически против и весьма доходчиво об этом сообщила в вопиллере. Как только он замолчал, Невилл повернулся к Гарри потерявшим краску лицом и сказал, что палочку менять не будет – страшно представить, как отреагирует Августа Лонгботтом, когда узнает. В тот момент Гарольд лишь кивнул, но на следующий день предложил неплохой вариант решения, даже без жертв, если все пройдет удачно. Можно ведь не говорить бабушке Невилла о новой палочке, немного подкопить карманные деньги и купить ее. При Августе Невилл будет также пользоваться палочкой отца, но в Хогвартсе вполне спокойно сможет использовать новую, действительно свою волшебную палочку. Невилл согласился, понимая, что иначе никак. Никак не переубедить Дамблдора, что он Избранным вовсе не является. Никак не победить Темного Лорда. Да, у него с неподходящей палочкой шансов нет вообще, но так может появиться шанс хотя бы выжить. В тот же день, когда они договорились насчет палочки пришел... особый Ежедневный пророк. Ежедневный пророк, который заставил поверить в возвращение Темного Лорда не только со слов директора Дамблдора. Нападение на Отдел Тайн. Успешное нападение Пожирателей смерти на самый защищенный отдел Министерства Магии. Но больше всего Гарольда напугала цель нападения. Пророчество о мальчике, который исчез. Вот только выяснилось, что мальчик исчез, а вот Темный Лорд жив-здоров, и более того – он имеет достаточное количество сил, чтобы открыто нападать на Министерство. И он как-то связан с отцом. – Барти... – Едва слышно прошептал Гарри, не сводя взгляда с первой страницы Пророка. Барти когда-то служил ему, возможно до сих пор имеет с ним связь, а отец об этом знал и воспользовался. Или не был уверен, но предполагал? Тогда почему Темный Лорд на это согласился? Сам хотел знать? Или, может, ему пообещали сказать, кого готовит Дамблдор на роль Избранного? – Что? – Спросила Дафна, вырывая его из мыслей. – Что ты сказал? – Нет, ничего... просто мысли в слух. – Гарри мотнул головой и отложил Пророк в сторону. Надо поговорить с отцом. А лучше сразу с Барти. Или вообще не стоит?.. – Ты что-то знаешь. – Тихо произнес Блейз. – По тебе видно. – Может быть. – Выдохнул Гарри – не имеет смысла врать друзьям, они все равно видят его насквозь, пусть и далеко не всегда показывают это. – Сначала получу подтверждение, потом скажу вам. Пока что я сам не уверен в том, о чем думаю. – Гарри... – Драко поднял на него глаза. – Да, думаю, да. Гонт нахмурился. – Почему? – Просто... не важно. – Малфой мотнул головой, возвращая взгляд на тарелку с нетронутым завтраком. – Мысли вслух. – Ребята, если вы что-то знаете – скажите. Это важно. – Дафна сжала ладони на школьной юбке и подняла уверенный взгляд на друзей. – Вы ведь знаете, что нам можно и нужно доверять. Да, мы с Блейзом немного... из другого типа семей, но мы ваши друзья. И семья на это никак не повлияет. Забини молча кивнул и поднялся. – Я пойду к Невиллу, у него сейчас явно не лучшее состояние. – Он кивнул в сторону Лонгботтома. Невилл и правда выглядел... так себе. Руки со сжатой газетой мелко подрагивали, с лица схлынула вся краска, а губы бесшумно двигались, будто он читал и не верил в то, что написано. Понимал, что правда, но не верил. – Вечером я зайду к профессору Снейпу и попрошу отправить меня домой на ночь. Он сможет. Я поговорю с папой и, если получится, с... еще одним человеком, который может что-то знать. Тогда скажу вам, что узнал и что предполагал.

