Проект: будущее

      Беловолосый с наполовину выбритой головой не мог найти себе места и уснуть всю ночь. Дело в том, что его уже несколько дней и ночей терзали мысли о его прошлой жизни. Он немного походил на безумца, потерявшего связь с реалиями, потому что его поведение почти всегда было очень противоречиво и скакало из крайности в крайность. Это всё происходило из-за того, что в нём в прямом смысле жило две сущности, которые постоянно сопротивлялись друг другу. Первая — это добрый Шото, герой. Вторая — это злой Шото, преступник. На его руках была кровь невинных людей одновременно с воспоминаниями о том, как многим другим он спас жизни. Внешность гетерохрома каждый раз при прохождении мимо зеркала резко бросалась в глаза, не говоря уже о привкусе от межличностных отношений с его знакомыми. Он в одно и то же время любил и ненавидел свою семью, друзей, злодеев и героев. В одну секунду он мог испытывать невероятное чувство тоски по своим одноклассникам, а на следующий день при разговоре с Апокрифом размышлять о том, как сильно они раздражают его, когда мешаются. По ночам подросток запирался в своей комнате и долго страдал бессонницей, пытаясь разложить всё по полочкам у себя в мозгу. А когда у него всё-таки получалось погрузиться в дрёму, кошмарные сны чередовались с теми, что ему виделись из параллельной временной линии.       Так Тодороки страдал изо дня в день, пока однажды ему не пришла в голову идея. Именно её он и обдумывал всю ночь перед тем, как в преступной организации, членом которой он являлся, на утро объявилось аж два новых желающих вступить в ПФО — блондинка в форме старшей школы и брат обладателя причуды «Лёд-и-пламень». Однако они не успели пересечься, ведь он ушел буквально за полчаса до этого. Хотя правильнее будет сказать — сбежал. Да, он действительно, нацепив на себя чёрную толстовку с капюшоном и того же цвета тёмные очки, убежал из особняка. Такой внешний вид был выбран потому, что ему нужно было скрываться от правительственных органов.       Шото направлялся в академию Юуэй, а точнее в её общежитие. Всю дорогу он волновался по поводу того, как сможет проникнуть туда без ученического пропуска, потому нервно стучал пальцами по ляжкам. Младший сын Старателя точно знал всё расписание звонков и уроков 1-А класса геройского факультета, потому просчитал всё так, чтобы прийти, когда все будут на занятиях. Ему оставалось только надеяться, что оно осталось неизменным, в отличие от всего остального в его жизни.       Несовершеннолетний подоспел примерно к двум часам. Он неторопливо подошёл к знаменитому барьеру Юуэй, сглотнул слюну, неуверенно посмотрев вглубь, оглядывая территорию учебного заведения. Его ноги так и тянулись сами по привычке беспроблемно пройти сквозь главные ворота, но он сразу же остановился, держа себя под контролем, помотав головой из стороны в сторону: «Бесполезно, только перелезать через стену… Обходить охранников, сигнализацию и собак». Тодороки с тяжестью выдохнул, хотев развернуться и пойти вдоль барьера, как вдруг в него врезался неизвестный ученик академии, опаздывающий на урок. Сразу послышались продолжительные извинения, но было поздно, ведь незнакомец протолкнул беловолосого прямо через ворота. Гетерохром переругался и не зря, потому что они моментально закрылись с грохотом и сиреной, на звуки которой подоспел охранник с чёрными волосами, карими глазами, в сине-белой форме. — Покажите свой пропуск, молодой человек. — Обратился тот к растерянному владельцу квирка «Лёд-и-пламень». Тот обернулся, выискивая взглядом виновника этого чрезвычайного положения, но от того и след простыл. Он испугался из-за случившегося — подумал, что сломал что-то — поэтому убежал к чёрному входу. — У меня… У меня его нет… — Напряженно произнёс бывший студент, не успев даже сообразить, что надо говорить. Мальчишка увидел грозный взгляд мужчины, из-за чего на одном дыхании выпалил. — Дома забыл. — Как зовут? — Сложив руки на