Сакэ, молоко, моти и чай

Что то кольнуло в груди и небесные глаза с отсветом мягких солнечных лучей, открылись неестественно широко. - Прости что? Хвостики Аой хлестнули по ее пунцовым от волнения и смущения щекам, голос дрожал. Девушка предложила дьявольское количество усилий чтобы предать ему спокойный, слегка властный тон. - Я хочу твои волосы. Тонкое тело обдало новой волной жара. Земля под дзори будто поплыла, в голове все путалось. Чтобы Канао! Сказала такое! ТАКОЕ! Да что же что этим миром сегодня не так?! - Ара-Ара ~ Вместе с прекрасной девушкой в комнату влетает запах протухших слив. Все таки яды иногда требуют безумно странных ингредиентов. Она быстро переместилась к старому и скрепучиму столу. Маленькая, нежная ручка столпа бесцеремонно подхватила подбородок своей ученицы. Когда шинобу обратила пурпурный взор на цугуко, их губы оказались так близко.... Слишком близко. Каназаки почувствовала странно неприятные эмоции нарастающие диковинным фруктом ,где то за душой и готовые лопнуть в любой момент. Кулаки сжались сами собой. - Оооо - не определенно протянула Кочо, левым, свободным запястьем коснулась собственной щеки - Очень интересный эфект, ну она была в самом центре во время атаки демона... И все равно очень интересно! Что то в разуме голубоглазой щелкнуло внезапным огнем. Мысли путались, цепляясь друг за друга. Внутри лихорадило. Рука облаченная белоснежной тканью, как то автоматически подлетела, оставаясь в миллиметре от стены с легким душком гнили. - Так и что мы будем делать Шинобу сан?-Брюнетка изо всех душевных сил пыталась сдержать нервозные нотки, и все таки готова была поклясться, ничего не вышло. Однако Кочо привычно, это проигнорировала. Оставалось лишь дивиться ее самоконтролю. Глициния за окном шептала что то, тихо , таинственно. День был замечательным, солнечным. "Сладким" Самая верная метафора. Противоречия в душе никак не бились с внешним миром, это казалось не правильным. Не нужным. Оставалось молиться, лишь бы столп смогла что то придумать..... - Можешь встать? В ответ лишь тишина. - Канао встань. За скрипом половиц у Каназаки была лишь секунда метнуться к предмету воздыхания. Не важно как девушка успела, может это память о бывших такими бесполезными тренировках или страх предавший сил. Не важно. Главное.... Главное что сейчас дрожащие руки обнимали столь желанное тело, Аой не понимала сама себя. После приступа гнева глаза вдруг взмокли, готовясь стать сахарной водой. Почему то сделалось невыносимо жарко. Брюнетка одной ладонью сдернула потную сорочку, оставаясь лишь в форме, подобной одежде Шинобу. - Отведи ее в палату и подойди ко мне - Нарочито веселый голос бил по ушам сильнее чем обычно, но настала очередь голубоглазой забыть обо всем вокруг. Молчание затянулось, наконец сознание отмерло, держащая Цуюри смогла выдавить тихое " Да " И скрыться.

