Просто мы разучились прощать

– Привет!, – кто-то большой и синеглазый просунул голову в дверной проем и Ася моргнула, смахивая с ресниц слёзы. – Привет… Ты кто? – Я Шурик. А ты кто? – Ася. Чего тебе нужно? – Ой как грубо!, – Шурик просунулся в комнату целиком и сел напротив Аси на кровать, – Чего сидишь тут одна? – Хочу и сижу. Чего тебе надо?, – повторила она сквозь слезы. – Эээ…, – Саша растерялся, – Да я это… Чаю вскипятил, а сахару нет… И народу в общаге нет. А у тебя дверь открыта. Дай, думаю, зайду. Ну и зашел. Есть у тебя? – Что есть? – Ну сахар! – Есть… На столе бери… Ася поплотнее завернулась в одеяло и закрыла глаза. Ей хотелось, чтобы этот человек поскорее ушел – своим смешным бормотанием он слишком напоминал ей о том, что вокруг продолжается жизнь. А Асина жизнь уже кончилась. Внезапно девушка почувствовала, как сильные руки обхватывают её сзади и, подхватив, начинают куда-то тащить. – Ты что? С ума сошел? Опусти меня!, – завопила Ася, но было поздно и через минуту её опустили на ноги возле сто сорок второй комнаты, – Ты псих, да? – Да, – хмыкнул Шурик, запихивая Асю в открытую дверь, – Псих – это еще мягко сказано. Давай сюда садись, на стул, а я тебе чаю налью. Чай пили в полном молчании. Шурик исподлобья смотрел на маленькую худенькую девчушку, сидевшую напротив. Ему понравились её длинные, падающие на плечи волосы и красивые руки. Но совсем не понравились потухшие глаза и круги под этими глазами. Заставив Асю выпить две кружки чаю и съесть бутерброд с паштетом, Саша удовлетворенно откинулся на спинку стула. – Эх, хорошо, – улыбнулся, – Хотя покупной чай, конечно, не очень. Вот пришлет мне мать посылку – я тебя настоящим тогда угощу. Знаешь, какой у нас чай растет в горах? Целые плантации! Посмотришь – и конца не видно, целые поля чая. А еще у нас форель разводят. Ты когда-нибудь ела форель свежую? Жареную? А? – Ты что, дурак? (жареные пельмени форева), – скучно спросила Ася. – Нет. Я Шурик. Странно, а почему я тебя раньше никогда не видел? Ты давно тут живешь? Я недавно. Я до второго курса в Сочи учился, а потом решил сюда переводиться. И перевелся. Саша всё говорил и говорил, а Ася смотрела на него вначале с пустым взглядом, потом с тоской, потом с удивлением. И потихоньку на её лице начала проявляться маленькая-маленькая тень улыбки. – Ну вот, – засмеялся Шурик, – Вроде и ожила чуть. Пойдем, может, того… погуляем? Чего в общаге сидеть – мы тут, похоже, вдвоем. Плюс вахтерша. – Ну пошли, – вздохнула Ася. До поздней ночи они гуляли вдоль набережной. Шурик молча слушал грустную Асину историю. А она говорила, говорила и чувствовала, как с каждым словом, по буковке, уходит из груди тоска и боль. – Вот это дела…, – пробормотал Саша, когда девушка исчерпала весь запас больных и отчаянных слов, – Ну Виталика твоего я знаю, знаком. Алину тоже знаю, встречались. А почему она-то не рядом с тобой, а? – Она же не знает ничего. Я не сказала. – Почему? – Ты что, всё-таки, дурак, а? Как я могла ей сказать… – Как-как, языком. И губами. И легкими. Или чем там еще говорят. Что тут такого-то?, – удивился Саша, – Или ты думаешь, что друзья нужны только когда всё хорошо и весело? – Нет, – поникла головой Ася, – Но Алина – это другое дело… – Какое другое? Вы с ней… того, чтоли? – Чего того? – Ну… Встречаетесь? – Нет, ты всё-таки дурак, – Ася засмеялась и потянула Шурика назад в общагу, – Пошли, а то холодает уже. – Пошли? Ну пошли, наверное… Слушай, а ты на игру едешь?, – спросил в конец замороченный Саня. – Еду, конечно. Там… Алинка. – А кем ты будешь? Королевой, наверное? – Ну да… А ты? – А я с тобой. Телохранителем твоим буду. Чтоб тебя никто не обидел. *** – Ну чё?, – пропыхтел Саня, помогая Асе слезть с электрички, – Тебя уже того… на Вы называть? Или пока погодить? – Как хочешь, – отмахнулась девушка. Она блестящими глазами смотрела в сторону леса, – Пойдем скорее лучше. И так позже всех приехали. Шурик вздохнул, поправляя на себе кольчугу и поудобнее