Глава 20
24 апреля 2021 г., 20:00
Высоко-высоко в небе над Сеулом произошла локальная авария — прорвало трубу с пафосом. Количество выпавших осадков распределилось неравномерно: рекордный уровень напыщенности пришелся на долю бизнес-центра с главным офисом Двора Хаоса на последнем этаже; в меньшей степени пострадала территория церемониального зала для собрания совета. В остальных районах, где атмосферное давление в пределах нормы, умеренная влажность воздуха и всего лишь один процент вероятности совершения преднамеренного убийства лицами старше сотни лет.
В густой колорит церемонии можно было вставлять ножи, забавляться, подсчитывая количество наигранных всхлипов — «Нам так жаль, Ваше Величество». Тот, кто говорил, что во Дворе Порядка не существует такой жесткой конкуренции, как у хаоситов, был прав — конкуренция раза в два жестче. Правила, кодексы, принципы — три кита, на которых держались непомерные амбиции каждого законника, у которого была хотя бы одна десятая королевской крови. За две тысячи лет таких набралось немало и каждый из них сейчас находился тут, желая поскорее занять нагретое Принцессой место.
Отряд защитников занял первые ряды и теперь гневно перешёптывался за её спиной, пока И Со со скучающим лицом скребла ногтем по деревянному корпусу трибуны. В голове на удивление не стоял гам из мыслей — непривычная, но такая долгожданная тишина. Девичьих губ коснулась легкая улыбка, когда выбранный Тэхёном председатель совета законников и хаоситов откашлялся, стараясь обратить на себя всеобщее внимание. И Со не без интереса наблюдала за его потугами начать собрание. Её откровенно забавляли его неловкие попытки заткнуть всем рты с помощью заклинаний или увеличить собственную громкость.
Минут через пять ей это дело надоело, и она, прикладывая чуть больше усилий, оставила глубокую борозду на вишневом дереве, прибавляя скрипу с помощью магии несколько десятков ужаснейших децибел. Все собравшиеся в зале протестующе захныкали и схватились за уши, стараясь избавиться от неприятного скрипа. За спиной послышался довольный смешок Юнги, отчего председатель смутился ещё больше.
— Предлагаю, — и И Со почти с осуждением, почти вслух цокнула и закатила глаза: «Ну, кто так начинает свою речь?», — начать наше собрание с речи стороны обвинения.
Задним рядам не видно, но Тэхён явно недоволен в той же степени, что и ведьма. Едва заметно сморщился, поправляя воротник изумрудного ханбока, и плавной походкой вышел в центр зала.
— Являясь Принцем Двора Хаоса я не мог больше игнорировать происходящее, поэтому объявил о срочном собрании, — И Со давно подозревала, а теперь была уверена — у мага существовала какая-то волшебная кнопка-переключатель. Вот он недовольная и капризная принцесса, а через секунду Тэхён харизматичный лидер, принц и сын лучшей маминой подруги. В последнем читалось явное влияние старшего родственника, того, что дышать в костюме меньше, чем за две тысячи долларов, попросту отказывался.
— Как глава Двора я понимаю, что обстоятельства часто играют против нас, не позволяя нам заниматься своей работой полноценно, — Тэхён красиво маскировал угрозы убийства под «обстоятельства». — Но! Всему есть предел. Принцесса И Со не просто не занимается своими прямыми обязанностями, она их полностью переложила на плечи Главы Инквизиторов — Чон Хосока, который хоть и выполнял роль регента кое-как, но даже это лучше бездействия Принцессы.
В зале разразился настоящий шквал эмоций. Все фонтанировали переживаниями, протестами, поддержкой и прочими чувствами, одна только И Со продолжала смотреть на свою трибуну немигающим взглядом.
— Я понимаю, что это последствия нулевого опыта в управление. Ведь Принцесса заняла свою должность в обход традиционной подготовки королевских особей у законников. Она за всю свою службу не руководила даже самым маленьким отделом, чего уж тут теперь удивляться, что не тянет руководство целым Двором?! — напирал Тэхён, обуздав волну всеобщего хаоса, он ловко управлял толпой и вёл её в нужном ему направлении. — Хуже всего то, что страдают от её неопытности все, включая Двор Хаоса и моих подопечных. Три! Три трупа всплыло на территории законников, а кто с этим разбирался? Я и мои инквизиторы, потому что Принцесса со своей свитой в очередной раз пытались спасти друг друга.
