Резонанс частот: тысяча и одна...мысль!

      Настоящее время       Александра       Так как мама занималась гостями, вовсю их развлекая, по громче делая музыку, предлагая всем напитки, я спокойно могла войти с любимой в свою комнату и закрыть там за нами дверь, едва отец поможет донести эту женщину до моей койки.       «Ладно, — спокойно, с некоторым недоверием укладывая Елену Сергевну в свою кровать, мысленно дралась я сама с собой. — Вот сейчас она ляжет спать. Ты принесёшь ей платок, вытрешь ей лобик, руки, шею, ложбинку меж грудей… — прикрыв женщину одеяльцем, остановила свой взгляд на приоткрытом декольте её платья. Сглотнула. — Как вздымается…»       — Саша, — тихо, я бы даже сказала томно, окликнув меня, ослабленная наркотиком собеседница позвала меня, осторожню положив тыльную сторону ладони на лоб.       У неё была большая одышка, отчего её розоватый ротик часто приоткрывался и её грудь попеременно поднималась то вверх, то вниз.       «Я понимаю, что она не специально, и это вообще не её вина…просто…как бы… Я-то уже возбудилась, чёрт возьми!»       — Елена Сергевна, лежите молча: я вас оботру, переодену и по-тихому свалю, договорились? — уже было собираясь вставать, почти решительно заявила я, когда эта прекрасная женщина схватила мою руку своей слабой хваткой и потребовала, завладев моим вниманием, когда я уже добавила на этот жест:       — Что-то ещё нуж...?       — Возьми меня.       «С радостью», — залившись краской, инстинктивно среагировав, наклонилась к ней я.       — В смысле… Амм… Закрой меня… — отвернув свой смущённый взгляд, нашлась собеседница. — Да-да, точно…закрой меня…а то, знаешь, меня тянет на всякие глупости. Пожалуйста.       «Быстро же она», — иронично улыбнулась я.       — Хорошо, — безнадёжно согласившись, переплетаю наши пальцы, вставая на коленки. — Однако, я потребую за это соразмерную моему труду плату.       Моя возлюбленная наконец посмотрела на меня.       — Милая, мы не должны делать…такие… — её свободная рука уже тянулась к моей щеке и, я была готова поклясться, что ещё чуть-чуть и мы бы поцеловались, если бы я сама, по своей дурной привычке, не выпалила, почти что без чувств:       — Мы сходим на свидание.       Её ротик со вздохом приоткрылся, а прекрасные фиолетовые глазки изумлённо округлились.       «Очаровательные», — подумала я, покорно поцеловав костяшки пальцев любимой.       — На настоящее свидание, — повторила я, не в силах убрать с лица улыбки. — Без вашего псевдо парня, без вашей дочери, без Машки, Лёни и всех остальных. Только вы и я.       — Нечестно, — отвернув взгляд, тихо прокомментировала Елена Сергевна. — Твоё желание…невыполнимо.       — О как, — заставила она меня зло улыбнуться. — Это что же…получается, не полностью заполненная таблица моих вычислений, составленная специально для сегодняшнего дня…исследование вас, которое вы мне, между прочим, обещали, ничего не значит?       — Ночь…закончилась бы не очень…хорошо, — шумно вдыхая и выдыхая, ответила любимая, так и не решаясь повернуть ко мне своей головы.       — И что с того? — начинала злиться я. — Та часть, где я прикасаюсь к вашему телу…она была самой желанной! К тому же, — расстроенная легкомысленным поведением возлюбленной, наклонилась к ней, отпуская её горячую кисть, медленно пробираясь пальцами под одеяло, легко скользя под ним по её прелестному платью, вызывая у ослабленной партнёрши сначала пару стонов, а потом, когда она намеренно приставила палец ко рту и чуть прикусила костяшку, протяжный скулёж. Её неудачные слабые попытки убрать ползущую к её промежности кисть, оказались тщетными, что было ясно, когда я, совсем на пару секунд остановившись, задержавшись на внутренней стороне её бедра, уловила еле слышные её слова:       — Пожалуйста…не оста…прекра…прошу…       А потому, позволив своим губам чуть ли не приткнуть к её покрасневшему ушку, я с трудом уверенно вымолвила:       — Только скажи, и моя рука будет в твоём распоряжении.       