Система "Спаси-Его-Сам"

Чжучжи Лан считал любовь Тяньлан Цзюня к людям милой причудой, никогда до конца не понимая, что великого демона могло привлекать в этих существах. Шэнь Цинцю являлся для него единственным исключением из правил. Так оно и было до того дня, как он поселился на Цинцзин. Как оказалось, люди были интересными и удивительными созданиями. По крайней мере те, что обитали здесь. Такой насыщенной развлекательной программы за одни сутки демон не видел за всю свою немалую жизнь. Основным инициатором событий был сам хозяин пика, который сейчас вернулся домой в сопровождении слуг с множеством даров. Особый ажиотаж среди учеников вызвали клетки с демоническими тварями. Дети выжидающе смотрели на учителя, который загадочно сверкал изумрудными очами, взглядом обещая им кое-что необычное. Единственным человеком, которого насторожило происходящее, был Цинь Фэнси, не успевший уйти с Цинцзин, заболтавшись с товарищами по учениям. Он поискал глазами Ло Бинхэ, которого не видел с того момента, как Шэнь Цинцю покинул пик вместе с другими лордами, но того нигде не было. Взяв с собой на подмогу прибывших с ним людей, Шэнь Цинцю приказал ученикам вернуться в общежития, чтобы те не мешались под ногами. Те вслушивались в шум, доносившийся снаружи, но не смели подсматривать за приготовлениями. Спустя какое-то время, лорд Цинцзин пригласил их лицезреть итог своей кропотливой работы. Посреди главной площади появились высокие столбы из связанных вместе стволов бамбука. Их было ровно столько, сколько и учеников на пике. Цинь Фэнси снова нервно заозирался в поисках Ло Бинхэ, но тот пока так и не появился. — Адепты Цинцзин, сегодня вас ждет особая тренировка, которая разовьет вашу ловкость, смекалку и укрепит командный дух, — начал свою речь Шэнь Цинцю. — Займите места на столбах. — Что-то я засиделся в гостях, — пробормотал Цинь Фэнси, пятясь спиной прочь. — А ты куда пошел? — возмутился Шэнь Цинцю, хватая несчастного за шкирку и закидывая на свободный столб. Все еще далекий от состояния трезвости заклинатель, не разглядел, что мальчик облачен в одежды совсем другого пика. Так как перед его глазами все плыло, он ориентировался не на внешний вид учеников, а на их общее количество. Убедившись, что все столбы заняты, мужчина звонко хлопнул в ладоши, создав барьер вокруг них. — Выпускайте, — махнул он веером, дав знак слугам открыть клетки с демоническими тварями, придвинутыми вплотную к барьеру. Монстры с легкостью заходили на территорию барьера, но покинуть ее уже не могли. В принципе, видя перед собой такое скопище потенциальных жертв, им не очень-то этого и хотелось. — Учитель, и что нам теперь делать? — поднял руку Мин Фань, обозревая адскую панораму, открывшуюся ему сверху. — Вы должны продержаться на столбах до утра. Если упадете вниз, то вы должны использовать собственные знания и силы, чтобы выжить и добраться до края барьера. Он вас пропустит, но за это вас ждет наказание — вы навсегда покинете Цинцзин и будете отправлены совершенствоваться на пик Аньдин, — пояснил Шэнь Цинцю. Ученики переглянулись друг с другом. Они уже отвыкли от того, что их наставник может быть столь строг, ибо хуже этого наказания было только изгнание из школы Цанцюн. — Но у меня есть для вас и хорошая новость, — обнадежил своих воспитанников заклинатель. — Если вы, не покидая столбы, уничтожите всех тварей до рассвета, то сможете безнаказанно покинуть барьер. — Мы справимся, — решительно тряхнула головой Нин Инъин. — И докажем Учителю, что достойны быть его учениками. Шэнь Цинцю лишь улыбнулся, видя такой боевой настрой. Им только предстояло выяснить, что свежие бамбуковые стволы, связанные вместе, были обманчиво устойчивы. Полая структура делала их гибкими при потере равновесия стоявшего сверху человека, заставляя болтаться в разные стороны. И если сейчас устоять на них было еще нетрудно, то к ночи задача удержаться на столбе кому-то может оказаться непосильной. Усугубляли ситуацию