15 уровней.

два мальчика, примерно одинакового роста и возраста, лет так десяти, а может двенадцати, бесшумно спускались с моста к берегу. у одного были светло-коричневые взлохмаченные волосы. они яро ворошились при ветре, а после непослушно ложились. зеленая футболка порвалась на плече еще этим утром, а шорты обвисали на нем до смеха. от падения их спасал шнурок, крепким детским узлом завязанный вокруг таза. второй был счастливым обладателем смоляных локонов. почему счастливым? просто так было принято у него в семье. дети с волосами темнее самой черной ночи сразу считались на равне с "родившимися в рубашке". но это, как ни странно, ни чуть ему не льстило. наоборот, раздражало, что во тьме он казался лысым. хотя это только он так считал. на нем сидела такая же далеко не чистая одежда, и мальчик уже смирился с ожидавшим его скандалом. они проскользили с горки камней вниз, прямо к реке. ходить туда было строго запрещено, но всем и так ясно - от запретов только больше хочется и появляется некий азарт, что ли. мальчик, что бежал впереди, постоянно спотыкаясь, но стойко перенося любые падения, уже добрался до реки, пока второй искал за что же можно ухватиться, дабы избежать такой же участи. но она его как назло не миновала и мальчик кубарем скатился прямо под ноги другу. тот залился смехом. - дурак, - брюнет встал и отряхнул пыльные шорты, хотя в этом уже не было особого смысла. - сам дурак, - мальчик обиженно поджал губы, но тут же опомнился и потянул второго за рукав к воде. - с мясом вырвешь - мама по головушке не погладит. - так тебя не погладит, а меня еще и угостит. друзья оказались почти по колено в холодной воде, периодически ойкая, когда наступали на особенно мелкие камушки. - я лучше на берег. - да ну тебя. - это тебя да ну, - и мальчик решительно направился из речки на сушу. - зануда, - второй высунул язык. - на обиженных воду возят, - крикнул он, не оборачиваясь. - а я и не обижался! весна, облаченная нежными оттенками, наступила незаметно. дождь шел непрерывно, поэтому было сложно уловить ту самую грань между ней и зимой. но, когда тучи освободили небо от своих вечных оков, все стало ясно. в прямом смысле. солнце светило безустально, радуя глаз и грея промерзшие мокрые улицы. настроение заметно улучшилось, и даже наступающие экзамены были не способны сломить дух школьников, наконец-то вдыхавших свежий воздух полной грудью. кайоши распахнул окно, смотрящее на задний двор, и выпустил скопившуюся за три месяца пыль. пару раз чихнул, досадно потер нос и взглянул на чистейший небесный простор. сегодня будет тепло. - какое твое любимое время года? мальчик задумчиво почесал затылок и смехотворно сощурил глаза. оттолкнулся правой ногой от земли и качели с глухим скрипом тронулись. туда-сюда. туда-сюда. - весна, наверное. сосед прыснул в кулак. мальчик помрачнел. - что не так? - весну только девчонки любят! он снова хихикнул. мальчик остановил качели и серьезно уставился на друга. - а разве это плохо? тот вдруг замолчал, призадумался. - нет, наверное. ясуши слегка улыбнулся, придаваясь одолевшим его воспоминаниям. кайоши всегда был таким - заносчивым, но очень доверял другу, как бы зная, что он умнее, значит всегда всё говорит правильно. парня отвлек внезапный стук в окно. он аккуратно сдвинул в бок шторы и даже не удивился. по ту сторону стекла стоял, растянувшись в улыбке, кайоши и трясся, видимо от холода. ясуши быстро открыл окно. прохладный воздух проник в комнату вслед на другом. - ты что, дверьми пользоваться совсем не умеешь? кайоши что-то пробурчал себе под нос. - кто бы говорил. - что? - не, ничего. легко перемахнув подоконник, парень