груди, спросил брюнет, не отрываясь от правонарушителя. — Э-Эйджиро Киришима… — Ляпнул первое, что пришло в голову, сын нынешнего символа мира. — Хмх… — Охранник полез в карман, доставая из него какой-то непонятный прибор, похожий по размерам, формам и торчащей антенне на рацию. После недолгих нажатий на кнопки, сопровождающиеся пищащими звуками, мужчина направил аппарат на обманщика. — Да, есть такой. Сними-ка на секунду свои очки. — А-а… — Шото ничего не успел сделать и возразить, как приподняли его очки и всего на мгновение он увидел зелёный огонёк, выходящий из так называемой рации. Потом она дважды пропищала. Кареглазый приподнял бровь, сурово переводя глаза на беловолосого. — Прости, дружок, но тебе придётся пройти со мной… — Сказал охранник, отдавая подростку прибор, сканирующий сетчатку глаза. Теперь гетерохрому уже было не отвертеться, потому что он солгал по поводу своей личности. Мужчина хотел провести его за собой, но вдруг на его телефон позвонили. Тот достал его, посмотрев на экран, понимая, что не может сбросить. Он тяжело выдохнул, отвечая на звонок, недалеко отходя от мальчишки, поднося гаджет к уху. Тем временем, владелец причуды «Лёд-и-пламень» с досадой выдохнул, смотря на аппарат в своих руках. Он понимал, что сбегать бесполезно — его будут искать, что ещё больше усложнит задуманное. Тодороки посмотрел на маленький экранчик этой «рации», где горел красный крестик. С досадой нажав на кнопку «назад», взору несовершеннолетнего открылось «меню», из списка всех студентов в котором помещалось всего три пиксельных имени голубого цвета. На данный момент было выделено в того же цвета рамку «Эйджиро Киришима». Чисто из любопытства он начал клацать по кнопке с изображением стрелки, указывающей вниз, и рамка стала смещаться в указанном направлении, тогда когда верхние имена скрывались, а снизу появлялись новые. Таким образом беловолосый нажимал на нее от скуки до тех пор, пока неожиданно внизу не появилась графа «Шото Тодороки». Он удивился, приподняв обе брови вверх. Оглянувшись, заметив, что в данную секунду охранник не смотрит на него, злодей нажал на кнопку ввода и направил зелёный огонёк себе в глаз. После этого прибор пропищал один раз, а на экранчике появилась салатового цвета галочка. Шокированный тем, что всё работает, младший сын Рей настроил аппарат на своё имя и стал ожидать возвращения брюнета. Тот как раз через пару минут вернулся к пойманному правонарушителю, убирая телефон в карман. — Итак, вернёмся к тебе, малец. — Проверьте ещё раз, пожалуйста. — Вежливо попросил гетерохром, улыбнувшись. — Ты надеешься на чудо? Поверь, наша техника не ошибается. — Просто, чтобы нам обоим быть спокойными. — Мило и приторно улыбнулся бывший студент, научившись паре манипуляций в Лиге Злодеев. — Ну, если тебе от этого будет легче. — Пожал плечами кареглазый, забирая у подростка из рук «рацию». Он направил ее на сетчатку несовершеннолетнего, после чего послышался один писк и на экранчике появилась зелёная галочка. Мужчина нахмурился, пробуя ещё раз, но результат был таким же. — Странно… — Что такое? — Делаясь невинным, спросил парень со шрамом, хлопая глазами. — Теперь работает… — Почесал затылок охранник. Тодороки его так запутал, что он, уставши разбираться с ним, махнул рукой. — Так уж и быть, проходи, прости, что задержал. — Все в порядке… — Ехидно ухмыльнувшись подытожил Шото, поправляя свои чёрные очки, направляясь к общежитиям. — Надо технику пофиксить… — Тяжело выдохнул кареглазый, нажимая на стрелку вниз, после чего высветилось имя вышеупомянутого злодея. — А? Странно… Точно надо чинить…       Пожалуй, следует объясниться. Никто не знал, даже участники ОУБ, что из-за изменения временных линий перемещаются зачастую не только люди, но и объекты. До сего времени с этим никто не сталкивался — владелец квирка «Лёд-и-пламень» первый. Таким образом вместе с ним в этот мир попал прибор сканирования сетчатки глаза, даже вернее будет сказать, его программа. В дальнейшем нам ещё придётся столкнуться с подобным явлением.       