Она затрепетала. Всем телом.       И, чтобы усилить эффект, я намеренно резко прошлась по её бедру к эпицентру её томлений и, сама чуть ли не теряя головы, уверенно поводила там двумя пальцами, не смея протиснуться сквозь завесу её чудесных трусиков, когда искушение нарушить данную себе установку ради подруги была близка как никогда.       Громче застонав, она попросила:       — Да, ещё…       — Что «ещё»? — уже готовясь поцеловать её, оказалась я в сантиметре от её влажных губ.       Почему-то даже самая мысль о недавнем монологе в машине тёзки мне сейчас не приходила в голову. От него остались лишь короткие колебания в моей расплывающейся тумане пульсаций голове.       — Ещё…пожалуйста…там…хах…Саша, не мучай меня… — наконец взглянув мне в глаза, одарила она меня своим жарким дыханием. — Внутри всё пульсирует и кипит. И…хах… — схватившись руками за ротик, она удивилась собственным словам. — О Боже…Что же я такое говорю..? Н-нет, уходи. Запри дверь. Мне… Мне срочно нужно…ах! Саша… Мм!       Это было невозможно. Она пыталась граничить со своими желаниями и совладать с разумом одновременно.       В некотором роде я даже немного завидовала её преданности тому, что считается должным делать в обществе, и, наверное, не меньше ревновала её к этим, не очень-то и стойким, правилам, из-за чего половина моих действий была посвящена отместке ей за эти «прегрешения».       Намеренно лаская её пульсирующий, чуть влажный от возбуждения клитор, я искренне довольствовалась тем, как громко и почти несдержанно моя любимая стонет, извиваясь лишь от одного касания моих пальцев по её промежности.       «Если я чуточку сильнее надавлю, то она неминуемо получит долгожданный оргазм, — рассчитав возможные последствия, ухмыльнулась я, силясь наконец поцеловать эти прелестные уста, довести незавершённое дело до его логического конца. — Вот и мой триумф», — довольная прикрыв глаза, осторожно соприкоснулась я с устами желанной женщины, когда та, видимо, считая это своим последним предлогом остановить меня, томно вымолвила мне в губы, извиваясь подо мной:       — Разве...такую меня...хах..ах...ты бы взяла...милая?       Решив не поддаваться, я спросила:       — О чём вы? Сами нарушили правила, теперь мне что-то предъявляете?       — Я пьяна. И..и…мм!..и под наркотиками. Разве Саша стала бы пользоваться…случаем?       Единственное, чем я могла ответить в ближайшие пять секунд, это умилённой улыбкой её очаровательному упорству.       — Какая же вы всё-таки… — припав губами к её груди, поцеловала её ложбинку, заставляя ту ответить стоном. Приподняв голову, глядя неминуемо в подрагивавшие, неуверенные глазки любимой, с иронией отмечаю: — Чёрт возьми, вы даже представить себе не можете, как сильно я вас хочу. Всю вас. Это одержимость какая-то. Не знаю, может, сумасшествие. Никогда не думала, что полюбив вашу душу, — той же кистью, которой трогала её горячее лоно, я коснулась пальцем её влажных уст, — я буду сходить с ума прикасаясь к вашему телу, — опустившись ладонью к правой груди, чуть сжала ту, и любимая откликнулась шумным вздохом. — И теперь, когда я вот-вот покончу со своими муками, вы просите остановиться. Это очень жестоко с вашей стороны, Елена Сергевна. Думаете, я вам отвечу согласием?       Елена Сергеевна       На тот момент, видя, как потемнели глаза Саши от вожделения, я смутно понимала, что если сейчас я не выдвину ей более весомого аргумента, она обязательно сделает то, чего хотим мы обе, и тогда я уже не знаю, как буду смотреть ей в глаза, её матери и своей дочери в том числе.       