и демонические твари, которые поняв, что дети спускаться к ним не собираются, будут пытаться самостоятельно стряхнуть их вниз. Из-за сложности испытания, Шэнь Цинцю долго не мог решиться на него. Но останься он и дальше мягким со своими учениками, какое будущее их ждет в случае, если Ло Бинхэ пойдет по пути тьмы? Смогут ли они выжить? Он все еще помнил предсмертные крики юношей и девушек, застигнутых врасплох демонами на собрании Союза Бессмертных. Для себя он решил, что туда он возьмет с собой как можно больше безупречно подготовленных к встрече с монстрами учеников Цинцзин и Байчжань, желая спасти максимально возможное количество юных заклинателей. Поэтому они должны быть готовы к суровой реальности, иначе все будет зря. — Да ладно, ребята, с Ло Бинхэ мы справимся с ними в два счета. Не успеете и глазом моргнуть, как мы все отправимся по своим теплым постелькам, — уверенно заявил Мин Фань, сложив руки на груди, повторяя манеру своего обожаемого Бога Войны. — Кстати, а где Бинхэ? — Я вместо него, — уныло помахал ему Цинь Фэнси. — И не говори, что ты не рад меня видеть. — Не то, чтобы не рад, но… — растерянно протянул тот, лишившись части своей прежней уверенности. — Кажется, сегодня мы все-таки ночуем здесь. *** В это время Ло Бинхэ сидел в глубине бамбуковой рощи, пытаясь переварить то, что он успел узнать. Желая быть в курсе событий, происходивших в Цанцюн, как только Учитель покинул пик, он удалился в глубь рощи, чтобы, отделив свой первоначальный дух, последовать за ним. Он чуть не потерял концентрацию, когда услышал, как Лю Цингэ предлагает Шэнь Цинцю вступить с ним на тропу бессмертия. Все стало хуже, когда наставник зачем-то поцеловал того на глазах у всех, словно таким образом закрепляя за собой права на него. Ло Бинхэ окончательно перестал понимать, какие отношения на самом деле связывали этих двоих. И хоть все было прикрыто благими намерениями, но этот злосчастный поцелуй никак не вписывался в теорию о братской любви и поддержке. Так чего же они хотели друг от друга на самом деле? Ло Бинхэ был чертовски зол, но не знал на кого больше — на Шэнь Цинцю, поцеловавшего своего шиди, или на Лю Цингэ, сделавшего первому официальное предложение. Ситуация выходила из-под контроля Владыки демонов, и это безумно раздражало. Умерить собственную злость помогало только осознание, что Учитель дал Богу Войны абсолютно невыполнимое задание. Оно звучало, как изощренная насмешка над попыткой Лю Цингэ стать ближе к высокомерному заклинателю, чем тот сам того желал. В таком свете, даже поцелуй можно было трактовать, как способ поставить зарвавшегося воина на место. Если бы это могло унизить его прежнего Учителя, он бы и сам без колебаний одарил того поцелуем, чтобы насладиться выражением мучения на лице своей жертвы, так велика была его ненависть к Шэнь Цинцю. «Все станет ясно этим утром», — решил Ло Бинхэ, направляясь обратно к дому. По возвращении его ждало зрелище, от которого по телу побежали мурашки даже у видавшего виды Императора. Все его братья и сестры по школе находились внутри барьера с монстрами, балансируя на бамбуковых столбах. Какие-то из них уже были подгрызены тварями, а по другим карабкалась пара другая более ловких и сообразительных чудовищ. К тому моменту ученики Цинцзин разобрались в свойствах сырого бамбука и пытались создать мосты из него, склоняя стволы друг к другу и связывая их своими поясами. Картина была слишком сюрреалистичной, чтобы принять ее за правду. Как бы то ни было, но Ло Бинхэ уже успел привыкнуть к умиротворяющей атмосфере второго пика горной гряды Цанцюн. — Учитель, этот ученик пропустил что-то важное? — подошел он к Шэнь Цинцю, сидевшему на террасе своего дома и мирно распивавшему чай, любуясь живописным пейзажем, главным украшением которого служил барьер с демоническими тварями и учениками Цинцзин. — Бинхэ, так ты не там? — удивился заклинатель, подливая себе еще чаю и судорожно всматриваясь в барьер. — Как видите, — сухо