Змеиное сердце

      — Кара, давай быстрее, опоздаем ведь!       Девушка невысокого роста обернулась на голос отца и, кивнув в знак согласия, вскочила с кровати, закидывая последнюю мелочь в общий багаж. Подхватив чемодан, Кара поспешила выйти из комнаты, выслушивая тираду отца о том, какая же она копуша. Мистер Мэйсон с единственной дочерью спустились на первый этаж старинного поместья и, трансгрессировав на вокзал, прошли на платформу 9¾.       — Пап, перестань уже ворчать, как старый дед! — улыбнулась Кара, легонько толкнув отца в бок.       В следующий момент Хогвартс-Экспресс издал первый гудок, означающий лишь одно: скоро все студенты снова отправятся в школу.       — Я побежала, люблю тебя!       Чмокнув отца в колючую щеку, Кара подхватила свои вещи и запрыгнула в вагон.       — Каждый год одно и то же, — буркнула себе под нос юная Мэйсон.       Кара поспешила найти друзей, мельком заглядывая в каждое купе через окно. Через пару минут блужданий она, наконец, заметила знакомые лица и, искренне улыбнувшись, распахнула дверь с громким стуком.       — Ребята!       — Кара! — хором воскликнуло Золотое Трио и кинулось обнимать давнюю подругу.       — Я так скучала по вам, вы не представляете! Рон, Гарри, вы ведь получали мои письма? — усевшись рядом с Гермионой, стала тараторить Мэйсон. — А ты, Герми?       За оживленной беседой четверо друзей не заметили, как прошли отведенные до отъезда десять минут, и поезд тронулся. Пасхальные каникулы длились всего неделю, но Кара действительно успела соскучиться по ребятам, поэтому выплескивала свои эмоции в постоянных расспросах.       — Как там Малфой? На каникулах были приемы? — с явной неприязнью спросила Грейнджер, с интересом рассматривая вмиг изменившееся лицо подруги.       Малфой. За все шестнадцать лет жизни он успел порядком надоесть Каре, которая, помимо учебы с ним в одной школе, встречалась с его помешанной семьей на светских приемах в свободное от учебы время, так как Стефан Мэйсон тесно дружил с Люциусом Малфоем. Перед родителями Драко и Каре приходилось играть крепкую дружбу, но, стоило им остаться наедине, эти двое тут же начинали поливать друг друга грязью, обзываясь последними словами.       Эти Пасхальные каникулы не стали для них исключением.       — Не спрашивай. За эту неделю было два очередных раута, и, как всегда, для меня они прошли просто отвратительно, — с нескрываемым раздражением ответила девушка, и Золотое Трио сочувственно улыбнулось.       — Кстати, вы ведь помните, что скоро будет перераспределение? — спросила Гермиона, и ребята кивнули в знак согласия. — Надеюсь, шляпа не изменит своего решения и снова отправит нас на Гриффиндор.       — Не переживай, Гермиона. Это лишь очередной напускной шаг, — задумчиво произнесла Мэйсон. — На недавнем приеме я слышала разговор отца с коллегой из Министерства. Они всеми силами пытаются сместить профессора Дамблдора с поста директора, вот и прилетают все время в Хогвартс с тупыми проверками. В этот раз, видите ли, они решили убедиться, правильно ли шляпа распределяет студентов по факультетам.       — Но, Кара... — неуверенно начал Уизли. — Твой отец ведь учился на Слизерине.       — Не боишься, что тебя перераспределят именно туда? — закончил его мысль Поттер.       — Спасибо за беспокойство, ребята, но я уверена, что все останется на своих местах, — дружелюбно улыбнулась Кара.       В следующую секунду дверь в купе резко отворилась, заставив четверку вздрогнуть и, прервав свой разговор, обернуться в сторону звука.       — Так-так-так... — в своей привычной манере протянул вошедший Драко, окидывая присутствующих насмешливым взглядом. — А вот и наше отребье. Знаменитый Поттер, бедняк Уизли, грязнокровка Грейнджер и...        Он вдруг остановился, переводя взгляд на Кару.       — Бедолага Мэйсон, которая таскается всюду с этими отбросами.       — Не беси меня, Малфой, — встав со своего места, прорычала Кара. — Сейчас же вышел отсюда и закрыл дверь с той стороны.       Мэйсон встала прямо напротив Драко, который был намного выше нее, а их убийственные взгляды сцепились в схватке не на жизнь, а на смерть.       — Интересно, что бы сказал твой отец, если бы узнал, что ты общаешься с грязновкровками? — насмешливо произнес юноша, смотря на девушку сверху вниз.       — О, не переживай на этот счет, — ухмыльнулась Кара, скрестив руки на груди. — В отличие от вас, мы с отцом не помешаны на чистоте крови.       В следующую секунду весь ее вид снова стал убийственно-холодным.        — Повторять не буду: вышел отсюда.       Драко лишь хмыкнул и с издевкой спросил, что же она ему сделает, если он не послушается.       — Так хочешь знать?       Кара с силой толкнула Драко в грудь, отчего тот, не успев среагировать, вылетел из купе ребят, столкнувшись с дверью напротив. Мэйсон, не теряя времени, потянула дверь в сторону и, увидев в окно, как Драко поспешно встает с пола, заперла ее на щеколду. В Хогвартс-Экспрессе нельзя было воспользоваться Алохоморой, поэтому этому олуху оставалось лишь бить по толстому стеклу и кричать оскорбительные слова в сторону четверки. Мэйсон встала прямо напротив окна и с победным видом наблюдала за тем, как белобрысый недоумок бьется в попытках открыть дверь.       — Я убью тебя, Мэйсон! — кричал он, но Кара лишь издевательски поднесла ухо в окну, мол, извини, не расслышала.       Оскорбленный Малфой, кинув последний уничтожающий взгляд и поправив черный пиджак, развернулся и зашагал в сторону своего купе.       — Ненавижу, — злобно сказала девушка, плюхаясь на свое место.       — Успокойся, Кара, — серьезно произнесла Грейнджер. — Ненависть – слишком сильное чувство для такого человека, как Малфой.

***

      Следующие несколько дней прошли для Кары, как в тумане: прибытие в Хогвартс, распаковка вещей, собрание в Большом зале, вечные нападки слизеринцев и бесконечно долгие уроки. В принципе, все как обычно.       На третий день после приезда во время обеда профессор Дамблдор оповестил всех студентов о том, что завтра в это же время прибудут люди из Министерства магии и начнется перераспределение.       — Напоминаю, что на данном мероприятии должны присутствовать абсолютно все студенты. Отсутствие будет очень строго наказываться.       В конце дня ребята решили собраться в гостиной Гриффиндора и поиграть в настольные игры. Ближе к назначенному времени Кара возвращалась из библиотеки с толстенной книгой по Травологии. Мысленно прикидывая количество заданного домашнего задания, Кара все больше хмурилась с каждой секундой. Преподаватели будто с ума посходили, ей богу! Преодолев очередной поворот, Кара подняла голову и заметила худощавую фигуру в неизменной черной мантии. Драко стоял к ней вполоборота и рассматривал падающие за окном крупные капли весеннего дождя. Услышав знакомый стук невысоких каблуков, Малфой обернулся на звук и, как и ожидал, увидел знакомое лицо. Два взгляда встретились всего на секунду, и Мэйсон, гордо встрепенувшись, пошагала дальше, демонстративно игнорируя Малфоя.       — Завтра ты перейдешь к нам, — уверенно кинул блондин ей вслед, заставив девушку обернуться в недоумении.       — Ты сам себя слышишь, Малфой? — с нескрываемым отвращением спросила Кара, не сокращая между ними расстояние в несколько метров.       — Как бы ты ни отрицала, я уверен, что тебя распределят на Слизерин.       — И откуда же такая уверенность? — с опаской поинтересовалась девушка, начав медленно, будто специально растягивая свои шаги, подходить к Драко.       — Придет время, и ты сама все поймешь.       За весь диалог ни один мускул на лице Драко не дрогнул. Он действительно был уверен в своих словах. Кара молчала. Молчала до тех пор, пока громкий стук каблуков не стих совсем; пока она не подошла к Малфою практически вплотную и не заглянула ему прямо в глаза.       — Я лучше уйду из Хогвартса, чем переметнусь на ваш змеиный факультет, — тихо, с нескрываемой злобой в голосе процедила Кара.       Изящно расправив шлейф длинной мантии с красно-желтой нашивкой Гриффиндора, Мэйсон пошла прочь из коридора, оставляя Малфоя, который не спускал с нее глаз до самого поворота, в гордом одиночестве.