Поэтому, когда она была готова снова проскользнуть к пульсирующей точке мне между ног, чего я всем сердцем хотела, то единственное, что могла сказать, дабы остановить, было:       — Я согласна.       И её рука замерла, дрогнув.       — Я… Я согласна…сходить с тобой…на свидание… Согласна… — и отвернула голову в сторону, чтобы она снова не заставила меня пожалеть о сказанном.       Боже, как же мне хотелось, чтобы она проигнорировала мои слова и бросилась целоваться, и в бешеной попытке снять с меня это чёртово платье, просто откинула в сторону мои трусики и заставляла меня ёрзать только от одного ощущения её пальцев у меня между ног.       Не знаю, что на меня тогда нашло, однако, мне ужасно хотелось стать пошлой: я хотела попросить её продолжить, хотела, чтобы Саша оставляла засосы на шее и сбросив с себя чёртову одежду, залезла ко мне под одеяло! Мне безумно хотелось её ласк точно также, как в ту ночь в деревне..!       Однако, она, скрипя зубами, вынула руку из-под одеяла, быстро чмокнула меня в губы и отошла на несколько секунд к своей сумке. Я была в растерянности. Гранича над тем, что правильно и чего хочу сама, уже порываюсь умолять её не слушать свои бредни и поспешить ко мне, как нет, что-то вытащив из рюкзака она направляется в мою сторону и, остановившись рядом, распаковывая предмет, что-то от неё отстёгивая, протягивает, иронично улыбаясь:       — Вот. Она, конечно, не вибрирует, но вы быстро кончите. Эм, в смысле, в общем… — смутившись собственных слов, чуть надув губки, она снова нахмурилась: — Короче, просто поставьте её на кровать вертикально и садитесь на него…с..своей…своей… — ну вот, снова заикается. «Какая же она милая, всё-таки!» — в…в общем, разбирайтесь без меня! Я ушла! — уверенно-быстро пройдя к двери, выходит, захлопывает её, однако, через секунду заглянув, кидает: — Я вас закрою и зайду через полчаса. Успейте за это время, иначе за себя не ручаюсь! — и ушла, пару раз развернув ключ в замочной скважине.       Я же, оставшись наедине с…с…       «Что?! Что это?! Это то самое?! Это искусственный член?!» — глянув на развалившуюся на полу коробку, на поверхности которой был изображён тёмный ремешок, который, глянув чуть ниже, виднелся из открытого проёма, я, с несколько секунд переводя взгляд с искусственного члена на ремешок и обратно, наконец поняла:       — Она собиралась надеть его на себя и им в меня вхо..?! О Боже мой! — с некоторой довольной ухмылкой стыдливо прикрыв лицо, почему-то была счастлива я. — Саша, ты и правда невероятная. Боже. Как ты только додумалась до такого? Снова всё распланировала. Хах. Люблю тебя.       Тем не менее, как выразилась Саша, кончить мне не удалось. Ни то чтобы я не хотела… Я просто была занята мыслью, что, во-первых, у меня нет партнёра, поскольку если и заниматься сексом, то ни один раз за эту ночь, ведь волнение между ног всё усиливается как ни старайся; во-вторых, я пыталась заснуть, чтоб по приходу Саши, не побудить и её и себя к соитию, ведь тогда мы точно с одного раза не закончим, да и потом смотреть друга на друга...друг на друга...О чём я только думаю?..       Однако, я не засыпаю, проходят долгие полчаса, возвращаясь после которых моя милая угрюмая девушка, держа в руках чашку с водой и полотенце, довольная улыбается мне, проходя к своей кровати. Встав на коленки, обмокнув полотенце о воду, осторожно проводит ею по моему вспотевшему лицу.       — Как вы? — привычно глядя на меня, спрашивает собеседница.       — Хорошо, — сглотнув, лгу я.       — Неужели так и не взялись за него? Всё сделали руками? — намекая в сторону открытой коробки с ремешком, чуть ухмыляется моя собеседница.       — Нет, просто сдержалась. Этот эффект ведь должен скоро пройти, так ведь? — нехотя отведя взгляд, чуть тише вымолвила я.       — Значит, вам нужна помощь? — уловив мою фальшь, фыркнула девушка. — Возможно, будь здесь мой тёзка, он бы уже достал свой пенис и помог бы вам кончить. —чуть выгнув бровь, она предположила: — А может, вы просто не могли отделаться от мысли, что, когда я зайду, то увижу вас трепещущую над фаллосом?       — Нет же! — уверенно-обиженно оборачиваюсь я к ней боком, устремляя глаза на её...поблёскивающие и чуть подрагивающие отчего-то. Засомневавшись в себе, я тихо буркнула: — Это не так.       — Можно… — в порыве чувств непростительно близко оказалась ко мне Саша, — я вам снова признаюсь?       Под надзором её преданных глаз я сдалась:       — Х-хорошо. Говори. — и на всякий случай добавила: — Н-но только признание. Б-больше ничего, по-поняла?       Самоуверенно кивнув мне, она приступила к действию.       Нависнув надо мной, положив локти по сторонам от меня, сделав свой тон тише, бархатным голосом заверила:       — Несмотря на то, что я и так вас люблю, ваше действие каким-то образом заставило меня в вас влюбиться снова, как в первый раз. Невзирая на стимуляторы, пробуждавшие в вас первобытную похоть, вы удержали себя, неуверенно отдавая мне отпор. Даже если это наперекор мне и вам самой… Вы были великолепны. Теперь я хочу вас ещё больше. Так что, Елена Сергевна, если вы, пока я вас переодеваю, не пожелаете продолжить прерванный контакт, я обещаю довести вас до нужной пульсации, чтобы кончить вы смогли сами, несколькими поглаживаниями, без меня, — взяв двумя пальцами меня за подбородок, она улыбнулась: — Это моё почтение вашей силе воли.       — К-какая хитрая, — с трудом нахмурив брови, сглотнула я, подмечая уловки девушки. — Это всё равно что сказать: «Хочу на день рождения что-нибудь простое, недорогое, на пару минут, например, голую вас для моих исследований». Так не пойдёт. Я знаю какие у тебя мысли в голове.       Я почти была готова улыбнуться. «Она проиграла, поймана с поличным, настигнута врасплох! Настал мой черёд триум...! А?»       — Ну вы и злодейка, Елена Сергевна, — быстро чмокнув меня в губы, расплылась она в своей привычной довольной убийственной улыбке! Её чёлка снова произвела на меня устрашающий эффект! — Думаете, что я единственная, кто остался в проигрыше, да? — она снова быстро чмокнула в губы. — Ну-ну, ещё посмотрим, — и тихо посмеиваясь про себя, опустилась к моей шее, припала к ней губами и, больно надавив на неё, отчего я, вместо того, чтобы вскрикнуть, издала протяжный скулёж, подняла голову, добавила мне: — Теперь мы квиты, — снова поцеловала в губы…только теперь очень долго…Она не пыталась быть грубой или назойливой. Скорее очень нежной и мягкой в обращении, потому что, когда её губы приникли к моим, Саша не пыталась проникнуть глубже, соприкоснуться с моим язычком, переплести их, жадно кусаться или ещё чего в этом направлении. Она просто замерла, едва её уста столкнулись с моими сомкнутыми ради нашей же безопасности, хотя сама же не смогла её оттолкнуть или хоть как-то показать своё недовольство…потому что была очень довольна.       Тем не менее, в тот момент, наблюдая за её сдержанностью, мне ужасно хотелось, чтобы она простила мне мою иссекающую решимость, стены которой сильно начали после этого поцелуя трещать, и едва пройдёт её день рождения, я бы хотела, чтобы она пристала ко мне с предложением сходить на обещанное свидание с ней…вдвоём…только она и я…       Даша       Я не могла ждать завтра или успеть поговорить с Машей в машине, так что, забрав своего бойфренда и одноклассницу домой, готовлюсь к подробному их отчёту.       Лёня особо не стал со мной церемониться и, попеременно отворачивая голову то в право, то влево, при этом поглаживая затылок, честно признавался, что ему всё равно с кем будет моя мама, лишь бы счастлива, хотя бы потому, что с ней, во-первых, Саша, а значит, она не пропадёт по-любому, а во-вторых, эта женщина сделала для него больше, чем любой мозгоправ и друг. Поэтому, немного ошарашенная его ответом, я решила провести сцену с расчленёнкой в отношении своей одноклассницы с параллели — Машки. Вот она точно начала дрожать, ёрзать и всячески отнекиваться от нормального ответа...