Но всё-таки, возвращаясь к виновнику переполоха, он, довольный тем, как проблема решилась сама собой, держал путь к общежитию своего бывшего класса, а конкретнее к комнате Мидории Изуку. Сын Энджи со слегка ослабленной бдительностью из-за успеха не заметил, что задержался. Он обратил на это внимание только когда услышал звонок, обозначающий конец уроков. Тодороки пришлось ускориться — перейти на бег — чтобы остаться незамеченным теми, кто мог бы его узнать. Минуя до боли знакомые локации двора и холла, Шото оказался на этаже, где жил его бывший друг. Конечно же, он даже и не рассчитывал на то, что дверь в его комнату будет открыта, но чисто испытать удачу — надавил на ручку. Какого же было его удивление, когда дверь открылась, а взору шокированного подростка, которому на секунду показалось, что сегодня всё идёт ему на руку, открылась мрачная комната зелёно-черноволосого. Гетерохрому было непривычно видеть обитель мальчишки в таком состоянии, в котором он предстал перед ним. По полу были разбросаны фигурки со Всемогущим, учебники и листы бумаги с неизвестными для беловолосого письменами. Шторы были вплотную закрыты, почти не пропускали солнечного света. На письменном столе творился настоящий хаос: лампа тоже в форме ушедшего в отставку символа мира бесхозно лежала на боку; коробка с неизвестным содержимым, обёрнутая подарочной бумагой, а рядом с ней красная, размотанная лента, свисавшая со стола; опрокинутый стакан с водой, которая также стекала по маленьким капелькам на пол. И наконец не заправленная кровать, на которой лицом к стене лежал Деку, смотревший в тусклый экран своего телефона.       Злодей никак не рассчитывал, что встретится с зеленоглазым так скоро, поэтому застыл в проёме двери, не зная, куда деваться. Как только преемник Всесильного услышал, что кто-то отворил его дверь, он приподнялся, смотря за спину. Его лицо выражало уныние, он выглядел разбито и подавлено, походя на заболевшего человека. В сущности так и было, разве что его недугом были моральные терзания, а не физические. У него болела душа. Мидория привстал только ради приличия, ожидая увидеть кого угодно, кто пришёл его поддержать, но, когда он не узнал гостя, то сразу нахмурился. — Кто ты? — Хрипящим голосом спросил Изуку и сразу откашлялся, садясь на кровати, принимая позу лотоса с грустным видом. Вопрос веснушчатого вывел обладателя причуды «Лёд-и-пламень» из ступора и тот, посмотрев по сторонам, аккуратно зашёл в комнату будущего героя, закрывая за собой дверь. — Я… Включу свет? — Зелёно-черноволосый сразу напрягся, понимая, что этот голос ему не знаком. Он кивнул, настораживаясь. Беловолосый нажал на выключатель, от чего преемник Всемогущего на секунду поморщился, проходя вглубь комнаты. Он остановился возле кровати, облокачиваясь о стену. — Что здесь… Случилось? — А ты… Не знаешь? — Внимательно наблюдая за незнакомцем, спросил Деку. От волнения у него вспотели ладошки и ступни ног, ведь внешний вид гетерохрома был весьма подозрительным. Более того, однажды он уже сталкивался с подобным злодейским образом в одном из супермаркетов*. — Нет? Почему… Ты не на уроке? — Я не… — Зелёно-черноволосый сощурил глаза, а потом тяжело выдохнул, ненадолго запуская руки в свою шевелюру, сжимая её. Он хотел сказать: «Я не хочу разговаривать с тобой, пока не пойму кто ты», но от чего-то после вопроса про учёбу он расслабился. Плюс ко всему подросток итак был сбит с толку на данный момент. — Девушку, которую я любил, зверски убили пару дней назад… — С-Сочувствую… — Оторопел сын Энджи, широко распахивая глаза, чего правда было не видно за тёмными очками. Возможно он показался грубым и безразличным из-за такой сухой реакции, но это было далеко не так. «Урарака? Неужели? Так и должно было произойти или это тоже результат… Изменений?» — Ушёл в себя ошалевший несовершеннолетний, думая об этой ситуации абсолютно с другой