Билет в один конец

      Вечером, за ужином, я провел краткое совещание по текущим вопросам, а именно, опросил всех альф, кто и что умеет делать. И попросил Ника, чтобы он распределил омег по самым проблемным местам. Оказалось, что в подобных поселениях всё делается сообща: заготовка продовольствия, например, или стирка, или рыбалка, охота и прочие дела. Пока у нас было всего-то чуть меньше пятидесяти человек, а таким народонаселением никакого государства не построишь. А надо, спросите вы? Надо — если мы будем тупо сидеть на своём острове, рано или поздно появится какой-нибудь алчный сосед и захочет наложить загребущие лапы на наше имущество. А у нас ни сил, ни возможностей, ни ресурсов, чтобы объяснить всяким мимо проходящим, что с целью «пограбить и натрахаться» забредать не стоит. Народ, кажется, проникся и разбрёлся, по спальным местам — альфы, по лавкам — омеги: они остались убирать со стола, мыть посуду и только потом собрались идти в баню и отдыхать.       А мы с Ником ушли к себе. Я, вот не поверите, волновался, как девственник перед своей первой девчонкой. Хотя, в какой-то мере, так оно и было — омега-то у меня впервые. Нет, дома у меня был подобный опыт, но один раз и по-пьяни — я толком ничего и не помню. Хотелось? Секса — да, я же не железный. С Ником? Как ни странно это звучит, но настоящим мужиком я его не ощущал. Правда, женщиной тоже, но чем-то средним, вполне. А как там говорят? Мальчик, девочка… какая в жо… разница… вот и я решил, что принцип один и тот же. Из прежней жизни я знал — один раз всего было, клянусь! И то по-пьяни… Говорил уже? Ай, да ладно! — что перед тем, как заняться анальным сексом, партнёршу… партнёра, в данном случае, следует как-то подготовить. И начал я это дело с ванны.       Снять одежду недолго, а вот куда деть весь мой арсенал? Я осмотрелся и поразился тому, как женщины… и омеги… умеют за считанные часы преобразить комнату. Ниши оказались отгорожены плотными занавесями, сейчас слегка отодвинутыми, за одним виднелись меха на постели, за другим исходила паром горячая ванна. Сундуки были накрыты вышитыми дорожками, и больше походили на удобные лавки. На полу лежало несколько шкур, и я попятился, чтобы не топтаться по ним грязными ботинками. Кажется, это понравилось Нику — уважение к нелёгкому труду по хозяйству мне прививали с детства. Стол покрывала скатерть, и, несмотря на заломы от долгого хранения в сундуке, она выглядела нарядной. Я увидел, что Ник приготовил кувшин, немного холодного мяса и поставил стакан — чтобы я смог перекусить ночью?       Я поставил на пол рюкзак и наклонился, чтобы расшнуровать ботинки, но меня остановил омега, ловко распутав шнурки, он потянул на себя тяжёлую обувь. Пришлось остановить и снять самому — мне было немного неловко от запаха — всё же с утра не снимал, да и ноги толком не мыл уже не знаю сколько. Нет, совсем я не запаршивел, но холодная морская вода совсем не то, что чистая и горячая. Не говоря уже о том, что стирать тоже лучше в ней, а не жамкать, как придётся. Но омега даже не поморщился, только виновато сказал, что перед ванной придётся ополоснуться отдельно в тазу. Ну, надо, значит, надо, только сначала избавлюсь от снаряжения. Оказалось, что Ник уже позаботился: набил несколько колышков на стену над моим сундуком, где я и развесил все свои стратегические запасы. И ничего так получилось, всё на виду и под рукой — достать секундное дело.       Ох, какое наслаждение, погрузиться в горячую воду после долгого пути, знает только тот, кто испытал это на себе. А если за спиной ещё и умелые ручки растирают спину, разминают мышцы и гладят так, что хочешь, не хочешь, а возбудишься. Хотя, почему это не хочу? Очень даже хочу, вот прямо сейчас и… только помогу помыться Нику — ему тоже нужно, может, даже больше, чем мне. А я помогу, отдам долг, как говорится. Сначала просто ответная любезность, а потом уже супружеский, а то безобразие, женаты… э… в браке уже не один день, а ещё ни разу не было. Хорошо если он сразу за все время не потребует, а то замучаюсь отдавать! Но что-то мне подсказывает, что Ник не станет настаивать на возвращении долгов: уж больно зажат.       