***

Этот день тянулся словно целая вечность. Каждый урок длился будто целая вечность, а ужин будто специально и вовсе не собирался наступать, но стоило ему миновать как время, казалось, ускорилось в разы. Стоило им всем добраться до подземелий, как он свернул в противоположный коридор, ведущий к кабинету Зельеварения, смежному с комнатами профессора Снейпа. Только через него он мог без вопросов попасть домой и вернуться оттуда, только профессор сможет отпустить его без лишних вопросов, ответы на которые моментально передадут директору Дамблдору. Оказавшись напротив двери он замер. А как объяснить профессору, что он хочет попасть домой для того, чтобы узнать как его отец связан с Темным Лордом? Только если без подробностей... Гарри выдохнул и постучал. Ни разу до этого он не боялся профессора настолько. Ни разу. – Здравствуйте, профессор. – Поздоровался он, как только дверь перед ним распахнулась, а на пороге появился хмурый Снейп. – И почему я не удивлен тому, что это именно вы, мистер Гонт? – Проговорил Северус, пропуская парня в кабинет. – И во что же вы влезли на этот раз? – Ни во что, профессор. – Уверенно ответил Гарри. – я хотел попросить вас отправить меня домой на вечер. Появилось кое-что очень срочное, и мне нужно обсудить это с отцом. – А Лорд Гонт знает о том, что вы собираетесь вернуться домой? – Нет, но ведь вы отправите ему Патронус как только я исчезну в камине, верно? – Верно, мистер Гонт. – Хмыкнул Снейп. – позвольте узнать, что такого срочного могло случиться, что у вас нет времени дождаться письма с ответом? – Темный Лорд, профессор. – Прямо ответил Гарри. – Вы ведь читали Пророк. Именно это я хочу обсудить с отцом. – Не понимаю, как нападение на Отдел тайн связано с вами и вашим отцом. – Это... – Гарольд замялся и прикрыл глаза. – Можно я потом вам все объясню? Сейчас я сам мало что понимаю. – Хорошо, мистер Гонт. Однако, прошу вас не задерживаться и быть в Хогвартсе до начала занятий. – Да, профессор. – Кто-то знает, что вы собрались к отцу? Надеюсь, ваши друзья не вломятся ко мне с криками и паникой? – Нет, профессор. – Тогда прошу. – Северус указал ладонью вглубь комнаты, где скрывалась дверь в личные покои. Стоило камину вспыхнуть ярким зеленым светом, Северус выдохнул и достал палочку – патронус действительно стоило отправить как можно раньше, ведь его скорость не сравнится с моментальным перемещением камином.

***

Гарри сразу направился к отцу, стоило выйти из камина. Сейчас в голове не было места для чувств к родному дому. Не было времени осознать, насколько он соскучился по Гонт-холлу. Гарольд знал, что отец его ждет, знал, что тот сможет ответить на все вопросы, только... глубоко внутри жгли отголоски страха. Он не понимал, чего боится, но страх был, и это факт. – Пап? – Позвал он, приоткрыв дверь в кабинет. – Здравствуй. – Ответил Том, откладывая в сторону документы. – Проходи. – Профессор сказал, что я хочу узнать? – Спросил Гарри, садясь на привычное место напротив отца. – Не уточнял. – Темный Лорд. – Коротко ответил Гонт. – Я понимаю, что это глупо, но... ты ведь с ним как-то связан, да? – Можно сказать и так. – Кивнул Том, подавив усмешку. – Почему... то есть... – Гарри, я никогда не говорил о том, каких взглядом придерживаюсь, на какой стороне стоял в той войне. И конкретно сейчас я, как и наша семья, занимаем нейтральное положение. – Я думал... думал, что ты в ней вообще не участвовал. – Это не так. Война затронула всех, даже тех, кто занял нейтральную позицию уже тогда. Вопрос стоит лишь в том, как активно я принимал участие. Все шло совсем не так. Не по тому плану, который они обсуждали с Барти. Это могло обернуться большими проблемами, однако... – Я занимал сторону Темного Лорда и принимал в войне весьма активное участие. Но сейчас у меня нет связи с ним. – Тогда как так получилось, что он напал на Отдел тайн, когда я спросил у тебя про Пророчество? – Барти имеет с ним связь. К сожалению, без помощи Темного Лорда и его людей мы не смогли бы добраться до Пророчества. – То есть, он действительно жив, и Невиллу нужно будет с ним сражаться. – Заключил Гарри. – Не будь так уверен, Гарри. Темный Лорд не будет драться с ребенком, тем более, Мистер Лонгботтом не в состоянии дать полноценный бой. Могу сказать, что если директор Дамблдор не отправит его в бой с Лордом и не развяжет очередную войну, то боятся Невиллу нечего. – Но директор его отправит. – Едва слышно произнес Гарольд. – Вероятнее всего. – Кивнул Том. – Поэтому продолжайте помогать ему развивать навыки. Тогда у него может появиться шанс выжить. – У Невилла проблема с палочкой. Леди Лонгботтом позволяет ему пользоваться только палочкой отца. Я смог его уговорить отложить на новую палочку, но... – Если это действительно так, то вам следует как можно скорее решить проблему c палочкой. На адаптацию к ней тоже нужно время. – Мы понимаем. Когда в следующий раз пойдем в Хогсмид, купим палочку Невиллу и начнем заниматься. Только придется делать так, чтобы Леди Августа не узнала. – Гарри, ты решил помочь мистеру Лонгботтому, а значит в этом деле многое зависит только от тебя. Успех мальчика – в том числе. Однако, я прошу тебя быть осторожным и не влезать в лишние неприятности. – Да, папа. – Это все, что ты хотел узнать? – Пока да. Думаю, остальное мне лучше спрашивать у самого Барти. – Хорошо. Тогда тебе пора, профессор упомянул, что этот визит ты устроил никого не предупредил, кроме него самого. – Да. До встречи, пап. – До встречи.

