Птица и монстр

Высоко в одной из башен замка находились кабинет и личные комнаты исполняющего обязанности директора Школы Чародейства и волшебства Хогвартс. Как бы ни отличались друг от друга все эти директора школ прошлых столетий, все они сходились во мнении, что отсюда открывается поистине захватывающий дух вид на шотландскую сельскую местность и горы. Но прямо сейчас нынешнему директору Хогвартса было все равно. Тем более он бы все равно ничего бы не увидел, так поздно ночью и в полной темноте. Так поздно ночью или так рано утром, с какой бы точки зрения вы ни хотели это увидеть. Потому что в течение нескольких часов Альбус Дамблдор ходил взад и вперед по своему кабинету и просто не мог отдохнуть. Он был слишком расстроен тем, что пережил, когда ночь еще не наступила так быстро, как сейчас. Ему приходилось думать об этом снова и снова. Сначала он хотел понаблюдать за Гарри, который, он как и планировал, накануне надел мантии-невидимку и в конце концов наткнулся на зеркало Еиналеж. Он испытал огромное облегчение, когда Гарри увидел в зеркале своих родителей. Никакое богатство, слава или власть. Просто любить. Это подтвердило его уверенность в том, что Гарри сможет защитить философский камень. Он беспокоился о том, как сильно он потеряет себя в зеркале, но это не было бы необратимым. Еще через одну-две ночи он бы вмешался и не дал Гарри больше гоняться за иллюзиями зеркала. В конце концов, Открытие зеркала Гарри послужило лишь цели ознакомления Гарри с уникальной природой зеркала Еиналеж. Чтобы Гарри вспомнил об этом в нужное время. Однако в ту ночь все обернулось совсем по-другому, и ничто уже никогда не будет прежним. Потому что он не включил в свое уравнение все возможные факторы. Еще раз, надо было сказать. Потому что Гарри привел Дафну Гринграсс к зеркалу. Он должен был подумать об этом. С тех пор как Гарри прибыл в Хогвартс, они были неразлучны. По крайней мере, так ему сказал Северус. Он также подозревал, что именно из-за нее Гарри поступил в Слизерин. Что-то, чего Дамблдор тоже не предвидел. Он не мог предвидеть так много вещей. С ужасом и слезами на глазах он узнал из жизни двух детей такие подробности, которые никогда бы не подумал, что это возможно. Гарри, по-видимому, пережил ужасные вещи со своей семьей, конечно, никакой любви и привязанности. Он ошибался насчет Петунии, той милой маленькой девочки, которая написала ему письмо много лет назад, прося принять его в Хогвартс и сопровождать ее сестру. А жизнь Дафны, вероятно, была еще хуже. Его руки все еще дрожали при мысли о ее словах. Ни один ребенок не должен страдать от этого от своих собственных родителей! Он действительно думал, что после войны Морфеус и Роксана изменились, что они сожалеют о своих действиях, но и тут он ошибался. Они были еще более презренными людьми, чем он мог себе представить. Что действительно напугало Дамблдора, так это последующие чувства и слова двух детей. Они были полны ненависти и боли. Разбитые души, которые отвернулись от мира и своих собратьев-людей. Или мир отвернулся от них раньше? - Он вздохнул. Это была его вина, его проклятая вина! Он просто не мог учиться на своих ошибках. Будет ли все так же, как с Томом? Повторится ли история? Неужели его надежды на светлое будущее уже напрасны? Нет, этого просто не может быть! Он стукнул обоими кулаками по столу. Фоукс, который только что мирно спал, вопросительно посмотрел на него. Дамблдор ахнул и весь задрожал. Нет, будущее не было предрешено заранее! Она все еще была изменчива. Он изменит его. Он был обязан этим детям и всему миру. Он исправит свои ошибки! В будущем он все сделает лучше! Гарри никогда не вернется к Дурслям, решил он! Возможно, с Дафной будет сложнее, но, по крайней мере, он должен попытаться. Может быть, они могли бы остаться в Хогвартсе? Тогда он мог бы также настороженно следить за ними. Да, он спасет их обоих! И этот мир тоже. Он отговорит их идти по этому темному пути. Он снова был уверен в себе. Его прежние планы были отброшены, но у него был новый план. Дамблдор заметил, как сильно устал. Он перевел взгляд на Феникса, который все еще смотрел на него с любопытством. -Фоукс, мой старый друг. Сегодня мне понадобится твоя помощь. Дай мне отдохнуть еще несколько часов, а потом мы займемся преподавателем ЗОТИ. Я слишком долго позволяю ему делать то, что он хочет.

