Уничтожение

— Подумай перед тем, как говорить кому-то о своих чувствах. Подумай перед тем, как показывать кому-то свои переживания. Стань менее восприимчивым человеком. То, что ты испытываешь сейчас — нормально. Люди не стоят твоих нервов. Не поддавайся людям и всему, что тебе говорят. Живи ради себя, а не ради других. Запомни эти слова и только теперь переключайся на следующего человека в списке. Подстава, подготовленная Кайли вертелась в головах девяти человек, не давая свободы. Все знали, что новый день будет принадлежать Нэнси Беннет. Нэнси Беннет — девушка, про которую вряд ли кто-то много знает. Всем известно лишь о том, что она немного странная. Она может странно разговаривать, смотреть, ходить. Не похоже, будто бы она запугана. Скорее имеет какие-то проблемы с головой. Её внешний вид всегда опрятен. Деловой костюм, чего не требует наша школа, убранные чёрные волосы. Быть может, причина крылась в её семье. Как мне известно, у неё полная семья, два младших и один старший брат. Они очень религиозны и строги. Вряд ли в их семье царит любовь. Девушка обладала хорошими внешними данными. Восточная внешность, смуглая кожа, большие карие глаза, густые ресницы, пропорциональное тело не очень высокого роста. Ей хотелось быть кем-то другим, а не тем, кем она являлась. Хотела быть умнее, красивее, нужнее. Нэнси мечтала подружиться с кем-то типо Арии, Хорхе, или «знаменитой» Мэделин Брейкхарт. Мы не были подругами, но общались при скверных обстоятельствах, что вообще-то её устраивало. Вряд ли ей удастся поддерживать общение с кем-либо из тех, с кем она хотела дружить. Разные интересы, характеры, манера поведения. Поэтому она и хотела стать другим человеком. Поскольку это невозможно, она занималась школьным журналом, организовывала множество мероприятий и активно участвовала в жизни школы. Друзей у неё было немного, хотя она была очень доброй. Вспомнить только случай, когда она пыталась помочь Джессике, хоть они совсем не общались. Но какой бы не был твой внутренний мир, характер и настрой, список Кайли тебя не пощадит. Наверное, именно с Нэнси и начались самые худшие дни из всех.

***

Я не спала всю ночь. Да, я явилась к Генри, но нет, не спала я не из-за него. Мы провели вместе не больше трёх часов. Никогда раньше он не говорил мне быть сильной не смотря ни на что столько, сколько за этот вечер. И, наверняка, я могла остаться, но не могла. У Генри много мыслей о других волнующих вещах, да и я не могу оставаться в этом доме. Последний раз когда я ночевала здесь, Кайли спала в соседней комнате. Как только она уснула, я незаметно ушла к Генри, не в силах оставаться за стенкой. А когда проснулась, думала, что она пораньше ушла в школу, и наверное считала, что я тоже ушла, не решаясь её разбудить. Но нет, по какой-то причине она вышла из дома и пошла к холмам, с которых открывается замечательный вид на город. Именно там кто-то убил её, выстрелив сначала в лёгкое, потом в голову. Так рассказал мне её брат. Список был в крови из-за того, что она держала его в руках. Скорее всего просто читала. Мне хотелось надеяться, что в её мыслях было порвать этот список или же выкинуть на ветер, чтобы он летал по воздуху, перед тем как пропасть. После долгих разговоров я вернулась домой. В большинстве домов уже не горел свет, но в доме Джессики и в комнате Флинна горел. Я прошла мимо этих домов, и вскоре оказалась в своей комнате. Но мне было не до сна. Я наплевала на домашние задания, на очередные рисунки, которые должна вовремя сдать и даже на сообщения, пришедшие мне от нескольких людей, которым вероятно, хотелось узнать как я после матча. Это так странно, ведь пострадали Элисон и Нэнси, а я не имею к этому никакого отношения. Я даже не понимала, кому в эти дни сложнее. Я помню, как закончился дождь, оставляя всё вокруг мокрым и усиливая все запахи природы. Как солнце начало залезать в мою комнату, и я сразу же задвинула занавески. Все мои мысли были зациклены на пунктах. Совсем скоро день Нэнси, после него Ариа, и я. Тревога нарастала и мешала жизни. В семь утра я сходила в душ, постояв