Билет в один конец

      Следующий день по праву можно назвать великим! Во-первых, под командованием Ронда в бухту высадился десант из пяти альф. Во-вторых, они промерили фарватер, и выяснилось, что «Стремительный» таки может войти под защиту скал, но извилистым путём. Я со своей командой обследовал сверху, проверяя местность и подбирая места для спуска. Поверхность острова была очень неоднородной, ровная в месте нынешнего поселения, она плавно поднималась к югу, образуя скальное плато, слегка покрытое растительностью, а потом резко обрывалась вниз, к бухте. Слева его прорезало узкое ущелье, в котором текла бурная речка, и я подумал, что следует обследовать её, проверить и найти исток. По правде сказать, это был скорей широкий ручей, чем полноценная река, вода там была чистая, но с привкусом каких-то солей. Совсем немного, на то чтобы отплеваться в отвращении — мало, а пикантность придавала, как будто я пью минералку без газа. Чтобы спуститься пришлось вспомнить некоторые свои альпинистские навыки, а мои альфы справились с большим трудом, что меня порадовало: если мы уберём немного там и вон там, то сверху будет ещё сложнее попасть к нам в гости.       В самой бухте мне понравилось ещё больше. Если сверху она казалась немного кривой подковой, то внизу это было уже незаметно. Берег местами покрывал мелкий песок, я зачерпнул горсть и пропустил его между пальцев, наблюдая, как он тонкой струйкой высыпался обратно.       — Ветра почти нет. А это что? — я покатал в руках странный прозрачно-голубоватый камушек.       — Голубика, — мельком глянув на мою находку, ответил Тибр. Сегодня он пошёл со мной, а Триса я оставил дома, командовать альфами, помогающими омегам.       Мужики немного повозмущались, но после моего грозного рыка, пошли таскать тяжести, а то взяли за моду сидеть на солнышке и плевать в небо, пока омеги работают.       — Это ценный камень? — уточнил я.       — Не очень. Он встречается часто, из мелочи делают недорогие украшения, а крупные подходят для резьбы по камню. В Ханьской империи очень ценится нефрит, дорогой, только для богатых, а остальные покупают голубику.       Я не слишком понял косноязычное объяснение Тибра, но отложил уточнение на потом и направился вдоль берега, осматривая внимательнее скалы вокруг. Выглядели они многообещающе: широкие террасы сменялись подобием естественных ступеней, кое-где темнели отверстия, ведущие вглубь, ручей, из которого мы пили наверху, спадал в бухту красивым водопадом, а недалеко от него я заметил ещё одну струйку воды, куда и направился — проверить и её качество. Обогнув выступающую скалу, я остановился: картина открылась фантастически красивая. Ручеёк, разбиваясь на множество струек, спадал с карниза в бассейн, по прихоти природы почти идеально круглый. Над водой курился пар, оседая капельками воды на камнях вокруг. Я попробовал воду и едва не отдёрнул руку — она была обжигающе горячей.       — Нужно будет слегка разбавить её холодной, и получим отличное место для купания, — пробормотал я.       — Как прикажете, господин, — согласился Тибр, с удовольствием осматривающий небольшое уютное место.       — А сверху поставим дом, чтобы купаться круглый год… — я представил что-то подобное японским жилищам: строится легко и быстро. И леса уходит мало, а с этим тут напряги, нужно беречь каждое бревно. Если… не если, а когда мы переселимся сюда, нужно будет забрать из старого поселения всё до последней доски. А там оборудуем наблюдательный пункт… в воображении появилась каменная башня с площадкой наверху. И альфа с моим биноклем в руках… хм… почему с ним? Кстати… а тут есть подзорные трубы? Нужно будет спросить, но я что-то не видел. Или не там смотрел.       Чуть дальше горячего источника мы обнаружили небольшое огороженное пространство между скалами, что-то вроде маленькой долины. То ли из-за того, что она была почти полностью закрыта от ветров, то ли из-за источника рядом, но там было гораздо теплее, и я подумал, что здесь можно будет разбить сад. Или огород. Пусть Ник сам решает, моё дело помочь и, при необходимости, защитить. Или уже было — вон те деревья очень похожи на старые яблони.       — Пчёл бы сюда, господин… — Тибр с удовольствием втянул запахи, и я с ним согласился — мёд, это хорошо. И воск тоже неплохо. — Мы теперь здесь жить будем?       — Думаю, да. Нужно проверить пещеры, мне кажется, там хватит места на всех.       И мы пошли проверять. Почти напротив входа в бухту темнело широкое отверстие, ведущее вглубь скалы. По краям виднелось что-то вроде остатков ворот, а когда мы миновали довольно широкий коридор, оказались в огромной по здешним меркам пещере. Как по мне, соток десять, не меньше. Откуда-то сверху лился свет, и было видно, что из пещеры ещё дальше уходят несколько коридоров. Я подошёл к стене, провёл рукой по гладкой поверхности — это точно не природа постаралась, и не местные, тут нужна техника на уровне моего мира, а то и более технологичнее.       — Господин, — с тревогой проговорил Тибр. — Это Старое место.       — И? — не понял я.       — Это место предков, — пояснил альфа. — Это они строили.       — Это хорошо, значит, качество на высоком уровне.       — А разве… предки не рассердятся? — продолжал сомневаться Тибр.       — А мы спросим у них, — нашёлся я.       — Как? У нас нет шамана.       — Как это нет? А я? Вот сегодня и спрошу, согласны ли они, чтобы их потомки пришли жить в это место.       Альфы тут же закивали, но я заметил, что как-то не очень уверенно. Ну, ничего, я наговорю им что-нибудь, а там посмотрим. Но сначала нужно осмотреть пещеры, чтобы не раскопать какую-нибудь пакость. Я так до сих пор толком и не понял, где оказался. С одной стороны, всё вокруг очень похоже на Землю: те же растения, те же, или почти те, люди, такие же животные. Созвездия тоже, но слегка изменились, будто сместились в пространстве. Ну, или планета, но я что-то такое помнил из школьного курса астрономии, а потому принял нынешнее положение, как данность и решил, что просто перенёсся в далёкое будущее. Тем более что слова про Великий Мор очень на это намекали.       — А как вы спросите?       Тут я немного завис, судорожно вспоминая какие-нибудь приёмы гадания. Почему-то вспомнилось, что гадали на бобах, на мышином помёте и бараньей лопатке. Ничего из этого у меня не было, зато была… я полез в карман куртки и достал двадцатирублёвую монетку*. Подбросил её вверх и прихлопнул ладонью.       Альфы вытянули шеи, глядя на блестящий кружок гербом наверх.       — Это ваш герб, господин?       А что? Нормально! Пусть будет и тут российский орёл.       — Да, — ответил я и торжественно провозгласил: — Духи позволили жить в этом месте!       Альфы загомонили, переглядываясь, но обсудить толком не успели — в пещеру, улыбаясь во весь рот, вошёл Ронд.       — Господин! Мы пришли, — сообщил он очевидное. А то я не видел, как они по берегу шарились? Но что доложился — молодец!       — Отлично — выгружайтесь, будем думать, как сюда перебраться. Но сначала проведём полную рекогносцировку местности. Ронд, отправь по два человека в обе стороны бухты, пусть осмотрят всё и запиш… — они вообще писать умеют? Ник точно обучен грамоте, про остальных я пока не знаю. — Э… зарисуют.       — Зарисуют? — удивился альфа.       — Да. Отметят, где проходы вглубь, какой берег, что есть интересного. Задача ясна?       Ронд с сомнением кивнул.       — Тибр, бери остальных и… чёрт, верёвку бы. Или хотя бы уголь… — я задумался, чем можно отмечать путь, чтобы мои альфы не заблудились в коридорах.       — Мы возьмём факелы, господин, — понял меня Тибр, — и будем оставлять метки на стенах.       — Хорошо, но далеко не ходите, посмотрите только, можно ли тут жить самим и разместить скотину. И посчитайте, сколько там… пещерок, комнат, ну не знаю.       — Слушаюсь, господин!       Тибр взял с собой двух альф и углубился в первый коридор. Я с остальными пошёл в соседний. Идти пришлось не очень долго, вскоре путь преградила стальная плита, но и того, что было, хватит не на один десяток человек. По всей длине вправо и влево отходили комнаты, время от времени сменяясь проходами в соседние коридоры. Никакой мебели или оборудования не было, возможно оно находилось в закрытой части, а может, рассыпалось от времени. Хотя… мусора тоже нет, кроме обычной пыли. А ещё было тепло. Я знал, что в обычных пещерах холодно, а тут — нет. Вскоре, стало понятно, почему: предки провели трубы и пустили по ним воду из горячего источника. А ещё я нашёл одну большую купальню и несколько маленьких, в конце каждого обследованного коридора.       