Змеиное сердце

      16 лет спустя, 1 сентября 2014 года       Платформа 9¾, заполненная беспорядочными голосами, пестрила разными лицами, что в спешке двигались кто куда.       Гарри Поттер вместе со своей женой Джинни Уизли двинулись к старым друзьям, которые в этом году провожают свою конопатую дочь в Хогвартс.       — Сумку, джемпер, — взволнованно лепетала Гермиона, то и дело поправляя внешний вид Розы Грейнджер-Уизли.       Улыбнувшись, Грейнджер-старшая обняла дочь и поцеловала ее в лоб.       — Я буду скучать.       — Мы пришли, — сказал Поттер-старший.       Гарри пожал руку Рону, а Альбус поздоровался со своей кузиной.       — Кару не видно?       — Наверное, скоро появится, — пожала плечами Джинни.       В следующую секунду большую часть платформы оглушил громкий, явно недовольный голос.       — Та-ак! Родители, побыстрее! Дети никуда не денутся, это всего лишь школа! Быстрее, быстрее!       Четверо взрослых перевели взгляды в сторону звука и, стоило Каре показаться среди толпы, тепло улыбнулись.       Сдержанное черное платье чуть выше щиколоток скрывало изуродованные когда-то давно ноги, а светло-русые, по обыкновению выгоревшие под летним солнцем волосы, что за долгие годы отросли до поясницы, были собраны в небрежный пучок.       — Она неисправима, — безнадежно покачал головой Гарри, разглядывая давнюю подругу, что как обычно была на каблуках, так как за прошедшие годы выросла всего на два дюйма.       Кара, по пути подгоняя детей и взрослых, разглядела в толпе друзей и, хлопнув в ладоши, ринулась к ним.       — Давно не виделись, — обняв каждого по очереди, все тем же звонким голосом сказала Кара и поздоровалась с Альбусом и Розой.       — На прошлых выходных, вообще-то, — иронично произнес Рон.       Мэйсон шутливо показала ему кулак.       — Надеюсь, вы двое не доставите мне проблем, — обратилась к детям женщина и потрепала Альбуса по голове. — Хотя за пятнадцать лет работы в Хогвартсе я и не к такому привыкла.       — Обещай, что будешь защищать их от Снегга, — улыбнулась Гермиона.       Кара твердо заверила друзей в том, что никому не даст их детей в обиду. Хогвартс-Экспресс издал пронзительный гудок, но друзья никак не могли наговориться. Кара, что-то яростно обсуждая с Джинни и Гермионой, почувствовала толчок в плечо и перевела на Гарри непонимающий взгляд. Тот кивнул ей за спину, и женщина, нахмурив брови, провела прямую по его взгляду.       Коленки тут же предательски подкосились, из-под ног словно выбили всю почву, стоило Мэйсон заметить Малфоя в метрах двадцати от их компании. Открыв рот в изумлении, она забегала неверящими глазами по худощавой, почти не изменившейся фигуре, скрытой под дорогим костюмом, а в голову сразу же врезалась их последняя встреча.       — Так, значит, ты меня все-таки ненавидишь? — когда Гарри скрылся из виду, с нескрываемой грустью в голосе спросил Драко.       Малфой медленно, словно растягивая каждый шаг подошел к девушке. Мэйсон упорно молчала, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями.       — Кара, посмотри на меня.       Девушка послушно подняла размытый взгляд и заглянула в серые глаза. Сердце сделало кульбит и безнадежно упало куда-то в пятки, а дыхание вмиг перехватило.       Кара не знала, сколько времени прошло, казалось, в мире не осталось ничего, кроме них двоих и этого темного переулка. Она смотрела в его глаза и видела в них лишь отчаяние, соперничавшее за первое место с сожалением о случившемся более года назад. Он смотрел ей в глаза и видел в них лишь скорбь и обиду, что навсегда оставила уродливый шрам на хрупком сердце.       