около получаса под ледяной водой, пока моя кожа не начала становиться бледнее. Завернувшись в полотенце, я дошла до комнаты, и услышала рёв мотора, означающий что родители уехали на работу. Встав перед зеркалом, я мысленно сказала себе, что нужно вести себя как обычно, а не так, будто бы ты подавлен. Натянув голубые джинсы и футболку, я накинула чёрную кофту с капюшоном. И вот, я оказалась на территории школы. Припарковав свою машину на месте под большим ветвистым деревом, я закинула старый рюкзак на плечо, и открыла зеркало, чтобы сделать макияж. Находиться в собственном доме становилось сложнее с каждым днём, на психологическом уровне. Не успела я закрыть зеркало, как в моё окно кто-то постучал. От неожиданности я чуть ли не вздрогнула, что уже было мне не свойственно. Повернувшись, я увидела Арию. Она растянула блестящие губы в улыбке, и откинула назад тёмные завитые волосы. Жестом я показала ей, чтобы она отошла от двери, и только после этого смогла выбраться из машины. — Ты сегодня достаточно рано. Как ты успеваешь завтракать? — поинтересовалась она, перекладывая сумку из одной руки в другую. — Я не завтракаю. — ответила я, натягивая капюшон. — Так вот в чём секрет твоей стройности. — тоскливо вздохнула она. — А на обедах ты пьёшь воду и перекусываешь какой-то мелочью. Когда ты ешь? — Стройности? — поморщилась я. Мы преодолели расстояние до школы в молчании. Я могу только мечтать об идеальной фигуре, потому что даже если пропускаю приёмы пищи, не сбрасываю веса. И иногда я зависаю возле зеркала, рассматривая себя и понимая, как много всего хотелось бы переделать. А тут заявляется Бейкер, и начинает что-то говорить о моей фигуре. — Знаешь, приходи как-нибудь ко мне в гости. У меня всегда отменные завтраки. Блины, сырники, овсянка… — перечисляла она. — Боже, что это? — не переставала удивляться я, рассматривая всю школу и людей так, будто бы всё как всегда нормально. Но сейчас я видела намного больше. Нам на встречу шёл Ксавье. Он был одет в обычные чёрные джинсы и чёрную футболку, что вовсе ему не свойственно. Руки плотно сжимали лямки рюкзака, а в ушах наушники. Парню не было до нас дела, но другим парням до него было. — Чёртов педик! — крикнул кто-то, бросая в него скомканной бумажкой. Это был кто-то из футбольной команды. И это их мы должны поддерживать во время матча? Ксавье наконец поднял на нас глаза, посмотрев усталым взглядом и проходя дальше. Возле своего шкафчика стояла Элисон. Рядом с ней не было Уэсли. В руке она держала кофе, и при виде нас улыбнулась, махая рукой, и уходя куда-то, будто бы на самом деле не хочет видеть. Но она слишком вежлива, чтобы как-то показать это. — Я поняла. Ты ищешь утешение, потому что ты восьмая. — догадалась я. — От части. Любой день может стать днём Нэнси, а после её дня будет мой. И знаешь, у меня достаточно много секретов. — призналась Ариа, и мы остановились возле её шкафчика. — Дай угадаю, вторая часть — желание хотя бы на какое-то время забыть об этом дерьме и счастливо провести время? — попыталась я. — Именно так, Холмс. — протянула она довольно, и убирая какую-то косметичку в ящик. — Боюсь у нас больше общего, чем я думала. Я проигнорировала её меткое замечание, отвлекаясь на объявление директора, которое сейчас должно было прозвучать после сигнала. Но мне не удалось сделать этого, потому что к нам подлетела женщина, занимающая должность заместителя директора, и схватила под руки. — В кабинет миссис Кинг. Сейчас же. — гавкнула она, уводя нас туда, разумеется, привлекая внимание. Обрывками я слышала фамилии учеников, которые должны зайти в кабинет. Если они услышат, вряд ли их будут тащить так, как тащили нас. Снова оказавшись в кабинете, я услышала крики. И возмущалась девушка, которую я не могла представить в подобной ситуации. — Люди страдают, а вы даже не замечаете этого! Сидя в кресле, в опрятном кабинете, вы пропускаете, как некоторым ученикам ломают жизни. Как наш ними издеваются, смотрят им вслед и желают всего самого худшего и грязного! — восклицала она. — Успокойтесь и расскажите мне в чём дело, мисс Мёрфи. — пыталась