***

Красная вспышка света исчезла, и Дафна присела в углу, крепко обхватив руками ноги. Она всхлипнула и попыталась вздохнуть, но каждый вдох разрывал ее легкие. - Бесполезное создание! Почему? Почему родители так с ней поступили? Что же она натворила? Она обещала измениться! Она любила их! - Ты напрасно тратишь жизнь! Она просто хотела, чтобы боль прекратилась! Пожалуйста… -Круцио! В мире Дафны не было ничего, кроме боли и агонии. Она вскрикнула, но в какой-то момент ее голос сорвался. И все, что она могла видеть, была пелена крови в ее глазах. Она умоляла их остановиться. Она не могла продолжать. Но они не остановились. В какой-то момент Дафна потеряла сознание.

***

Вокруг нее была только темнота. Неужели она умерла? Неужели смерть была ее спасением? Внезапно она увидела руку перед своим лицом. Дафна подняла голову. Над ней склонилась высокая женщина с распущенными светлыми волосами, одетая в длинное черное платье. У нее были льдисто-голубые глаза. На ее губах заиграла улыбка. "Она действительно красива", - подумала Дафна. Она услышала ясный голос в своей голове, но губы женщины не шевелились. Вместо этого она продолжала улыбаться Дафне и все еще протягивала ей руку. Ты надеешься, что ты мертва? Должна ли смерть быть твоим концом? Да, Дафна хотела бы умереть. Она больше не могла выносить эту боль. И так каждый день. Он уже давно врезался ей в душу, глубоко в сердце. Она больше не могла этого выносить. И часа не прошло... минута... вторая... Как насчет того, чтобы дать отпор? Она была слишком слаба, слишком слаба... Да, маленькая душа, пойманная в ловушку вечной ночи. Хрупкая и беспомощная, несмотря на все твои страдания... Ты слишком слаба, а я нет. Я та, кем ты должен быть! Я - твое будущее! Я-это ты! Нет, это не так. Она была ребенком, а не этой женщиной ... Я - часть тебя самой. Твои муки были моим рождением. Твои крики боли - мое дыхание жизни. Твоя пролитая кровь - моё зелье. Возьми меня за руку, и давай снова станем одним целым. Позволь мне быть твоим огнем в этой вечной ночи. Пусть этот мир, в котором нам не рады, превратится в пепел. И из пепла этого старого мира мы создадим наш собственный новый мир. Она не могла этого сделать. Она не была злой. Это было неправильно, она знала это! Моя маленькая прекрасная, отвратительная душа, то, что они делают, неправильно. Мы только вернем долг. На этот раз мы позволим им почувствовать нашу боль так глубоко, что пролитая кровь очистит нас. Тогда мы будем свободны. Быть свободным? Она так хотела быть свободной. Но был ли это правильный путь? Искупит ли ее, месть? Женщина по-прежнему улыбалась, с протянутой рукой. Она просто должна была принять это. Она схватила её за руку. Это был ледяной холод.

***

Дафна проснулась с громким криком. Она была вся мокрая от пота. Внезапно она почувствовала сильную тошноту. Она добралась до ванной как раз вовремя, прежде чем ее вырвало. Сидя и задыхаясь перед унитазом, она вспоминала подробности своего сна. Как ее юное " я " схватило за руку женщину, которую она видела в этом таинственном зеркале всего несколько часов назад. Как ее молодое " я "схватило за руку ее будущее "я"? Дафну снова вырвало.