даже заикается, чтоб её!       — И всё-таки, ты была в курсе насчёт Саши и моей мамы, да? — подобно фильмам с допросами подозреваемого, которые моя подружка детства постоянно обсирала ввиду их надуманности и несоответствия реальности, я, включив лампу на ковре, усевшись напротив Машки, наклонившись к той так, чтоб она видела мою свирепую животную рожу, как то часто говаривала опять-таки дрянная девчонка из «Звонка», начала я безжалостно «потрошить» подругу на глазах моего парня.       — М-может быть, — поджимая губы, потела оппонентка.       — И? Как давно ты была в курсе, чёртова прокурорша?! — стукнув по учебнику биологии, вызвала я тихий вскрик девушки.       — Н-не помню. Н-н-наверное год. Воз-зможно, меньше, — по-тихоньку пыталась отсесть подальше собеседница.       — Не врёшь, случаем? — нахмурилась я, надуманно сжав руки в кулаки.       — Д-да нет. С-с чего бы?       — А Саша? Она знала о твоей осведомлённости по этому поводу?       — Д-да.       — И? Как она к этому отнеслась?       — Н-ну, как бы…это…       — Отвечай!       — Пофиг! Ей было пофиг!       — Она не просила тебя держать это в тайне?       — Н-не особенно.       — А мне? Почему ты ничего не рассказала мне?       — А-а как ты себе это представляешь? У тебя же характер...очень неуравновешенный. Т-так что и я и Саша решили…молчать об этом.       — Я-то?! Я?! А что насчёт моей мамы?! До какой стадии дошли отношения её и моей мамы?!       — Амм…это…Даша, я тут не могу…       — Говори, сказала! — стукнув кулаком по ковру, хватаю девушку за вороты водолазки. — Ты мне тут не секретничай. Дело серьёзное. И на этот раз я не стану по-доброму просить. Так что в твоих же интересах рассказать мне вс…       — Маш, прости её пожалуйста. Она немного неотёсанная; сама понимаешь, девчонка с улицы взялась, не иначе, — оттащив меня за руки от допрашиваемой, неловко улыбался оппонентке мой парень. Отодвинув от Маши на метров пять, он присел позади меня и, обняв за талию, положив голову мне на плечо, спросил, тепло улыбаясь девушке: — Один вопрос и ты свободна.       — Э-эй..! — раздражалась я, краснея.       — Скажи, пожалуйста, — игнорируя меня, продолжал мой придурок, — сейчас они находятся на какой стадии? Насколько мне известно, тёть Лена отказала Саше, когда та призналась ей в любви. Я прав? — она кивнула. — В таком случае, получается, что тёть Лена не подпускает к себе Сашу, несмотря на все её попытки, так, раз моя девушка всё ещё подозревает её в связи со своей матерью, верно я говорю? — она снова кивнула. — Что ж, тогда это всё. Спасибо за честность, и прости мою дурочку, пожалуйста, — погладив меня по голове, поднялся мой парень. — Я тебя провожу до такси.       Я было только начала злиться и одновременно восхищаться скоростью добычи информации моим союзником, как ему позвонили и тот, ответив на него, сказал:       — Похоже, Саша похитила Елену Сергеевну из больницы…через пару минут после нашего ухода.       — Едем к ней! — тут же серьёзно поднялась я на ноги.       Александра       Вроде бы, после того, как я от неё с таким гигантским трудом отлипла, она должна была отвернуться в сторону и молча лежать, пока я не уберу фалосс обратно в коробку и не свалю из комнаты для её же блага.       Однако, эта чёртова искусительница..!       Она всё время громко дышала, скулила почём зря и поворачивалась то в одну, то в другую стороны! Более того, я отчётливо слышала как она раз за разом сглатывает подступающие к горлу комья, иногда намеренно толкает меня кончиками пальцев в спину и сексуально шепчет, будто нарочно!, «М-милая…Саша…»       «Прекрати, женщина. Я хочу тебя…ничуть не меньше, чем ты меня…» — с усилием дойдя до двери, приготовилась я повернуть ручку.       — Не уходи, — окончательно поддавшись во власть стимулятора в крови, ножками скинула она с себя одеяло на пол. — Не уходи, милая, — делая бессмысленные попытки встать, обратно падала она на кровать. — Не оставляй меня…одну.       Моё дыхание задрожало в ту же секунду, как я услышала эти слова. Её глаза были умоляющими, ножки ужасно хрупкими, будто хрусталь под какой-то тяжестью, а тело…когда я резко развернулась и подхватила её на полушаге к себе, то, приставив ладонь к её лбу, ощутила насколько она была горяча в тот момент.       — Ещё раз… Ещё раз потрогай меня там…пожалуйста, — пользуясь моим присутствием, тонкой ручонкой взяв меня за кисть, приставила мои пальцы у самой горячей точки своего пылающего от пульсаций тела. — Хочу…       — Н-нет, — едва ли я могла сопротивляться, когда та же кисть, что направляла меня к её заветному местечку между ног, медленно скользила от самого ушка вниз, к моим приоткрытым губам, и в следующее мгновение бесцеремонно прильнуло своими устами к моим, не успевшим вдохнуть воздуха в лёгкие.       Это было похоже на сумасшествие. На чистое сумасшествие.       Я помню только страстный, неудержимый, подстрекаемый чувствами голод, движимая которым, я, не мешкая и секунды, бросилась сжать её киску большим и указательным пальцами левой руки, пока вторая кисть поддерживала её осторожно за спину, чтобы она вконец не упала на пол.       В ответ на этот грубый жест любимая громко застонала; схватилась обеими руками мне за плечи и попросила:       — Да! Ещё…       И я словно с катушек слетела.       Осторожно уложив её на кровати, накинув одеяло, забравшись под него, чуть приспустила трусики любимой и не думая их снимать, к чёрту!, припала своим влажным язычком к ткани её чуть прозрачных трусиков, специально «танцуя» кончиком у самого верха клитора, заставляя любимую непроизвольно сжать ляжки, протянуть руки под одеяло и, кладя руки на мои смольные волосы, проникать в них пальцами, умоляя:       — Да, там…сильнее… Хах! Ещё… Да! Ах! А! С-Саша, н-не кусайся…Хах! Мм, ещё, милая…Ах! Да! Вот так! Да! Быстрее…прошу… Ах!       Я кусалась, губами вцепляясь в клитор сквозь ткань трусиков и посасывала так, словно намереваюсь оставить засос, играясь с ним так, будто чупачупсом балуюсь; манипулируя так, что тело попеременно то поднималось, то опускалось. Моментами мне приходилось нехотя останавливаться, ненасытно теребя своим язычком то внутренние стенки рёбер, точно оставляя там свои автографы, то терзая её лобок, вводя его в истому, что казалось, вот-вот кончит. Благо, умудрялась чуять эти моменты и моментально останавливаться, вызывая в ней бурю негодования, выражавшегося в разочарованном скулеже, пока я, снова опускаясь к клитору, теперь отодвигая вправо ткань трусиков, с секунду медля, шумно дыша, осторожно, словно пробуя не опасно ли, наконец коснулась язычком её пульсирующей промежности! Это ощущение было…совершенно новым!       У неё очень мягкая, податливая, чувствительная киска, от одного посасывания извивающаяся будто уж на сковородке. Практически именно из-за этого приходилось останавливаться, потому что она всё время приближалась к оргазму именно от таких движений языка и губ. Более того, эта чудесная женщина умудрялась сжимать свои ляжки так, чтобы не позволять мне свободно двигать язычком внутри неё, отчего приходилось часто обманывать её переходом на ласкание её половых губок и гладкого лобка.       И вот, не проходит и десяти секунд, как я, словно торжествуя, впиваюсь губами в её половые губки, словно поцелуем, опускаюсь ещё ниже, посасываю клитор, оттягивая ту чуть к себе, легонько кусаю и лезу дразнить, как то делают язычком кошечки, когда отпивают из миски молока.       