***

      На следующий день Кара проснулась поздно, чуть не опоздав на первый урок у профессора Снейпа. Всю ночь девушка обдумывала слова Малфоя-младшего, из-за чего смогла уснуть лишь ближе к рассвету.       — Черта с два я перейду на Слизерин, — ворчала про себя Мэйсон, спешно шагая в сторону подземелий.       Войдя в кабинет Зельеварения, девушка окинула помещение пустым взглядом: весь пятый курс гриффиндорцев и слизеринцев был как обычно в сборе. До начала урока оставалось менее десяти минут, поэтому нужно было действовать быстро. Отыскав глазами Малфоя в окружении своей неизменной свиты, Кара решительно двинулась в его сторону.       — Малфой, — подойдя достаточно близко, чтобы он смог ее услышать, позвала девушка.       Драко повернулся в сторону знакомого голоса и удивленно вскинул брови.       — На пару слов.       — Чтобы Кара Мэйсон, да обращалась ко мне? Сегодня красный снег пойдет? — в издевательской манере спросил Драко, не спеша поднимаясь со своего места.       Кара же не разделила его настроя и, наградив его убийственным взглядом, повторила свои последние слова, в следующее мгновение направляясь в сторону выхода из кабинета. Малфой, проводив девушку заинтересованным взглядом, загадочно хмыкнул и последовал ее примеру.       — Ну и? Что ты хотела?       Естественно, Драко сразу догадался о чем пойдет речь, но не мог упустить прекрасную возможность поиздеваться над этой наглой девчонкой лишний раз.       — Ты прекрасно знаешь, что я хочу знать, — скрестив руки на груди, недовольно произнесла Мэйсон. — Откуда ты знаешь касаемый меня результат перераспределения?       — Я ведь все сказал тебе еще вчера вечером, Мэйсон, — без особого интереса ответил Драко, повторив движение рук за ней. — Это просто чутье.       — Хватит корчить из себя невинного барана, Драко! Выкладывай все, что знаешь, сейчас же! — не выдержав, крикнула Мэйсон.       — Не смей орать на меня!       — Что здесь происходит? — послышалось за спиной Кары, и оба тут же вытянулись, как по струнке, поворачиваясь в сторону до боли знакомого голоса. — Что за очередные выяснения отношений?       Ребята переглянулись между собой и, чуть ли не одновременно сглотнув, принялись отнекиваться. Профессору Снейп, который не поверил ни единому их слову, пригрозил снятием очков с каждого факультета и загнал обоих в класс. Безнадежно плюхнувшись рядом с Гарри, Кара бросила на Малфоя озлобленный взгляд и, гордо фыркнув, открыла учебник на нужной странице.       После третьего урока студенты всех курсов огромным потоком направились в Большой зал. Когда все были в сборе, на помост вышел профессор Дамблдор и, представив всех прибывших членов Министерства, оповестил студентов о начале перераспределения.       — Кара, ты чего такая бледная? — обеспокоенно спросил сидящий рядом Рон.       Кара и правда выглядела неважно: и без того аристократически бледное лицо сейчас казалось абсолютно белым, сравнимым лишь с чистым холстом; взгляд поникший, руки вспотевшие. Неудивительно, ведь все эти часы Мэйсон судорожно переживала о том, что, скорее всего, слова Драко – сущая правда.       