Людской гул вновь поднялся, вспарывая пространство ритуального зала нецензурной лексикой и пресловутым «Фу-у-у». Если бы крикнули «сжечь ведьму!», И Со не удивилась бы вовсе, скорее даже посмеялась и похлопала в ладоши.
— Я требую, чтобы И Со отстранили от должности главы Двора Порядка и определили нового главу с соответствующими навыками, дабы работа была налажена и тесное сотрудничество с Двором Хаоса восстановлено.
И в самом конце, выдержав такую стройную и высокопарную речь, Тэхён все-таки оскалился в довольной ухмылке. Не смог, не устоял от возможности покрасоваться и вернулся к привычному амплуа любящего внимания и немного эксцентричного ребенка.
— Что скажет сторона защиты? — в повисшей тишине вкрадчивый голос председателя звучал особенно раздражающе — И Со прикрыла глаза и глубоко, тяжело вздохнула, словно человек, который просил у небес отсыпать терпения, но так и не допросился. Обстоятельства подсказывали быть понимающей, спокойной, глубоко виноватой (опционально); она в свою очередь подсказывала обстоятельствам катиться к черту.
— Я складываю все полномочия Принцессы и добровольно ухожу в отставку.
Шум, гам, крики, недовольные взгляды, проклятья шлейфом тянулись за верхней накидкой кимоно И Со, пока она твердой походкой приближалась к выходу из церемониального зала. Распахивая дверь в импровизированное новое-старое будущее, ведьма не жалела и не оглядывалась, наконец-то ощущала спокойствие.
***
Не то чтобы Юнги не знал — догадывался, нутром подвох чувствовал. В конце концов, не первый день её знал, и далеко не в последний раз И Со обводила всех вокруг пальца. Он не стал бежать за ней, провожая девушку взглядом, лишь ухмыльнулся довольно, пряча руки в карманы, и дал ей время на «погулять». Хосок нервно щелкал пальцами и дергал его постоянно за рукав, приговаривая: — И куда она? Что теперь с этим делать? Столько лет потратили и ради чего? Найди её! — Будь добр, — Юнги обернулся к другу, кладя руку ему на плечо и заглядывая в глаза, — успокойся, а? Сделай дыхательную гимнастику и расслабься. Не апокалипсис же случился, пусть прогуляется девочка, потом придет и сама всё объяснит. Он легонько похлопал Чона по плечу и улыбнулся перед тем, как уйти из зала. Всю дорогу до лофта в голове выстраивался нестройный ряд теорий: психанула? сговорилась с Тэхёном? увидела какую-то новую угрозу? вляпалась во что-то? В любой другой раз он бы обязательно поднял город на уши, пустил весь инквизиторский отдел по следу, но И Со успела не один раз доказать, что она дофига самостоятельная и самодостаточная личность. «Сама придет, сама всё расскажет», — убеждал (читать: уговаривал) себя Юнги, открывая дверь в квартиру. Мобильник оповестил о новом сообщении, в котором Юксу отправлял фото-отчет «преступники домой доставлены в целости и сохранности». Он шумно выдохнул, пряча смартфон в карман и подцепил оттуда же пачку с сигаретами, чтобы выкурить одну-другую и отрубиться. Усталость наваливалась дозировано по чуть-чуть ещё в Пусане, за пару дней в Сеуле доза увеличилась, а сейчас и вовсе шприц опустел, и содержимое валило Инквизитора с ног. Хотелось поскорее прикрыть глаза и проспать ровно столько, сколько нужно было организму на регенерацию новых клеток. Он не чувствовал паники за И Со — уж она-то за себя точно могла постоять. Теперь он был в этом уверен полностью. С остальным же можно было разобраться и позже. Юнги потушил сигарету о гладкий бок пепельницы и, лавируя между башнями книг, что стояли на полу, завалился на кровать в чем был. Не заметил, как пропал в царстве Морфея, как под боком образовалось нечто теплое и живое, как что-то обвило его своими конечностями и также засопело. Он честно так и не понял, сколько проспал — может, сутки, может, двое, а может, всего лишь ночь. Знал только то, что ранним утром обнаружил себя придавленным к постели ногой И Со, которая покоилась у него на