Обретение любви во вражде

      Найтмер не помнил, как давно находится здесь. Он аккуратно провёл костянной рукой по коре дерева. По сравнению со скелетом, растение было громадных размеров.       Этого «малыша» называют Великим Древом. Много различных слухов и легенд ходит по поводу этого растения. Среди них есть те, в которые можно поверить, некоторые максимально абсурдны. Но единственное, что знал Найтмер, именно здесь монстры нашли его и брата, Дрима. Многие считают, что появились близнецы из плодов Древа, кто-то думал, что они обычные оборванцы, которых родители оставили на верную смерть. Кошмару было совершенно всё равно на последних, ведь подобных «индивидумов» сразу посылали по дальше.       Чёрный скелет поднял голову и внимательно посмотрел на яблоки, свисавшие с Древа. Да, это то, ради чего, как многие считали, были нужны братья. Близнецов считали хранителями плодов, что было описанно даже в древних прочерках. Дрим олицетворял положительные эмоции, такие как радость, любовь и другие, а Найтмер в свою сторону отрицательные—грусть, гнев, ревность и многие неприятные нам эмоции. С помощью Древа поддерживали эмоциональное равновесие не только в этом мире, но и во многих других Вселенных.       Найтмер ненавидел всё. Он не был таким всегда, нет. Раньше скелет радовался, грустил и испытывал палитру различных эмоций, но неожиданно реальность ударила ему в голову. Ещё будучи маленьким скелетиком, Найтмер полностью почувствовал отвращение и презрение в свою сторону. Даже не подозревая всего этого, раньше к нему плохо относились. Его даже назвали «Маленький кошмар», ведь все считали его не таким, каким он должен быть.       Но потом его прозвище стало не вызывать отвращение, а лишь страх, искренний и безумный. Найтмер разрушал целые Вселенные, убивал монстров, грабил и строил связи ради собственной выгоды. Его считали самым пугающим монстром за всё время. Кошмар преклонил к свои ногам самых пугающих и сильных персонажей Мультифандома—Киллер, Хоррор, Эррор и Кросс. Они были по своему ужасающими и безумны, именно поэтому они состоят в команде «Bad gyus». Даже будучи «Великим ужасом», Найтмер понимал, за что его ненавидят и бояться монстры. Но он даже не пытался исправиться, ему это не было нужно.       Кошмар перевёл взгляд с Древа куда-то в даль. Всё было окутанно густым туманом, лишь изредка были видны верхушки деревьев. Солнце только поднималось из своей облачной кровати. Найтмер тяжело выдохнул, и из его рта покатились клубы пара. Было холодно, но скелету это не особо мешало.       Найтмер начал спускаться с узкой дорожки, попутно разглядывая окружение. Местность совершенно не поменялась с его последней прогулки. Растения были совершенно разными, как никак, смешанные леса. Была осень, поэтому большинство деревьев было голыми, не считая елей, разумеется. Трава в некоторых местах была желтоватого цвета, похожа на сено. Кроме мелкой растительности везде лежали листья, которые пестрили различными красками: красные, жёлтые, зелёные и в большинстве коричневые. Они приятно напоминали, что уже осень, и всё готовится ко смене времени года.       Опять глубокий вздох. Местность, которая окружала Кошмара, навевала лишь воспоминания, как радостные, так и грустные. Он здесь резвился и играл с Дримом, его гнали сюда разгневанные монстры, и приходил сам, когда было одиноко. Можно даже сказать, что именно здесь провёл большую часть своей жизни Найтмер.       Под ногами стали появляться камни, которые после начали составлять дорожку. Обычно маленьким монстрам не разрешали ходить дальше в лес, даже Дриму, но Найтмеру было совершенно всё равно. Даже сейчас он стоит на дорожке, как бы ставя себе вопрос, идти ему дальше или нет?       Неожиданно острая боль пронзила его живот. Найтмер часто терпел ноющее чувство, когда получал раны, но сейчас оно казалась ему в разу хуже. Кошмар обхватил руками живот. Он не мог понять, что вообще происходит. Откуда боль появилась? Как ему всё исправить? Найтмер прикрыл глаза, и наступила темнота.