Обернувшись на голос друга, Кара встретила напряженные взгляды ребят и поспешила натянуть неубедительную улыбку.       Очередь медленно, но верно приближалась к Гриффиндору. Когда все пуффендуйцы, когтевранцы и некоторые успевшие посидеть под шляпой гриффиндорцы остались на своих родных факультетах, Кара облегченно выдохнула. Раз все остались, то с чего бы ей переходить? Логично ведь? Конечно, логично. Но противное ощущение приближения чего-то ужасного не давало Каре спокойно сидеть на месте, отчего она постоянно ерзала на месте, бегая глазами по всему залу. Тут, неожиданно для себя, она посмотрела на Драко, который, как ей показалось, уже долго смотрел на нее. Встретив ее взгляд, слизеринец загадочно ухмыльнулся и отвернулся в сторону помоста, где под Распределяющей шляпой сидела очередная гриффиндорка.       — Гриффиндор! — воскликнула шляпа оглушающим басом, и стол соответствующего факультета взорвался аплодисментами.       — Кара Мэйсон, — объявила профессор Макгонагалл.       Все взгляды тут же переметнулись на Кару, которая сейчас выглядела скорее, как привидение, нежели живой человек. Кара напряженно сглотнула и, стараясь избегать буквально пожирающего взгляда со стороны белобрысого слизеринца, медленно встала со своего места. Чуть не споткнувшись от волнения на длинной лестнице, она пробежалась испуганным взглядом по всем преподавателям и, безнадежно вздохнув, присела на стул. В следующее мгновение Распределяющая шляпа оказалась на ее голове, а Кара зажмурилась и стала ждать ее вердикта.       — Хм-м-м... — нечеловеческим голосом протянула шляпа спустя, наверное, минуту напряженного молчания.       Кара распахнула взгляд и покосилась наверх, надеясь разглядеть ее «лицо», но увидела лишь длинные коричневые поля.       — Вероятно, пять лет назад произошла серьезная ошибка. Сейчас я вижу эту юную мисс на совершенно другом факультете.       — Только не это.       — Слизерин! — словно гром, голос Распределяющей шляпы раскатился по всему залу, а крайний к стене стол слизеринцев взорвался аплодисментами.       — Слизерин! — эхом повторилось в голове Кары, которая только спустя секунд пять поняла, что вообще произошло. — Он... он был прав.       — Нет! — неожиданно для всех воскликнула до глубины души оскорбленная девушка.       Словно ошпаренная, она вскочила со стула и, злобно скинув с себя Распределяющую шляпу, обернулась к ни капли не удивленным профессорам.       — Ни за что!       — Что это за выходки, мисс Мэйсон? Немедленно успокойтесь! — прикрикнул Северус и уже дернулся в ее сторону, но профессор Дамблдор остановил коллегу, вытянув перед ним морщинистую руку.       — Мисс Мэйсон, я прошу вас успокоиться. Это абсолютно нормальное явление, поэтому...       — Нет! — громко, с нескрываемой обидой в голосе повторила Кара. — Я никогда не перейду на Слизерин! Даже не надейтесь!       — Но, мисс Мэйсон, таковы правила школы, — как-то слишком неуверенно произнесла профессор Макгонагалл, виновато смотря на чуть ли не плачущую девушку.       — Я... — замялась девушка, почувствовав себя жутко пристыженной и униженной.       Она перевела взгляд на Драко, который все это время с ненормальным наслаждением наблюдал за всей этой безумной сценой, развернувшейся на помосте. Их взгляды – его насмешливый и ее обескураженный – встретились, и Кару обуяла такая ярость, что, казалось, небеса вот-вот содрогнутся.       — Ни за что, — буквально выплюнула Мэйсон и поспешила вниз по лестнице.       Не обращая внимания на взывавшие к ее благорассудству голоса позади, Кара пробежала мимо стола ее родного факультета и вылетела из Большого зала. Добежав до неприметного, не пользовавшегося особой популярностью в Хогвартсе коридора, она остановилась, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Рыдания упорно рвались наружу, но она твердо решила не падать духом, ведь знала, что никто не посмеет так нагло перевести ее на ненавистный факультет.       — Я ведь предупреждал, — послышалось где-то в начале коридора, который не был освещен ни единым фонарем.       Дернувшись от неожиданности так, что хрустнули шейные позвонки, Кара повернулась в сторону до боли ненавистного голоса.       — Иди к черту, Малфой! — озлобленно кинула Мэйсон и неосознанно вскинула палочку в сторону еле слышного звука каблуков. — Сделаешь еще шаг – превращу в хорька, как в старые добрые!       В следующую секунду шаги прекратились, и в коридоре повисла гробовая тишина, давящая на барабанные перепонки с невероятной силой.       — Ну и? — спросил затаившийся в темноте голос через бесконечно долгие минуты молчания.       Как же удачно он встал: с его ракурса было прекрасно видно хрупкий силуэт Кары, держащей наготове свою волшебную палочку.       — Что дальше?       — Проваливай отсюда!       — Нет, — совершенно спокойно отозвался Драко.       — Да!       — Нет.       — Чтоб ты провалился, Драко! — от глубочайшего отчаяния, от осознания всей безысходности и паршивости ситуации закричала Кара. — Я ненавижу ваш чертов Слизерин и все, что с ним связано! Я ненавижу тебя и все, что с тобой связано!       Предательские слезы покатились из глаз мощным ручьем, отчего, и без того дрожащий девичий голос, страшно срывался.       — Оставь меня в покое! Просто уйди! Исчезни, наконец, из моей жизни!       Прокричав последние слова в адрес Малфоя, девушка осела на пол и бесконтрольно зарыдала, пряча лицо в маленьких ладонях.       Сердце Драко неприятно кольнуло. Было безумно обидно слышать подобные слова от той, с кем он, хоть и в плохом ключе, но, можно сказать, шел рука об руку с самого рождения. Было обидно, но Драко не подал виду. Он воспитан иначе: не так, чтобы бросаться в омут эмоций в любой непонятной ситуации. Дождавшись, пока Мэйсон немного успокоится, Малфой развернулся на каблуке и поспешно покинул коридор, оставляя ее наедине со своими мыслями и душевными тяготами.

