Резонанс частот: тысяча и одна...мысль!

Член команды «Очков» (тот, что не приставал к Елене Сергеевне)       Обычно меня никогда не интересует человек, подающий информацию больше, чем ценность, которую он преподносит, но ситуация с этой девушкой совсем другая. Поправив очки на переносице, серьёзно отмечаю, наблюдая за тем, как девушка внимательно изучает буквы на фотографиях: «Во время викторины она практически ничего не делала. Только сидела и наблюдала за своей напарницей. И быть может, это запросто ускользнуло бы от меня даже при том, что именно эта низкорослая девушка при передаче листочка с ответом ведущему проверяла на соответствие написанное, но…в тот момент, когда женщина рядом с ней была в каком-то непонятном ступоре, а время поджимало…эта девушка резко взяла инициативу на себя и вписала верный вариант. Ответ на тот вопрос был отнюдь не для любителей. Даже для меня это был огромный труд, ни то что для какого-то... Секунду, а может, она не первокурсница? Нужно спросить. Думаю, мы могли бы подружиться».       — Предложение должно содержать что-то поздравительное, — резко выводя меня из позитивных мыслей, указала та самая девушка из команды «ЛС» на восклицательный знак на снимке. — У кого какие есть предположения? Можно начать с первых букв из тех, что имеются у нас в наличии.       — Я бы сказал «отлично», но тут не хватит нужных значений, — наклонившись к девушке, со спокойной улыбкой высказался мужчина, на вид лет тридцати: очень ухоженный, брюнет.       Помню его: если бы не ослабил хватку, мы могли с ним столкнуться в финале. Вот только его крикливая партнёрша сильно в этом помешала. Кстати, о ней: она ушла в сторону и что-то усиленно делала в телефоне.       — А-а если сказать «хорошо»? — тоже поддавшись вперёд, позволяю своему заикающемуся тону прорезаться в этом уверенном потоке голосов.       — Ну-ка, — что-то поменяв местами, задумчиво пробормотала низкорослая девушка. — Да, подходит, — едва заметная улыбка преобразила её непроглядное личико в…Самару из фильма ужасов, или того хуже. Из-за этого вида даже моя улыбка от мысли, что благодаря мне образовалось какое-то слово, сползла на нет.       — «Well». Одно слово есть. Но что с остальными… — замолчав, девушка задумалась. А потом, едва успел слова вставить её знакомый, как она заговорила: — Минуточку, — она обернулась к нам, взяв в руку снимок с буквой «g». — Нас можно назвать командой, однако подходящих букв для этого слова нет. Но вот для «ребята»… — быстро переставив несколько снимков местами, она заставила всех обратить на себя внимание: — «Well, guys»! Видите? Тут почти…остались только пара букв: «e», «d», «n», «о»…И чёрточки.       — «Done»! — одновременно заговорили я и мужчина лет на тридцать. Мы переглянулись, потом засмеялись, а девушка, что привлекла моё внимание, поспешила переставить буквы местами и ещё несколько раз слова, а когда наконец закончила, предложение было составлено:       — Well done, guys! — обернувшись к нам, улыбнулась какой-то злорадствующей улыбкой член команды «ЛС».       В этот момент к нам присоединилась кричащая девушка:       — Что? Что там вышло-то? Ну?!       — «Молодцы, ребята», — обняв своего парня, вымолвила девушка из моего потока в ВУЗе.       — Что ж, отнесём разгадку в регистратуру, — намереваясь собрать фотографии, было потянулся к ним член моей команды.       — Постой, — остановленный голосом кричащей девушки, обернулся к той мой друг. — Давайте сначала сфотографируемся. На память! — подмигнув, доставая из кармана телефон, не постеснялась та оголить свои бледные ручонки в зиму.       Парочка из моего потока была только «за», члены моей команды тут же столпились у напарницы юной «ЛС», севшей на скамейку, а мужчина под тридцать был схвачен под локоть своей напарницей и уведён к какому-то прохожему, видимо, для переговоров, чтоб нас заснял, а я… Ну, у меня были попытки ускользнуть…       — Ты хорошо поработала, согласна? — вся как на иголках медленно стараясь умыкнуть, замираю, пробираясь мурашками до плеч и стуком в зубах от шепотливого голоса позади. — Не пугайся так. Я просто хотела сказать…если тебе не нравится фотографироваться, это ничего страшного, можно спрятать лицо за кого-нибудь высокого. Например, за спину Зарастры. Но знаешь, твоим друзьям вряд ли такое было бы по душе. Правда, сейчас они, похоже, заняты другим.       Поджав губы, я обернулась.       