***

Время путаной дорогой проносилось мимо. Каждый раз проходя по поместью, каждый раз когда глаза встречали ее силуэт. Каждый раз сердце сжималось, заставляя робеть. Потные руки быстро утыкались во что то, стремясь занять разум, отвлечь. И все же на душе холодело. После случая в столовой самочувствие Канао только ухудшалось, теряя все показатели медленно, несчадно, страшно. Хотелось рыдать, не было слёз, хотелось стонать, не было сил. Все опять уходит из рук... Как песок из пальцев..... И снова и снова и снова и снова и снова....... Было страшно. Кочо разводила руками, никто не осозновал и понять не мог природу этих диких желаний. Каназаки ненавидела себя. Ненавидела за невероятное возбуждение, за экстрим новых эмоций. Цуюри наконец сбросила маску безразличия, сжигая ее, заполняя ароматом гари весь задний двор. Ядовитый дым окутывал все, сильнее любого препарата над которыми скорпеет месяцами столп бабочки. Сильнее их впитывался в мозг, заставляя дрожать. Это должно было произойти, но не так. Это не естественно, это не правильно. Это должен был сделать кто то красивый, кто то сильный. Разбивая её безразличие постепенно, стирая щит из пыльного недоверия. Цуюри бы не боялась больше, шла вперд зная, её ещё защитят, ей больше не нужно быть никем. Снимая старую кожу с сердца, двигаясь к новым ощущениям улыбчиво и в безопасности. Однако кем то стала Аой. Даже не по своей воли. Она понимает, она не достойна, она не должна, нужно бросить. Пока еще не слишком поздно, пока ещё воможно. Палочки для еды звонко ударились о тарелку. Вечер, близится закатный час, скоро монстры выдут на охоту, люди начнут гибнуть. Чьё то сердцебиение оборвется сегодня. И Каназаки лишь эгоистично молилась, молилась за свою возлюбленную. Мысль о собственном эгоизме... Именно она заставляет вздрогнуть. Брюнетка вздернула запятье, прислоняя плотную ткань ко лбу. Бросить Бросить Бросить Бросить Разорвать узы, разорвать, разорвать, разорвать их..... Быстрее в палату,дурное предчувствие. Ещё, ещё быстрее, позабыв про ужин, позабыв про все. Вот вот она заветная комната, вот, вот, вот прямо здесь. Дыхание брюнетки сбивается, спотыкаясь несколько раз и даже не замечая. По коридору и до поворота, в глазах рябеет. Что случилось? Не важно, туда, туда.... Ничего Она падает на колени, сездзи скрипят где-то за спиной, за сознанием. Пустое помещение давит темнотой со всех сторон. Аой закрывает глаза. Холодно. Воздух пахнет ночью, травами, такими далёкими... Где же она... Почему так тревожно? Где то там Суми, Киë и Наха обсуждают тех троих цучиното недавно поступивших на лечение в поместье бабочки. Так спокойно.... Так... Так не должно быть. Ноги не слушаются. Канао опять ослушалась, это был настоящий приказ. Приказ. Приказ сидеть в комнате, сидеть в палате, приказ самой Кочо..... Что же это..... Доски и половицы, скрип, скрип. Пройдя пару метров, тело, словно мёртвое.... Знакомая макушка мерцает в далеке, она не одна..... Ласнятся волосы цвета закатов и рассветов, на кончиках блеклый лунный свет, звезды и кажется вся вселенная. Кто то красивый Кто то сильный Кто то особенный Не Аой " - Это трудно объяснить.... Но, кажется сильные положительные эмоции ослабляют эффект... " Но где их взять в жизни охотника? Убийцы так или иначе, отнимающего жизни клинка? Влюбиться.... Наверное Аой была единственным достаточно близким человеком... Просто за отсутствием выбора! Ну конечно! Каназаки прижимается к стене, она прямо там! Прямо за тонким деревянным слоем. Только... Цугуко больше не нуждается в ней, ей больше не нужно выдавливать чувства, притворяться и наигровать любовь. Она может жить как хочет. Голубые глаза, спрятаны и размыты. Горячие, как солнце и небеса слезы, текут и текут. Вдоль щек и по шее, медленно, каждая из них опускается, ниже и ниже.... Капли кипящей жидкости стекают, тута за воротник к ключицам. Кажется все чувства разом отказали, все тело скрючено... Забыто... Только знаки внимание, малейший намек на это слово.... Каждая клеточка ждет его..... Ну же Ну же НУ ЖЕ! я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя.... Давай Давай ДАВАЙ - Ты что то хотела сказать? - Голос ребенка, простой и жизнерадостный. - Я - тело Аой сжимается..... Застывает воздух, все затихает.... - Танжиро Я... Люблю тебя! Все в голове исчезло, пусто.... Хочется плакать... Но.... Но нельзя... Теперь Канао выживет... И будет счастлива... " Ну же Аой! Соберись! Если ты правда её любишь.. Ты будешь счастлива... Пока она... "

***

- Канао! - ветер колошил пола сорочки, забирался под одежду, Каназаки изо всех сил его игнорировала. - А? - сейчас на ней одежды поместья, медицинская куртка и пара хакама. Выглядит мило... Ах черт! Опять эти мысли! - Канао.... Я... Я хотела попросить.... - Все, все силы, собрать их в душе... В кулаках! - Канао пожалуйста.... Будь счастлива потому-что.... Потому-что.... Потому-что.... Если будешь счастлива ты! То... То буду счастлива и Я! Так что... Прошу.... Будь! Счастлива.