***

      До конца дня Кара так и не появилась на занятиях. Сидя в своей родной комнате в башне Гриффиндора, девушка обдумывала весь сегодняшний день, немного оправившись лишь под вечер. Выйдя из освежившего разум душа, Кара протерла ладонью запотевшее стекло и внимательно оглядела отражение напротив. Светло-русые волосы, падающие на ключицы изящной волной, обрамляли от природы бледное лицо со слегка выпирающими скулами и еле видными веснушками. Кара подняла голову и посмотрела «себе» прямо в глаза. Посреди ярко-голубой радужки виднелись черные зрачки, сейчас расширенные из-за недостаточного количества света. Под глазами, имеющими европейский разрез, плотно залегли темные круги, довольно сильно контрастирующие с бледностью кожи. Поняв, что выглядит она весьма паршиво, Мэйсон шумно выдохнула: нужно сейчас же взять себя в руки.       Проснувшись на следующее утро в абсолютно ужасном настроении, Кара обнаружила на изголовье кровати новую мантию со слизеринской нашивкой. Видимо, школьные эльфы подбросили ее, когда та спала. Воспоминания о вчерашнем происшествии слишком резко врезались в юную голову, отчего та вскочила с постели и злобно откинула упакованную мантию в дальний угол комнаты.       — Черта с два я перейду к вам! — крикнула она так, словно через эту мантию, валяющуюся сейчас на полу ненужной тряпкой, ее мог слышать весь Слизерин. — Не дождетесь!       Спустившись на завтрак мрачнее тучи, девушка окинула слизеринский стол максимально пренебрежительным взглядом и направилась прямиком к друзьям.       — Эй, Мэйсон, теперь твое место здесь! — крикнул кто-то за слизеринским столом и дико заржал.       Кара решила проигнорировать идиота, показывая свою железную выдержку.       — Доброе утро, ты как? — обеспокоенно спросила Гермиона, когда девушка села рядом с ней.       — Все нормально, — отрезала Кара, тем самым давая понять друзьям, что она не намерена обсуждать случившееся.       Через несколько минут напряженного молчания дверь в Большой зал с грохотом отворилась, а на пороге появился профессор Снейп. Мужчина окинул зал тяжелым взглядом и, остановившись на Каре, громко произнес:       — Мисс Мэйсон, вас вызывает отец.       — Черт, — выругалась девушка себе под нос, прекрасно понимая, чем этот срочный визит был вызван. — Э-э... профессор Снейп, сэр, вы бы не могли сказать ему, что я умерла?       По Большому залу тут же прокатились смешки, которые разом утихли, стоило только Стефану Мэйсону появиться в дверном проеме. Мужчина аристократической наружности, держа руки в карманах брюк, впился в дочь раздраженным взглядом, под которым та невольно съежилась.       — Кара Мэйсон, немедленно выйди, — грозным басом произнес тот, в следующее мгновение разворачиваясь одним плавным движением и выходя из зала.       — Мне конец, — тихо сказала Мэйсон, смотря на удаляющуюся фигуру отца.       Опомнившись, она вскочила со своего места.       — Если я умру, не поминайте лихом, — обратилась Кара к друзьям и, нервно сглотнув, поспешила вслед за отцом.       — Будь добра объяснить, что здесь происходит! — разъяренно крикнул мистер Мэйсон, смотря на свою дочь, которая, виновато опустив голову, выглядела сейчас, как побитый щенок. — И недели не прошло, как на тебя жалуются! Что это такое?!       — Я... — севшим от испуга голосом начала Кара, мельком посмотрев на безумно злого отца. — Я не буду учиться на Слизерине, папа.       — Что значит ты не будешь?! Ты хоть понимаешь, насколько сильно ты опозорила меня вчера своей выходкой?! Там присутствовали мои коллеги из Министерства магии, как мне им теперь смотреть в глаза?! А? Сию же минуту отвечай, Кара!       — Я всего лишь отстаивала свои права! — словно обиженный ребенок, произнесла юная Мэйсон, боясь ляпнуть что-то не то.       — До совершеннолетия у тебя нет никаких прав! Запомни это, Кара!       От злости на лбу сероглазого брюнета заиграли желваки, поэтому тот шумно выдохнул и прикрыл глаза, чтобы успокоиться.       — После уроков ты сразу же пойдешь собирать свои вещи, — уже намного спокойнее сказал мистер Мэйсон. — В девять вечера ты должна быть уже в гостиной Слизерина.       — Пап!       — Девять вечера, Кара. И, если мне еще раз пришлют письмо, в котором преподаватели будут крайне недовольны твоим поведением, пеняй на себя. Разговор окончен.       Одарив напоследок дочь предупреждающим взглядом, мужчина развернулся и не спеша зашагал по коридору. Кара смотрела ему вслед глазами, полными слез и отчаяния, а после, еле сдержав рыдания, побрела обратно в Большой зал.