унять свою нервозность миссис Кинг. — Список, который вы нам показали. Вы в курсе что это такое? — спросила Джессика. Директор лишь смотрела на неё глазами полными усталости и непонимания. — Это план уничтожения. — выдала я, делая шаг вперёд, и вставая рядом с Джессикой. — Кто-то идёт по этому списку, уничтожая нас. Людей, занесённых в список. По порядку, по пунктам. — Что это значит? — нахмурила тонкие брови миссис Кинг, которая кажется поняла, что в Портисхэде есть какая-та проблема. В кабинете появились и Джиа с Ксавье, которых, видимо, тоже отловили в школьном коридоре. — Это значит, что Кайли знала секреты каждого из списка, в который мы даже не вписывали свои имена. Она передала кому-то информацию, и этот кто-то рассылает информацию о нас. Это ужасно нервирует, знаете ли. Доводит людей до срывов и истерик. Но вы ведь даже не знаете, что происходит это всё вторую неделю. — продолжала Джессика. — Джессика, ты предлагаешь позвонить родителям, полиции, и разобраться в этом? — вмешалась заместительница. — Не нужно сюда вмешивать родителей. Им то что? — вырвалось из меня, но потом я поняла, что некоторым повезло с родителями чуть больше моего. — Мэделин права. Не будем делать всемирную трагедию. — согласилась со мной директор, поджимая губы, и вставая с кресла. Она сделала несколько шагов на тонких каблуках, останавливаясь возле окна, и внимательно смотря на него. — Если это кто-то из учеников, разберёмся в школе. Не волнуйтесь. — Уже поздно волноваться. Большинство людей из списка пострадали. И остались трое. — вмешалась Ариа. — Может, мы разберёмся раньше и поможем последним? — понадеялась заместительница, вызывая у меня нервный смешок. — Не успеете. — заверила я. — У этих людей или человека нет точной тактики. Письма приходят либо каждый день, либо с перерывами. Их не бывает по выходным. — разъяснила Джиа. — Сколько нужно времени, чтобы найти одного среди нескольких сотен? — Неделя, может больше. — ответила ей миссис Кинг. — Боюсь, у вас и недели нет. — покачала головой Джессика. Кабинет погрузился в молчание. Какое-то время директор просто думала о том, что мы ей только что повествовали. Ей было сложно смириться с этим, но всё равно не так, как нам. Она не имела прямого отношения к этому списку. — Идите на свои уроки, я организую каждому из списка встречу с психологом и мы все придём сюда. Вас вызовут. Это никак не помешает учебному процессу. — выдала она. Я никогда не была так разочарована в нашей школе. Наши жизни портят, а нас просто посылают к школьному психологу, который толком и не поможет нам? Развернувшись, я ушла из кабинета на первый урок, еле выдержав его. Сразу, на перемене, мне пришло сообщение. Я достала телефон, прислонившись к стене. Снова на почту. Значит, сегодня настал день Нэнси. Вспомнив её вчерашнюю истерику, я даже побоялась представить, что там будет. Но открыв письмо, я увидела видео. Ругнувшись, я прислонилась лбом к стене, вставляя в уши наушники, и запуская видео. Сначала снова чёрный фон. Но потом он начал медленно рассеиваться, и появилась очень размытая картинка, в которой можно было разглядеть то, что не хотелось видеть. Было ясно, что снимают из-за окна, но так, что была видна кровать. Я не знала кому она принадлежала, но это не имело значения. На ней на четвереньках стояла Нэнси. Волосы распущены, и ещё длиннее, чем я думала. Они в жутком беспорядке, и мужская рука, наматывает их на кулак. Девушка начинает кричать, но ей быстро чём-то затыкают рот. А потом мужчина спускает брюки, пристраиваясь сзади неё. И ужасные вопли и стоны, принадлежащие Нэнси. Ей очень больно. Она не может выбраться и уйти. Ей не нравиться то, что происходит. Мужчина, чьего лица не видно так хладнокровен, что делает ей лишь больнее. А крики всё страшнее. Мне начинало казаться, что они исходят от меня и раздаются повсюду. В горле встал ком, который было невозможно проглотить. Мне хотелось выключить телефон, но я не могла отвести взгляд. Я просто пялилась на то, что происходит, пока не поняла, что снова отключаюсь от реальности. Это было так жестоко, что