ответил мальчик, заметив, что из заварника вместо чая льется алкоголь. — Какая жалость, — посетовал мужчина, отхлебывая глоток из чашки. — Интересно, кто же тот везунчик, который занял твое место. — Этому ученику жаль, что он подвел Учителя, — склонился в поклоне Ло Бинхэ. — Учитель прощает тебя, — махнул веером тот, приглашая ученика встать рядом с собой. — Возможно, это даже к лучшему, что тебя там нет. Не будут же они всю жизнь полагаться на твои способности. Им надо уметь самостоятельно защищать себя. — Учитель считает, что этот ученик когда-нибудь вас покинет? — пристально посмотрел на него Бинхэ. — Это неизбежно, — вздохнул Шэнь Цинцю, подперев голову рукой. — В будущем твое величие затмит солнце на небесах. Цинцзин станет для тебя всего лишь проходным этапом твоей долгой и наполненной событиями жизни. — Даже если и так, разве этот ученик сможет позабыть доброту Учителя? — опустился перед ним на колени мальчик. — Учитель первым увидел во мне потенциал и позволил ступить на путь бессмертного заклинателя. — Ты бы справился и без меня. Такова твоя судьба, — еле удержал себя он от того, чтобы не погладить макушку ребенка. — Я знаю о тебе то, что ты сам еще о себе не знаешь. Зрачки Ло Бинхэ резко сузились, выдавая его волнение. Неужели этому Шэнь Цинцю изначально было известно о полудемоническом происхождении его ученика? — Учитель, я не понимаю, — прошептал он, внимательно всматриваясь в печальное лицо наставника. — Тебе сейчас и не надо ничего понимать, — все же опустив ладонь на голову очаровательного ребенка, ответил заклинатель. — Когда придет день обо всем узнать, когда откроются врата ада, Учитель пойдет в преисподнюю вместе с тобой. Глядя на Ло Бинхэ, мужчина уже признался себе, что как он не смог бы уже закрыть глаза на смерть тех молодых адептов на собрании Союза Бессмертных, так и во второй раз отправить Бинхэ в Бесконечную бездну он уже не способен. Тогда оставался только один выход, пойти туда вместе с ним. И пусть это поставит крест на его репутации, а может даже и жизни, но если это спасет мир от гнева будущего Владыки демонов, то оно будет стоить того. Интересно, поймет ли когда-нибудь его поступок Лю Цингэ? От одной мысли, что шиди будет испытывать к нему презрение, стало тошно и плохо на душе. Или это он просто перепил? Ло Бинхэ показалось, что его сердце на какое-то мгновение перестало биться. Он судорожно сжал одежды на своей груди, пытаясь справиться с удушающей волной эмоций. Но все было бесполезно, пока в его глазах отражался этот человек. Для Ло Бинхэ его падение в Бесконечную бездну и выживание там было одним из самых тяжелых этапов в жизни. Это то, что он никак не мог простить Шэнь Цинцю. Но теперь все было иначе. Учитель сказал, что пойдет туда вместе с ним! Он точно знает, что его ученик имеет демоническое происхождение. Как ему стало об этом известно, уже не важно. Важно только то, что он не собирается его бросать из-за этого. Еще никогда Бинхэ не испытывал настолько сильное чувство любви. Будь у него сейчас прежнее могущество, он бы тут же забрал Учителя с собой и спрятал ото всех. — Учитель, — наконец-то выдавил из себя Ло Бинхэ, но тот прервал его неуверенным жестом руки. — С меня на сегодня хватит, — пробормотал он, потирая свои виски. — Помоги мне лечь в постель. — Слушаюсь, — послушно отозвался мальчик, спрятав свой пылающий взгляд. В полумраке бамбукового дома, он молча помог ему снять сапоги и верхние одежды. Почти не дыша, Ло Бинхэ расчесал длинные волосы наставника и омыл его лицо шелковой тканью. Такой нежности он не замечал за собой ни к одной из своих жен и наложниц, образ которых полностью затмил этот поразительный человек. Не спеша покинуть дом, Ло Бинхэ наблюдал, как красивое лицо Шэнь Цинцю расслабляется по мере того, как сон овладевает им. Вслушиваясь в ровное дыхание мужчины, он медленно подошел к нему, чтобы сделать то, без чего сохранить свой рассудок в здравии было уже практически невозможно. Осторожно