легенды

      Респиратор Ханзо сделан из тяжелого металла. Придерживая его, качая в руках, как младенца или драгоценность, испытываешь громоздкость. Наверное, маска оседает на лице кандалами, разменной ношей, о которой не просили, но с которой смирились. Мифуне помнит вечной памятью, как через гудеж боли и онемения сочился рассказ:       “Знаешь, чего боюсь я, Ханзо Саламандра?“       Себя боится Ханзо Саламандра.       Того, что с ним сделали. Во что превратили, вынудив жить жизнь клацающего зверя. От которого только и ждешь смертоносного броска, жуткой плотоядности и зрачкового укора. Маска эта — шкура погибшего в справедливом бою человека. Не зверя вовсе.       Маска — не трофей и даже не памятная вещь. Мифуне не может присвоить чужую боль, найти в ней красоту или отдушину для любви. Поступать так нечестно по отношению к Ханзо, который мучился, нося на себе намордник из страха и неутомимой опаски.       Самурай только прижимает металл маски к грудным пластинам, и звякающий звук глухо кашляет в воздух. Мифуне пытается слиться с печалью и страданием, с выветрившимся дыханием покойника, смыкая веки. В темноте слепленных глаз видится широчайшее зимнее поле, высоко-тонкая вишня и надгробие. Ухоженное, достойное настоящего и признанного воина — в таких спят предыдущие правители страны Железа.       И Ханзо будет.       А под коротким хайку, избранным Мифуне в ночи, будет зарыта маска властителя Амегакуре.