мне казалось, попадает частичка моей человечности, и я превращаюсь в куклу. Так жутко и больно… Спустя четыре минуты мужчина исчезает из кадра, толкая Нэнси. Она сжимается в комок на постели, продолжая протяжно стонать. А после видео заканчивается, и я убираю телефон куда подальше. В горле пересохло. Неизвестно сколько Нэнси лежала так, и помогли ли ей. Неизвестно кто это был, но ясно лишь то, что это изнасилование. Кто-то сделал Нэнси очень плохо и сделал её такой, какая она есть. Её истерика сразу стала мне понятна. Она кричала и отодвигалась от людей, потому что перед глазами у неё стоял тот случай. И прямо сейчас где-то рядом со мной была Нэнси, которой нужна поддержка как никогда раньше. На моё плечо приземлилась чья-то рука. Я обернулась, и увидела Хорхе, что меня поразило. — Тебя выпустили? — удивилась я, убирая наушники. — Моя любимая ученица этой школы… — сладко проговорил он. — Я тоже рад тебя видеть. Меня выпустили, потому что не смогли ни в чём достойно обвинить. Там всё сложно. Вряд ли тебе интересно это слушать. — Тебе нехорошо? — спросил Флинн, который стоял рядом, и очень внимательно рассматривал меня. Я вопросительно посмотрела на него, но потом поняла, что он имеет ввиду. Это чёртово видео вызывает ужасное отвращение и ощущение потерянности, которое скорее всего отражается на внешнем виде. Я выпрямила спину, поправляя волосы. — Просто не выспалась. Вы видели письмо Нэнси? — перевела тему я, на ту, которая действительно волновала меня. Мой взгляд метался от одного парня к другому. Флинн смотрел на меня будто бы виновато и подавлено. Он видел это видео. И Хорхе скорее всего тоже. — Нужно найти Нэнси. Дерьмо, все вокруг смотрят это видео! — воскликнула я, отталкивая от себя парней, и освобождая проход. Но кажется они направились за мной. — Что уставились в свои мониторы?! Вырубите это грёбанное видео и зайдите на нормальный порно сайт, больные ублюдки! Хорхе начал буквально носиться по коридору, запугивая учеников, и буквально заставляя их убирать свои телефоны. Под эти крики и визги я направилась к месту, где скорее всего находилась. Мы с Флинном буквально ворвались в каморку, где разрабатывали журналы. Фоули вбежал первым, и буквально вытолкнул меня из комнаты, пряча у себя за спиной. Через пару мгновений он забежал в комнату, открывая мне вид. Нэнси стояла с какой-то банкой в руках и с горсткой белых таблеток в руке. По виде нас она быстро засыпала их в рот. Я понятия не имела что это, но скорее всего ничем хорошим это не закончится. Новенький скинул рюкзак с плеч, начиная медленно подходить к Нэнси. Но через несколько мгновений её тело будто бы стало ватным, и она начала падать. Парень вовремя поймал её, и быстро положил к себе на руки, поднимаясь. — Святые угодники что здесь твориться?! — воскликнул Хорхе. — Зачем я вернулся в эту школу? Я резко оттолкнула парня, и сама вышла из проёма, потому что Флинн уже нёс куда-то Нэнси. Скорее всего из путь лежал в медпункт. Девушка была ещё в сознании, но будто бы слабела с каждой минутой всё сильнее. Она лишь бросила короткую фразу: «Это дядя». По пути нам встретилась директриса. — Я же говорила вы не успеете! — истерично прокричала я. — Что с ней? — среагировала миссис Кинг. — Она выпила какие-то таблетки. Очень много. Они в каморке, где работает над журналом. — сообщил Флинн. Десятки людей расступались, при виде того, что сейчас происходит. Я благодарила вселенную за то, что никто не начал снимать это. У медицинского пункта нас с Хорхе естественно остановили. Я начала набирать сообщения тем, кто имел отношение ко всему этому. Через пару минут все собрались возле кабинета врача и дождались, когда оттуда выйдет Флинн. — Они вызвали скорую. Сейчас за ней приедут. — сообщил он, буквально выдавливая из себя эти слова. — Нам нужно ехать с ними. — выдала Элисон. — Мы не можем оставить её. Она одна из нас. — Она права. — кивнула Джессика. В тот момент как она попала в больницу, никто об этом не знал и не мог прийти к ней. Возможно, она хотела чтобы это не повторилось с Нэнси, потому что та пыталась помочь