***

      — Не могу поверить, что ты уходишь, — негодовала Гермиона, наблюдая за тем, как ее подруга расстроенно собирает вещи.       — Поверь мне, я тоже. Как отец мог допустить такое недоразумение? Еще и встал на сторону этих слизеринцев.       Кара раздраженно бросила очередную рубашку в чемодан и попыталась его закрыть, но, вспомнив о валяющейся в углу комнаты «змеиной» мантии, подняла ее с пола. Несколько секунд она смотрела на нее нечитаемым взглядом, а после вновь бросила себе под ноги, начав злобно топтать ее.       — Ненавижу, ненавижу, ненавижу!       — Кара, остынь! — воскликнула Грейнджер и взяла Мэйсон за локоть в попытках успокоить. — Это сейчас не поможет.       Девушка перевела взгляд на подругу и, шумно выдохнув, согласилась с ней. Подняв мантию с пола, она закинула ее в чемодан к остальным вещам и, наконец, застегнула его. Выйдя в гостиную, она крепко обнялась с давно ждущими ее Роном и Гарри и вышла из комнаты, грустно помахав друзьям напоследок.       Спускаясь в подземелье, где находилась гостиная Слизерина, Кара не раз думала о том, чтобы сбежать отсюда к чертям, но вовремя одергивала себя, понимая, чем все это может кончиться. С каждой пройденной ступенью становилось все холоднее, отчего девушка невольно ежилась, пытаясь хоть как-то согреться. Еще днем профессор Дамблдор любезно поведал юной Мэйсон как попасть в гостиную Слизерина, поэтому девушка уверенно шла к нужному месту. С виду обычная тупиковая стена практически беззвучно отворилась, стило только девушке назвать верный пароль. Вздохнув для смелости, Кара покрепче взяла ручку чемодана и шагнула внутрь. Пройдя по недолгому коридору, девушка завернула за угол и оказалась в просторной, но безумно мрачной, освещенной лишь светильниками болотного цвета комнате, в которой, как ни странно, никого не оказалось, благодаря чему Мэйсон смогла немного осмотреться.       По периметру стояло несколько кресел, напротив входа находился большой диван и камин, над которым висела огромная змея, олицетворяющая всю суть факультета. На стенах древние гобелены, а слева от камина - лестница в несколько ступеней, которая, судя по всему, вела в сторону спального крыла.       — Как же тут холодно.       Кара зябко поежилась и, решив скорее согреться, поднялась по лестнице, стараясь вести себя как можно тише.       — Так, направо, пятая дверь слева, — вспоминала координаты своей комнаты Мэйсон, от холода начавшая громко трещать зубами. — Вроде эта.       Постучав пару раз и убедившись, что там никого нет, Кара с еле слышным скрипом отворила дверь из, как и вся мебель здесь, темного дуба и беззвучно скользнула внутрь. К огромному удивлению девушки, в спальне температура не была выше ни на градус, поэтому она сразу же кинулась укутываться в лежащий на кровати плед. Решив заняться раскладыванием вещей завтра, девушка выключила светильник и легла спать. Но забыться крепким сном после поистине тяжелого дня ей не давал пробирающий до костей холод, отчего Каре несколько раз приходилось вставать и судорожно искать теплые вещи в чемодане.       Около двенадцати ночи она, плюнув на эту бессмысленную затею, спустилась вниз, решив согреться у камина в общей комнате.       — Да как они тут живут?       Поняв, что камин ни капельки не греет, Кара уселась на диван, подобрав под себя ноги. Посильнее укутавшись в плед, Мэйсон стала сонно наблюдать за трескающимися в огне дровами.       Драко, в последнее время страдающий бессонницей, решил уже которую ночь подряд спуститься в гостиную, дабы посидеть в гордом одиночестве и, так сказать, поразмышлять о смысле жизни. Выйдя из комнаты, он решительным шагом направился прямо по коридору, беззвучно минуя спальни сокурсников. Дойдя до лестницы, он встал на первую ступень и тут же замер, заметив до боли знакомый русый затылок.       