Жилые комнаты, ну, я думаю, что они были предназначены именно для этого, или будут теперь, оказались разного размера, но не слишком большие, квадратов десять-пятнадцать. А ещё я нашёл настоящие подземные апартаменты — большая спальня, две примыкающих к ней маленьких комнаты, купальня и кабинет. По крайней мере, я решил, что это будет моё рабочее место. А что? Из него можно сразу пройти в спальню, или, через небольшое помещение в общий зал. Ну, прямо приёмная для желающих аудиенции.       Короче говоря, место было отличным, и пусть хоть кто-то вякнет против, мигом рога пообломаю. Переселение заняло целых десять дней, но разбирали мы старое поселение до конца лета. Дело пошло веселее, когда «Стремительный» вернулся из первого рейса и привёз с собой первую партию работников. Я сам отправился на ярмарку, чтобы выбрать новых членов моего табора — сразу решил, что дам вольную всем рабам, как только привезу их на остров: мне нужны верные люди, а не запуганные, которые работают за страх, а не за совесть. Брал семьями, одиноких омег и альф, и не смотрел, в каком они состоянии. Истощённых — откормим, беременных… ну, что — свежая кровь никогда не помешает, а в пещерном комплексе с удобствами может разместиться не меньше пятисот человек. Увечных брал только если мастера, тут приходилось верить на слово, или если связанные с омегами. Но такие встречались редко, обычно альфы защищали дом до последнего. Было несколько подростков и детей обоих полов, взял даже пару стариков — решил, что не помешают для присмотра за малышами. И не объедят, если начистоту.        А ещё привезли коз, молочных — подешевле, и каких-то особых, пуховых. За пару этих, самца и самку, содрали столько, что у меня глаз дёргался и кулаки чесались. Тибр сторговал несколько пчелиных семейств, выбрал с десяток подрощенных поросят, смешных таких ушастых и лохматых. Кур и гусей не забыли, а вот уток я брать не стал, не захотел. В общем, пригнали мы почти что целый Ноев ковчег. И это я не говорю уже о покупке продовольствия, но тут Ник упёрся и брал по минимуму, сказав, что нельзя полагаться только на привозное, нужно самим шевелиться. И лучше купить готовые сети, пока не навязали своих, чем рыбу. Я с ним был в целом согласен, только велел взять сушёных ягод — зима она долгая, зачем нам авитаминоз?       Ну, и немного поторговали мы, тем, что осталось в наследство от прежних обитателей острова, как раз хватило, чтобы нам не задавали лишних вопросов. Из ценного, кроме коз, оказались кузнец — здоровенный альфа, ювелир — зачем он мне я пока не понял, но решил, что в хозяйстве сгодится, и много крестьян: хоть плодородной земли не очень много, а нужно будет использовать всё, что имеется.       О трёхполье здесь давно забыли, землю на островах обрабатывали мотыгами, зато картошку выращивали вовсю. Ну, там ещё репу, капусту, морковь, лук… собирали жёлуди — на острове росло несколько кряжистых старых дубов. Думаю, что если не будем лениться, с голоду точно не помрём, тем более что море под боком. Вернее, бухта — там оказалось неожиданно много рыбы, а ловить её можно было даже во время штормов: скалы защищали. Омеги собирали какие-то водоросли, в огороде уже росли бобы, горох и прочие овощи. Травы всякие опять же Ник посадил, то ли на приправу, то ли лекарственные, я пока не вникал. Нам, как оказалось, очень повезло с островом, там даже какая-то ягода росла, сам видел. Съедобная, так Ник сказал, и вкусная… наверное. Я пока не пробовал — неспелая ещё.       В общем, жизнь постепенно налаживалась, и я уже попривык. И к тому, что вместо жены получил мужа, и к тому, что он может родить мне ребёнка, кстати — обещал к следующей весне! И к тому, что дом мой теперь здесь, в новом мире. Хороший или нет, не мне судить, пришлось приспособиться к тому, что есть: лучше жить, чем умереть. Не дай мне та чёрно-белая парочка второго шанса, и косточки бы мои давно сгнили…       Прорвёмся?       __________________       *в 90-е годы была.