Джессике. — Сейчас тут не до нас. Нужно выехать за территорию школы. Потом все вместе поедем за машиной скорой. — предложил Ксавье. — Тогда пора убираться. — согласилась я, и мы направились на выход из школы. Оказавшись на свободе, мы начали рассаживаться по машинам. По традиции, я оказалась в одной машине с Флинном. Он сел за руль, а я на переднее сидение. Он завёл машину, кладя трясущие руки на руль, и сжимая его. — Я могу повести машину, если ты не можешь. — сообщила я. Он повернулся на меня, смотря с таким ужасом и болью в глазах, что я застыла. — Я думал, она просто вырубиться на моих руках. Или умрёт. — выдал он. — Господи, Фоули.— вздохнула я, качая головой. — Иди сюда. Закусив губу, я потянулась к парню, прижимая его к себе. Вроде бы так поддерживают людей, когда им плохо. Флинн очень крепко обхватил меня. Также, как и я Генри этой ночью. И кажется, я понимала парня. Я впервые понимала кого-то так чётко. В течении минуты мы сидели так, пока не услышали, что у скорой помощи выключилась сирена, и машина поехала прочь от школы. Четыре машины поехали вслед за ней, и одна из них была наша. Я прижалась к холодному стеклу, пытаясь вернуть себе спокойствие. Дорога казалась бесконечной. Мы ехали до главной больницы целую вечность. Но потом припарковались и вышли на улицу, следуя за людьми, увозящими Нэнси на каталке. Она была без создания. Возле неё держали какой-то аппарат. Это означало что всё плохо. Что всё очень и очень плохо. Не знаю как, но мы пробрались в больницу и никто нас не остановил. И мы сидели. Вместо уроков и психолога мы сидели на диванах. Приехали родители Нэнси, которых пустили к ней, но мы так и сидели. Кажется, никто из них не был против, что мы все находимся здесь. Часы в приёмном покое неприятно тикали, Элисон ходила туда сюда, Ариа сидела со своим термосом полным алкоголя, а Хорхе крутил в руках пачку с сигаретами. Потом он внезапно поднялся на ноги и ушёл куда-то. Скорее всего ему срочно нужно было перекурить. Мы с Флинном заняли один из диванов, и молча наблюдали за остальными. Мне удалось немного успокоиться из-за того, что мы находились в самом безопасном месте. И как всегда, я сохраняла лицо. Я казалась самым невозмутимым человеком на свете. Но Флинн чувствовал себя иначе. Он, кажется, в действительности решил, что Нэнси может умереть у него на руках. Мне хотелось верить, что эти таблетки не были такими опасными и она приняла не так уж много. — Вы с Хорхе друзья? — внезапно спросил он, поворачиваясь ко мне. — В каком-то смысле. — кивнула я. — Будь осторожна. — посоветовал он. — Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась я. — Просто будь осторожна и всё на этом. — отрезал Фоули. — Нет уж, новенький, начал, так заканчивай. Что с Диазом не так? — требовательно сказала я, хватая Флинна за руку и концентрируя его взгляд на себе. Он явно ломался. Внутри его шла непонятная борьба. Сначала он сжал мою руку в ответ, но потом расслабил мышцы так, что прикосновение стало очень осторожным и бережным. — У него есть цель. Скакать вокруг кого-то, а потом затаскивать в постель. Он хочет и с тобой так поступить. — ответил он. — С чего ты взял? — возмутилась я. — Он обсуждал это со мной, Ароном и Ксавье. Мы вроде дружим. — ответил Флинн. — Это так мерзко. Тем более сейчас. Господи, обязательно говорить об этом в таких обстоятельствах? — простонала я, откидываясь на спинку дивана. — И какое тебе дело, Фоули? — Просто не хочу чтобы ты попалась и это произошло с тобой, ясно? — отвернулся он. Я кивнула, хотя он этого и не видел. Мой взгляд упал на наши руки, которые мы ещё держим. Я высвободила свою руку, убирая её в карман кофты. Это заставило его повернуться и вопросительно посмотреть на меня. — Чтобы ты там себе не надумал, выброси это из головы. — резко сказала я. — Что? — нахмурился парень. — Ты о чём? Почему? Кажется моё хорошее расположение плохо отражается на людях. Проявление дружелюбие воспринимается как что-то романтическое, чего мне не нужно было вовсе. Огромная удача, что это всё произошло не посреди школы, где может быть Генри. И я могу сказать всё