животе. И как бы он ни старался, какие чудеса гибкости (а Юнги далеко не гибкий, окей?) не демонстрировал, всё было бестолку — И Со проснулась следом. — Который час? — хриплым от сна голосом произнесла ведьма, разлепляя пальцами чуть припухшие веки. — Часов шесть утра, — ответил Юнги, поглядывая на тумбочку, где стоял будильник. И Со сморщилась тут же и принялась что-то бубнить про обязательства, которые должны были закончиться, на ходу себя по кусочкам собирая с кровати. Юнги и рад был хоть слово вставить, но он откровенно залип на сонную и ворчащую И Со, которая сейчас казалась такой открытой и откровенной, словно улитка без панциря. Он очнулся, когда она уже была одной ногой в ванной. — Ты не хочешь мне ничего рассказать? — Не-а, — в проеме показалась растрепанная макушка с зубной щеткой во рту. — Расскажу, когда ты отвезешь меня во Двор, где все соберутся через полтора часа. Не хочу по десять раз одно и тоже повторять. И только Юнги открыл рот, чтоб вместе с воздухом выдохнуть и слова, как она снова исчезла в ванной комнате. Юнги с некоторой обреченностью и беспомощностью ударил ладонями по одеялу, взбивая его и свои мысли. — Хоть скажи — мне сильно это не понравится? — повышая голос, чтобы она расслышала его сквозь шум воды. — Очень, — также громко, но более довольной интонацией ответила И Со. — Ну, кто бы сомневался, — проворчал Юнги, поднимаясь и шлепая босыми ногами до кухни, чтобы поставить турку с тремя ложками кофе на конфорку. Пока И Со умывалась, Юнги пытался медитировать над плитой, но все старания катились под углом в сорок пять градусов — он закипал, вместе с кофе. К моменту, когда она вылезла из ванны, он уже проснулся окончательно: перехватил её за запястье на подлете к чашке, придавливая девичью поясницу в разделочную поверхность. Прожигал её взглядом, сокращая расстояние между ними, чтобы один на двоих вдох, чтобы губами касаться, пока: — Не расскажешь, значит? И он не без удовольствия про себя отмечал, как она сглатывает вязкую слюну, как пытается слиться со столешницей, теряясь в реальности. — Нет, — задушено выбросила ему в лицо. — Тогда, может, мне стоит заранее тебя наказать? — кусая подбородок, языком ведя по линии челюсти, Юнги сомкнул пальцы на её шее. У И Со, кроме кусания губ, была очень дурная привычка — щуриться, глядя снизу вверх. У Юнги хорошая память и проблемы с самоконтролем. Он языком провел по её губам, врезаясь в них с жадностью и беря весь контроль в свои руки в прямом смысле слова. Одной рукой держал шею, управляя каждым движением, другой забирался под футболку, про себя отмечая, как неплохо на ней сидят его вещи. И пока И Со жадно ловила воздух губами, задушено всхлипывая, Юнги зубами оттягивал ворот, чтобы пропальпировать губами ключицы, впадину между ними, грудь. Ткань трещала по швам, расползаясь и врезаясь в тонкую шею ведьмы, но он и не думал останавливаться. Пальцами пересчитывал ребра, спускаясь всё ниже и ощущая, как её спина покрылась испариной. И Со хныкала всё громче, жалась к нему всё ближе, желая более тесного контакта, пока Юнги ребром ладони между её ног вел. — Последний шанс передумать и сказать, — хмыкнул Юнги, щурясь своими лисьими глазами. — Н-не..аааахххх, — сорвалась на откровенный стон девушка, когда его пальцы оказались за каймой белья и дотронулись до клитора. Она ноги плотнее сжала, зажимая его руку, и вцепилась зубами в мочку уха. Дразнила его поцелуями, выбивала воздух укусами, окончательно рвала терпение откровенными прикосновениями. Юнги с силой дернул руку, пока резинка её белья с глухим хлопком столкнулась с кожей внизу живота. Он её к себе спиной развернул, заставляя локтями в стол упереться, и провел ладонью по ягодице, потом выше, чтобы завести руку под живот и вновь под белье скользнул. На секунду замер, а потом резко шлепнул по попе второй рукой, кусая её за загривок. — Тогда топай собираться, — Юнги отпрянул быстро, довольно щерясь, и подхватил кружку с кофе, к которой так спешила И Со. — Себе новый сама сделаешь. Боковым зрением довольно отмечая раскрасневшиеся щеки, сбитое дыхание и ярость в глазах девушки, он, довольный самим собой, удалился на балкон, чтобы выкурить одну, а лучше сразу три сигареты.***
