Фауст Туманного Альбиона

      - Я им это просто так не спущу. - Скорее прорычал, чем сказал Гарри, когда они с Гермионой шли в сторону класса защиты от темных искусств. - Однако для начала мне нужно некоторое могущество.       - Гарри... - Сглотнула от его кровожадной усмешки и садистского тона девушка. - Может, не надо? Они все-таки из старинных чистокровных семей. У тебя будут неприятности!       - Надо, Гермиона. Надо. - Демон выдохнул. - И надо, как раз, в первую очередь, из-за того, что они из чистокровных семей. Эти твари хорошего отношения не понимают. Только силу и влияние. Только угрозу.       - Это как? - Удивилась девушка. - Да и зачем тебе ввязываться с ними в ссору из-за грязнокровки вроде меня?       - Никогда. Так. Больше. Не. Говори. - Голос Гарри похолодел. - И обязательно напомни мне дать тебе почитать книгу "Традиции чистой крови", в ней расписаны от и до основные магические определения, традиции, обычаи и образцы конфликтных ситуаций. - Попросил ее собеседник. - А пока просто слушай. Ты - не "грязнокровка", как разные уроды вроде Малфоя привыкли тебя именовать. Ты - магглорожденная, обретенная или новокровная. Но никак не грязнокровка. И нет, это не одно и то же, как считает большинство придурков.       - А разница?       - Большая. Новокровные - это волшебники, родившиеся в семьях магглов. Дети, отмеченные магической силой. Еще лет двести назад к ним относились с куда большим почтением, потому что они помогали древним семьям не перейти к кровосмешению, спасали тысячи магических семей от вымирания, привнося в них новую кровь, за что и были так названы. - Гарри на ходу пытался подбирать выражения. Нельзя же четырнадцатилетней девушке, пусть и из семьи врачей, рассказывать некоторые подробности родственных связей у магов. Сам-то он, перечитывая книги предков на эту тему, потом сутками ходил с лицом красным, точно знамя родного факультета, ведь маги прошлых лет в выражениях не стеснялись абсолютно. - А грязнокровки - это волшебники с грязной кровью. Такими, по слухам, являются Уизли. Я не знаю, правда ли они предатели крови или нет. Но если да - то они, как раз, грязнокровые. Волшебники с порченной проклятием кровью.       - Но почему тогда... - Смутилась Гермиона. - Почему Малфой и остальные называют меня так?       - Потому что в свое время это стало синонимами. - Гарри было неприятно об этом говорить, ведь, судя по записям уже Карлуса Поттера, его деда, его семья тоже этим занималась. - В пятидесятых пошла в чем-то логичная, но идиотская мода: чистокровные маги брали к себе в семью магглорожденных волшебников или волшебниц, дожидались, пока от них в роду появятся наследники, после чего, с помощью специальных ритуалов, на таких новокровных сбрасывались все родовые проклятия, все болезни, все последствия негативных чар, которых у любой семьи рано или поздно накапливается огромное число. А затем такого человека отсекали от рода. Вот и оставались такие магглорожденные маги у разбитого корыта, без кната в кармане и с огромным ассортиментом проклятий на душе, а старые семьи, очистив себя от проклятий, снова становились "чистой кровью". А поскольку случаи такие были далеко не единичные, то постепенно слово "магглорожденный" стало сперва синонимом фразе "кандидат в грязнокровки", а потом и просто...       - Ой, мамочки, какой ужас! - Пролепетала мгновенно побледневшая Гермиона. - Но ты ведь...       - Моя семья тоже этим занималась. Великий позор на голову Поттеров, если честно. Но тогда иного выбора не было. - Оборвал ее Гарри. - Так вот, возвращаясь к нашим баранам. Точнее - к четырем овцам, которые посмели считать, что могут тебя травить. Если никто не покажет им, что трогать тебя - значит навлечь на себя и свои семьи жестокое возмездие, то они не остановятся, пока не сведут тебя в могилу.       - Но почему?! - Вспыхнула Гермиона. - Что я им сделала?!       - Главным образом то, что родилась. Старинные семьи никогда этого не признают, но они завидуют магглорожденным. Идеально чистые от магических проклятий, не скованные рамками традиций... Тебе, в отличие от них, нет нужды держать лицо или соблюдать строгий этикет, чтобы твое семейство не опустилось в глазах других таких же снобов. Ты сама решаешь, кто будет твоим супругом, тогда как за того же Малфоя, вероятнее всего, уже все давным-давно решили родители, заключившие выгодный для рода брак, нисколько не спросив Драко, хочет ли он жить в браке с какой-нибудь условной Паркинсон... Ну и так далее. - Гарри примолк, переводя дыхание и давая Гермионе возможность переварить услышанное. - Во-вторых, ты, как они считают, посмела позариться на лакомый кусочек, который их семьи чуть ли не с самого их рождения записали на свой счет.       - Какой кусочек? - Гермиона запнулась, Гарри поймал ее в собственные объятия.       - Да так... - Гарри удостоверился, что они в коридоре одни и что их никто не слышит. - Есть тут, в замке, один тринадцатилетний демон со шрамом на башке, славой победителя темного лорда, заочным титулом главы семейства, кучей прибыльных патентов на руках и многотысячным счетом в банке "Гринготтс". - Описанный субъект подмигнул покрасневшей девице, которая моментально поняла, о ком речь. - Впрочем, сам я им не нужен. Им нужно влияние и секреты моей семьи, моя слава и доступ к хранилищам в "Гринготтсе". Поэтому, поскольку ты мне очень нравишься не только как подруга, но и как девушка, они видят в тебе угрозу и постараются от тебя избавиться...       - Я тебе нравлюсь?! - Лицо Гермионы просияло. Гарри понял, что она очень ждала от него этих слов. - Правда-правда?!       - Конечно правда. - Улыбнулся он, обнимая отличницу и несмело целуя ее в щечку. - И причем очень давно. Просто, ну... Я никак не мог тебе сказать. Прости...       - Дурак... - Смутилась Гермиона.       В душе у нее кипели эмоции. На самом деле, она очень долго не могла разобраться, что с ней происходит, когда она, еще начиная с поездки в поезде, встречается взглядом с молодым демоном. Гарри действительно очень сильно изменился. Даже с оглядкой на то, что стал несколько серьезнее, холоднее и расчетливее, он стал лучше. Словно всю жизнь должен был быть таким. Да и к ней он стал относиться много теплее. Да нет, чушь, не могла она - серьезная девушка, отличница и радетельница дисциплины... влюбиться? Нет, быть не может! Это просто симпатия. Просто привязанность! Но ведь когда он сказал, что она ему нравится - внутри как будто все перевернулось. Почему? Логически объяснить все это не получалось нисколько. Наверное, все ее размышления отразились на лице, потому что Гарри улыбнулся.       - Не пытайся это объяснить, Гермиона. - Демон погладил ее по волосам, да так, что по телу третьекурсницы прошли мурашки. - Еще ни один мудрец на свете не смог объяснить природу искренних чувств. Химию и физиологию - может быть. Но не природу. Поэтому не утруждай себя. Просто наслаждайся тем, что можешь эти чувства испытывать, многим этого, к сожалению или к счастью, не дано.       