Её лицо было, казалось, непроницаемым. Мы с ней почти одного роста. Наверняка даже на одном курсе. И тональность речи практически одинаковая. Но вот уверенности, решимости, наблюдательности в ней гораздо больше, чем во мне. А ко всему прочему…она… Как она…       — Что? — с каким-то удивлением глядя на меня, спросила девушка. — Я сказала что-то не то?       — Н-нет. Н-нет, просто…а… А как ты поняла, ну, что я не парень..? В смысле, что я…как бы…       От волнения губы задрожали.       — Я не догадывалась до того самого момента, пока ты не заиклась и не заговорила на английском. А потом ты обернулась спиной, и я заметила твои локоны из-под капюшона.       — Эй, фоткаться идём? Старичок не будет долго ждать, — окликивая нас, вбежала в середину ребят крикливая девушка со своим парнем. — У него рука вот-вот от холода отсохнет. Саша, гони с этим пацаном сюда! Живо!       «И как этот прохожий терпит её оскорбления? Взял бы и бросил этот телефон об ворота ВУЗа. Посмотрела бы тогда на страдания её владельца», — украдкой поглядев на мужчину с телефоном поодаль от участников игры, с досадой подумала я.       — Неугомонная, — сложив руки в карманы куртки, развернулась ко мне спиной член команды «ЛС». — Сейчас, сейчас! — воскликнув, она добавила чуть тише: — Ну, ты идёшь? Боюсь, скрыться уже не получится. Она тебя силком потащит, если появится необходимость.       Усмехнувшись, я побрела следом. «Саша, значит. Запомнила». Елена Сергеевна       Для общей фотографии сначала было негласно решено сидеть на скамеечке       Однако, опомнившаяся парочка справа вдруг предложила:       — А давайте на корточках? Поставим снимки на скамейке, а сами сядем по сторонам, мальчики сядут, а девочки, если что, со спинки скамейки потянутся. Ну?       — Поддерживаю, — быстро сменив позу, заразила всех своим настроем Вероника. — Сейчас расставим: Зарастра, ну-ка наклонись. Вот так. Эй, очкарик, встань на корточки. Нет, не там. Сюда подойти. Ага. Саша, а ты встань с боку. В смысле не хочу? Кому сказала. Лена, образумь её. Так у нас ничего не выйдет.       Вероятно, всё пошло бы так, как того хотела Вероника, — хотя бы потому, что мало кого волновала общая фотография, а тут ещё и некоторые устали и боялись харизматичной натуры девушки Зарастры, — однако моя невозмутимая девочка, практически молча отказавшаяся подчиняться словам оппонентки, заняла своё место возле меня, сев рядом, с краю, чьему примеру последовали ребята из команды «Очки».       Обступив меня сзади скамейки, они наклонились настолько близко вперёд, что, нарушив моё личное пространство, лишали меня возможности свободно вдыхать воздух.       «Как же неловко», — подумала я, прикрывая глаза. Александра       — Эй, дедуля, куда собрался? Погоди!       — Вы долго думаете. Это всего лишь фотография.       — В смысле всего лишь фотография?! Это память!       Пока чудачка, распространяющая вокруг себя хаос, ничем не уступающая по силе Даше, продолжала тратить моё время впустую, внутри меня разгоралось пламя раздражения, норовившего вот-вот дать о себе знать. С усилием стараясь его контролировать, я сжала челюсти, намеренно силясь заглушить голос этой дерзкой девушки, вполне способной испытать на себе гнев моего недовольства, когда вспомнив о существовании личной панацеи, я распахнула глаза, оборачивая свой взгляд к любимой.       «Почему её глаза прикрыты? — нахмурилась я, задумчиво глядя на неё. — Что-то беспокоит? Она не хочет фотографироваться? Может, ей и вовсе не нравится находиться… — я вовремя остановила себя, завидев, как рядом с личиком любимой опускается физиономия полненького парня. — А, вон оно что. Ясно».       — Эй, ты, пончик, убери свою башку от её лица. Она дышать нормально не может из-за твоего воняющего выпечкой рта.       «Прозвучало грубо, но вроде действенно».       Член команды «Очки» прекратил свои извращённые нападки, сосредоточив свой недовольный взгляд на мне.       — Кого это ты назвала пончиком, лилипут?       Ну… Это было немного…как бы…смешно, что ли. Мне следовало обидеться, но дело в том, что Даша и Вероника обзываются гораздо….лучше, что ли, нежели этот пухляш. Так что я не сержусь и позволяю себе искренне засмеяться, лишая парня удовольствия.       — А ты шутник, пончик. Не хочешь записаться в местный КВН?       Обернувшаяся к нам Вероника засмеялась.       «Переборщила, видать».       — Лилипут, извинись, — присоединившись к другу, потребовал второй член команды «Очки», также вертевшийся рядом с Леной. — Нельзя так говорить со взрослыми.       — Взрослыми? — поднялись мои бровки вверх. — Да вы только что слюни пускали на мою напарницу, как собаки на…       — Саша, пожалуйста, не так жестоко, — неожиданно положив свои тёплые оголённые ладони поверх моей, без перчаток, обратилась ко мне любимая.       «Не вовремя ты вмешалась, женщина, — подумала я, стараясь не поддаться её чарам. — Дай только разберусь, а то они совсем, похоже, распустились благодаря твоей добродушности».       — Ну? Договаривай, — медленно приближаясь ко мне сзади, наклонился надо мной тот, которого я оскорбила первым.       — Конечно, — задрала я голову вверх так, чтоб он чётко видел моё лицо. — Я говорила, что вы как шавки пускали слюни на…       — Милая, прекрати, — сжимая мою ладонь, всё пыталась моя спутница смягчить меня.       — …пускали слюни на…       — Саша, — снова повторила эта женщина.       — ….на мою напарницу, как собаки на отличный…       Её кисти ослабли. Она убрала ладони. Отвернула голову в сторону от меня.       — Продолжай, — присоединился ко мне второй член команды «Очки».       Но продолжать мне не хотелось.       — Передумала, — опустив плечи, старалась я не смотреть в сторону любимой.       — В смысле, передумала? — начал докапываться первый. — Ты только что обозвала меня, а теперь говоришь, что…       — Слышь, очкарик, — оборвав полненького парня, зло воскликнула Вероника, приближаясь к нам, — тебе не кажется странным, что когда я тебя обзываю и приказываю что-то сделать, ты молча выполняешь и даже не орёшь, что оскорбляют, а? А как дело доходит до мелких, вроде Саши, ты грызёшься как реальная шав...!       — Вероника, достаточно, — вот и её заставил кто-то замолчать. — Давайте наконец-то просто сфотографируемся и пойдём уже обратно, м? Замёрзли ведь, — стараясь вернуть нас к главному, попытался улыбнуться Зарастра.       Ну, тут уж большинство его поддержало.       И вот, на корточках по сторонам сидят Зарастра и Вероника, рядом со мной справа девушка из команды «Очки», слева Елена Сергевна, парочка студентов наклонилась где-то сзади вперёд, а два парня, так и лезших к моей любимой, выбрали себе места, ничем не отличавшиеся вначале: один сел слева от неё, а другой, сталкиваясь щекой, почти дышал ей в рот, что понимая, как ей плохо, я было встала с места и оттащила назойливых ухажёров, когда моя спутница, обогнав меня, удивив своей решительностью, резко поднялась, заявила:       — П-пожалуй, я встану сзади, — обошла меня, попросила парня из «Очков», стоявшего над ней щекой к щеке, присесть, — что тот нехотя выполнил, — и, пропустив свои ручки в перчатках мимо моих плеч, обняла за шею, сталкивая свой висок с моим. Казалось, Вероника, завидев эту картину, удивлённо застонала. Только Зарастра успокоил её, взяв осторожно под руку.       Так, залив меня краской по уши, приструнив одним своим безмолвным движением пристававших к ней придурков, моя любимая дала им всем чётко понять, — а может, не только этой парочке ухажёров, — что она выбирает меня…в смысле, на моей стороне.       — Так, улыбнитесь, ребята. Щёлкаю, — сказав охрипшим тоном, поднял камеру чуть выше старик.       И прежде, чем телефон произвёл характерный звук готового снимка, осмелевшая Елена Сергевна промолвила мне в, и без того красное от зимы и от близкого контакта, ушко:       — Если захочешь забрать фотографию, то подумай куда её спрятать, хорошо, милая? — после чего я вздрогнула, издав стон, в то время как на чужом телефоне прозвучал звук щелчка. Зарастра       Едва мы сфотографировались и побрели в сторону регистратуры ВУЗа, как лепетавшая со стариком Вероника быстро догнала меня, взяла под локоть и предложила, замедляя шаги, поговорить.       Следуя её просьбе, я намеренно пропустил вперёд всех ребят, особенно заостряя внимание на затылке Саши, так не разу и не обернувшейся после разгадки предложения ко мне лицом.       — Ну? — стискивая руками меня крепче, потребовала внимания моя девушка. — О чём ты говорил с ней, когда остался наедине?       С несколько секунд бросив на неё изучающий взгляд, я признался, не считая это нужным скрывать от неё:       — Она знает, что нам известно о её чувствах к Елене.       — Что?! — отчего-то застыв, сжала губы моя спутница. — Как? Как она так быстро до этого додумалась?       — Ну, — я остановился, обернувшись к девушке лицом. — Мы с ней прогуливались, и она попутно задала пару, вроде как несложных, вопросов о тебе, я ответил, и потом она как-то перешла ко мне, спросила о том, какими я вижу её и Елену. Мне пришлось сказать, что...       — Она всё знает! Да ещё и так быстро! — совсем разнервничавшись, завопила собеседница, схватившись за голову. Заговорив чуть тише, она пробормотала: — Как мне теперь в глаза ей смотреть? Она же теперь будет знать, что я всё знаю. Захочет обсудить. Будет угрожать, чтоб я молчала. И потом... — её шептания продолжались ещё где-то секунд тридцать, отчего завидев такую нестандартную для натуры Вероники ситуацию, я рассмеялся, чуть не поддаваясь желанию успокоить её и приласкать: она сегодня была плохой девочкой, так что пускай ещё немножко помучается. Потом обниму и раскрою глаза на истинное отношение Саши к чему-либо подобному. В конце концов, мы не собираемся лезть в дела моей ученицы, пока она обратного не пожелает. Та самая член команды «Очки», которая не приставала к Елене Сергеевне       Пока кричащая девушка и мужчина под тридцать беседовали о чём-то, медленно шагая за остальными, я, подгадав момент, когда Сашу никто не окружал, ускорилась и, подстроившись под её темп, решила начать диалог.       — Меня зовут Катя. Первокурсница меда. Из другого университета, но почти перевелась в этот. А ты?       Бросив на меня мельком взгляд, она продолжила смотреть куда-то перед собой, отвечая мне:       — Саша. Я школьница. В одиннадцатом классе. Не планирую идти в мед.       «А? Так она ещё школьница?!» — ошеломлённая, не знала я как продолжить диалог с новой знакомой.       — Не удивляйся ты так. Я просто очень много читаю, — стараясь не отвлекать на меня свои глаза, спокойным тоном прокомментировала собеседница. — А тут ещё родители помешанные на науке, и знакомые очень эрудированные. Вот и набралась всего по немногому.       — А ты не сдаёшь химию и биологию в этом году? Куда собираешься поступать? Выбрала будущую профессию? — дабы не потеряться рядом с таким…таким…вундеркиндом, наверное…я задала свой несмелый вопрос.       — Буду криминалистом, — спрятав руки в карманы куртки, безотрывно в одну сторону наблюдая, ответила мне девушка. — Так что выбрала историю и обществознание. Если что-то изменится, сдам экзамен на месте.       — В-вот как, — «И о чём мне дальше с ней говорить? Она такая умная оказывается. Если продолжу с ней беседу, точно подумает, что тупая какая-нибудь».       — Катя, — внезапно её шёпотообразный голос прорвался сквозь поток моих депрессивных мыслей.       — Д-да? — тут же повернула я взгляд к ней.       — Почему ты решила поступить в мед? — и прежде чем я успела раскрыть рот, чтобы выдать свой робкий ответ, она прибавила: — Судя по тому, что твоя команда лидировала на викторине, вы не простые ребята. А ты, учитывая, как мне сказала, что первокурсница, должно быть очень эрудированная девушка. Так почему именно мед?       Я не знала, как ей отвечать. С одной стороны, слабо, но тем не менее преследовала мысль, что меня обставила школьница: пускай даже подточенная своим окружением…со мной тоже такое могло бы быть. А с другой стороны, она считается со мной, принимает за равную.       — Хах, у меня просто дедушка вечно чем-то болел: то грипп подхватит, то обыкновенную простуду. Часто приходилось кормить его таблетками, мерять пульс, делать уколы, иногда бинты завязывать, вот я и наловчилась в этом деле. А потом классная руководительница послала своей подруге из мед университета рекомендательное письмо, что мол, есть способная ученица, отличница, спортсменка, уже умеет уколы ставить, выполнять работу медсестры: как насчёт взять такую под опеку, — кажется, чуть возгордившись, я задрала нос кверху, поставив руки на бёдра.       — И?       — И я сдала экзамены. Лучшая среди поступивших, первая в списке, золотая медалистка по ГТО. Отсюда пошли льготы: учёба на бюджетной основе с возможностью в будущем трудоустроиться в клинике. А когда заявила, что хочу перевестись в другой ВУЗ, долго уговаривали, а потом нехотя помогли забрать документы и отдать в другое учебное заведение.       — А в чём причина перевода?       — В этом ВУЗе больше возможностей из-за преподавательского состава. Да и к тому же, тут мои двоюродные братья. За ними нужно присматривать. Ты их видела. Они члены команды «Очки», — усмехнувшись, показав окуляры жестами, бросила взгляд на свою собеседницы и, на удивление самой себе, встретилась с неприкрытой улыбкой злого личика.       — Нелегко тебе, наверное, — прокомментировала Саша. И едва она заметила мой испуг из-за её выражения лица, тут же отвернулась, снова кого-то выискивая в толпе уже заходящих в ВУЗ ребят.       Входя вслед за остальными, я постаралась держаться ближе к Саше. Её пугающая аура хоть и отталкивала, но было в ней что-то такое...очень приятное. Александра       В то время, как все адекватные люди спокойно переодевались в гардеробной, Вероника, стоило ей пересечь дверь здания, как набросилась на женщину в регистратуре, требуя подтвердить получившееся предложение и скорее вынести вознаграждение в студию; а уж как там его делить, она определит сама.       Женщина, явно будучи испугана таким внезапным напором со стороны участницы игры, поспешила согласиться с ней и выдать всем на обозрение...торт. Обычный такой, небольшой, круглый, с большой кремовой основой, орешками сверху... В общем, невкусный как по мне... Зато очень даже ничего для Зарастры, Лены, Кати, подуспокоившейся, но сначала метавшей грозы и молнии по причине того, что это были не деньги, Вероники, и всех остальных.       «Гадость какая. Что ж, пускай наслаждаются, а я так, постою в сторонке, чайку попью», — подумала я и было удалилась на соседний столик, когда спустя минуты две рядом опустилась знакомая стройная фигура женщины с тарелкой кусочка торта в одной руке и маленькой ложечкой в другой.       — Милая, можно мне тебя угостить? — отрезав какую-то часть своего кусочка торта, протянула мне кисть женщина.       — Я не люблю такие торты, — мягко отметив, сделала я глоток из своей чашки чая.       — Знаю. Поэтому в моей ложечке только орехи, — явно подготовившись, заставила она меня поднять к себе глаза.       «И правда. Только орехи».       «Ну, ничего не поделаешь, придётся съесть, — борясь с внутренне ощущаемой радостью, поддалась я вперёд, отняла ложечку и съела содержимое. — Вкусно», — разжевав, подумала я, когда потянувшись за очередной порцией, заметила, что наглею.       — Держите, — протянув прибор, стараюсь держать лицо невозмутимым.       — Понравилось? — словно издеваясь, своим ласковым тоном спросила меня собеседница.       — Вполне, — взяв чашку в руки, ответила я. — Спасибо, — и сделала глоток, ощущая себя победительницей.       — Хочешь ещё? — «Что это за поддразнивающие нотки в её голосе?»       — Нет. Это ведь ваша половина тортика.       «Что ты задумала, женщина?»       — Но я взяла и твою порцию тоже. Так что можешь считать, что орехи я оставляю тебе, а всё остальное себе.       — Как и лишний жирок тоже, да? — мой ничем не уступающий ей суровый взгляд уравнял наше положение в диалоге.       Оппонентка покраснела! «Так её! — ухмыляясь, подумала я. — Что, рассчитывали на удобный момент для поддразниваний, а не вышло? Хмф, это было ожидаемо. Может, вы во многом предусмотрительная из-за того, что хорошо меня знаете, но вот в том, как быть, если вам удачно спарируют, вы не знаете».       — Л-ладно. Будь по-твоему, — и пила бы я себе спокойно чай дальше, не продолжи Елена Сергевна начатую тему: — Ну так что? Как насчёт орехов? Член команды «Очки» (один из тех, что приставал к Елене Сергеевне)       «Как вкусно. Хороший торт, — медленно пробуя на вкус кремовую основу, ощущаю, как она медленно растекается во рту, попадая вниз, в желудок. — Интересно, что о нём думает Елена, — обернувшись к остальным в поисках этой прекрасной девушки, с досадой замечаю, что её там нет. — Не понял, — быстро оглядевшись, наконец замечаю её сидящую за маленьким столиком с… — Опять она. Да сколько можно-то?» — нахмурившись, крепко сжимая в руках ложку и тарелку с тортом, решительно шагаю к ним.       — Я с тобой, Никит, — заметив меня, подхватил свой бокал с чаем Гоша.       — И я с вами, — встав впереди, строго оглядела нас сестра. — Вдруг делов натворите.       По мере приближения я был агрессивно настроен по отношению к девушке рядом с Еленой. Но когда услышал, как после слов этой ворчливой незнакомки смеётся Лена, я решил, впрочем, как и мой брат, смягчиться, и для начала просто сесть рядом.       Однако, едва мы пододвинули к ним свои стулья, поставили рядом свои тарелки и чашки, напарница Елены скептично окинула нас взглядом, после чего выдохнула, увидев с нами Катю. «Они знакомы?»       — О чём болтаете? — непринуждённо влившись в коллектив, наклонился вперёд мой брат, ближе чем я сидевший подле Лены.       — Да вот, Саша припомнила неудачный пример из детства, — захихикав, бросила улыбающийся взгляд в напарницу эта милая женщина из «ЛС». — Расскажешь, милая, нашим новым знакомым об этом?       — Переживут, — сделав глоток, поднялась за новой заваркой девушка. — О, ещё кое-что, — остановившись в стоячем положении, обернулась она к моей сестре. — Катя, почаще распускай так свои волосы. Тебе идёт. Да и потом, так тебя точно никто не спутает с парнем.       «Опять её отстранённый тон».       — Но всё-таки… — нехотя замолчав, так как напарница уже отошла, почему-то продолжила отделять орехи от остальной части кусочка торта Елена.       — Кем Саша вам приходится? — взяв кусочек торта, погрузила его в рот Катя.       — А, она дочка моей подруги, — неловко улыбнувшись, практически закончила она отделять торт от орешков в нём.       — Дочка? — переспросила удивлённо сестра. — Простите, тогда сколько вам лет..?       — Чуть меньше, чем моей подруге, — после такого ответа Катя решила не приставать с уточнениями.       — О, а вы замужем? — чуть привстав, задал свой внезапный вопрос Гоша.       «Чувак, ты слишком резко. А вдруг она реально…»       — Да, занята, к вашему сожалению, — почти с треском поставив чашку на стол, села рядом с Катей эта ненормальная партнёрша Елены. — И чтоб вы знали: муж у неё до ужаса строгий. Даже на эту викторину отпустил её только с обещанием, что я буду отлеплять от неё всех ухажёров. А иначе аукнется не только мне.       — В смысле? — серьёзно нахмурившись, наклонился я вперёд. Не похоже, чтобы эта мелочь врала.       — Уже догадываешься? — отхлебнув, откинулась собеседница на спинку стула. — Он издевается над ней: мешки под глазами оставляет, иногда закрывает её дома, денег на проезд не даёт и прочее в этом духе. В общем, тиранит как может, — чашкой указав на напарницу, член «ЛС» усмехнулась: — Вон, гляньте, от стыда глаза прикрыла. Щас заплачет небось.       — Так прекрати говорить это, раз понимаешь, что ей тяжело слышать такие слова, — нахмурился брат, стараясь заткнуть собеседницу, однако та продолжила, только уже чуть громче:       — Чего? С какой это радости? Ты ещё главного не знаешь, пончик. — за такое брат мог легко обидеться и накинуться на оппонентку, но в этот раз он нехотя осел на стул, молча слушая рассказчицу, которая нагло продолжала: — Она раньше в школе поваром подрабатывала, иногда даже учителей заменяла на уроках, а в основном была отличным пекарем с многолетним стажем, пока этот ревнивый придурок не узнал от меня, что в школе на неё подростки слюни пускают, а в пекарне какой-то молодой хахаль за ней увязался, что пришлось ей уволиться по собственному желанию и сидеть дома домохозяйкой.       — Не верю, — привстав, запротестовала Катя. — Работать на трёх работах, а потом примешивать сюда ухажёров… Выдумщица.       Если честно, я внутренне расслабился. «Ну конечно это ложь. Она просто держится серьёзной, чтобы мы купились на её слова и отстали от Елены».       Только вот эта мелочь совсем не собиралась сдаваться.       Тяжело выдохнув, она достала из кармана телефон, быстро на что-то пальцами нажала и протянула мобильник Кате.       — Листай. Там пара фотографий с её работ. Их всех делала либо я, либо её подруга Наташа, либо её дочка, а по совместительству моя подруга детства Даша. Ну? Убедилась?       — Дай-ка, — забрав телефон с рук сестры, Гоша быстро посмотрел все, останавливаясь на некоторых особенно.       — Моя очередь, — перехватив, тоже пролистал я, когда на одном из фотографий пришлось задержать взгляд подольше. — Она не лжёт, — увеличив одно из фото, повернул я экран ребятам. — На её пальце кольцо. Как раз на безымянном левом.       — Так что, — в заключении подала голос Саша, — если не хотите быть подвергнутыми побоям, как несколько ребят недавно, то отстаньте, хорошо?       — Ты поэтому была с моими братьями такой грубой? — пододвинувшись ближе, с улыбкой спросила девушку сестра.       — Именно, — забрав свой телефон, невозмутимо делая глоток, кивнула собеседница. После, бросив короткий, но испытующий взгляд на Елену, ухмыльнувшись чему-то своему, она добавила: — Ах да, я забыла самое главное.       — Почему она не обратилась в полицию или не ушла от него? — задумчиво пробормотав, нахмурился ни то на Елену, ни то на Сашу мой брат.       — В точку, пухляш. Это самое интересное и парадоксальное одновременно, — на этом девушка устремила свои глаза на напарницу, всё ещё прикрывавшую лицо рукой.       — Погоди, а может она не хочет, чтобы ты продолжала…       — Нет, пускай, — перебив меня, наконец подняла голову Елена. — Саша, только, пожалуйста, смягчи немного свой тон. Ты меня пугаешь.       — Ещё чего, — насмешливо улыбаясь, скрестила эта мелочь руки на груди, перекидывая одну ногу на другую. — Ведь сейчас начнётся самое интересное.       Ни то что моя сестра и брат, я тоже затаил дыхание.       — Внимание. Она не уходит от него потому, что любит его и считает, что так он проявляет свои чувства к ней. И прикиньте, она права. Он никогда не подозревался в измене, всё своё время тратил только на неё и дочь. Так что…       — Саша, — отчего-то тяжело дышавшая Елена привстала, обращаясь к своей дурной напарнице. — Милая, давай ненадолго отойдём.       «Хочет поговорить о её плохом поведении?»       — Конечно, — поднявшись, уверенно последовала за женщиной нахальная представительница «ЛС».       «И почему эта Саша так свободно наговаривает на Елену публично? Разве они не должны наоборот говорить друг о друге только хорошее?» Александра       Поскольку лучшего места я не нашла для переговоров, отвела её в дамскую, следуя указаниям женщины из регистратуры.       Там, закрывшись на защёлку, упершись спиной о дверной косяк, я наконец выдохнула, позволяя себе расслабиться, чего также себе вволю дала Елена Сергевна, наконец несдержанно рассмеявшись: сначала тихо и еле слышно, а потом так, чтоб мило прикрываться ладошкой.       — Так и думала, что вы смеялись надо мной, когда закрывали лицо рукой.       — Но, Сашенька, когда ты успела это понять?       — Когда ваши губы нечаянно расплылись в улыбке и из них вылетел секундный смешок. И так как все были сосредоточены на мне, а я на вас, то заметить это было совсем не трудно.       — А насчёт фотографий? — не сказать, что она всё ещё смеялась, но довольная улыбка не сходила с её уст.       — А, ну, я просто показала им старые снимки со времён…моего детства, — опрометчиво однако было с моей стороны задевать такую важную тему, но… — Как вы? — почти прошептав, печальными глазами посмотрела я на любимую собеседницу.       — Я… — она остановила свою речь, оборачиваясь ко мне, заправляя прядь волос за ушко, — вполне могла бы упрекнуть тебя за то, что прошлое ворошишь, но… — преодолев за пару маленьких шажков расстояние между нами, прошептала мне в губы, словно в наказание, поддразнивая: — история о тиране без рукоприкладства, всего лишь оставляющем меня под домашним арестом и не дающим мне денег на проезд, тебя очень удачно спасла, так что можешь пожить ещё, — и поцеловала в носик, тут же обнимая за плечи. — Саша, я запрещаю тебе экспериментировать ради выгоды элементами прошлого. Хорошо?       — Конечно, — намеренно ища лбом ложбинку любимой, отвечаю на жаркие объятия пальцами, обвивающими её за талию. — Только в этот раз, — наконец найдя заветную впадинку меж грудей, приподнимаю голову, целуя её. Она вздрогнула, застонав. А потом ещё поцелуй…и ещё…и ещё один разок для закрепления…ну вот сейчас последний…почти последний…и чуть… Блин.       — Хватит тебе, — намеренно оторвав мои губы от своей ложбинки, постаралась моя любимая вести себя максимально строго со мной, хотя её хихикающие мотивы в голосе были легко различимы. — Пора возвращаться, — поправив волосы, достав заколку, снова убрала ей мою чёлку назад. — Надеюсь, эта не потеряется, — довольная промолвив, задержав свои глаза на моих, поцеловав меня в оголённый лобик, постаралась она пройти мимо, но забыла, впрочем, как и я, что мои пальцы удобно, — ну, по крайней мере я так считаю, — держат её в надежных тисках…руках…объятиях…кольце…       Она снова устремила свои прелестные фиолетовые глазки на меня.       «Ну что я могу сказать, — пытался мой взгляд как-то отшутиться с её. — Я предлагаю смириться и заняться чем-нибудь…»       — Милая? — она наклонила голову ко мне.       «Ой-ой, опасная зона. Нельзя смотреть на неё в упор». Но было поздно.       — Пожалуйста, разомкни пальчики на моей талии.       «Я не поддамся. Сегодня мой день»!       — А что мне будет взамен?       «Сказала, как будто меня к стенке прижали. А если нагрубит?»       — А что ты хочешь? — её пальцы осторожно легли на мои.       «Очень опасно!»       — Скорее кого или чего, — насупившись, поправила я собеседницу, на что та, ласково мне улыбнувшись, снова поцеловала в носик, что хватка окончательно ослабла, и она легко выбралась из моего плена, позволяя мне самой отойти в сторону, дать ей возможность, быстро убирая задвижку, открывая дверь, выбежать прочь, к гостям.       «Ну что за чёрт со мной творится? Разве нельзя было силой её поцеловать? — восстановив дыхание, вношу поправку: — Точно. Я хотела, чтобы она сама это сделала, а не при помощи меня, — осев на корточки, с досадой добавила: — Блин, только хлопот себе прибавила, не иначе». Спустя минуты три Елена Сергеевна       Вероятно, мне стоило бы проверить, как там она; уже несколько минут прошло, а Саша никак не покажется. «Неужели я её снова обидела чем-то? Может, вернуться проведать?»       — А ты долго. Она тебя так сильно отругала, Саш? —с усмешкой встретив подопечную, улыбнулся ей Зарастра.       — Не то чтобы, — оглядевшись, словно кого-то выискивая, она тяжело вздохнула, явно про себя делая какие-то неутешительные выводы. — Ладно, давайте уходить отсюда. Викторину мы прошли. А тут ещё в игру сыграли. Самое время пойти по…       — В тайм-кафе, — перебив Сашу, вставила своё предложение, Вероника. — На часах только четыре. Давайте сгоняем туда? В нашем списке она как раз следующая.       — О, у вас свидание с Зарастрой? А мы не помешаем? — присоединился к предложению девушки Никита.       — Нет, что вы. Мы и Лену с Сашей подобрали как раз в его самом начале. Ну? Что думаете? — её громкий голос и энергичная аура явно не давали покоя моей угрюмой девочке, недовольно нахмурившей бровки на оппонентку.       — Против, — только было заявила Саша, как несколько пар голосов заявило:       — «За»! Давайте! Почему бы и да? Чем больше, тем лучше.       — Что думаешь, Лен? Ты с нами? — тихонько локтем поддевая, хитрым тоном предлагала Вероника.       Краем лаза посмотрев на Сашу, замечаю, как та качает головой, отчего с неловкой улыбкой отвечаю девушке:       — В следующий раз, хорошо? Мне нужно…       — Но этот последний на сегодня, остальные всё равно не успеем уже обойти, — не давая мне закончить, жалостливо просит девушка Зарастры. — Ну же. Ты и мой парень убили здесь несколько часов того времени, которое могли потратить в других местах, чтоб мне и Саше не было так скучно.       — А мне и не было скучно…       — Молчи, зануда. Ну? — перебив голос разума, продолжала поддевать меня девушка Зарастры. — Ты там потратишь не больше двух часов своей жизни и рано пойдёшь домой. Даже успеешь за покупками, как и планировала изначально. Что скажешь?       — Я… Ну ладно, — пожав плечами, таки согласилась я, нехотя следуя за Вероникой. Следом пошли Катя и её двоюродные братья. И в конце Саша, тяжело вздыхавшая, как на казни, но при этом, встретившись со мной глазами, хитро ухмыльнувшаяся, будто утверждающая: «Я надеюсь, ты понимаешь, что эти потраченные не по моему желанию часы тебе придётся вернуть».       «Как страшно…и интересно...» Зарастра       — Ты хочешь, чтобы тебе сделали скидку за счёт количества пришедших человек? — пока остальные ребята обувались, спросил я Веронику, стоя с ней на улице.       — Да. Ты схватываешь на лету, — ярко улыбнувшись, поймала меня за локоть, собеседница.       — А Елену ты подозвала не только за тем, чтобы та троица подтянулась за ней, но и чтобы увидеть больше перипетий её с Сашей?       — Именно, — её кисть легко скользнула мне в карман. — А у тебя тепло.       — А того, что я тебе рассказал, было недостаточно? — холодно продолжая, старался я не отвлекаться на её лепетания.       — Меня душит женское любопытство, Зарик. Дай мне его утолить, — утыкаясь макушкой мне в плечо, прикрыла она глаза, флегматичным тоном продолжая: — Я хочу выяснить: взаимны ли их чувства. Закажем пиццу, сок, алкоголь...посмотрим, как всё обернётся. Хорошо?       — А как же моя просьба не лезть в чужие дела?       — Я и не буду, — зевнув, заёрзала она, добавив: — Захотят уйти — дорога открыта, держать не стану. Дразнить тоже не собираюсь. Я просто понаблюдаю за Леной. И всё. Так тебе нравится, Зарик, м?       — Более-менее, — обняв её за плечи, молча меняюсь перчатками: снимаю свои зимние, отдаю ей; а та мне свои, похожие на байкерские... «Понятно отчего ей так холодно. И когда она только успела сделать надрезы на бедной ткани?»