позиции. Теперь он обратил внимание и путём несложных мыслительных процессов понял, что подарок на столе его собеседника скорее всего был предназначен для Очако на День Святого Валентина, а разбросанные по полу листки бумаги — это ничто иное, как записки от представительницы прекрасного пола, которые впавший в отчаяние подросток перечитывал. — Так… Кто ты? — Вновь отвлёк незнакомца от его раздумий Изуку, который не мог просто так оставить такую важную деталь. Злодей выдохнул, отходя от стены, вставая прямо перед веснушчатым. Вначале он снял очки, а потом медленно опустил и капюшон, прожигая своего бывшего друга взглядом. — Тодороки… Шото… — Как только владелец квирка «Один за всех» увидел перед собой такой известный образ, он сразу же вскочил, принимая боевую позицию. — Т-Ты! Зачем ты пришёл?! — Грозно воскликнул Деку. На мгновение это выбило его собеседника из колеи, но он сразу собрался, поднимая обе руки на уровне груди. — Я пришёл с миром… — Как-то резко опустив всю свою серьёзность, протянул потерянный подросток. — Ты… Ты не помнишь меня?! — Помню! — Оскалил зубы несовершеннолетний, на кулаках которого появилось зелёное свечение. — Нет, я имею ввиду… Настоящего меня ты помнишь, Мидория-кун?! — Глаза Тодороки были полны отчаяния. Сейчас в нём не наблюдалось ни капли преступных намерений, только лишь какая-то слабая надежда, за которую он цеплялся. — Настоящего? Что ты имеешь ввиду? — Немного успокоился студент Юуэй, не переставая быть настороже. — Я… Я твой одноклассник! Мы учились… Учились в одном классе, помнишь? Вместе ездили в лагерь, сдавали экзамен на лицензию, проходили стажировку у моего отца! Помнишь?! — Я помню лишь то, как ты и твоя шайка напали на нас в лагере… — Гневно говорил зеленоглазый, хмурясь. — Мы… Мы были друзьями, Мидория! Прошу, скажи что помнишь это… — Друзьями? — Приподнял бровь зелёно-черноволосый. Это немного сбило того с толку, потому искрящиеся полосы пропали с его рук, а сам он выпрямился, всё ещё не доверяя гетерохрому. — Д-Да, друзьями… Тебе ведь тоже недавно встречался твой маленький двойник? — Да… — «Откуда он может это знать?» — Удивился будущий герой. — Вот! И мне… Кажется я его расстроил, вот он… И отомстил мне, ахах… Поэтому я стал… Злодеем. Н-Но, на самом деле я не такой! Я твой друг, Шото! Твой одноклассник, Тодороки-кун! — Т-Тодороки-кун… — Прямо-таки порезала слух преемнику Всесильного эта фамилия. — Я не хочу зла… Пожалуйста, поверь мне… — Безвыходно и душераздирающе прошептал сын Старателя, с глубоким сожалением смотря в глаза своего бывшего друга. — Х-Хорошо… — Выдержав недолгую паузу, пораскинув мозгами, сказал Изуку. — Что?! — Поразился своему успеху обладатель причуды «Лёд-и-пламень». — Хорошо… Я верю тебе… Но, если ты обманул меня, то будь готов отвечать за это в трёхкратном размере… — С полной серьёзностью в голосе пригрозил веснушчатый, всем своим видом выражая уверенность. — Х-Хорошо! — Кивнул Шото, искренне улыбнувшись. — Спасибо… — Говоришь, мы были друзьями? — Да… Поэтому я пригласил тебя и Бакуго на стажировку к моему отцу. — Старатель… — В данной временной линии студенту 1-А класса намного реже приходилось произносить это геройское имя. — Да… А… Кто… Кто живёт в комнате под номером 302? — Не мог не поинтересоваться беловолосый. — Ээ… Осаму Фукуда. — Ммм… — «Так вот как оно… Кто-то другой поступил вместо меня… Вполне логично, но почему-то… Обидно». — Размышлял злодей. — С-Слушай… Так… Что ты от меня хочешь? — Расслабляя беловолосого своей доброй улыбкой, спросил Деку. — А… Ну, это… — Признаться честно, несовершеннолетний не очень хорошо продумал дальнейшие действия, потому что не рассчитывал на то, что у него получится зайти так далеко. — Ну, я думал, что для начала можно сообщить об этом Сотр… Айзаве-сенсею… Мне нужно вернуться в общество, но мне никто не поверит, поэтому… Поэтому мне нужна твоя помощь. — Ага… Да, это мы можем! — Расплываясь в своей лучезарной улыбке, прикрывая глаза, Изуку