До офиса добрались в полной тишине. Юнги по очевидным причинам держал язык за зубами, боясь лишним вздохом случайно дернуть за усы дракона. И Со, которая и не злилась вовсе, потому что — а почему бы и не да? Ей нравилось такое утро с привкусом беззаботности и «так будет всегда» повседневности. Она молчала, потому что в голове закручивалась витиеватая и тугая спираль мысли, где нельзя было ничего пропустить. Цена за ошибку стоила ей спокойной жизни. И Со беглым взглядом окинула приемную возле своего кабинета, который так и не стал её. Зацепившись за фарфоровое лицо Тэхёна, ведьма кивнула ему в сторону двери, призывая следовать за ней, и бросила остальным: — Через пять минут можете зайти. Пять минут, естественно, растянулись почти на тридцать, и каждый раз приходилось отправлять ни с чем Чонгука с Тэном, которые нетерпеливо заглядывали каждые десять минут. И Со внимательно вчитывалась в мелкий шрифт, в крупный шрифт, в средний, в курсив и жирный — в общем, очень вчитывалась. Задачу не облегчал стоящий над душой Тэхён. — Отвлекаете, Ваше Высочество, — выдохнула девушка, переворачивая четырнадцатую страницу договора. — Ты уже либо скажи, чего хочешь, либо отойди на безопасное расстояние. И она могла поспорить, что Тэхён в этот момент максимально закатил глаза, складывая руки на груди, но шаг назад всё таки сделал, фыркнув: — Мне просто любопытно, когда ещё смогу увидеть Принцессу, которая добровольно разоружается и отказывается от титула. — Уверяю, я тебя ещё и не так удивлю. — Даже не сомневаюсь, — хмыкнул Принц, сощурившись и склонив голову к плечу. — Ты хоть представляешь, какие о тебе ходят слухи и репутация? Понимаешь, почему такая толпа собралась на суде? — А это действительно имеет значение? — поставив последнюю подпись и отложив папку, И Со развернулась к хаоситу и с улыбкой посмотрела на него. — Знаешь, я однажды сидела в этом кабинете с Намджуном и вела подобный разговор, где он объяснял мне, как ему важно мнение чужих людей, потому что он — Принц. Так вот, я ни тогда, ни после, когда стала Принцессой, ни тем более сейчас не понимала в чем же проблема? Люди всегда говорили и всегда будут говорить, важно только то, что я и моя семья знаем правду. — Уверена, что твоя семья знает всю правду? — Тэхён ткнул пальцем в увесистую папку, которую она отложила. — Сейчас точно узнает, — и губы её расплылись в довольной улыбке, пока сама И Со чуть отодвинулась и закинула ноги на стол, съезжая чуть ниже. — Останешься посмотреть? — Ни за что в жизни не пропущу такое представление, и даже поучаствую. Всегда хотел посмотреть на Чимина в кругу «друзей».***
Тэхён с плохо скрываемым интересом наблюдал, как люди втекали в кабинет, и мысленно гадал: когда же это закончится? Какой предел у её так называемой семьи и почему они все тут, идут за ней, идут к ней, идут ради неё? У Тэхёна, у которого семья вылеплена по кривому трафарету определения «идеальная», в голове не укладывалось простое «а так тоже можно было?». — И Со, — вкрадчивым голосом начал Чимин, но Тэхён, после стольких лет совместной работы, всё равно улавливал напряжение в голове перевертыша, — что происходит? — Расскажите, Ваше Величество? — исподлобья посмотрела на него с ухмылкой ведьма, вытягивая из кармана сигареты с зажигалкой и устраиваясь поудобнее. Тэхён сморгнул свою секундную растерянность и вновь вернул себе маску уверенности. Внимание к собственной персоне он любил, но больше всего на свете ему нравилось управлять этим вниманием. — Судя по вашим лицам, — обводя собравшихся насмешливым взглядом, начал хаосит, — историю