На этом разговор как-то сам собой свернулся. Гермиона была очень сильно смущена такими откровениями, Гарри же понимал, что если сейчас полезет ей в душу, то сформировавшиеся узы доверия и намеки на возможные отношения, которых и сама девушка хочет не меньше, чем он сам, пойдут прахом. Однако, кое-что нужно было сделать. И чем скорее - тем лучше.       - Миона, могу я кое-что сделать? - Попросил он. - Это будет немного больно, но это необходимо, чтобы обезопасить тебя.       - Ты о чем? - Судя по растерянному тону, девушка снова погрузилась в размышления о том, что ей делать с новыми чувствами и ощущениями.       - Я не могу всегда и все контролировать. Не могу проверять всю твою еду и напитки, проверять на проклятия всю почту, всю одежду... Ну, ты поняла. - Демон дождался, пока она кивнет. - Пока я найду способ защищать тебя постоянно, нужно некоторое временное решение. Они, - Гарри кивнул куда-то в сторону, подразумевая разных завистниц, - не успокоятся. У Ричарда Поттера была одна наработка, способная временно защищать тех, кто ему дорог. Позволишь?       - Это сильно больно?       - Как небольшой ожог на зельеварении. Только ты должна знать... - Он запнулся. - Магия, которой я собираюсь тебя защитить, относится к темным силам. Я, фактически, сделаю твои пальцы живым определителем чар, проклятий и зелий, а вся кожа обратится в магический щит. Силы эта защита будет брать у меня. Даже прямой удар каким-нибудь взрывным заклятием будет подавлен без вреда для тебя. Вот только выживу ли я после этого - тот еще вопрос.       - Я не могу на это пойти. - Вздрогнула девушка. - Гарри, извини, но...       - Тебя смущает темная магия или моя возможная смерть?       - И то, и другое.       - Гермиона, это решение прослужит тебе максимум неделю. Да и сомневаюсь, чтобы ученицы третьего-второго курса, даже из древних семей, имели доступ к чему-то особенно опасному.       - Но это же опасно! Темная магия развращает душу.       - Это твои мысли или мысли Дамблдора, изложенные в "Теории Магии"? - Гарри улыбнулся, когда она подняла на него взгляд и как-то растерянно улыбнулась. - Я так и думал. - Он доверительно взял ее ладошку в собственную руку. - Я - чернокнижник, Миона. Пусть и всего лишь новичок в этом искусстве. Неужели ты думаешь, что я не осознаю опасностей и преимуществ темной магии? - Гермиона после этих слов закусила губу, как будто желая удержать в себе речь. - Закатай рукав.       Гермиона одернула рукав блузки на правой руке. Гарри прикрыл глаза, левой рукой обхватил ее запястье, пальцем правой принялся выводить на коже предплечья девушки символ, тут же моментально чернеющий, точно татуировка, он зашептал защитное заклинание, которые выучил наизусть. И как только он закончил символ, Гермиона вскрикнула как от ожога или пореза. На предплечье засияла красноватым светом магическая метка. Засияла - и через мгновение исчезла, точно ее и не было. Хотя небольшое жжение в том месте, где она была нанесена, осталось.       - Это... это все?       - Ну да. - Пожал плечами демон. - А ты ожидала кровавых жертвоприношений и заклания души в обмен на защиту?       - Нет, но все же... Странно это все.       - Тот факт, что это темная магия, еще не делает ее злом. - Гарри подмигнул девушке, помогая ей поправить рукава. - Продержится около недели, а там поглядим, что можно сделать. Кстати, Гермиона... Ты не поможешь мне?       - В чем?       - Мне нужен эликсир изменения голоса. И не спрашивай, для каких нужд он мне понадобился.