вытянул согнутую в кулак руку вперёд. — Пошли? — А?! У-Уже?! — Засуетился Тодороки. — Ну да, а что? — Я думал… Думал сделать это… Когда шанс обнаружения меня будет не таким высоким. — Какая разница? В том плане… Если ты на нашей стороне, то ты должен показать это, разве не так? Тебе нечего бояться. — Серьёзно смотря на бывшего студента академии, закончил зелёно-черноволосый. — Н-Наверное ты прав… — Почесал затылок Шото, взволнованно принимая сказанное его собеседником. Они вышли из комнаты зеленоглазого, направляясь к классному руководителю 1-А класса. Обладатель причуды «Лёд-и-пламень» очень переживал, постоянно смотря по сторонам, боясь, что что-то пойдёт не так. Но стоило ему только взглянуть на невозмутимого спутника, как у него получалось расслабиться. Затем он решил поддержать разговор. — Т-Так что… Что случилось с Ураракой? — У-Урарака-сан… — Было видно, что этот вопрос вывел парня с многочисленными шрамами из колеи. Он заметно почернел, сжимая локоть левой руки. «Ему правда интересна судьба Урараки-сан?» — Выдохнул Мидория. А потом вдруг оживился: «Он понял, что я говорил именно про неё?». — Ты знаешь Химико Тогу? — Да. Они подружки… Были подружками… — Я уже не знаю ничего про это… Ведь… Ведь это она убила её… — Ч-Что?! Как? Почему? — Она выпила всю её кровь… Понятия не имею почему… Как… Она сбежала и сейчас никто не знает, где она. — Боже, я не могу в это поверить… — Сын Энджи стал растерянно бегать глазами по коридору, по которому они шли. Ему хотелось бы в полной мере разделить горечь утраты со своим другом, но он не мог полностью проникнуться чувствами. Это даже тревожило и огорчало его. — Да уж… — Незаметно наблюдал за злодеем преемник Тошинори.       Вскоре парни оказались в учебном корпусе, где гетерохрому и его спутнику вновь посчастливилось ни с кем не встретиться. «Прямо какой-то счастливый день… Пойти купить лотерейный билетик что ли?» — С лёгкой улыбкой на лице подумал Тодороки. Когда спустя пятнадцать минут оба подошли к учительской, где должен был находиться Сотриголова, Изуку перекрыл своему другу путь рукой. — А? — Вопросительно воскликнул Шото, переведя взгляд на веснушчатого. — Давай вначале я? Объясню ему, что происходит. Если ты не врал, то ты должен знать Айзаву-сенсея, он может без лишних вопросов вначале обезвредить тебя. — А… Хорошо. — Кивнул полностью согласный с собеседником беловолосый.        Мидория скрылся за дверью, оставив несовершеннолетнего одного. Его сердце отбивало бешенный ритм в груди от страха быть замеченным кем-то. Когда прошло две минуты, сын нынешнего символа мира подумал, что его напарник не может пропадать так долго просто так, а значит он-таки нашёл брюнета, поэтому бедному владельцу квирка «Лёд-и-пламень» оставалось только ждать и изводить себя. Он нервно топал ногой по полу, спустя минуту начал ходить туда-сюда, потом через ещё n-ое количество времени он начал разговаривать сам с собой. Мимо него всё же пробежал один из учеников. Это случилось так быстро, что он успел только лишь надеть свой капюшон в спешке. Тем не менее, Шинсо, который был тем самым студентом, даже не обратил внимания на злодея. Вскоре и зелёно-черноволосый вернулся, покидая учительскую. Подросток моментально оживился, подходя к преемнику Всесильного, всем своим видом так и спрашивая: «Н-Ну?!» — Его там не было… Видимо уже вернулся в общежитие… — Покачал головой зеленоглазый. — Н-Но… Почему ты был там так долго? — Приподнял одну бровь сын Энджи, напрягаясь. — Я… Достал это… — Ребята двинулись назад, а Деку показал своему собеседнику папку коричневого цвета. — Что это? — Оглянув предмет, который веснушчатый держал в руках, уточнил Тодороки. — Это учебное досье на Химико Тогу… Мне хочется узнать кое-что… — Со злобой в голосе прорычал Мидория, зажимая папку между телом и рукой. — Ааа… Понятно. — Сделался серьёзным Шото, успокаиваясь.       