перехватывая рюкзак. Под внимательными взглядами дачников они с Асей отправились в сторону леса. Со стороны эти двое ребят представляли собой забавное зрелище: Шурик, одетый в самодельную кольчугу и кроссовки, тащил в одной руке рюкзак, а в другой – легкий меч. Ася же была одета в любимые драные джинсы и зеленую эльфийскую куртку. Она подскакивала на каждом из попадающихся больших камней и торопила вконец запыхавшегося Саню. Полчаса спустя им преградили дорогу двое стражников. – Добро пожаловать в Каэдвен, леди Дженис, – поклонился один из них, – Кто ваш спутник? – Это мой друг, сэр Алекс. Он любезно согласился сопровождать меня к замку. Скажите, а… Алина… Она… В замке? – Конечно. Она ждет вас. – Спасибо!, – Ася блеснула глазами и, ухватив Саню за рукав, потащила его за собой. – Сэр Алекс?, – бормотал Шурик, пытаясь угнаться за ней, – Ну и ну, блин… Они почти бежали по тропинке, всматриваясь в уже просвечивающие сквозь кроны деревьев, крылья палаток. До поляны оставалось совсем чуть-чуть, когда кто-то прямо перед Саней спрыгнул с дерева и прищурился настороженно синими глазищами. – Алина…, – ахнула Ася и кинулась в знакомые крепкие объятия. – Ну дела, – пять минут спустя хмыкнул Саня, глядя на обнимающихся девчонок и, почесав затылок, пошлепал дальше к лагерю. Лагерь замка Каэдвен представлял собой большую поляну. С одной стороны поляны теснился десяток шатров-палаток и горели костры. С другой стороны была большая тренировочная площадка, на которой сходились в поединках ушастые рыцари. На большом дереве был построен широкий настил, на нем хранился символ Каэдвена – большое знамя с гербом замка. Его круглосуточно охраняли двое рыцарей. На соседних деревьях сидели дозорные. Через полчаса после прибытия, Саня, уже одетый по всей форме в рыцарские доспехи, стоял в карауле и задумчиво смотрел в сторону леса. А в лесу на бревне Ася прижималась щекой к колючему Алининому плечу и сопела обидчиво куда-то ей в шею. – Мелкая, ну почему ты раньше не приехала? Ты ж знала, что я более или менее тут, – ласково журила Алина, обнимая Асю и ласково целуя её лоб и щеки, – Я по тебе скучала, малыш. – И я скучала… Алинк… Не шли слова, не складывался разговор – слишком много нужно было сказать и слишком многие слова были под запретом. Но как хорошо было сидеть в теплых объятиях и – впервые за несколько месяцев – ни о чем не думать. И нет ничьей вины в том, что иногда прерывалось дыхание, и губы скользили вдоль шелковой нежности щек, и сильнее сжимались ладони от радости быть рядом с таким родным и близким человеком. Ася и Алина просидели в лесу до самого вечера. А когда дыхания уже не хватало на то, чтобы согреть замерзшие руки, одновременно поднялись и пошли в лагерь. Саня первым встретил девчонок. Поклонился неловко и забормотал: – Ась… В смысле, леди… В смысле это – там еда уже готова. Будете есть-то? – Привет, Шурик, – захохотала Алина, – А ты чего так разговариваешь? Юродивого играешь? – Здравствуй, Алин. Да не! Я просто как дурак тут себя чувствую. – Лично для меня это не новость, – прокомментировала счастливая Ася, – Ладно, ребят, давайте по игре уже, а? – Не вопрос! Алина развернулась, посерьезнела и низко поклонилась Асе. – Леди Дженис, моё имя – Алина. Я начальник стражи замка Вашего Высочества. Разрешите сопроводить Вас к костру? – Конечно. Но вы не упомянули свой титул… – Женщин не принимают в рыцари, леди, – улыбнулась уголком губ. – Тогда как же вы оказались начальником моей стражи? Это прерогатива рыцарей, я полагаю. – Безусловно, леди. Но для меня сделали исключение. – Вот как? И никто не возражал? – Те, что возражали, не в счет – я убедила их изменить своё мнение. – О…, – Ася закатила глаза, – Но я надеюсь, они остались живы? – Я тоже на это надеюсь, – хмыкнула Алина и, натянув перчатку, учтиво поклонилась, – Разрешите? – Постойте… Алина. Разрешите представить вам сэра Алекса. Он любезно сопровождал меня всю дорогу до замка. – Рада встрече, сэр Алекс. Алина поклонилась в