Кара сидела напротив камина, все время кутаясь в холодный плед и дрожа всем телом, когда услышала приглушенные шаги где-то сверху. Обернувшись на звук, она встретилась взглядом с Малфоем и удивленно наблюдала за тем, как он, спустившись по лестнице, не спеша подходил к ней в... пижаме!       — Как ты можешь находиться здесь в одной пижаме, черт тебя дери?! — недоуменно воскликнула девушка и тут же одернула себя, поняв, что сказала это слишком громко.       — И тебе доброй ночи, Мэйсон, — ухмыльнулся блондин, вполне удовлетворенный подобной реакцией на собственную персону. — Честно признать, не думал, что ты таки появишься здесь. Тебя разве не предупреждали, что при входе сюда нужно произносить согревающее заклинание?       Драко присел на другой конец дивана.       — Н-нет... — недоуменно ответила Кара, покачав головой для убедительности.       Драко недовольно свел брови у переносицы. Как можно, не предупредив о подобном, отправлять сюда девушку, даже близко не знающую здешние порядки и законы? О чем только думают преподаватели?       — Ну что с тобой поделать? — безнадежно выдохнул Драко.       Решив, что жизнь и так сегодня неплохо поиздевалась над его «подругой» детства, он подошел к Мэйсон и присел перед ней на корточки. Объяснив, как правильно пользоваться согревающим заклинанием, Малфой с интересом наблюдал за тем, как девушка блаженно прикрыла глаза, стоило только привычному теплу расплыться по всему ее телу.       — Даже румянец появился, — подумал про себя Драко, невольно засмотревшись на лицо Мэйсон.       — Спасибо, Драко, — искренне улыбнулась та, смотря на парня сверху вниз. — Стыдно признать, но без тебя я бы превратилась в ледышку, ей богу.       — За тобой должок, Мэйсон, — вставая в полный рост, ухмыльнулся блондин, на что девушка лишь закатила глаза.       Сев на прежнее место, парень устремил взгляд на камин, полностью погружаясь в свои мысли и не замечая разглядывающей его лицо девушки. Через несколько секунд Кара, вдруг поняв, что внаглую пялится на неожиданно помогшего ей врага, одернула себя и, неловко прокашлявшись, последовала примеру Малфоя.       Долгие минуты они оба молчали, раздумывая каждый о своем и не обращая друг на друга никакого внимания. Почему-то сейчас компания обычно задиравшего ее Драко Малфоя не смущала и не злила Мэйсон, а, наоборот, успокаивала, что ли.       — Почему здесь так холодно? — некоторое время спустя все-таки решила поинтересоваться девушка, повернув голову в сторону теперешнего сокурсника.       — Потому что эти подземелья находятся под Черным озером. Это самое холодное место во всем замке, — без особого интереса в голосе отозвался Драко, не удостоив Кару даже мимолетным взглядом.       Снова наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием дров в камине.       — Скажи, Малфой, — не отрывая взгляда от огня, сказала Кара, — откуда ты узнал, что меня переведут на Слизерин?       — Я не могу тебе сказать.       — Но почему? — начав закипать, раздраженно спросила Мэйсон, впившись недовольным взглядом в мужской профиль.       — С чего я тебе вообще что-то должен рассказывать? — также раздраженно произнес Драко, окинув девушку тяжелым взглядом. — Вообще-то это за тобой должок за помощь, никак не за мной.       — Какой же ты придурок, — взорвалась Кара и, встав на ноги, одарила Малфоя полным злобы и обиды взглядом. — Если тебе за каждую помощь нужно платить, то, будь добр, больше никогда не помогай мне.       Буквально выплюнув последние слова, девушка развернулась и, обойдя диван, поспешила в сторону лестницы, вновь оставляя Драко в таком привычном для него одиночестве.