***

Драко Малфой приготовился к худшему. Последние несколько дней отец почти не разговаривал с ним, даже почти не обращал на него внимания. Тот факт, что он позвал его в свой кабинет так рано утром, не предвещал ничего хорошего для Драко. Он понял это сразу же после получения отцовского "приглашения". Вот почему он сразу же оставил свое разочарование на том, кто доставил приглашение. А для чего еще нужны домашние эльфы? Он подошел к большой входной двери, ведущей в кабинет отца. Драко всегда чувствовал себя таким маленьким и незначительным, когда видел эту огромную дверь. Он сглотнул и постучал. Изнутри донесся голос отца, приглашающий его войти. Драко нервно вошел. Его отец, Люциус Малфой, один из самых влиятельных и богатых людей Британии, сидел за своим темным деревянным столом, читая кусок пергамента в руке. -Садись, сынок, - сказал он Драко, не отрывая взгляда от пергамента. Драко сделал, как ему было сказано, и стал ждать. Стал ждать. Прошло несколько минут, а отец так и не заговорил с ним. Драко нервничал все больше и больше. В комнате стояла мертвая тишина, так что Драко мог слышать только свое собственное дыхание, которое теперь казалось слишком громким. Наконец, его отец положил пергамент на стол перед ним и внимательно посмотрел на Драко. Затем он заговорил спокойным голосом: "Как ты справился с заданием, которое я дал тебе перед началом учебного года? Драко заерзал на стуле. Он знал, что отец будет недоволен им. - Поттер отказался от моей дружбы, - нерешительно ответил Драко. - И как это могло случиться, если вы оказались в одном доме, вопреки всем ожиданиям? Судьба подарила тебе шанс подружиться с мальчиком-который-выжил. Почему ты не воспользовался этим шансом? Вопреки здравому смыслу, Драко почувствовал, как в нем нарастают эмоции. - Поттер-самонадеянный слабак, - сердито сказал он. Он уже успел подружиться с Гринграсс. Я великодушно предложил ему свою дружбу, но грязнокровка отказался, мне пришлось- Вдруг отец стукнул кулаком по столу. Он вскочил, лицо его исказилось от ярости. -И вместо того, чтобы просто попробовать еще раз позже, ты все испортил, - крикнул он на Драко, - Я слышал, что ты и твои дружки потом сделали с Поттером. И с этой сукой Гринграсс тоже. Знаете ли вы на самом деле, чего вы достигли своими действиями? Ты убедился, что Поттер искал компанию единственного человека в Слизерине, которого мы не можем использовать! В своем несчастье Поттер и Гринграсс объединились, и вы навсегда потеряли свой шанс. По крайней мере, если у Поттера есть хоть малейший кусочек мозгов, что, к сожалению, можно заподозрить, учитывая его родителей. Теперь он обошел свой стол и встал прямо перед Драко, который пытался показаться очень маленьким в кресле. - Ты потерпел неудачу, Драко. Из-за тебя и твоего тщеславия мы потеряли мальчика-который-выжил. Отец схватил палочку, которая до этого лежала на столе. - Это можно было бы простить. В конце концов, Поттер был бы для нас всего лишь инструментом. И шансы на то, что вы могли бы подружиться с ним, были ничтожны с самого начала. Но все же неудача есть неудача. И что еще более непростительно, я мог бы просто взять из твоих оценок, которые прислал мне Северус. Как ты можешь допустить, что у грязнокровки оценки лучше, чем у тебя? Тебе действительно должно быть стыдно за имя Малфой. -Круцио! Его отец держал заклинание всего две секунды, но этого было достаточно, чтобы Драко решил никогда больше не расстраивать отца.