Флинну прямо, потому что кажется, наша дружба не туда зашла. — Потому что я не могу. — ответила я. — Не можешь? — Да, Фоули, именно так я и сказала! — воскликнула я, привлекая внимание некоторых сидящих. Разгорающийся конфликт остановило появление родителей Нэнси, которые выглядели очень угрюмо. Они держались рядом, медленно осматривая нас. Джиа вскочила со своего места, поправляя одежду и появляясь перед взрослыми. — Мистер Беннет, миссис Беннет. Я Джиа Уэй. Как Нэнси? — спросила она максимально спокойно и вежливо. Миссис Беннет задрала подбородок, беря своего мужа под руку. По её щеке скатилась крупная, блестящая слеза. Она разомкнула губы, накрашенные тёмно-фиолетовой помадой, чтобы что-то сказать, но не смогла. Сжав их, она лишь покачала головой. Мышцы моего тела напряглись, и я вскочила с дивана, пытаясь понять что это значит. Казалось, будто бы я одна не понимаю что тут происходит. — Она... — начала Элисон, сдерживая дрожь в теле. — Мертва. — твёрдо сказала мистер Беннет. Мои ноги чуть ли не подкосились и я сделала шаг назад, врезаясь во Флинна, стоящего возле меня. Нэнси мертва. Она умерла от того, что не смогла выдержать то, что её секрет раскрыли. Она не смогла смириться с тем, что вся школа узнала о том, что её изнасиловали. И по видимому, её изнасиловал дядя, раз уж она пробормотала эту фразу. А Элисон знала это. Спелман было известно о том, что произошло с Нэнси, хотя я и понятия не имела откуда. Невозможно догадаться, как посторонний человек мог узнать об этом! И теперь Нэнси не было. В этой истории никто толком не разберётся. В приёмной послышались всхлипы, принадлежащие Элисон и Джессике. Я повернула голову на дверь, из которой вышли родители Нэнси, смотря куда-то в пустоту. Всё же я не смогла помочь ей. Даже врачи не смогли. Через долгие десять минут мы вышли из больницы, организовывая небольшой круг. Среди нас не было ни одного счастливого лица и ни одного человека, который бы не сожалел, хотя никто и не был близок с девушкой. Это была вторая смерть за две недели, и если честно, это ужасно странно. — Мы должны во всём этом разобраться. — покачала головой Элисон. — Это всё список Кайли. Мы должны узнать, кто стоит за всем этим. Кто рассылает все эти письма. — проговорила Джессика, скрещивая руки на груди. — У меня есть одна мысль. — привлёк внимание Ксавье. — Это покажется немного странным, но может это мистер Лэнгдон? — Это не так. — резко сказала я, слегка не рассчитав интонацию. — А может быть и так. Он её брат и школьный учитель, миледи. — спорил Ксавье. — У него есть доступ к почтам учеников и разного рода информации. Они могли составлять список вместе. — продолжила мысль Джессика. — Именно. У мистера Лэнгдона есть наши работы, а значит наши имена, написанные нашим почерком, на тестах, к примеру. — поддержала Джиа. — Мистер Лэнгдон не может! — продолжала я. — Зачем ему это? Он похож на человека, который будет заниматься этим? — С этим мы и разберёмся. Нужно как-то узнать, может ли это быть он. — задумчиво проговорила Элисон. — Никто ничего не утверждает. — Почему тебя это так заводит? — с любопытством спросил Хорхе, внимательно осматривая меня. — Кайли была моей подругой. Очевидно, я иногда виделась с мистером Лэнгдоном вне школы. Он бы никогда не пошёл против своих же учеников. — объяснила я. — Даже ради младшей сестры? — хмыкнула Ариа. Я не могла поверить, что они считают Генри виновным. Я знаю его лучше, чем кто-либо из стоящих здесь. Он бы никогда так себя не повёл. А если и повёл, то должна быть какая-то ужасная причина. В нашей жизни сейчас очень много всего ужасного, так что возможно, такая теория имеет место быть. Я не могу поверить, что вообще допускаю такие мысли! Однако только я могла проверить это. Только в могла узнать, кто ответственный за смерть Кайли, список, смерть Нэнси и прочее дерьмо. — Я могу проверить это. — вздохнула я. — Как? — спросила Ариа. — Не могу пока что сказать. Просто поверьте мне. Это сработает. — заверила их я. — Почему ты так уверена в этом? — насторожился Хорхе. — Бог любит меня. Но я всё равно дружу с дьяволом.