Фауст Туманного Альбиона

      - Ну пожалуйста! - В который раз попросил молодой демон с выразительными кошачьими зелеными глазами и растрепанными черными волосами, в нетерпении хлопая кожистыми крыльями. - Мастер, ну что вам стоит? Ваш зачет - последний в списке.       - Поттер, ты уже весь институт достал. - Мефистофель прикрыл глаза. - Я сказал - нет. Придешь на пересдачу через сорок лет. Подготовься, выучи теорию - и приходи.       - Но вы же меня в лабораторию не пускаете! - Обиделся младший демон.       - Не сметь называть мир смертных лабораторией! - Грохнул кулаком старый преподаватель. - Между прочим, сам господин ректор принимал участие в проектировании. Гениальное явление, уникальное в своем роде! Система греха и порока, которая не только сама себя обеспечивает и поддерживает, но и развивается! Медленно, постепенно, но развивается!       - Ну мастер!       - Что "мастер"? - Разозлился Мефистофель. - Пойми ты, Поттер. Я бы может и рад тебя пустить, но не могу, понимаешь? Не могу! Пока тело занято - подселяться запрещено. Таков договор со светлыми!       - Вас это в шестнадцатом веке не остановило. - Проворчал недоучка. - И профессора Воланда в начале двадцатого! Смертные даже книги про вас двоих написали, мне Фауст со светлого факультета рассказывал.       - Слушай, Поттер, ну ты и нахал! - Удивился демон, внутренне отдаваясь ностальгии о тех временах, когда он в последний раз гулял по миру смертных. - Пойми, я просто не могу.       - Профессор, ну что вам стоит? Или вы думаете, что я с самим собой не договорюсь? Да мне мой светлый близнец дома каждую ночь жалуется, что, мол, его там не любят, отчислится, мол, и лучше в архангелы уйдет, служить будет, а не учиться. А я бы его подменил.       - Поттер, ты глухой? - Лукаво прищурился старший демон. - Я даже за триста душ тебя туда бы не пустил.       - А если я очень сильно постараюсь? - Моментально "просек фишку" студент, доставая из кармана небольшой мешочек с крошечными камнями душ, ходивших в загробном мире в качестве основной валюты. О том, что Мефистофель берет, знал весь институт Света и Тьмы. - А по возвращении через, скажем, лет сто, обязуюсь написать для вас статью в "Загробные бредни" о динамике развития мира смертных с видом, так сказать, изнутри.       - Статью, говоришь? - Мефистофель шустренько засунул в карман переданные души. - Точно ничего там не натворишь?       - Вы же меня знаете!       - Вот поэтому и спрашиваю. - Усмехнулся старший демон. - Слушай, Поттер, я вот все не пойму... Ну ладно мы с Воландом. Мы - старики уже, нам этот мелочный покой мира смертных иногда по должности полагается. Но ты же молодой, тебе сколько сейчас? Двести одиннадцать, кажется?       - Двести двенадцать скоро. - Признался студент.       - И чего тебе здесь не хватает? - Поинтересовался декан факультета Тьмы. - Тишина, спокойствие, умиротворение, котлы горячие, суккубы молодые с кафедры соблазнителей гуляют. Чего не хватает?       - Скучно мне, профессор. - Честно признала темная часть души Гарри Поттера, чувствуя, как светлая, ангельская часть покидает тело, погрузившееся в сон. - Ну так что, можно?       - Лети уже. - Старый демон шевельнул пальцами, на руке молодого темного тут же появилась сияющая изумрудами печать-пропуск. - Цербере Грызолюдовне на входе в мир смертных покажешь и скажешь, что я разрешил отлучиться на сто лет.       Подобные дела в небесной канцелярии случались регулярно. Вообще, по старинному договору, к каждому человеку на земле были привязаны две сущности, которых какой-то смертный философ назвал ангелом-хранителем и демоном-искусителем. Светлые и темные стороны, называемые в загробном мире так же, как родители называли земную оболочку, и отвечающие за то, куда после смерти отправится человек - в рай, в ад, в чистилище, переродится или пойдет в камни душ. Каждому - по его вере. В каких-то тушках соблюдался золотой баланс, в котором не преобладали ни ангел, ни демон. В каких-то победу одерживал Свет, в каких-то - Тьма.       