лучше начать с самого начала. И Со связалась со мной сама и попросила собрать совет с целью отстранить её от должности Принцессы. — И почему мы должны тебе верить? — оскалился недовольно Чонгук. — Потому что Тэхён тут, стоит рядом со мной, и потому что он не врет, — поджигая сигарету, резко ответила девушка и тут же закивала Принцу: — Продолжай. — Чем руководствовалась Принцесса проще спросить у неё самой. Мне она сказала, что просто устала, — объяснился Тэхён, разводя руки. — В любом случае, мне особого резона не было соглашаться с этой идеей. Мне куда выгоднее было бы наблюдать со стороны, как её слабое руководство законниками разрушило бы Двор Порядка изнутри. Но! И Со предложила мне то, от чего я не мог отказаться. — Меня одного это напрягает? — сквозь тэхёнову речь в заднем ряду раздалось со стороны Тэёна куда-то в бок, где стоял Юнги. — Нет, — устало вздохнул Инквизитор, накрывая лицо ладонью, — но она обещала, что мне очень не понравится, и мне пиздец, как не нравится. — Так вот, — хаосит продолжил вещать, раскрывая папку с документами в поисках нужного, — И Со поставила несколько условий. Условие первое — её место немедленно должен занять Чон Хосок, с возможностью снятия титула, если у бывшей Принцессы появится наследник, желающий возглавить Двор. Так же дети Чон Хосока, если таковые будут иметься, имеют полное право наследовать титул отца. С помощью заклинания соответствующий лист отправился аккурат к растерянному и хмурому Хосоку, на которого сквозь никотиновую дымку с любопытством смотрела И Со. Тэхён же, будто не проявлял никакого интереса, продолжил копаться в бумагах, чтобы после: — Взамен бывшая Принцесса обнулила договор с Намджуном и Сокджином, давая своё разрешение на их возвращение и присоединение к моему Двору. Пока вы все не начали возмущаться, объясню: они не имеют права как-либо вредить И Со, подрывать деятельность Двора Порядка или угрожать её семье, то есть — вам всем. В случае несоблюдения этих условий, их ждет смерть. — Надеюсь, кто-нибудь из них нарушит условие, — хмыкнул довольно Чонгук, похрустывая костяшками пальцев. — Даже не думай специально нарываться, — тормознула его И Со, бросив в сторону инкуба сердитый «я тебя знаю» взгляд. — Мы все должны начать с самого начала, а для этого надо отпустить прошлое. Так что тот, кто попытается спровоцировать Намджуна или господина Идеальность на нарушение правил будет иметь дело со мной. И пока Чонгук недовольно надувал щеки, а Хосок с Чимином давились улыбками, Тэхён, обнаружив нужную бумагу, откашлялся и уточнил: — Я могу продолжить? — Будьте так любезны, — смешок все-таки вырвался из Чимина, но он быстро исправился, выпрямившись и натянув серьезное лицо, — Ваше Высочество. Уважительнее, конечно, не стало, но Тэхёна и самого это всё больше забавляло, чем злило. Происходящее напоминало семейный совет, где ему была отведена роль не просто любопытного и случайного свидетеля, а полноценного участника или душеприказчика. — Второе условие — Чон Чонгук занимает пост главы филиала в Пусане, который добровольно покинула Шу Харим ввиду того, что была скомпроментирована, как лидер, своей подопечной, — произнес, наконец, Тэхён, отправляя инкубу в руки письменное подтверждение своих слов. — Он также может оставить себе клинок Кусанаги, если продолжит тесное сотрудничество с Чон Юно, который, в свою очередь, назначается заместителем Чонгука. — Серьезно? — с обреченностью выдохнул Джэхён, обращаясь к Тэёну, который довольно улыбался. — А почему нет? Я сам хотел тебе это предложить. — Знай, — с кислой миной, обиженно бросил Юно своему другу и создателю, — глубоко в душе ты всегда мне не нравился. — А ты мне очень нравился, — с улыбкой парировал Тэён, правда, улыбка тут же исчезла, когда он обратился к Принцу: — Что же И Со отдала взамен? — Бывшая Принцесса пообещала разорвать связь с Гань Цзяном и спрятать его в