Первым, переборов себя, оторвался Малфой. Он отвел взгляд, и время снова побежало с бешеной скоростью. Кара пару раз хлопнула глазами, словно не понимая, где она находится, и в следующую секунду покосилась на протянутую руку, в которой был зажат тот самый обручальный перстень. Сведя брови у переносицы, она подняла на парня вопросительный взгляд, но руку таки протянула. Через пару секунд на безымянном пальце уже красовалось массивное кольцо, инкрустированное изумрудами.       — Зачем? — поджав губы от подступивших слез, спросила Кара хриплым голосом, не сводя грустных глаз со своей руки.       — Я никогда не смогу надеть его на другую девушку, — спокойно отозвался Драко, пытаясь успокоить ноющее сердце.       Ему еще никогда не было так больно.       — Он твой.       — Это... конец? — еле выдавила из себя девушка.       Кара подняла мокрые глаза. Ответом послужил лишь короткий, но такой нежный, пропитанный всей болью, что они причинили друг другу за долгие годы, поцелуй в лоб.       — Я люблю тебя, — искренне сказал Драко.       В последний раз взглянув в голубые глаза, развернулся, в следующее мгновение уже шагая прочь. Кара смотрела ему вслед опустошенным, совершенно разбитым взглядом.       Он ушел.       Она потеряла его навсегда.       Кара не могла поверить в это. Надеялась, что это всего лишь видение, но это была как никогда жестокая реальность, которая слишком сильно ударила по измученному разуму. Кара прикрыла глаза и, прислонившись спиной к холодной стене, беззвучно заплакала, понимая, что это конец.       — Я люблю тебя. Драко, я так сильно люблю тебя. Умоляю, вернись. Не бросай меня, Драко...       Кара похлопала глазами, словно отгоняя от себя нахлынувшее наваждение, и, не заметив, как друзья отошли подальше, встретилась с ним глазами, когда он все же заметил ее в бесчисленной толпе.       После их последней встречи она надеялась, что та была лишь видением, дурным сном, который рассеется с ее пробуждением.       Но она так и не проснулась.       Ни на следующий день, ни через год, ни через пять лет.       Взгляд невольно скользнул ниже, где стоял белобрысый мальчик, как две капли воды похожий на Драко. Он поднял голову и обратился рядом стоящей женщине, заставив Мэйсон поднять взгляд. Она заметила Асторию, которая, проследив за взглядом сына, радостно окликнула Кару, мгновенно выводя ее из ступора.       — Я так рада тебя видеть! — пролепетала Астория, когда трое... Малфоев подошли к Каре.       Астория обняла пребывающую в прострации Кару.       — А где твои дети?       — А? — недоуменно переспросила Мэйсон.       Кинув беглый взгляд на Драко, она тряхнула головой. Так, нужно взять себя в руки.       — А, нет-нет, я... я... преподаю в Хогвартсе.       — Правда? А что ведешь? — искренне удивилась бывшая Гринграсс.       Кара, стараясь не смотреть в сторону мужчины, пояснила ей, что преподает ЗОТИ с двадцати лет. Взгляд вновь упал на их отпрыска, и Мэйсон, стараясь скрыть дрожь во всем теле, вежливо попросила Асторию представить ей своего сына.       — О, знакомься, это Скорпиус Малфой.       — С-скорпиус?       — Как думаешь, какими будут наши дети? — задумчиво спросил Драко, поглаживая Кару по оголенной спине.       Кара подняла на него взгляд и, не отрывая головы от его груди, буркнула что-то вроде «Еще слишком рано».       — Но когда-то же у нас будут дети, правда?       — Если мы выживем после всего этого кошмара, то будут, — перекатившись на живот, отозвалась Мэйсон.       Кара заглянула в глаза напротив, чувствуя своей грудью размеренный ритм его сердца.       — Я бы хотела назвать дочку Джозефиной.       — Красивое имя, — улыбнулся Малфой и пригладил выбившуюся русую прядь. — А сына тогда назовем Скорпиусом.       — Что за странное имя? — нахмурилась девушка, но после недолгой словесной перепалки таки отступила. — Ладно, тогда давай так: если будет девочка, то назовем Джозефиной, а если мальчик, то Скорпиусом. Идет?       — Кара?       — А? Д-да, извини, просто... голова забита не тем, чем нужно, — отмахнулась Мэйсон.       Мысленно дав себе смачную пощечину, Кара протянула рассматривающему ее мальчику руку.       — Рада знакомству, Скорпиус. Меня зовут Кара Мэйсон. Но по прибытии в Хогвартс ты будешь звать меня профессором.       Малфой-младший широко улыбнулся и принял рукопожатие, от которого у Кары прошелся холодок по спине.       — Астория, иди проводи Скорпиуса. Я сейчас подойду, — даже не смотря в сторону жены, неожиданно произнес Драко не терпящим возражений тоном.       Кара чуть не задохнулась от его голоса. От знакомого, почти не изменившегося голоса. Родного, но сейчас ставшего абсолютно чужим голоса.       Астория взглянула на супруга и, смерив Кару странным, явно ревнующим взглядом, повела сына обратно. Мэйсон, скрепив руки в замок, проводила их взглядом, стараясь не замечать пожирающих серых глаз слева от себя.       — У тебя прекрасная семья, — негромко, с нескрываемой болью в голосе сказала Кара.       Стараясь подавить в себе желание поддаться горю, она проглотила противный ком.       — Я все еще люблю тебя, Кара, — неожиданно произнес Малфой.       Кара перевела на него шокированный взгляд. Только сейчас она заметила, как он изменился. Волосы слегка потемнели, на лице появились первые мимические морщины, а тонкие от природы губы теперь обрамляли коротко подстриженные светлые усы и борода.       Заглянув ему в глаза, в которых читалась все та же боль, что и шестнадцать лет назад, Кара открыла рот в изумлении, пытаясь понять, не послышались ли ей эти слова. Но не успела она вымолвить и слова, как мужчина развернулся и уже шагал прочь, к своей семье.       Кара забвенно наблюдала за тем, как Драко потрепал сына по голове и что-то сказал супруге, и ее собственное сердце обливалось кровью.       — А ведь на ее месте могла бы быть я, — пронеслось у нее в голове, когда Астория поцеловала Скорпиуса в лоб и по-матерински обняла его.       Драко больше не смотрел на Кару, в то время как она не могла побороть себя, продолжая наблюдать за Малфоями со слезами на глазах. В голове проносилась вся ее жизнь... та половина, что была тесно связана с ним. Зажмурившись до звездочек, Кара отвернулась и, глубоко вздохнув, пошла обратно.       — Та-а-ак, всё, все в поезд, быстро! — громко, пытаясь перебить своим голосом всплывающие воспоминания, воскликнула Мэйсон и замахала руками.       Попрощавшись с друзьями, которые мельком спросили про ее разговор с Малфоем, Кара с горем пополам затащила Альбуса и Розу в поезд.       Да, она могла бы добираться до Хогвартса через камин, но за долгие годы преподавания так и не смогла избавиться от давней привычки. У нее был странный обычай: за пару дней до начала учебного года отправлять вещи в замок, возвращаться домой и первого числа идти на Хогвартс-Экспресс.       Альбус с Розой что-то яростно обсуждали, когда дверь купе приоткрылась, и внутрь вошел смущенный Скорпиус.       — И-извините, я вам не помешаю?       — Нет, что ты, проходи, — слабо улыбнулась Кара, пытаясь подавить поднявшуюся внутри волну смешанных эмоций.       Скорпиус улыбнулся и присел рядом с Розой. Сквозь пелену слушая бессмысленную болтовню знакомящихся ребят, Кара задумчиво дотронулась своей левой руки и покосилась на малфоевский перстень, который она носит вот уже шестнадцать лет, не снимая с того самого дня. Покрутив его на пальце, Кара улыбнулась своим мыслям и, отвернувшись к окну, прикрыла глаза.       — Я все еще люблю тебя, Драко.