Я гладил спину омеги, отмечая гладкость кожи с тонкими полосками, будто его когда-то высекли и сильно — видел раньше такое у наших ребят, вытащенных из плена. Разминал закаменевшие мышцы… от усталости? Или страха? Если Ник просто устал — это поправимо, отдохнёт и всё. А вот если он меня боится, тогда работать придётся долго. Что там говорили на курсе психологии? Не помню точно, но что-то было про ПТСР*… так… что после некоторых стрессовых событий, характерные события сохраняются до месяца, сопровождаются повышенной тревожностью, ночными кошмарами. Так это для солдат. А что для жертв изнасилования? Ника-то точно насиловали, даже если это называлось «супружеские отношения», и жизнь у него была не самая лёгкая, тут к гадалке не ходи. Думаю, что в этом случае, всё продлится гораздо дольше, и работать мне семейным психологом не меньше… всю жизнь.       Ну… я не ошибся ни на грамм. Выходя из купальни после Ника, я обнаружил его на постели попой кверху в очень недвусмысленной позе — подходи, грозный альфа, всаживай с разбегу. Я осмотрел картину… ну, да, жертва налицо, вернее на… ну, чем пришлось, тем и встал: лицо Ник отвернул, глаза зажмурил, ладони сжал в кулачки, а сам едва дышит от страха. Я надеялся, что он хоть немного привык и стал доверять, но видимо зря. Придётся брать лаской и терпением, и я осторожно огладил узкую спинку. Хм… и что это меня на всякие там уменьшительно-ласкательные словечки потянуло? Хотя, не вспоминать же совсем другие слова и выражения, верно?       Слегка расслабился мой омега спустя бездну времени, я уже думал, что взорвусь от напряжения. Но ничего, вытерпел. Возбудить Ника так и не получилось, но хоть зажиматься перестал. Не совсем — чуточку, а потом уже было… короче — было. Сами придумывайте подробности, главное, что я, наконец, долг отдал, а омега засчитал. Надеюсь, что проценты не набегут. Потом я растянулся на мягкой постели, никогда не думал, что из сена со шкурами такая замечательная постель получится, подгрёб под бок омегу и расслабился — дома! Надеюсь, что это уже навсегда. Хотя… не нравится мне это поселение с точки зрения осады и обороны. Так, паранойя, заткнись, завтра подумаю, что можно сделать.       Утро началось с того, что Ник завозился под рукой.       — Ты чего? — я покосился на едва сереющее окно.       — Вставать надо.       — Тебе?       — Да, господин. Вы спите ещё.       — А тебе зачем так рано?       — Завтрак успеть приготовить.       Я подумал, что нужно назначить дежурных по кухне, пусть они и встают ни свет, ни заря, а мне омега с утра самому понадобится. И я решительно накрыл ладонью Ника.       — Подожди, я сейчас вернусь.       — Срамной горшок в купальне, — прошептал Ник.       — Тьфу, — я даже подпрыгнул, решив, что займусь вопросами отходов чуть позже. И вообще, осмотреться нужно, и место расположения мне не очень нравится, и быт налажен так себе. Но сначала самое приятное.       И, после всех этих дел вроде занятий любовью с Ником и завтрака, я взял с собой Ронда с Трисом и пошёл осматривать местность. Мои впечатления подтвердились полностью: деревня расположена на редкость неудачно: до моря далеко, для обороны не приспособлена, плодородной земли кот наплакал, места для выпаса скота почти нет, короче, нужно срочно искать, куда перенести всё это хозяйство.       — Не нравится мне здесь.       — Другого свободного острова рядом нет, — ответил Ронд.       — Я не про это, — я отмахнулся от возражений, — нужно построить деревню заново в другом месте. Если сюда придут враги, мы не отобьёмся.       — А где? — Трис осмотрелся вокруг, словно искал, на сколько метров передвинуть забор.       — Не здесь. Давайте-ка обойдём остров, посмотрим, что и как.       Мы бродили несколько часов, не слишком удаляясь от берега, чтобы сразу выбирать такое место, куда и корабль можно завести. Идеально было бы найти бухту с высоким берегом, но это в идеале, а жизнь всегда может внести свои коррективы. И удача нам улыбнулась! Вот во всю пасть, хорошо, что не оскалом. Трис нашёл небольшой залив… наверное, всё же бухту, с трёх сторон закрытую скалами. Почти идеальный изгиб берега подковой обнимал закрытую лагуну. Приятно желтел песок, хм… местами перемежаясь с крупной галькой. Слева виднелось что-то вроде насыпи. Коса? Не знаю, но что-то во всей это картине выглядело неправильным, будто… точно! Это не было похоже на природное образование, но разве местные способны на такое преобразование? Лопатами и топорами? Ну-ну… так я и поверил. Я стоял на вершине скалы, смотрел вниз на лазурные спокойные воды, представляя, как сюда заходит «Стремительный». Хотя бы для корабля, это хорошее место…       — Нужно спуститься вниз, посмотреть, что там.       — Конечно, господин, — согласился Ронд.       — И послать шлюпку, проверить фарватер, — поддержал Трис.       — Вот завтра этим и займёмся. Ты, Ронд, пойдешь на корабле со стороны моря, а мы спустимся отсюда, — решил я.       Обратный путь казался куда легче — мы шли домой, пусть даже он временный, и обсуждали срочные дела, которые следует сделать в ближайшее время.       — Нужно обязательно сходить на большую землю, лучше в Илинор, там нет войны и цены на продовольствие не такие грабительские, — говорил Ронд.       — И рабские рынки богатые, — кивнул Трис и пояснил: — очень много пленных отправили туда.       — Понятно. Всё, как обычно — короли дерутся за власть, а крайними оказываются простые люди.       Мои альфы промолчали: они и сами успели поучаствовать в местной заварушке. Я тоже не стал развивать эту тему, вспомнив, откуда пришёл. Пока нас не было, омеги повытаскивали во двор всё, что может пригодиться, и теперь разбирали это под присмотром Ника. Он так увлёкся, что не сразу заметил наше возвращение, и когда я подошёл и положил ему руку на плечо, вздрогнул и буквально рухнул на колени. Я прорвался сквозь бессвязные извинения, поднял омегу, обнял, успокаивая, но Ника буквально трясло. Пришлось вместо отдыха после долгого пути, нести мужа в нашу спальню и разбираться с приступом страха там, без свидетелей.       — Так, — я посадил Ника на колени и прижал к себе: вспомнил, как успокаивал племянницу, когда та была совсем мелкой. — Что случилось? Чего ты испугался?       — Нннн…       — Тихо… — я подумал немного, пересадил мужа на сундук и принёс ему стакан с водой. — Выпей. Говори.       — Я не приветствовал супруга, как полагается, — пролепетал Ник.       — И? Ты был занят, я мог бы немного подождать.       — Но, господин, это неуважение…       — К чему? К твоей работе? Ну, повернулся бы ты на пару минут позже, что, от этого небо на землю упадёт?       Ник отвёл глаза, промолчал, и я решил перевести разговор на другое — спросил, нашли ли они что-то ценное.       — Есть немного, — озабоченно проговорил Ник, мигом став уверенным в себе хозяином. — В основном, конечно, обычная утварь, но мы обнаружили вещи, явно приготовленные к продаже.       — Это хорошо, подумай, всё ли стоит отправлять на ярмарку в этом году. И стоит ли вообще, может, просто приедем, купим, что там нужно, и назад?       — Нет! Нет-нет! Это вызовет подозрение: почему мы ничего не продаём, а только тратим деньги? И не стоит ли нас немного…       — Ограбить? Ты прав, Ник. Ты прав… я не подумал. Но всё же, оставь и на следующий раз, вряд ли мы сумеем подготовить ещё товара.       — Хорошо. А вы, господин, удачно сходили?       — Да… я думал построить что-то вроде форта или замка, но мы нашли очень многообещающую бухту. Если там имеется сеть пещер… надеюсь, что есть, уж больно место хорошее, то мы переселимся туда. Не знаю, почему наши предшественники выбрали именно это место, тут северная оконечность острова, земли мало, к берегу не подойти, вокруг даже леса нет, чем они топили непонятно. Кстати, чем?       — Горючим камнем, — удивлённо показал на ведро возле очага Ник.       Я мысленно хлопнул себя по лбу — забываетесь, товарищ сержант, расслабился, понимаешь, а нужно напротив, сконцентрироваться.       — Почему тут, я могу сказать, — проговорил вдруг Ник. — Островитяне чтят предков, и если шаман сказал, что это место угодно их духам, то никто отсюда не уйдёт.       — А нам, значит, можно…       — Конечно, мы же чужаки, наши предки упокоились не здесь, мы сами выбираем место для поселения.       — Хорошо… вот завтра и посмотрим, что там.       Почему-то я был уверен, что завтра нам обязательно повезёт, и мы найдём для себя новый дом, защищённый от внешних врагов.                                   ______________________       *Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — тяжёлое психическое состояние, возникающее в результате единичного или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику индивида. Травматичность события тесно связана с ощущением собственной беспомощности из-за невозможности эффективно действовать в опасной ситуации.