том месте, где его точно никто не сможет достать. Также она пообещала, что начнет пить травяные настойки, чтобы заглушить способности ясновидения и не использовать их против Двора Хаоса. — Бл-я-я-я-ять, — обреченным шепотом сорвалось с губ Юнги. Он недовольно посмотрел на И Со и запрокинул голову назад, упираясь ею в стену и убирая руки в карманы. — Надо было выпороть её, когда была такая возможность. — Третье условие — Пак Чимин назначается на новую, специально для него изобретенную, должность посла Двора Хаоса при Дворе Порядка. В список обязанностей будет входить: наблюдение за соблюдением мира со стороны законников плюс инквизиторские полномочия Главы Инквизиторов, которые он может использовать на свое усмотрение. Также целью данной должности является поддержание мира и нахождение компромиссов для обеих сторон, — в самом конце речи Тэхён хмыкнул довольно и добавил совсем шепотом: — Уверен, поиск компромиссов будет происходить в горизонтальной плоскости. — Ставлю на то, что — нет. Мне кажется, они куда более изобретательны в этом плане, — поддержала его И Со, подмигнув и заставив тем самым хаоситского Принца рассмеяться в голос. — Взамен бывшая Принцесса дала свое согласие на присоединение Ким — дословно: «Картонная Дурилка» — Чону к моему Двору. Также она позволила судить Ли Минхёна на территории хаоситов в Сеуле и не применять в его отношение высшую меру наказания, — папка захлопнулась, а Тэхён поднял голову и улыбнулся. — На этом всё. — Спасибо за помощь, — поднявшись с кресла, произнесла И Со и склонилась в вежливом поклоне. — С вами приятно было иметь дело. — Взаимно, Ваше Высочество. Уже на выходе из офиса законников, вдыхая летний раскаленный воздух полной грудью, Тэхён ощущал на языке легкую горечь от того, что прикоснулся к такому живому, искреннему и прекрасному лишь на секунду. Внутренний ребенок, которому всегда не хватало родительского тепла и братской любви, капризно тыкал пальцем на собравшихся в кабинете законников и канючил: «Хочу вот так же». Только вместо этого Ким Тэхён руку в карман сунул, доставая мобильник, и отбил короткое сообщение. v: «возвращайтесь домой». И увидев заветные две галочки — прочитано — он шумно выдохнул и, пожалуй, первый раз в жизни почувствовал, что заключил правильную сделку с правильным человеком.***
Намджун, нахмурившись, достал телефон, прерываясь от медитативного разглядывания посетителей итальянского бара. Ему потребовалась минута, очередь рваных вдохов-выдохов и три итерации в виде перечитывая короткого сообщения прежде, чем он посмотрел на такого же, как и он сам минутой ранее, тоскливого Сокджина. — Мы возвращаемся домой. Секунда: зрачок расширился, рот приоткрылся, рюмка виски была опрокинута внутрь. Сокджин переваривал пряность напитка, ощущая в грудине тепло больше от озвученной новости, чем от алкоголя. — Ну вот, придется все-таки достать эти чертовы костюмы, а я только расслабился, — наигранно сморщившись, ответил маг. — Скажи спасибо И Со. — Не девчонка, а одни сплошные проблемы, — с беззлобной ухмылкой заключил бывший законник, пока его друг печатал сообщение той самой проблемной девчонке. joon: «спасибо».***
Поздним вечером, когда сквозь ругань Хосока на ворующего еду Чонгука; когда в просторной гостиной, развалившись на диване в ногах Юты и с Читтапоном рядом, И Со обсуждала очередную свою покупку в магической лавке и выбирала с друзьями новую жертву; когда Юнги с Тэёном курили на веранде, где накрывали на стол Лукас с Чону; когда все остальные кучковались и обсуждали планы на будущее, один перевертыш замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Чимин был рожден в стае, возглавлял самую крупную в Сеуле, но никогда не чувствовал такого умиротворения прежде. Его всегда что-то тянуло вперед: бежать дальше, искать лучше/больше, исследовать что-то новое, обретать то, чем не обладал прежде. Сейчас же бежать