оказался в доме. он него веяло холодом и табаком. - еще и одеваться по погоде не умеешь. тот лишь хмыкнул и, скинув кроссовки, умастился прямо на полу. вдруг вытащил откуда-то из-под себя листок. прищурил глаза, всматриваясь. - это твое? - он поболтал им в воздухе. ясуши взял лист бумаги. рисунок. дальше смотреть не стал и отложил вправо. - неа, ичиро наверное. слово "ичиро" парень будто неохотно выплюнул. - аа. братца твоего? количество раздраженных в комнате росло в геометрической прогрессии. ясуши редко можно было вывести, но одно лишь упоминание "брата" доводило друга до белого каления, (что все равно странно) потому его лицо исказилось, приняв выражение "лучше бы тебе заткнуться, кавамура, или я за себя не ручаюсь". - ага, как же. - и че ты его так презираешь... - ты его просто не знаешь. - а ты знаешь? - глаза кайоши мгновенно перестали излучать сарказм и сделались матовыми. друг напрягся, но через секунду это прошло и тот слова улыбнулся, - с виду тихий и мирный. - я сначала про тебя тоже так думал. ясуши шумно вздохнул и отправился на кухню. вероятность того, что за весь день, кроме сигаретного дыма, во рту кайоши ничего не побывало, была слишком высока. парень выудил из холодильника тарелку с утренними бутербродами с сыром, оставленными матерью, и сунул разогреваться в микроволновку. он был уверен, что мама будет не против. она вообще переживала за безрассудного кайоши не меньше сына. и когда ее оповестили о том, что скоро она станет практически многодетной матерью, она нахмурилась. - у меня уже трое мальчишек. кайоши всегда удивлялся - как в такую крошечную и хрупкую женщину помещалось столько любви и заботы. она словно могла полюбить целый мир, но любила только их. ясуши с характерным стуком поставил на стол тарелку, а сам сел на диван. - кайоши-сан, извольте-с подчевать. из комнаты донеслось ворчание. - прекрати использовать суффиксы, раздражает. кайоши уселся на стул, покачнулся, размещаясь поудобнее, и запустил руку в бутерброды. - будешь ковырять - отберу, - предупредил ясуши. - ты прекрасно знаешь, что меня от сыра воротит, умник. он подцепил вилкой пластинку сыра и шлепнул ее обратно в тарелку. ясуши только крякнул. - фу, что это? мальчик изумленно округлил глаза. он не верил, что бывают люди, которые не знают, что такое сыр. для достоверности поднес руку ближе к лицу друга, чуть ли не насильно впихивая злосчастный продукт в него. тот скорчился и шагнул назад. мальчик пожал плечами. - сыр. я люблю его. - выглядит ужасно! и на запах тоже! - ты просто не пробовал. друг аккуратно забрал кусок у мальчика. повертел, покрутил, стараясь как можно меньше контактировать с вонючей вещицей. бросил обратно, шмыгнув. - сам пробуй! - и буду. - а ты так его и не попробовал... кайоши остановил процесс жевания и бросил на парня озадаченный взгляд. - чего ты там бурчишь? - вкусно, спрашиваю? тот улыбнулся. - конечно! передай маме привет и спасибо. - сам передашь, - он посмотрел на часы, - она скоро вернется с магазина. кайоши вдруг вскочил, поискал взглядом кроссовки, вспомнил, что они в соседней комнате и убежал туда. вернулся обутый, довольно хмыкнул и махнул рукой. - ну уж нет, у меня еще дела, а она меня до ужина оставит, - он выпятил грудь, - скажет, мол, вон какой худющий. ясуши лениво зевнул. - и чего, пришел только за мой счет пообедать? - ага, ты же уже привык меня содержать, - кайоши оглянулся, будто за спиной могла из ниоткуда появится мама друга, - я еще забегу. завтра, - немного подумал и добавил, - а братцу скажи, что рисунок хорош, мне понравилось. он еще раз попрощался, сложив два пальца вместе и проведя ими мысленную