***

      Ранним субботним утром был запланирован визит в Хогсмид, а потому у Лаванды Браун было великолепное настроение. Сегодня она с близняшками Патил снова пройдется по магазинам, а потом они снова поболтают ни о чем, сидя в "Трех Метлах", пообсуждают слухи и сплетни. Хотя, конечно, особого повода порадоваться не было. Они с подружками не просто так были лучшими ученицами у профессора Трелони. Даром, что чудная, прорицательница увидела в них талант и даже подсказала, как правильно гадать на того, с кем им надо связать свою судьбу. И они попробовали. И у всех получилось так, что их избранником должен стать знаменитый Гарри Поттер. Мало того, контрольный ритуал, проведенный для младшенькой Уизли, тоже указал на Избранного. Одно лишь чистокровное воспитание не позволило девушкам поцапаться, а потому они решили, что Поттеру должна достаться достойнейшая, а остальные, так уж и быть, отступят, если тот сделает свой выбор.       Однако же, Поттер на "достойнейших" внимания, похоже, не обращал совершенно, все время проводя с этой грязнокровной шлюхой, Грэйнджер. Лаванда кипела негодованием. Чем? Чем эта грязнокровка лучше, чем она? Однако напрямую вредить заучке было нельзя - и девушка прекрасно это понимала. Даром, что грязнокровка, но она на великолепном счету у преподавателей, да и Поттер бы заподозрил. Близняшки Патил тоже бурлили негодованием. С их слов, в Индии эту заучку давным-давно бы опоили чем-то и отправили в самый дешевый бордель - работать там, где и положено быть таким наглым и самодовольным выскочкам из низших каст общества. Собственно, с этого все и началось. У Джинни, как оказалось, была замечательная практика в зельях, поскольку Молли Уизли, ее мать, до замужества была из семейства кельтских друидов, Пруэттов, и уже успела, по традиции, передать дочери часть семейных тайн.       Сперва много раз пытались подлить разные любовные эликсиры самому Гарри, левитируя едва заметные капельки зелья тому в бокал, но Поттер, точно заговоренный, с поразительной проницательностью умудрялся не употреблять напитки именно тогда, когда в них оказывались "добавки". Поэтому было решено последние капельки эликсиров направить на каких-то парней со Слизерина и подлить Грэйнджер, дабы устранить угрозу для реализации плана "достойнейших". Однако же заучка-бобриха оказалась еще и кривой на руки - и умудрилась расколошматить чашку с зельем. Так что в Хогсмиде требовалось закупить новый флакон с Амортенцией и, если не выйдет, продумать новые методы. Внезапно сознание мисс Браун поплыло - и мгновением позже она отключилась.       Когда Лаванда очнулась, она вдруг обнаружила, что лежит, прикованная магическими оковами к стене, в каком-то пустом помещении, похожем на покинутый дом. Везде было пыльно и грязно, скудная мебель была развалена, ею явно давно не пользовались. И много хуже было то, что незадачливая отравительница обнаружила, что она абсолютно беззащитна. Не осталось ничего - ни зачарованной защитной мантии, ни ожерелья с экстренным ключом-порталом, ни даже нижнего белья, в которое была зашита рунная цепочка, защищающая девушку от насилия. Вместо этого ее завернули в какую-то явно трансфигурированную робу. А еще хуже было то, что рядом, также завернутые в робы, валялись две близняшки Патил.       А где-то за стенкой раздавались жуткие вопли. Как будто кого-то пытали круциатусом. Лаванда попыталась закричать от ужаса, но оказалось, что голос не слушается ее. Кем бы ни был похититель, он знал, что делает, ведь руки и даже пальцы тоже были скованы заклятием, дабы она не могла воспользоваться беспалочковыми чарами. Внезапно часть стены отъехала в сторону, в комнату вплыла фигура в просторных черных одеждах, лицо было скрыто под маской, из-под которой на Лаванду смотрело... нечто. Сияющие жутким зеленым огнем кошачьи глаза, а за спиной с хлопком распахнулись здоровенные крылья... Лаванда открыла рот в беззвучном крике, а затем сознание снова оставило ее.       Очнулась она все там же, вот только близняшек Патил уже не было видно. Она была одна. А это нечто все также безотрывно смотрело на нее. Движение пальцами - и она снова может говорить. Но, прежде, чем наследница рода Браун успела сказать хоть слово, это существо вытянуло к ней руку, Лаванда ощутила, как на шее сжались стальные тиски заклятия. Она захрипела, но ничего не могла сделать. Чудовище занесло ее в другую комнату, где несчастная третьекурсница увидела прикованных к стене подруг и, к ужасу своему, еще и Джинни. Одно движение - и она тоже оказалась в оковах. Похититель облил всех из ведра ледяной водой, девушки с визгом проснулись.       - Каждой из вас введен яд "Целери Канус". - Начало существо грубым раздвоенным голосом без всяких предисловий. - Для несведущих, это яд ускоренного старения. Уизли подтвердит, если спросите. - Джинни рефлекторно кивнула. - Секунда для вас превратится в день, минута - в месяц, час - в год. За три дня вы все растеряете свою красоту, превратитесь в старух - и сдохнете от старости. - Демон - или кто это был - с грохотом прошелся по прогнившим доскам пола. - В школе противоядия от него нет, готовить не меньше недели, если заказать - приедет через три-четыре дня, которых у вас нет. Если будете честно отвечать на мои вопросы - получите готовый антидот и собственные вещи. - Он выставил из кармана четыре пузырька с жемчужного цвета эликсирами и указал взглядом на четыре стопки женской одежды и мантий. - На стенах помещения - заклятие тишины. Можете вопить сколько угодно - вас тут ни бог, ни дьявол не услышат, поэтому рекомендую не кричать, а отвечать быстро и по делу. Итак, вопрос номер ноль: кто из вас, блядей, додумался травить Грэйнджер? И по какой причине.       - Ну, она же грязнокровка, никто ее не хватится. - Несмело пискнула Парвати Патил.       - Новая кровь, которая будет почище вашей. - Моментально возразил демон. Движение пальцами, небольшая ярко-голубая вспышка - и сознание одной из близняшек взорвалось от жуткой головной боли. Казалось, мозг закипал, варился в черепной коробке. Пять секунд пытки показались ей вечностью. Демон закончил экзекуцию, кошачьи глаза неотрывно следили сперва за ее воплями, потом - за истерическим плачем. - И вы решили, что раз она из новой крови, то покровителей у нее нет. Зачем вы хотели отравить ее?       - А чего она лезет к Поттеру?! - Сорвалась на истерический крик Джинни Уизли. - Она Гарри не пара! Такие грязнокровые не достойны внимания избранного!       - И вы решили, что за вами есть право решать судьбы той, за спиной которой стоят потомственные чернокнижники? - Оскалился демон. - Огромная ошибка, милые. - Еще секунда - и теперь под проклятием кипения разума находятся все четверо. - Эта девочка очень нужна нам. А вот вы... - Демон примолк. - Ваша кровь тоже пригодится, но для другого дела и не сейчас. А пока рассказывайте все, что знаете, что уже сделали и что только собирались сделать. Кто еще принимал участие в деле. И пусть вас хранит великая тьма, если вы мне соврете.       И они рассказывали. По очереди, не прерывая друг друга - ведь демон, допрашивая одну, заклятием заставлял молчать других - и с трудом сдерживая слезы. Казалось, демон все это и без них знает и что ему было нужно только их признание. В своем рассказе Падма, которую демон допрашивал первой, поначалу попыталась солгать, за что и поплатилась целой минутой жутких страданий. После такого ужаса, глядя на повисшую в оковах потерявшую сознание когтевранку, лгать не хотелось совершенно. Демон дослушал последнюю исповедь, схватил руку Лаванды, быстро начертил на ее руке какой-то жуткий символ, который потом повторил на каждой из девушек.       - Это клеймо смерти. - Милостиво пояснил демон. - Фактически, рабское клеймо. Стоит мне или подопечной моего клана приказать - и клеймо сделает с вами что угодно. Одно слово - и вы в голом виде пойдете в Лютный Переулок. Или убьете кого-то, имя кого вам назовут. Или спрыгнете с астрономической башни... Решите как-то передать кому-то информацию про то, что здесь произошло - и вы трупы еще до того, как произнесете первую фразу. Попытаетесь снять клеймо - вы трупы. Причините вред девушке, находящейся под защитой клана чернокнижников или сболтнете кому-то про эту защиту - вы трупы. И мне надо говорить, что попытка вмешаться в личную жизнь госпожи Грэйнджер или ее друга для вас также равносильна смерти?       Оковы исчезли, не ожидающие такого девушки рухнули на пол. Демон усмехнулся, шевельнул пальцами - и клейма исчезли из виду, после чего пошел к материализовавшемуся в стене выходу.       - Как нам искупить вину? - Крикнула ему вслед Джинни.       Демон остановился, обернулся через левое плечо, под его взглядом младшенькая Уизли задрожала, точно осиновый лист на ледяном ветру.       - Когда клан решит дать вам шанс - вы первые об этом узнаете.       И исчез, точно его и не было. А в Визжащей Хижине повисла мертвая тишина.