Подростки незамедлительно вернулись назад в общежитие. Каким-то чудом, даже когда прозвенел последний звонок с урока, им никто не встретился на пути. Все классы уже были пусты, никто не выбегал из них. Беловолосый заикнулся о своей везучести, на что получил в ответ милую улыбку обладателя причуды «Один за всех». Однако далее было видно, как он заволновался, смотря по сторонам, сглатывая слюну. Гетерохром заметил напряжение напарника, но не показал этого. Он понимал, что ему не могли поверить просто так; он считал, что хоть Изуку и не показывает своего беспокойства — оно есть. Оказавшись в холле общежития, Мидория неожиданно обратился к несовершеннолетнему. Он встал напротив, смотря тому в глаза. — Тодороки-кун… Всё же как ты понял, что я говорил про Урараку-сан? — Ээ… Н-Ну, я всегда замечал, как неравнодушно вы друг на друга смотрите. — Шото с доброй улыбкой почесал затылок, немного смущаясь. — Это весь класс понимал. — Ммм… — Зелёно-черноволосый нахмурился, а чуть позже отвёл глаза вбок.       Резко гетерохром почувствовал сильное сжатие в районе талии. Его руки были в одно мгновение обездвижены и прижаты к туловищу широкими белыми лентами. Из разных концов коридора показалось множество мужчин полицейских с автоматическими винтовками, которые закрыли всевозможные пути отхода. У парня со шрамом быстро застучалось сердце и он начал смотреть испуганно по сторонам, что у него даже закружилась голова. Прямо за своей спиной он увидел брюнета с щетиной, который крепко держал преступника своими лентами, грызуна, который являлся директором данного учебного заведения, и классного руководителя 1-Б класса геройского факультета. Шото не предпринял никаких действий сопротивления, последовав совету будущего героя по поводу того, что всем надо показать свои посылы и намерения, вновь посмотрев на зеленоглазого, который в свою очередь не мог поднять глаз на обладателя причуды «Лёд-и-пламень». — М-Мидория? — Обеспокоено обратился к своему бывшему однокласснику беловолосый. Однако тот его проигнорировал, хмурясь, смотря в пол. На нервного Тодороки нацепили наручники и не сводили его с прицела из-за чего он покрывался холодным потом. Его голос дрожал. — Э-Эй… Скажи им что-нибудь? — Спасибо, Мидория. Дальше мы сами. — Послышалось от Айзавы. Гетерохром сощурился, полными отчаяния глазами смотря на будущего героя. — Т-Ты… Предал меня? — Скрепя зубами, дрожащим голосом спросил сын Энджи, дёргая своими руками, слыша как его спутника благодарят за содействие в операции. Вскоре он перешёл на повышенный тон, злясь. — Я же ничего не сделал! Почему?! А как же… Как же учебное досье Химико?! Это тоже было враньё?! Всего лишь прикрытие для героев и полицейских?! — Да, именно так. — Крепко сдавливая плечо брыкающегося Шото, ответил брюнет. Изуку достал папку из подмышки, показывая её связанному. На ней было написано «Досье. 1-А класс». — Почему ты молчишь?! — Вопил несовершеннолетний, которого жёстко толкнули под ребро и заставили развернуться. — Пошли! Ты задержан полицией! — Грозно сказал герой по прозвищу Кровавый король, держа подростка за предплечье, силой заставляя двигаться вперёд. Раздражённый Тодороки теперь уже сопротивлялся, но идти приходилось. Тем не менее, он развернул голову, не переставая смотреть на веснушчатого и кричать. Деку так ни разу и не глянул на своего бывшего друга, который через пару минут скрылся из виду, как и другие мужчины.       Из памяти беловолосого даже выпали сцены того, как его сажали в полицейскую машину, всей дороги до участка и запирания его за решёткой, настолько сильно он был погружён в себя. Теперь он сомневался даже в своей удаче, которая, как ему казалось и привела его сюда: «Не могло всё складываться так хорошо просто так…» Он прокручивал всё в голове без конца, злясь на Мидорию. Он не мог поверить, что тот самый Деку, которого он знал, действительно способен был поступить так, как он сделал. «Предал меня… Он серьёзно сделал это?! Наша дружба ничего не значила для него, раз он всё забыл так просто и даже не смог поверить