Закон жизни имени Чон Чонгука

      В помещении горит яркий свет, пахнем чем-то резким, тяжелым – так сразу не разобрать. Лишь спустя пару минут пробиваются запахи машинной смазки, кофе и металла. У самых стен выстроились шкафы, столы и тумбы, заставленные запчастями, колбами, заваленные тканями и бумагами.       Девять вечера. Может, уже немного больше.       Тэхён проверяет провода, что-то считывает с экранов компьютеров, щелкает мышью, а после неровным шагом проходит в центр комнаты. Сначала ничего не происходит. Абсолютная тишина топит углы, собираясь там темными сгустками – и вдруг пугливо разбегается, когда слышится тихое гудение.       Секунда, вторая. Тэхён задерживает дыхание.       Наконец, в комнате что-то происходит, бесшумно, но явно – что-то меняется, заставляя мужчину удивленно вздохнуть и дрожащими руками потянуться к металлу напротив.       – Чонгук.       Глаза, не человеческие, открываются, зрачок механически резко сжимается, затем принимает чуть больший размер и с точностью лазера находит человека.       На это ушли месяцы, хотя он начал работу, ещё когда Чонгук был жив. Он применил все знания и навыки, какими обладал, чтобы создать его точную копию – из сверкающего металла, который никогда не смогут сломать человеческие болезни.       – Чонгук, – чуть громче, чтобы он точно услышал. – Подними руку.       Секундная заминка, и робот не очень плавно поднимает правую руку. Тэхён смотрит на него горящими глазами, не в силах поверить, что ему все-таки удалось оживить сталь.       – Шаг вперед.       Не отрывая от человека взгляд, робот шагает и замирает, будто ожидая команды. Глаза темные, но стеклянные – сделанные хоть и искусно, но от человеческих отличить легко. И все же черты лица, бесспорно, угаданы с хирургической точностью. Родного, такого любимого, но холодного – Тэхён болезненно хмурится и сжимает кулаки, давя дрожащую тоску под ребрами.       Он никогда не сможет стать его Чонгуком. Никто не сможет его заменить. Но.       – Как меня зовут? – спрашивает громко.       Робот не отвечает, и он повторяет вопрос:       – Как меня зовут?       Потому что он должен помнить – потому что ему удалось перевести мозговые волны на компьютер и преобразовать в электрические импульсы. Они оживили этот металл, значит, должны вернуть воспоминания.       Но робот продолжает молчать, и Тэхён недовольно наклоняет голову, разглядывая механизмы.       Вдруг робот шагает к нему, и Тэхён отступает назад, но тот продолжает наступать. Ещё и ещё, и человек не может понять, что происходит, не может налюбоваться своим ожившим сердцем и душой. Он, конечно, не замечает, как робот начинает шевелить руками и неожиданно быстро кидается ещё ближе.       Тэхён удивленно замирает, вскинув руки в защитном жесте, но не успевает – что-то холодное касается груди, и, опустив голову, он видит темный металл. Один из старых операционных скальпелей, который он больше не использует по назначению и потому не убирает в пеналы. Старый, с потертой ручкой, он торчит прямо меж ребер.       Тэхён поднимает голову и что-то судорожно ищет в стеклянных глазах – но не находит. Ручеек крови вдруг появляется у уголка губ и стремительно утекает ниже, по шее за ворот рубашки. Мужчина хватается за скальпель, словно не понимая, как он здесь оказался, и оседает на пол, пока рубашка пропитывается красным.       Он пытается что-то сказать, но захлебывается кровью, выплевывая ту на пол, и усталым взглядом прощается с роботом, что так похож на его любовь.       Тэхён прикрывает глаза, и комната вновь тонет в тишине. Робот стоит неподвижно, пустыми глазными яблоками наблюдая за телом. Он стоит так пять минут, десять – и вдруг зрачки его теряют фокус, глаза закрываются, и, словно шатаясь, он отступает назад. Его рот открывается, сначала резко, а потом замирает, и в тишине слышится:       – Тэхён, – неживым, странным звуком, от которого у любого человека побежали бы мурашки.       Робот сжимает свою голову, словно та внезапно заболела, а после до скрипа напрягает руки и скручивает шею, отделяя голову от туловища – и с грохотом падает на пол, дергаясь от заедающих механизмов, отключаясь навсегда.       Остывшее тело мужчины и поломанного робота найдут лишь следующим днем. Человек, спустившийся в подвал, в ужасе прикроет лицо небольшой ладонью и позовет на помощь другого – тот беспокойно спуститься по лестнице и тут же бросится к нему, принимаясь успокаивать, ведь он – самое дорогое для него. После, когда оба наконец придут в себя от шока, они вернуться на первый этаж и объявят, что Ким Тэхёна больше нет с ними.       Может быть, – подумают тогда оба, – они теперь снова вместе.       Может быть, именно так все и должно было случиться.