***

Пелена тумана образовалась перед лицом Дафны, когда она выдохнула, идя вдоль замерзшего озера в утреннем холоде. Снег хрустел у нее под ногами. Все было так же, как и на других ее утренних прогулках. Все, кроме одного. В отличие от обычной прогулки, сегодня у нее был компаньон. Гарри шел рядом с ней, его дыхание тоже было отчетливо видно в холодном воздухе. Его ноги с каждым шагом все глубже погружались в снег, даже больше, чем у Дафны. Гарри удивил ее этим утром, когда стоял, ухмыляясь, в общей комнате, уже одетый в толстую зимнюю куртку, шарф, шляпу и перчатки. Он сказал, что сегодня пойдет с ней. И так случилось, что теперь они оба шли бок о бок вокруг озера Хогвартс. Некоторое время никто из них не произнёс ни слова. Оба, вероятно, были слишком поглощены своими мыслями. По крайней мере, так было с Дафной. Снова и снова она думала о вчерашних событиях. Слова, которые она сказала Гарри. И слова, которые он сказал ей. Как она плакала и смеялась в его объятиях. Как уютно и безопасно она чувствовала себя в его объятиях. Кто бы мог подумать, что такое возможно раньше? Она всегда была одна, ее всегда избегали. Она уже давно смирилась с этим. Смирилась со своей судьбой. Хотя какая - то маленькая частичка ее души, спрятанная глубоко внутри, тосковала по другу, товарищу, но она пыталась запереть эту часть себя. Отвергнутая миром-это одно, но тот факт, что какая-то часть ее души все еще надеялась на друга, только заставлял ее чувствовать себя жалкой. А потом Гарри появился из ниоткуда и стал частью ее жизни. И по какой-то причине он искал её общества. Даже довольно настойчиво, как вынуждена была признать Дафна. Он мог бы найти лучших друзей, чем она, но он беспокоился только о ней. Когда он попал в Слизерин, к ее великому удивлению, их судьбы были предрешены. Она уже давно смирилась со своей судьбой. С тех пор он почти все время следил за ней. Дафна вспомнила свои слова, сказанные накануне вечером. Она сказала ему, чтобы он перестал так сильно цепляться за нее. Она называла его жалким, но та ее часть, которая заставляла ее чувствовать себя жалкой, была втайне счастлива, что она не была полностью одна в Хогвартсе. Что у нее был кто-то, с кем она могла проводить время. Даже если она не осмеливалась признаться в этом самой себе. Она ошибалась насчет Гарри! Она действительно думала, что он был просто наивным мальчиком, слишком добрым для этого безжалостного мира. Что это была ужасная шутка судьбы, которая привела его к ней. Что это разрушило всю его жизнь. В Гриффиндоре, доме его родителей, ему наверняка жилось бы лучше. Вчера Гарри увидел в ней нечто такое, что наполнило ужасом даже саму Дафну. И с отвращением. И снова ей пришлось вспомнить свой ночной сон. Ненависть и жажда мести-вот что она чувствовала, глядя в зеркало. Она испытала чувство удовольствия, когда увидела, как она сама бросает красные вспышки обратно на своих так называемых родителей. Когда она увидела, как убила их. Это было так хорошо! Даже сейчас все ее тело дрожало от воспоминаний, и она чувствовала, как внутри поднимается жар. Неужели это и есть ее предначертанный путь? Она не хотела быть чудовищем. Она не хотела быть похожей на своих родителей. Как родители их проклятых одноклассников. Как Волдеморт. Убийца родителей Гарри. Но в то же время она чувствовала глубокую ненависть и гнев. Часть ее просто хотела увидеть, как горит этот мир. Она хотела быть той, кто подожжет его. До прошлой ночи она не осмеливалась признаться себе в этом. Это было для нее шоком. После этого она просто хотела остаться наедине с собой и своими ужасными, мучительными мыслями, но Гарри не давал ей покоя. Он хотел знать, что она увидела в этом проклятом зеркале. В тот момент она просто ненавидела его. Она была твердо убеждена, что на самом деле он не хотел знать, что она видела. Каким было самое сокровенное желание ее сердца. А если бы он знал, то все равно боялся бы ее или даже испытывал бы отвращение. Или, что еще хуже, его благородная натура заставила бы его захотеть отговорить ее от этого темного пути. Чтобы спасти ее от ненависти и гнева. Чтобы заставить ее простить. Ничего этого не было! Он видел самую глубокую, самую темную