***

      Резкая боль в районе груди. Кто-то давит на его оболочку? Или погодите… А может ему давят на душу? Он не может понять, ведь боль, исходящая от того места, разлилась по всему телу, как кровь, доставляя не самые лучшие ощущения. «Что со мной? Где я?»—задавал себе вопросы Найтмер. Его мысли смешались в непонятную кашу, и он окончательно запутался в происходящем.       —Найт! Найтмер! Слава Всевеликим, ты жив! — проговаривали Star-ы.       —Стоп... Объясните мне, какого чёрта я тут делаю? — грубостью так и веяло, будто сильный ветер дует в лицо, не давая собраться с мыслями. Ты хочешь вдохнуть глоток воздуха, новых и чистых мыслей, но не можешь.       Спасители переглянулись, и повисла гробовая тишина. Можно было услышать дыхание друг друга… Даже сердцебиение, на вид такое тихое, на данный момент можно было отчëтливо слышать. «Ну и чего они рты позатыкали? Я тут, вроде бы, вопрос задал»—думал Кошмар, осматривая спасителей.       —Ну и долго молчать будем? — спросил он нетерпеливо. И тут-то его и осенило: «Погодите, это ведь прекрасная обстановка для продолжения моего плана. Начнем с грубости — закончим драмой»       —Вы что, языки проглотили? — чуть нахмурившись, вновь спросил Хранитель негатива.       —Б-братик… Ты совсем... Ничего не помнишь? — с явным волнением спросил его Дрим. Без напряжения в этой обстановке не обошлось.       —Дрим прекрати ны-... Кхм, прекрати лить слезы. Лучше скажи мне, КАКОГО ЧЕРТА Я, БЛЯТЬ, ВЕРËВКАМИ ПРИВЯЗАН К ДЕРЕВУ?!—задал вопрос Найтмер, только заметив своё положение.       —Найти, не кричи, п-пожалуйста… — из глаз Мечты потекли слëзы.       —Так, Блу, — Инк стоял за двумя друзьями и обдумываю план дальнейших действий. — Ты не против, чтобы Найт временно жил у тебя? Папайрус его, вроде, не переносит, — с этими словами Чернильный подошëл к Дриму и нежно обнял того, поглаживая по спине и успокаивая. Он бросил свой бездушный и совсем пустой взгляд на Кошмара. Его белые зрачки так и резали обидчика. Он осматривал его с ног до головы. Точнее, больше наблюдал за его попытками выбраться из заточения. Найтмер, словно бабочка, попавшаяся в паутину злобного паука, пытался хоть как-то вылезти из этой ловушки. «Блять, хоть бы он не согласился», — думал Найтмер.       —Хорошо, Инк. У нас как раз есть свободная комната.       Чернильный подозвал Блуберри жестом к ним с Дримом. Маленький скелетик подбежал к тому. Инк наклонился и что-то прошептал своему помощнику на "ухо". Их разговор прервал Негатив.       —А моë мнение здесь роли не играет?       —Да, представляешь. Да и вообще, тебя никто не спрашивал, сгусток соплей, — сделав маленькую паузу, белокостый продолжил свою речь, — Ну, а нам пора. Пошли, Дрим. И да, чуть не забыл, Блу, помнишь наш с тобой договор?       —Конечно, помню. Если нужна будет помощь, то я должен идти к тебе, — ответил Блуберри на вопрос Инка.       —Молодец. Будь осторожен.       Их прощанье вновь нарушил Найтмер своим недовольством. По его испепеляющему взгляду и опущенным уголкам улыбки можно было увидеть, что ему определëнно не нравится их разговор.       —Пф, вы ещë поцелуйтесь тут, — сказал он, чуть закатив глаза и саркастично улыбнувшись. Так Хранитель негатива хотел только больше выразить своë недовольство.       —Не суй свой нос в чужое дело, — грубо сказал Инк и в этот же миг скрылся вместе с Мечтой в портале.       —Ой-ой, какой важный, — Найтмер снова попытался выбраться, но у него, как и в прошлые разы, ничего не вышло.       «Да блять, что я делаю не так? Почему я не могу просто в клочья разорвать эти тупые верëвки? Ну или же просто превратиться в слизь? Что за магия, нахер?»—зло думал       Негатив, в один из неудачных попыток.       Скелеты случайно посмотрели друг на друга. Кошмар сразу отвëл взгляд, но голову поворачивать не собирался. Блу рассматривал единственный глаз своего пленника. Он переливался, словно изумруд, озарëнный лучами игристого солнца. Любование в очередной раз прервал рассматриваемый объект.       —Чего глаза разул? Развяжи меня, живо!       —Н-нет, я не могу. Кстати, можно задать воп-… — не успел договорить Голубика, как его тут же заткнули ответной фразой.       —Нет. Я не буду отвечать на твои глупые вопросы. Хотя глупей вашей команды ничего нет, — с ухмылкой сказал Найтмер, пытаясь хоть как-нибудь задеть соперника. Но у него не получилось.       По щелчку пальцев оба скелета оказались на пороге дома Свап Санса. Кошмар был всё ещё обязан верёвка, но уже стоял на снегу, как и другой Санс. Дверь им открыл брат Блу — Папайрус.       —Опять ты привëл ЕГО, — подметил старший Блуберри. Его взгляд упал на ненавистного и нежеланного гостя в их доме.       —Знаешь, я тоже не особо рад видеть твою физиономию, —пробормотал Кошмар, стараясь не смотреть на высокого скелета.       Переступив порог, Голубика побежал готовить комнату. Ну, а Папайрус пытался насильно запихать в дверной проем нового сожителя.       —Да не буду я с вами жить! Вы вообще кто такие, чтобы мне указывать, что делать?! — Найтмер кричал и всеми силами упирался в несколько ступенек, которые располагались перед дверью. «Боже, вот ведь неугомонный» — подумал Свап Папайрус.       —Может быть прикроешь свою пасть и пройдëшь? — спокойным тоном, но как бы приказывая скелету, что хватит закатывать шоу, и уже пора входить.       Конечно же, Кошмару такой расклад вещей не понравился. Он уже хотел устроить скандал, но Папирус толкнул его со всей силы в лопатку и тот с грохотом ввалился в дом.       Старший брат Блу аккуратно переступил через «слизь», которую оставил после себя гость, и подошëл к своему младшему брату. Они стали вести диалог о Найтмере. Как же они ошибались, думая что он ничего не слышит.       Пока они спокойно разговаривали, Хранитель негатива решил осмотреть гостиную. По телевизору шла какая-то из программ Метаттона. Найтмер всегда его призерал, считая его самовлюблëнным ублюдком. «Пхах, на шлюху похож. Только и умеет ноги на камеру расставлять» — думал он, пока не перевëл взгляд на диван. Там ничего интересного он не нашëл. Его взор пал на стол, на котором лежали пачка довольно дорогих сигарет и чёрная матовая зажигалка. Найтмер протяжно вздохнул, слушаю, как братья-скелеты шепчутся. Его уже достали разговоры о нëм, хотя ему ровным счëтом должно было быть всё равно. Он решил действовать.       —Эй! Может уже поможете встать? — крикнул Найт, дабы прервать их бессмысленное перешëптывание. Всё таки лежать, хоть и на тёплом, но полу, было неприятно.       К нему в тот же момент подбежал Блу и помог встать. Он помогал Найту подниматься по лестнице, ибо ноги того были связаны. Лестница всë так же отвратительно скрипела…