Так, моя возлюбленная, оказавшись на грани оргазма, ещё крепче вцепившись пальцами в глубь моих волос, поддаваясь моим ласкам, извивается, отзываясь на каждый жест моего язычка, готовясь выгнуться, на что я, отвечая взаимностью, ускоряю ритм движения своих губ, заставляя ту также чаще стонать, поддаваться вверх и, наконец, кусая в порыве страсти себя за костяшку пальцев, она выгибается на кровати с протяжным долгим стоном, подобно прекрасной мелодии, перекрывая мне слуховые связки.       Пока она отдышивается, иногда скуля и ещё некоторое время поводя моим пальцем у самого клитора, я, переводя дыхание, с силой возвращая себе разум сознаю, что это ещё не конец и она обязательно захочет продолжения, судя по её ещё более расслабленному виду.       А потому, быстро встав с места, с дрожью сменив её трусики на свои, точно так же как и великолепное короткое розовое платьице на мою рубашку и шортики, заворачиваю её в одеяло, завязываю белой растягивающейся резинкой и, целуя несколько раз напоследок её пылающие огнём губы, спешу уйти, несмотря на то, что она, чувствуя свою неудовлетворённость, просит остаться.       «Боже! Как же сильно я об этом ещё пожалею!» — видя как у любимой на глаза начинают наворачиваться слёзы от просьб не уходить, я, вынужденно прикрывая глаза, чтобы внезапно не поддаться под воздействием её прекрасных чар, спешу закрыть дверь на ключ, уверяя себя, что будь здесь даже мой тёзка, она бы, чувствуя волнение между ног, обязательно поддалась бы его умолять взять её, так что мне по сути ещё повезло…       «Повезло, да?       Я ведь просто…воспользовалась ситуацией… — задумалась я, прислонившись спиной к двери. — Что она подумает, когда проснётся?»       Её мокрые трусики были твёрдо сжаты в моей кисти, и я, поцеловав их, ушла в ванную мыться. «Нужно пойти спать. Завтра проснусь раньше всех и приду проведать её».       Маша       Мы приехали к пол двенадцатого, и Даша тут же побежала в комнату Саши, куда поторопились и я с Лёней.       По дороге нас встретила тёть Маша. Она удивилась нашему возвращению и предложила присоединиться к гостям, на что мы отказались. Даша, будучи вся на нервах, поинтересовалась у матери именинницы, где та и здесь ли её мама, на что женщина ответила утвердительно и указала на дверь дочери, куда быстро проследовали за дочерью тёти Лены я с её парнем.       Но вот, остановившись у двери подруги, Даша, настроившись агрессивно, резко повернула дверь и было наклонилась к ней, шагая, как...её голова стукнулась с деревяшкой, пальцы ног дёрнулись и она отскочила в сторону, шипя сквозь зубы, хватаясь за больные места.       Так, пока Лёня удерживал свою девушку от причинения ущерба чужому имуществу, я ушла искать кого-то, у кого могли быть ключи от комнаты именинницы, по ходу поиска которой столкнулась, собственно, с самой...именинницей.       Она просто дрыхла в своей рыжей толстой с капюшоном олимпийке и чёрных лосинах на диване в гостиной, распустив свои волосы к полу так, что Самара нервно курит в сторонке от того, насколько в купе со сказанным выше сочетается безжизненно свисающая с дивана кисть и упавшая по колено нога...       Чёрт, пришлось её поднять. Пока поднимала, заметила на её шее ключ.       Видимо, от её комнаты.       Сняв его без разрешения, попросила заранее прощения, пообещала повесить обратно на шею и убежала успокаивать уже седеющую на глазах вопящую Дашу, начинавшую собирать вокруг себя любопытных подростков.       Так, открыв дверь самой, предварительно закрыв рот Даше скотчем, мы впускаем её под надзором Лёни внутрь, где эта разгильдяйка, мыча и метаясь глазами из стороны в сторону, завидев на кровати подруги...