никуда не хотелось. Они были огромной, разношерстной толпой, которую смогла объединить одна единственная девчонка. Пусть они не всегда разговаривали на одном языке, но они всегда двигались в одном направлении — жить в мире с самими собой и близкими людьми рядом. Сами не заметили, как прикипели все к друг другу, связывая себя прочными узами семьи. И он знал, что этот ужин из тех самых редких, когда все в сборе, когда еда поглощается вместе с разговорами и вином, чтобы после поздно вечером ощущать себя приятно пустым и уставшим. Чимин знал — этот ужин из тех, когда после все разбредутся по своим дорогам, чтобы спустя какое-то время вновь вот также собраться. Его это чувство не отпускало весь оставшийся вечер: за ужином, во время активного обсуждения планов и душещипательного, если у него вообще было, что щипать, тоста И Со, в котором она извинялась, пыталась объяснить свои действия и искала понимания — спойлер: нашла. В грудине что-то скрипело и тянуло, что-то щемящее и совсем непривычное для Чимина, пока Хосок не обнял его сзади, смыкая пальцы в замок на животе и укусив за мочку. — Не грусти, щеночек, у тебя останусь я. — Это-то меня и беспокоит, — парировал перевертыш, картинно сморщившись от хосоковского сладкого «щеночек». — Боишься, что сожру тебя живьем? — откровенно смеялся Чон, ероша чужие мягкие волосы. — Или я тебя, — пожимая плечами, чтобы после развернуться и прямо в ухо грудным шепотом: — Я как раз давно не кормил зверя, решишь эту проблему? Чимин под ладонями рябь почувствовал, довольно улыбаясь, и посмотрел на Хосока внимательно, пока только взглядом вылизывая острые черты. — Выдохни, Хоби-я, — сладко улыбнулся вмиг изменившийся перевертыш и чмокнул мага в щеку. — Сожру тебя чуть позже.***
И Со удобно устроилась на диване, который стоял на веранде, и курила, наблюдая как ею же созданная семья дурачилась на газоне, проверяя кто же сильнее. Рядом сидели Хосок с Юнги, снисходительно наблюдающие за происходящим. Она со вкусом затягивалась сигаретой и чувствовала, как по сосудам равномерно растекалось умиротворение. То, к чему она неосознанно так стремилась всё это время. Но… — Знаешь, — набрав воздуха в грудь начал Хосок, — я не уверен, что это всё правильно. В том плане, что выходит, мы с Юнги зря старались усадить тебя на трон. А Чонгук? Ты уверена, что он справится? …оставались неверующие. — Во-первых, уверена, мои родители хотели, чтобы я в первую очередь была счастлива. Я счастлива не быть Принцессой, — сморщив нос, ответила девушка. — Во-вторых, Чонгук справится. Если не сейчас, то уже никогда. Ему надо помочь раскрыть потенциал, так что будь терпеливее, Хосок-а. И ещё... — задумчиво толкнувши языком в щеку, И Со выковыривала оттуда правильные на её взгляд слова. — Поставь Юту с Читтапоном Главой и заместителем инквизиторов, они вдвоем будут держать всех в узде. Эта парочка — вампирская версия Намджуна с Сокджином, но в хорошем смысле. Отправь Донёна в Двор Хаоса послом, чтобы он контактировал со своим дурилкой-сыном и не забывал, что он человек. Присматривай за Лукасом, он ещё маленький и ничего не понимает, ему нужен хороший пример. И самое главное — не стой у них на пути, когда они захотят сделать ещё вампиров — они имеют на это право, но следи, чтобы в процессе они не потеряли голову. И пока Хосок растерянно и удивленно слушал напутствие, Юнги только и смог, что довольно хмыкнуть, прижать к себе ближе И Со и мазнуть губами по её скуле. Такая И Со ему нравилась больше прочих версий. С такой разумной, но беззаботной и безрассудной в отношении себя И Со было интересно и ярко. Хотелось больше наблюдать, как она окружающих сбивает с толку. — Вот и скажи мне, почему ты не хочешь быть Принцессой? — недоумевая, развел руки Хосок. — Я бы к этому лет двадцать шёл, а тебе сколько понадобилось? Полгода наблюдений? Я хорош в бумажной работе, но стратегия и правильное распределение живого ресурса — увы, не мой конёк примерно совсем. — Меня же ты вырастил такой классной, — похлопала его по плечу девушка, довольно улыбаясь. — И этих тоже вырастишь.***