***

      Время было позднее, уже стемнело. Найтмер уже успел поспать и заскучать. Он лежал в кровати и думал, чтобы ему сделать такого, чтобы разозлить Папайруса. «Долго с этими положительными эмоциями я не продержусь. Я чувствую, как становлюсь слабей с каждой минутой» — каждый раз думал Кошмар, чувствуя, как становится слабее. Он резко дëрнулся, но встать не смог. Он посмотрел на свои руки и ноги. Сказать что он был в шоке — ничего не сказать.       —Ч-что? Какого хрена, чëрт подери?! Вы что со мной сделали? — возмутился Хранитель негатива.       На его крик с небольшим скрипом открылась дверь.       —Ты чего, как резанный орëшь? — на него вопросительно посмотрел высокий скелет в оранжевом худи.       —Вы зачем меня привязали?       —Чтобы сильно не капризничал. Я вообще предлагал тебе рот заклеить, — от такого ответа у Найтмера окончательно все мысли пропали.       —С какой стати?       —А тебе что, кодекс принести? Блу, иди сюда, тут твой дружок разбушевался, — сказал Папирус, вновь затягивая сигарету. Выйдя из комнаты, он впустил в неë брата. Выдохнув, скелет скрылся за дверью. Потянуло запахом рома и вишни. Комната полностью заполнилась этим едким запахом. Хотя, признаться, в нëм было что-то хорошее.       —Найт, что случилось? — вопросил Голубика, открывая окно, чтобы этот запах выветрился.       Лëгкий свежий ветерок подул в комнату. Воздух смешался с елью и вишней. Аромат дурманил голову. Но нужно держать себя в руках, чтобы не выдать план, верно?       —Твой брат слишком груб по отношению ко мне.       —Прости его. Он волнуется за меня, но ты же ничего не сделаешь, — детский голосок с улыбкой произнëс это. Его голос был схож с колокольчиком.       —Ничего, но мне как бы неудобно лежать в таком состоянии. Да и я проголодался, — сказал Найтмер, глядя в глаза своему собеседнику. Он пытался больше расположить его к себе.       —Да, сейчас мы пойдем вниз. Только Папи должен принести ножницы, — после этих слов в комнату заходит Папайрус и отдаëт ножницы брату. — Спасибо.       —Не за что, бро. Кстати, помнишь, сегодня должен прийти Дрим.       —Господи, как я мог забыть?! Папи, помоги Найтмеру, а я-… — его снова прервали, на этот раз уже звонок в дверь, — это скорей всего он.       Блу подскочил и побежал к двери, оставив врагов наедине. Папайрус подошëл чуть ближе к кровати и начал разрезать верëвки, освобождая Найта. «Что? Дрим?! Блять, а вот об этом я не подумал… Так, сохраняй спокойствие. Не пались», — пронеслось у Негатива в черепушке.       —А я думал, ты сильней, — издевался над, и без того нервным пленником, Папирус.       —Не замолчишь — убью Блу Санса, — начал грубить ему Найт.       Конечно Старший Блуберри разозлился. «Неужели, хоть что-то из негативных эмоций», — Найтмер сел на край кровати. Они оба услышали щелчок ключей и поняли, что пора спускаться. Они одновременно сдвинулись с места и пошли к лестнице. Они уже почти спустились, как на Найта хлынули волной положительные эмоции, чуть не сбив его с ног. «Найтмер, прошу, держись. Не чувствуй эти эмоции», — молил он сам себя. Неудивительно, он находится здесь только благодаря Папайрусу, а именно его отрицательным эмоциям.       Вот они спустились. Найтмер чуть не сдал себя, ведь он изо всех сил старался не обращать внимания на скрип лестницы. Он всю дорогу делал вид брошенного пëсика, которого должно быть жаль.       Они уже стоят напротив Дрима и приветствуют его, но тут ни с того, ни с сего Найту становится не по себе. «Блин, слишком много положительных эмоций», — думал Хранитель негатива, чувствую тошнату.       Как только братья пересеклись взглядами, у обоих появилось странное чувство, что-то будто сжималось в груди. Такое ощущение, как будто душа готова выпрыгнуть в любой момент. Что душа готова разорвать плоть и сломать все кости. Это не было в их прошлую встречу.       Вдруг у Найтмера темнее в глазах, комната с бешенной скоростью начинает кружится, как и голова. Ноги подкашиваются, все окружающие звуки приглушил собой противный звон, будто задающийся по всему телу. Он разъедал слух. Что-то жгучее прикоснулось ко лбу Кошмара, расплываясь по всему телу. Тепло не обходило ни единого сантиметра оболочки. Веки утяжеляются. Становится тяжело дышать.

Падение

Сильный удар

Вскрик

Потеря сознания