мне?! Да, он не помнит всего, как я, но хоть какие-то отрезки должны же были всплыть в его памяти, как это происходит со мной!» — Шото не мог сидеть на месте, передвигаясь из стороны в сторону. «Ты ведь мог спросить меня что угодно, чтобы проверить, но ты не сделал этого… Почему?» — Гетерохром прорычал из-за агрессии, в бешенстве ударяя ногой по решётке. — «ПОЧЕМУ?!» Тодороки, чьи руки были в наручниках, даже не обращал внимания на то, что за ним следит и слышит его наблюдатель: «Ты не сделал этого потому что… Потому что посчитал, что раз я злодей, так значит мне сразу нельзя доверять?! Хотя бы выслушать! Ты ведь меня наверняка даже не слушал! Паршивый героишка…» Задержанный сам от своих последних слов удивился, широко распахивая глаза на доли секунд. Зло уже почти взяло над ним вверх, ведь теперь на стороне добра его ничего не держало. Единственный, в кого он верил, его последняя надежда — всё пропало. С тяжёлым выдохом, сын Энджи уселся на холодный каменный пол, упираясь спиной к стене, поджимая колени. Хоть он и выглядел как раздражённый, на самом деле глубоко в душе был опечален и разбит. Беловолосый запутался и нуждался в поддержке больше всего, но его не поняли, от чего он чувствовал боль на сердце. Тем не менее, он верил, что есть ещё кое-кто, кто может ему поверить — его семья. Это единственное, что пока не давало его второй личности поглотить мальчишку целиком. У гетерохрома было столько вопросов, которые за время уже успели уйти на второй план, что теперь было самое время о них вспомнить. «Почему я стал злодеем? Почему маленький я так расстроился тем, что увидел? Кто стоит за всем этим? Почему я всё помню?» — Тодороки думал, что спустя какое-то время, он узнает ответы, но он до сих пор ничего не понял, что вгоняло его в ещё большую депрессию. К сожалению для него, сущностные вопросы часто не дают внятного ответа, а лишь рождают предположения. Они для человеческого разума менее постижимы из-за своих масштабов и сложности.       Шото даже успел слегка задремать, однако, окончательно уснуть ему не дал второй наблюдатель, который появился в поле его зрения. Он только что пришёл, чтобы составить своему коллеге компанию. По их поведению было видно, что они давние знакомые. Заключённый молча, но с любопытством стал слушать их разговор. — Как сам? Как семья? — Спросил тот, что давно уже сидел тут на стуле. — Нормально. Мы на втором месяце. — Радостно улыбаясь, сказал новоприбывший, усевшись на стол. — Ооо, поздравляю. Уже придумали, как назовёте? — Если мальчик, то Кристьян, а если девочка, то Джейн. — Здорово… — А ты? Чего сидим? — Окинув подростка пренебрежительным взглядом, спросил полицейский. — А этот… Да это тот самый Тодороки Шото. — Да? Поймали наконец-таки? — Как видишь. — Ха… — Охранники до этого говорили между собой, но теперь, тот что пришёл, повысил голос и грозно обратился к несовершеннолетнему. — Эй, ты, не стыдно тебе, а? — … — Гетерохром промолчал, решив не выделяться и не говорить ничего лишнего, не сводя с собеседников глаз. — Мда уж… — Снова заговорив нормальным тембром, продолжил семьянин. — Бедный Старатель, а? — Да не то слово… Впахиваешь днями, воспитываешь этих детей, а потом на тебе… — Уже второй сын и опять позор для семьи… — Да, два непутёвых ребёнка из четырёх… За какие же грехи ему такое? — Поди есть за какие. — Ага… — Что… Что? Простите, о чём вы? — Вмешался в разговор полицейских взволнованный сын Энджи, вставая и подходя к решётке. Ему просто было любопытно, о каком таком втором ребёнке они беседовали. — Ой-йой, не притворяйся паинькой… — Брезгливо сощурился сидевший на столе. — Я не знаю, о чём вы говорите. — О, ну да, а что твой папа в больнице из-за таких, как ты, тоже не знаешь? Поди давно уже договорились обо всём со страшиком. — Также высокомерно встрял в разговор сидевший на стуле. — В больнице?! Что… Что с ним случилось?! — На лице Шото можно было заметить нескрываемое беспокойство, а сердце начало отбивать