проведя пальцем по желанным губам, он жадно приник к полураскрытому рту. — Шэнь Цинцю, подожди немного и весь этот мир будет твой, — сказал Бинхэ, прежде чем оставил спящего заклинателя одного. *** Давно ему не было так плохо. Однако рефлексы были сильнее — едва продрав глаза, Шэнь Цинцю первым делом ощупал кровать, желая убедиться, что он все также возлежит на ней в гордом одиночестве. После этого он позволил себе издать пронзительный стон, обещая самому себе, что больше никогда не станет нажираться до такого состояния, когда даже организм бессмертного заклинателя оказывается не способен справиться с похмельем. В голове стали всплывать обрывки вчерашнего вечера, часть которых вызвала у него сомнение в своей достоверности. Пораскинув мозгами, он решил обратиться к единственному надежному источнику информации, который у него был. {Драгоценная моя, не могла бы ты напомнить мне хронологию вчерашних событий с момента, как я покинул Цинцзин с Му Цинфаном и Шан Цинхуа? } {Оглашаю очередность действий пользователя: прибыл на пик Цюндин; получил официальное предложение вступить в брачный союз от лорда Лю Цингэ; изволил ответить согласием на предложение в случае выполнения лордом Лю Цингэ задания «утром следующего дня принести голову тысячелетнего морского дракона и продекламировать наизусть стихотворный трактат на сто страниц под звуки гуциня; одарил лорда Лю Цингэ глубоким поцелуем; посмотрел на лицо Лю Минъян под вуалью; покинул пик Цюндин, бросив лорда Лю Цингэ на растерзание лорда Юэ Цинъюаня; прибыл на пик Цинцзин; заключил своих учеников в барьере с монстрами, который нельзя покинуть до утра; дал обещание Ло Бинхэ прыгнуть вместе с ним в Бесконечную бездну, когда придет для этого время; уснул.} — Слава богам, наконец-то, уснул, — с содроганием выдохнул Шэнь Цинцю. — Скажи, Лю Цингэ жив? {Западный склон пика Цюндин пуст.} — Что? — непонимающе переспросил заклинатель. {Лорд Лю Цингэ пребывает в полном здравии.} — Тогда мои собственные шансы на выживание резко идут вниз, — пробормотал мужчина, жадно отпив воды из кувшина, стоявшего на столике рядом с кроватью. — Шиди Лю никогда меня не простит за это. Иными словами, я живой труп. Зачем я вообще это сделал? {Пользователь жалеет о содеянном? } Перед глазами всплыло лицо Лю Цингэ, настолько прекрасное, что аж дух захватывало. Шэнь Цинцю с удивлением обнаружил, что не испытывает ни капли сожаления. Наоборот, какая-то часть его самого пела от восторга, что он имел возможность узнать сладость тех восхитительных губ. — Это неправильно! Так не должно быть, — перевернувшись на бок, ударил он рукой в подушку. {Пользователя не устраивает кандидатура лорда Лю Цингэ? } — Судя по всему, даже чересчур устраивает, — фыркнул Шэнь Цинцю, резким движением откинув волосы назад. — Да вот только, эта ягодка не для меня зрела. Он же гетеросексуален до мозга костей! {А вы? } — Я? Скорее да, чем нет, — с сомнением в голосе протянул Шэнь Цинцю, скорее убеждая себя, чем Систему. — Чем думать о моей ориентации, не лучше ли подумать, как умилостивить Лю Цингэ. Интересно, если я сам себе отрежу язык, он смилостивится надо мной? Невероятным усилием воли подняв себя с ложа, мужчина умыл лицо, попутно морщась от головной боли. Параллельно он укорял себя за слабость к красивым людям, которая, как оказалось, проявлялась независимо от их пола. Ему только и оставалось утешать себя тем, что все это тлетворное влияние Ло Бинхэ, а не его собственные изначальные наклонности. Неожиданно он замер на полпути процесса надевания на себя верхних одежд. У него возникло ощущение, что он упустил нечто важное из сообщения Системы. — Ученики! — завопил он, вспомнив о том, что сделал накануне. Каждая минута была на счету, поэтому Шэнь Цинцю выскочил из бамбукового дома, так и не завершив процесс облачения. Представшее его глазам зрелище превзошло все его мыслимые и немыслимые ожидания. — Да помогут мне небеса, — прошептал он, схватившись за косяк двери.