***

Когда Гарольд покинул кабинет, Том выдохнул. Вроде ничего лишнего он не сказал, но внутри плескалась тревога. Что-то надвигалось, и это нечто грозило его семье крайне неприятными последствиями. – Барти, у меня плохое предчувствие. – Продиктовал он Патронусу. – Жду тебя как только освободишься. Дело касается Гарольда.

***

Вернувшись в комнату, Гарри встретили, вопреки ожиданиям, вполне бодрые друзья. Они сидели на одной из кроватей, разыгрывая партию в волшебные шахматы. Вокруг царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь редким шуршанием постели. – Даже не спросите, что я узнал? – Тихо спросил Гарольд, проходя вглубь комнаты. – Когда доиграем – обязательно. – Ответил Блейз. – Мы играем на правду, а договорились на магии, поэтому сейчас немного не до... – Шах и мат, Забини! – Вскрикнул Драко, подскакивая. – А я говорил, что обыграю тебя! Говорил! – Мерлин... – Прошептал Блейз, прикрывая глаза. Страшно было представить, что может спросить Драко, еще страшнее то, что если он скажет неправду, то лишится, как минимум, половины магических сил. – Итак, Блейз... – Протянул Малфой. – Что бы мне такого спросить?.. Гарри, есть варианты? – Я немного не о том сейчас думаю, если честно. – Тихо ответил Гонт, садясь на постель Блейза – парни играли на его кровати. – Ладно, тогда... Мистер Забини, какие чувства вы испытываете к мисс Гермионе Грейнджер? – Усмехнувшись, спросил Драко. – Чего!? Малфой, ты совсем умом тронулся? Какие чувства? – Вот и я спрашиваю, какие, Блейз? Забини глубоко вдохнул и выдохнул. Знать бы еще самому... На самом деле, к Гермионе он испытывал что-то между искренним желанием дружить и совсем другого рода симпатией. Блейз сам не мог определиться, да и не очень торопился с этим. Последнее время происходит слишком много всего, чтобы думать о каких-то там чувствах. Например, Невилл и вероятная война, в которой никто не сможет остаться в стороне. Еще есть друг, который постоянно вляпывается в какие-то истории. О, кроме того есть уроки, которые им, как бы между прочим, надо делать хоть иногда. – Так что, Блейз? Гарри сидел в стороне и молча наблюдал за происходящим. Что сделать и как помочь другу он не знал, да он даже договора их не слышал... – Неопределенные. – Ответил Блейз. – Я испытываю к Гермионе Грейнджер неопределенные чувства. – Какие? – А это уже второй вопрос, на который договор не распространяется, Драко. – Улыбнулся Забини. – Ладно, что ты узнал, Гарри? – Спросил он, повернувшись к другу. – Точно. – Вскинулся Драко. – Как поговорили с отцом? – Я узнал не очень много, но достаточно, чтобы сделать выводы. И все-таки, надо будет поговорить с еще одним человеком... – Ну? – В свое время отец поддерживал Темного Лорда и занимал весьма высокую позицию среди Пожирателей смерти, но сейчас он не имеет с ним связи. Вообще никакой. – Тогда как Пожиратели оказались в Отделе тайн сразу после того, как ты попросил отца узнать про Пророчество? – Об этом я тоже узнал. У отца есть человек, который все еще поддерживает связь с Темным Лордом. – То есть, он все-таки жив и война будет... – Тихо проговорил Драко, обхватывая голову руками. – Ну почему именно в наше время?.. – Не паникуй раньше времени, Драко. Гарри вообще ни слова не сказал про намерения Лорда. Может он будет слишком горд для битвы с ребенком, который едва с палочкой управляется? – Отец сказал тоже самое. – Кивнул Гарольд. – Темный Лорд не станет убивать ребенка, если его не вынудят это сделать. – А Дамблдор ясно дал понять, что Невилл будет сражаться. – Блейз поднялся с кровати и отошел к столу. – И в этом случае мы явно ничего сделать не сможем. – Препятствовать войне – нет, но подготовиться к ней – вполне. Мы должны уметь защищать себя, а в идеале и своих близких. Не скажу, что я сильный волшебник, но что-то все же могу, поэтому надо поскорее решать вопрос с палочкой Невилла и начинать заниматься, потому что когда начнется война мы не знаем, а на Привыкание к новой палочке тоже нужно время, и никто не скажет конкретно сколько. – Значит на этих выходных покупаем Невиллу палочку. – Кивнул сам себе Блейз. – Если у него не хватит – добавим. – Ведь получается так, что от него зависит наша жизнь. – Нет, Драко, – Вздохнул Гарри. – Наша жизнь зависит от нас и выбора наших родителей. И что-то мне подсказывает, что в этот раз победит Не Великий светлый волшебник и Министерство, а Лорд Волан-де-Морт. В комнате резко стало тихо. Никто из парней не говорил ни слова, но каждый думал. Думал и понимал, что Гарольд прав, ведь многие волшебники недовольны нынешней политикой Министерства, а недовольство народа всегда плохо кончается для власти.