спящую, однако обмотанную, одеялом и сверху ещё резиночкой, мать, бежит спасать её, чему, вовремя сопоставив факты по местам, препятствую я, выталкивая девчонку из помещения, пока она не разбудила спящую красавицу.       Показав Даше спящую Самару на диване, я повесила ключ будущей криминалистке на шею и решилась...впервые в жизни!..рассказать всё так, как бы это сделала Саша, увидев то, что увидела я придя к ней домой.       — Твоя мама, как ты знаешь, Даш, была под стимулятором, которым её накачал её коллега по работе. Из-за этого её организм начал реагировать, отчего нам пришлось оставить её в больнице. Однако, по каким-то обстоятельствам, возможно, побоявшись того, что местный медперсонал захочет твою мать в сексуальном плане, поскольку медбратья и врачи там имеются, Саша решила забрать твою мать к себе домой.       — А почему к себе-то, а не ко мне, а?! Почему?! — едва избавившись от скотча, зарычала на меня Даша.       «Какой неудобный вопрос», — подумала я, начиная сомневаться в себе. Однако, по счастливой случайности нашлась:       — Потому что не доверяла тебе, — ответила я первое попавшееся.       — Чегоо?!! — встала эта драчунья с места.       — Кхм! — важно кашлянув, пафосно положила я ногу на ногу, изо всех сил стараясь контролировать ситуацию. — А что? Ты у нас человек сердитый, а если привезёт твою маму к тебе, то мало ли, вдруг ты будешь допрашивать её в таком нервном возбуждении или вообще, не сможешь контролировать её ситуацию: вдруг ей станет хуже, или она начнёт просить позвонить её парню, чтоб он удовлетворил её похоть, м?       — А ведь это возможно, — клюнул на удочку Лёня. Даша…чуть-чуть смягчилась. Но на место не села.       — Ну, и? Что потом было? — поставив руки на стол, нахмурилась она.       — А вот что, — снова кашлянула я в кулак. — Она привезла твою мать к себе. Как я заметила по платью, лежавшему на стуле, Саша её переодела и только потом завязала верёвкой, что указывает на поднявшуюся температуру тела твоей матери.       — За это время она могла..!       — Вряд ли! — мгновенно оборвала я ход мыслей Даши, зная к чему она ведёт. — Она не тот человек, который станет пользоваться положением другого ради личной выгоды. Вспомни, сколько раз твоя мама была пьяна и сколько раз Саша просто находилась рядом, никак не вызывая подозрений, м?       — Она же будущая криминалистка. Наверняка знает как укрывать следы преступления, — никак не сдавалась Даша.       — Правда? Ты в этом уверена? — выгнула я чуть бровь, глядя в глаза подруге. — Тогда странно, не правда ли, что войдя в её комнату мы не увидели её ни рядом с тётей Леной, ни подле неё, ни даже в одной комнате. А чего говорить о том, что она просто завернула её в одеяло и ушла, закрывая за ней дверь на ключ. Разве это не должно говорить о её заботе и любви, а не распущенности, как то ты утверждаешь, Даш? К тому же, давай завтра спросим всё у них обеих. Посмотрим, что они скажут на такое, м?       — Что думаешь, милая? — обратился к своей девушке Лёня.       — Даже не знаю, — недоверчиво косилась девушка, чувствуя отчего-то в чём-то какую-то несправедливость.       — Останетесь на ночь? Я вам постелю, — остановившись возле нас с подносом в руках, предложила тёть Маша.       Я тут же ухватилась за эту возможность:       — Да, пожалуйста! — она радостно кивнула и ушла к гостям, в то время, как ребята удивлённо покосились на меня. — Что? — подёргивая плечами, взяла я со стола стаканчик сока с трубочкой. — Вот завтра и выясним. А теперь марш спать. Тоже мне, Уотсоны нашлись. Я тут хоть что-то объясняю, а не строю несуществующие догадки.       Собственно, этим я и отделалась, завершая напряжённую ночку. Правда, странное у меня какое-то было ощущение… Я вроде как будущий прокурор, а получается, выступаю как сторона защиты...Что за подстава..?