сторону стоящего с открытым ртом сэра Алекса и легонько шлепнула его по подбородку. – Шурик, – прошептала она одними губами, – Не бойся, это не страшно – просто засвидетельствуй мне своё почтение и пошли уже жрать, что ли. – Ну да… Это… Я свидетельствую вам своё почтение… леди… – Сам ты леди!, – уже в голос захохотала едва сдерживающая Ася, – Ладно, господа и да-мы, пойдемте к костру уже. А у костра их ожидали друзья. Смешная Костья в длинном зеленом платье, восхитительно красивая, похожая на лесную ведьму, Кристинка. Высокий подтянутый Димка, лопоухий Максим и все остальные, родные и знакомые. Отгремели приветственные вопли, разжались крепкие объятия, откуда-то появились железные миски с горячей пшенной кашей, и железные кружки с не менее горячим чаем. Ребята сжались вокруг костра, согревая холодные ладони и весело поедая кашу, менялись последними новостями. – Гномы совсем офигели. Им мастер показал их территорию, а они от нашей ту часть ручья захапали. Надо завтра послов отправлять! – А кто у нас в этот раз послы? – Ну вы даете, леди! Пашка из педагогического и Лёнька с физтеха, конечно. У них языки лучше всех подвешены. – Леди Дженис, а мадам Алина вам рассказала, что с мастером позавчера сделала? Он её хотел в королевы эльфов записать, а она его за подтяжки на ветку повесила. – И что мастер? – А что мастер… Полчаса повисел, а когда охрип – сказал, пусть будет кем хочет. –  Эх ты! А еще начальник стражи… – А леди Кристина уговаривала-уговаривала мастера, чтоб он Толика в рыцари записал, а мастер – ни фига. В разбойники его отправил. – Так надо было его тоже… за подтяжки! – Не, он после Алинки умный стал – со стражей везде ходит. Далеко заполночь затянулись посиделки у костра. Откуда-то появилась гитара, и понеслись тихие песни над лагерем Каэдвен. Заблестела глазами Кристинка, и Костья, сжав губы, смотрела, как засыпает в Алининых объятиях Ася и как шмыгает носом, уткнувшись в её шею. *** – Кристь, мне с тобой поговорить надо, – Ася нашла Кристину у ручья. Пойдем куда-нибудь, пройдемся? – А зачем ходить?, – независимо отозвалась Кристинка, – Давай тут поговорим. – Тут нельзя… Алинка сверху бродит… – Опаньки… Ну пойдем тогда. Они отошли в сторону от лагеря и присели на поваленное дерево. Кристина достала сигареты, а Ася смущенно уставилась в сторону. – Что случилось, Ась? Ты как будто не рада… – Да нет, я рада, рада. Просто… – Просто тебе не слишком по душе эти игры, да? – Нет!, – вскинулась и тут же села на место, – То есть да, я не такой уж сторонник ролевых игр, но дело не в этом. Кристь… Виталик здесь. – Где – здесь?, – удивилась Кристина, – В лагере? – Да нет! Он в своем лагере. Он в этот раз у эльфов. Кем-то там. – И что? – Ну и я подумала… Может, мне к нему сходить… – С официальным визитом? – Кристь, я же серьезно! – Я тоже серьезно, – почти прорычала Кристина, – Ась, ты идиотка или только притворяешься? Чего ты к нему попрешься? – Поговорить. – О чём поговорить? – Кристина!, – Женька вскочила на ноги и забегала по поляне, – Он – часть моей жизни. Немаленькая часть. Неужели ты не понимаешь? Меня кроме него никто никогда… не любил. И не выбирал. Он очень хороший. И он мне дорог. – И ты его любишь?, – с сомнением спросила. – Ну…, – Ася запнулась, – Люблю, наверное. Не знаю. Кристь! – Слушай, а ты с Алиной об этом говорила? Спроси у неё, что она думает по этому поводу. – Да что вы заладили – Алина да Алина! Она не знает ничего! И я ей никогда не скажу. Права не имею. – Какого права?, – закричала Кристина в бешенстве, – Ася, ты голову свою включи, наконец! Алина самая первая имеет права знать всё, что произошло. А то получается, что ты ей доверяешь только в радости, а в беде предпочитаешь без неё обходиться. Значит, не так уж много она для тебя значит. – Я её берегу, блин!, – тоже начала орать Ася, – Чего вы все лезете в наши отношения? Я, наверное, лучше знаю, как и что правильнее делать! – Ну а раз знаешь – нефиг тогда ко мне за советами ходить, – отрезала