***

      - Гарри, потрудись объяснить, что произошло? - Попросила Гермиона, когда за ужином все четыре виновницы происшествия пришли в Большой Зал и поспешили отсесть от нее подальше и даже не попытались сказать Поттеру какие-нибудь сальные фразочки и не пригласили подсесть к ним, как делали буквально пару дней назад.       - А что произошло? - Улыбнулся демон.       - Сперва ты куда-то исчезаешь на несколько часов, потом исчезают Браун, Патил и младшенькая Уизли, потом ты возвращаешься в состоянии, будто на скотобойне побывал, а теперь они приходят в Большой Зал, вернувшись позже всех, и боятся меня, точно огня.       - Я всего лишь объяснил им, почему они не правы. - Кровожадная улыбочка развеяла последние сомнения отличницы.       - Ты пытал их. - Догадалась она.       - Ни в коем случае. Можешь проверить мою палочку.       - Гарри, не держи меня за дуру, - возмутилась Гермиона, - я знаю, что ты умеешь колдовать без палочки.       - Это не я. Это неизвестный демон, который сказал им, что ты под защитой клана чернокнижников. - Гарри усмехнулся. Заглушающие чары вокруг них работали прекрасно. - Тем более, что это правда. Правда, демон не стал им говорить, что в клане всего один человек, но это их и не касается. Да и разве то были пытки? Так, смех один.       - Какой же ты жестокий. - Уронила голову на руки Гермиона. - Как ты вообще так мог?       - Жизнь вообще чертовски жестокая и несправедливая. А в мире магов - особенно. Либо ты, либо они, Гермиона. - Гарри едва-едва отошел от того, что сам делал, находясь полностью под властью внутреннего демона, но руки у него все еще немного тряслись от кипящего в теле адреналина. - И я предпочту, чтобы плохо было тем, кто угрожает близкому мне человеку.       - Все равно... Нельзя было просто поговорить?       - Нельзя, к сожалению. - Гарри приманил им по порции мороженого в качестве десерта. - Как я уже сказал, такие люди, как они, понимают только язык силы. Да и им не привыкать - в большей части чистокровных семей за неповиновение стегают кнутом или пытают круциатусом.       - Но они же могли тебя узнать! Или могут кому-то рассказать!       - Не могут, я наложил на них метки вроде той, что у тебя, но другого рода. Твоя работает на защиту, их - на сохранение тайны. - Гарри решил не уточнять, что клейма на руках незадачливых отравительниц просто убьют носительниц в таком случае. - Я специально принял эликсир смены голоса, напустил ужаса, заклинанием временно увеличил сам себя в размерах, чтобы выглядеть солиднее... Да и через маску им все равно было не разглядеть, что это я.       Гермиона смотрела на внезапно преобразившегося Гарри. Ровный голос, почти полное спокойствие, если не считать небольшого тремора. Если не знать точно - то и не определишь, что еще пару часов назад он "беседовал" с однокурсницами о "поведении, недостойном чистокровных волшебниц".       - Ты так спокоен после всего, что произошло?       - Я выплеснул всю тьму, когда разговаривал с ними. Адреналин, конечно, все еще не отпускает, но основные эмоции остались, обратившись в темную магию, там, в Визжащей хижине.       - Как ты вообще этого добился? И что намерен с ними делать?       - А вот это уже более интересная тема. - Улыбнулся Гарри. - О чем конкретно я думаю, я тебе расскажу чуть позже, но, для начала, скажи мне: что ты знаешь о заклятиях крови?