Но иногда, при распределении, случались ошибки и к одной тушке могли, например, прикрепить двух демонов или вообще не прикрепить загробного хранителя. Случались заскоки: с такой текучкой душ, которая происходит в небесной канцелярии, это было неудивительно. Вот и мальчик по имени Гарри попал в такую ситуацию. За ним изначально закрепили только ангела. Пока нашли виноватых, пока разобрались, пока подыскали подходящего демона, тушка выросла и превратилась в битого жизнью парня болезненного вида, тяжелой судьбой и... абсолютно светлыми идеалами. Фактически, у мальчика уже не было собственной души, все в его теле решал ангел. Конечно, он иногда справедливо гневался, иногда творил зло, чтобы восстановить справедливость, иногда предавался лени, гордыни и остальным человеческим порокам, но все же - он был абсолютно светлым. Стойкость, с которой его душа переносила все испытания, была настолько впечатляющей, что там, наверху, на парня уже сейчас, прижизненно, был готов пропуск в рай. Неотзываемый, гарантированный, вне зависимости от дальнейших поступков. Так что ни ангел, ни демон ничем не рисковали - душа в раю будет в любом случае, можно и немного отомстить обидчикам.       - Не вернусь туда больше. - Завернулась в свои белые крылья светлая часть души и проливала искренние слезы. - Не вернусь! Все! Надоело!       - Что, опять побили тушку? - Сочувственно поинтересовался темный собрат, присаживаясь рядом.       - Угу. - Проворчал из-под перьевого покрова светлый. - Вот что я им сделал? Старался же быть тихим, спокойным, не лез никуда. Ну да, волшебник! Ну и что теперь, из-за этого издеваться? Я же им никогда ничего плохого не сделал!       - Что на этот раз? - Темный не нуждался в ответе. О том, что смертное воплощение, дружно называемое "тушка", регулярно подвергается физическому и психологическому (хорошо - не сексуальному) насилию, темный Гарри Поттер знал не меньше, чем светлый.       - Приехала тетушка Мардж. - Пробурчал светлый, устало облокачиваясь на темного собрата. - Собакой своей травила... А эти... Эти... Родственники, блин, даже не дернулись, чтобы хоть попытаться мне помочь. Сволочи! Все, не вернусь! Мне и тут хорошо!       - Не умеешь ты, братец, пользоваться тем, что есть, и получать от жизни удовольствие. - Похлопал его по плечу темный. - Слушай, тебе там плохо, а мне - тут. Сделай доброе дело... Давай поменяемся?       - Тебе нельзя. - Отмахнулся юный ангел. - Да и кто отпустит?       - Я договорился. - Демон показал светлому собрату печать на руке. - Мефистофель обожает выгодные ему сделки.       - Боюсь представить, что ты ему предложил. - Слегка воспрял духом ангел.       - Не очень много. Триста душ и честное демоническое, что в ближайшие сто лет он не будет получать на меня жалобы от остальных преподавателей.       - Действительно выгодно. - Улыбнулся сквозь слезы ангел. - Так это... А мне что делать?       - Отдохни ото всего. Оттянись в полный рост. - Демон протянул ангелу небольшой мешочек с камнями душ. - Я знаю, вам не полагается грешить, но, поверь мне, ректор не такой всевидящий, да и ты, после всех этих страданий, заслужил полную чашу удовольствий. В подвальчике по ночам собираются все: и светлые, и темные. Есть там одна девчонка-суккуб, которая у меня как-то про тебя спрашивала. Красивая-а-а-а... - Демон мечтательно закатил глаза, поднялся на ноги. - Тебе понравится.       - А ты?       - А мне пора. - Темная сущность Гарри Поттера щелкнула пальцами, перед ним тут же появилось время в месте нахождения тушки. - До подъема в доме номер четыре всего полчаса. Не хочу опоздать на начало спектакля.       - В смысле?       - В прямом. - Демон направился в сторону прохода к миру смертных. - Должен же кто-то приглядеть за тушкой, пока ты тут куражишься.       И спустя несколько мгновений демон, показавший вечной вахтерше, Цербере Грызолюдовне, печать Мефистофеля, прошел в мир смертных, направляясь прямо в избитое тело тринадцатилетнего подростка. И как только демон занял свое место в душе, мальчик по имени Гарри Джеймс Поттер вздрогнул - и проснулся.