Кристина и, махнув рукой, пошла прочь с поляны. Она даже не посмотрела на опустившуюся на землю рыдающую Асю. В это время Алина вовсю махала мечом на тренировочной площадке. Ей было тревожно и она сама не могла понять, откуда взялась эта тревога. Вроде бы всё было хорошо: Ася была при ней, родители в норме, учеба тоже более или менее радовала. Алина развернулась в прыжке и описала мечом широкую дугу. С Настей, правда, уже два месяца связи не было. Но это ничего, потому что чувства, целый год пылающие в сердце, в последнее время как будто совсем потухли. И игра радовала – веселили сердце мелкие шалости, традиционные тренировки и схватки. Но всё равно было тревожно. Повернувшись, Алина увидела спешащего на поляну Саню. Этот смешной молодой человек откровенно веселил девушку своей неловкостью и незадачливостью. – Алин!, – Саня остановился, уклоняясь от Алининого меча, – Меня Кристина послала. Там Ася пошла в лагерь эльфов. Одна. Кристина сказала тебя позвать, потому что это может плохо кончиться. – В смысле? Шурик, у нас тут игра, а не настоящая бойня, – снисходительно улыбнулась Алина, но поймав встревоженный Санин взгляд, посерьезнела и засунув меч в ножны, побежала в сторону тропинки. Саня помчался за ней. 4 – Вы… Вы куда?, – эльфийская стража просто обалдела от вида Аси, в одиночестве подходящей к их воротам. – Я… Меня зовут леди Дженис. Я герцогиня замка Каэдвен. Прошу аудиенции у вашего короля. – Приветствую вас, мадам, – поклонился один из стражников, – А почему вы без охраны? – А что, для того, чтобы нанести визит королю дружественного племени, обязательно нужна охрана? – Нет. Конечно, нет. Постойте минуту, я доложу его величеству. Стражник испарился, а Ася осталась стоять, переминаясь с ноги на ногу. Она была одета в традиционный наряд герцогини: длинное платье лазурного цвета и конусообразный головной убор, всё время съезжающий на лоб. Она уже сама начала сомневаться, стоило ли приходить сюда, но детское упрямство не позволило развернуться и убежать в собственный лагерь. Наконец, эльф вернулся и проводил Асю к трону эльфийского короля. Трон представлял собой наскоро срубленный из грубых досок высокий стул, покрытый чьей-то плащ-палаткой. Зато эльфы вокруг были почти настоящими: даже уши, покрытые густым слоем гипса, торчали совсем по-эльфийски. – Чем обязан вашему визиту, леди Дженис?, – спросил король. – Я пришла поговорить с одним из ваших эльфов, ваше высочество, – Ася, одной рукой поддерживая головной убор, неловко сделала реверанс. Она была смущена и растеряна не слишком теплым приемом и совершенно не знала, что говорить дальше. – Надеюсь, вы осведомлены, что по законам нашего королевства вы не имеете права говорить ни с кем из моих подданных без моего высочайшего на то позволения?, – зато король, похоже, чувствовал себя вполне в своей тарелке. – То есть как?, – от удивления, Ася выпала из образа и вдруг её взгляд скользнул влево. Там она увидела, конечно, того, ради которого и затевался весь этот поход. Виталик стоял в стороне с огромным луком в руках и смотрел прямо на Асю. – Виталь…, – Ася улыбнулась жалко и, протиснувшись сквозь плотные ряды эльфов, подошла к нему, – Привет. Как ты? Виталий молчал, глядя куда-то в сторону. Через секунду девушка поняла, что он не собирается ей отвечать. Она растерялась. Горькие слезы обиды выступили на глазах. – Витась…, – с отчаянием прошептала она и тронула парня за рукав, – Что ты… Эльфы-стражники к этому моменту уже пришли в себя и плотной стеной встали между Виталиком и Асей. – Мадам, – ехидно улыбнулся один из них, – Я прошу вас покинуть этот лагерь. Иначе нам придется вам помочь. – Пашка…, – Ася вдруг узнала стражника, – Пашка, за что ты так? Я же… Пашка… Непрошенные слезы полились из глаз девушки, отчаяние подскочило к горлу и разлилось болью по телу. И вдруг Ася почувствовала на плечах знакомую сильную руку. Алина крепко прижала девушку к себе и поправила на голове шлем. – Не бойся, мелкая. Я здесь.