Ранним утром, после долгого семейного ужина, побросав вещи в сумку, Тэён крался по собственному особняку, словно вор. В доме, полном вампиров, у которых слух чувствительнее любого существа на свете, иначе нельзя было. Он уходил, оставив записку, с уверенностью, что дал им если не всё, то большую часть того, что мог, а ещё с чувством того, что обязательно вернется. Позже. — По-английски, значит, — раздался строгий девичий голос с дивана, когда Тэён уже почти подобрался к выходу. — От тебя такого я меньше всего ждала. И Тэёна это немного разозлило, захотелось свернуть И Со её тонкую шею, чтобы она перестала так его чувствовать. Он сразу же выпрямился, бросая сумку на пол, и прошел внутрь, присаживаясь напротив на журнальный столик. — Если не ждала, то как тут оказалась? — наклонив голову к плечу, лукаво улыбнулся Тэён. — Почувствовала, что ты сбежишь и хотела дать тебе шанс попрощаться, — парировала И Со. — Тогда я прощаюсь? — вскинул насмешливо бровь. — Ну давай, — подначивала его ведьма. И Тэён наклонился, ведя пальцами вверх по её бедрам, сокращая дистанцию между ними, пока она застыла в исходном положение. Он растянул губы в улыбке у самой её скулы и поцеловал в порозовевшую от волнения щеку, чтобы после скользнуть в сторону, к уху и прошептать: — Спасибо тебе за то, что приняла мою семью в свою, но мне пора. Хочу наказать одного зазнавшегося Инквизитора. Не бойся — не Юнги. — Один? — задушенным шепотом обожгла его кожу И Со, разворачиваясь к нему и сталкиваясь с ним почти что губами. — Нет, со мной поедет Харим, — совсем открыто улыбнулся Тэён, отодвигаясь обратно, предварительно проведя рукой по шелковым волосам девушки, запоминая их на ощупь. — Значит, всё-таки последовал моему совету? — то ли с тоской, то ли с разочарованием, то ли с облегчением выдавила из себя ведьма, пряча взгляд в пол. — Вернешься ещё? — Конечно, — он потянул большим пальцем за её подбородок, чтобы глаза в глаза, и добавил мягко, — я вернусь, моя милая чаги.***
— Куда дальше? — спросил девушку Юнги, когда они стояли в аэропорту в зоне ожидания спустя несколько дней, как отправили Тэёна и Чонгука в их путешествия, и теперь сами отправлялись в своё. — Куда ты хочешь после Токио поехать? — Не знаю, — честно ответила И Со, улыбаясь и пожимая плечами. — Разве у Великого Инквизитора не много дел? — Вообще-то, в Китае хаоситы опять хотят свергнуть свою Принцессу, говорят, им в этом помогает Принц законников. Надо бы проверить. — Отлично, — хлопнула в ладоши ведьма, — значит, хочу в Китай. — А как же Гань Цзян? — Я уже его спрятала, — отмахнулась И Со. — В Сеуле? Там, где концентрация Иных самая большая? — удивился Юнги. — Разве ты не знаешь поговорку: «Если хочешь что-то спрятать, то прячь в самом очевидном месте». Юнги только и мог, что цыкнуть и улыбнуться довольно, взъерошив девичьи волосы. Он всю свою сознательную жизнь потратил на борьбу и игру в прятки, так долго убегал от настоящей жизни, прячась в тени, что сейчас, когда к нему пришло четкое осознание, что он больше не один, его распирало от чувств. В голове не было ни забот, ни переживаний, только предвкушение и азарт — теперь их было двое против всего мира, а когда не один не так страшно и грустно. — И Со-я, — дернув её за запястье ближе к себе, он смотрел ей прямо в глаза, — и в этой, и в следующей, и в любых других реальностях я всегда буду любить тебя и ждать в тени, чтобы однажды ты пришла и составила мне компанию. И Со, которая всю жизнь была одна, но всегда чувствовала, как кто-то рядом с ней вел свою собственную борьбу где-то в тени, наконец, ощущала, что она больше не одна. Теперь их было двое, поэтому обвивая руками его шею, прямо в поцелуй клялась: — Всегда.