линию от виска до направления к ясуши, и снова скрылся в комнате. послышалось, как окно открылось и хлопнуло через секунду. двери, видимо, придумали для дураков. парень бежал, задыхаясь от невозможности дышать во время движения, перепрыгивал камни и подсыхающие лужи. несмотря на жарящее солнце, было холодно, а ветер морозил еще сильнее. кайоши прижал уши к голове, чтобы хоть они согрелись. пронесся мимо знакомой кофейни, где он изредка покупал мятный чай, дабы уравновесить несправедливость этого мира. надо же - ларьков с кофе как сельдей в бочке, а чайных - поди еще отыщи. ясуши на такое оправдание привычно оставался недовольным и заявлял, что на эти деньги он мог хоть неделю питаться. хотя разве что рисом. раз в день. запыхавшись в край, кайоши остановился у красивой высотки. он скрестил пальцы, неожиданно став религиозным и молясь всем богам на свете - хоть бы сдал. глубоко вдохнул и зашел внутрь. регистрация в середине помещения радостно поприветствовала его своей огромной вывеской. кислорода стало не хватать, парень все-таки выдохнул и подошел к окошку. - добрый день. на него подняли очень злобный взгляд. кайоши даже показалось, что так сильно его никто и никогда не ненавидел. день у этой работницы, судя по всему, был далеко не добрый. а может и не только день, а вся жизнь. - вам чего, юноша? кайоши вновь взбодрился. ну хоть не напала, уже хорошо. - я хотел узнать результаты по экзаменца.. экз.. тестам. - минутку. внутри все также враждебно затрещала клавиатура и зацокала проводная мышка. - имя-фамилия. - кавамура кайоши. ой, наоборот. его опять смерили недовольством. минута тишины и ответ: - пройдите в кабинет 189. третий этаж, вдоль по коридору и вторая дверь справа. - спасибо, - он поклонился и бросился к спасительному лифту. мальчики сидели на берегу и по очереди швыряли гладкую гальку в быстротечную речку. камешки будоражили воду, рисовали круги на ее поверхности, что увеличивались и плавно исчезали в волнах. - а кем ты хочешь стать? обыденный неожиданный вопрос. казалось, что таких у ясуши была целая коллекция, и он все время вытаскивал по одному, протягивал кайоши, дожидаясь его скорейшего ответа. - не знаю. кем-нибудь, - речка снова наполнилась кругами, - важным. а ты? - а я, наверное, стану актером. брови кайоши вопросительно сдвинулись. мальчик заметил это и усмехнулся, отвечая на немой вопрос: - мне не нравится стрельба. это не мое. - сказал тот, у кого всегда первые места, а то и гран-при, - фыркнул друг. ему вручили громоздкую стопку бумаг. он пытался читать на ходу, но текст был слишком маленький. кайоши поднял голову и посмотрел на мужчину за столом, который не отрываясь продолжал что-то делать в ноутбуке. - что это? - то, за чем ты пришел. можешь быть свободен. парень все еще ничего не понимал, но на всякий случай кивнул - та, снизу, не накинулась, а этот может. он и выглядит более угрожающе. боясь вновь поймать гневный взгляд, кайоши развернулся на 180° и вышел из кабинета. спустился в лифте на первый этаж, все еще впиваясь глазами в бумаги. открыл дверь из здания и сел на скамейку поблизости. еще раз вздохнул. ну, была не была. он резко перевернул начальную страницу и уставился на написанное. характеристику, описание заданий - базовые, повышенной сложности и прочее он пропустил, ища нужные строчки. нашел. на самом краю листа приятным на вид шрифтом было напечатано - кайоши кавамура, 184б/200б, положительно, принят. он принят. принят в университет своей мечты. парень в порывах эмоций чуть ли не сжал в руках заветный документ. все. осталось только сдать школьные выпускные и он сможет отправится в токио. в токио к родителям.