неспокойный ритм. От переживаний он схватился за холодные и железные прутья решётки, слегка высовывая голову, насколько это было возможно. Руки его покрылись потом. Такая реакция возникла у него только потому, что он был пришедшим из другой временной линии Тодороки. — У самого скулы не сводит от такого вранья? Ожоги у него… Не сломить вам Старателя, поняли, подонки?! Как его там? — Тойя. — Во, да, его рук дело. Вроде он напал на своих дома, а потом сбежал… — А ещё этот отморозок убил Ястреба. — Да, ещё и это. А он мне нравился, как герой… Я ставил на него! — Всё-таки, да… Никому не пожелаешь таких детей… — Да не то слово… — Снова вернулись к своему разговору мужчины.       Сам же обладатель причуды «Лёд-и-пламень», пребывая в шоке, уже не слышал их последующей беседы. Всё волнение и раздражение как рукой сняло и Тодороки отпустил решётку, попятившись назад. Он на дрожащих ногах вернулся, облокачиваясь спиной о стену, начиная медленно съезжать по ней. Стоило только подростку плюхнуться на пол, как его губы зашевелились и произнесли немое: «Не заметил». «Он как будто… Не от мира сего», — пронеслось у парня со шрамом в голове, он вспомнил свою маленькую копию, — «неужели ты не заметил?» Гетерохром снова прижал колени к телу, запуская руки в волосы, насколько это было возможно, содрогаясь всем телом. «Ты был прав», — еле слышно подытожил несовершеннолетний, — «прав… Как я мог быть таким слепым?» Весь мир рушился у заключённого на глазах. Последние ниточки рвались. «Ты даже в Тойе оказался прав…» — Резко успокоившись, прошептал сын Старателя, расслабляясь. Это была последняя грань. Очередной временной, неописуемый и никому непонятный щелчок. Теперь и у Шото в голове. Лёд, сдерживающий его, окончательно растаял, оковы спали и с этого мальчишки. Он отпустил прошлое, словно какой-то тяжёлый груз. И теперь почувствовал себя свободным: «Мидория — предал меня… Ненавижу героев… Даже Тойя так считает… Даже брат так считает… Даже маленький я это понял, так чего же я ломаюсь?»        Следующее, что заметили наблюдатели, сверкнувшие в темноте безумные глаза преступника и его ехидную улыбку, было записано в заключении по их смерти и делу о побеге подростка из тюрьмы.

***

С момента, как ОУБ предприняла какие-то действия прошло четыре дня. Если до этого эксперименты шли день за днём, подряд, то теперь уже была пауза в целых четыре дня. Дело в том, что из-за двух неудач подряд, по распоряжению Акихико, на подготовку следующего случая тратилось намного больше сил. Анализы и подсчёт событий велись тщательнее, и ребята спорили уже второй день над тем, кого выбрать следующим. Вообще, по плану должен был быть Спиннер, поскольку казалось, что от преобразования злодеев толку больше. Однако это было до того, как в разгаре беседы, когда все уже готовы были учредить кандидата, в конференц-зал зашёл тучный Норио. У него уже который день подряд было недомогание, слабость и мигрень. Всё из-за изменений, которые он чувствовал на себе. Он не принимал в собрании участия, потому что его ролью было просто подчиняться и выполнять приказы. Когда же он достаточно вульгарно появился на собрании, то на него уставились все четырнадцать коллег, удивлённые его поведением. — Мистер Фукуи, что вы себе поз… — Хотел было сделать замечание Судзуки, как увидел, что рыжий студент взял в руки пульт от телевизора, попивая воду из стакана в руках. Он включил его. — Думал, вы захотите это слышать. — Пояснил своё поведение владелец причуды «Хронокинез», нервно смотря на экран. По новостям рассказывалось о том, как третий день подряд Мусутафу потрясают страшные события. Упоминалось всё самое важное: и про Тогу, и про Тойю и про Шото. — Мы настолько засиделись тут, решая, как будем играться с жизнями других людей, что не заметили, как они начали играться с нашими…       После этого случая, было решено вычеркнуть всех злодеев из списков. Сосредоточились только на студентах Юуэй.

Проект: будущее. Статус: активен.