часть ее души. И он не отвернулся. Он тоже не пытался спасти ее. Скорее, он связал свою судьбу с ее. Она все еще дрожала от воспоминаний. Он сказал, что не оставит ее одну. Он не позволит ей идти по этому пути в одиночку. Он станет ее партнером. Вместе они перепишут свою историю. Они вдвоем! Дафна никогда не чувствовала себя такой счастливой, как в этот момент. Когда она согласилась на этот договор, глядя в его изумрудные глаза. Даже сейчас она чувствовала, как это воспоминание согревает ее сердце. Но отдавал ли Гарри себе отчет в том, что он выбрал? Кого он выбрал? Она должна была знать, нуждалась в уверенности. - Гарри, ты действительно имел в виду то, что сказал вчера? Что ты будешь моим партнером? Ее голос был таким тихим, что его едва можно было расслышать в утреннем зимнем ветре, но Гарри услышал ее и остановился рядом. Однако Дафна продолжала смотреть в землю перед собой. - Ты ничего обо мне не знаешь, - нерешительно продолжила она, - Ты совсем меня не знаешь. Если ты так предашься мне, то это принесет тебе только страдания. Я больше не вижу надежды для себя. Но у тебя еще есть надежда! Ты все еще можешь жить хорошей жизнью! Без меня ты можешь это сделать. Внезапно она почувствовала, как ее схватили за руку. Она подняла голову и посмотрела прямо в лицо Гарри, которое теперь было прямо перед ней. В глубине души она всегда была немного очарована его мерцающими зелеными изумрудами, но гордость не позволяла ей сказать это вслух. Гарри взял ее за другую руку. Его руки в ее ладонях были теплыми, как будто в них горел огонь. - Дафна, вчера я был абсолютно уверен в своем решении. И это не изменилось. Я твой партнер. Я не оставлю тебя одну. Его дыхание коснулось лица Дафны. Она почувствовала, как снова подступают слезы. Что, черт возьми, с ней происходит в последнее время? Иначе она не была бы такой эмоциональной! - Но... Но разве ты действительно отказался бы от той жизни, которую мог бы иметь? Рисковать своей человечностью? - То, что я имею сейчас, то, что я имел в последние годы, нельзя назвать жизнью. Я только существовал, и этот мир толкал меня, как ему заблагорассудится. Я уже говорил тебе, Дафна. С тех пор как я впервые увидел тебя в Косом переулке, я был под твоим очарованием. У тебя была та легкая улыбка, которая выглядела так, будто ты обычно подавляешь свою улыбку. И все же она была искренней, прекрасной! И с тех пор я не мог выбросить тебя из головы. Каждый раз, когда я смотрю в твои глаза или слышу твой смех, я чувствую себя более живым, чем когда-либо в своей жизни. Гарри крепче сжал ее руки и придвинулся к ней еще ближе. - Вчера я узнал тебя получше. Мы разделяем одно и то же желание. И мысль о том, что это должен быть наш конец, причиняет боль. Я не хочу, чтобы это был конец для нас. Мы оба должны начать жить правильно раньше. А для этого мы должны быть свободны, идти своим путем. И я хочу пройти этот путь вместе с тобой! - Я не беспокоюсь о своей человечности, Дафна. Потому что как много человечности показал мне этот мир до сих пор? Ты самое человеческое существо, которое я когда-либо встречал. С тобой я чувствую себя человеком. Я чувствую себя живым. Жизнь все равно страдает. Но вместе мы можем это вынести. Сердце Дафны бешено колотилось. Она хотела что-то сказать, но не могла открыть рот. Теперь Гарри отвел взгляд от Дафны. - Есть, есть только одна вещь, которую я не могу забыть, - запинаясь, произнес он, явно подбирая слова. - Ты сказала, что твои родители заставили тебя пожалеть о разговоре со мной в Косом переулке в тот же вечер. Они пытали тебя, Дафна? Из-за меня? Теперь он снова посмотрел на нее. В его глазах Дафна увидела стыд и вину. Дафна точно знала, что происходит в голове Гарри. И это причиняло ей боль. Она отпустила его руки и обняла его, обхватив руками торс. Он чувствовал себя гораздо более напряженным, чем в их вчерашнем объятии, которое так успокаивало ее. - О, Гарри, ты не должен винить себя. Мои родители мучили меня почти каждый день. Это была не твоя вина. Они бы все равно это сделали, только по другой причине. Она подняла голову и посмотрела на Гарри. По его щекам потекли слезы. И на его лице отразился чистый гнев. - Я убью этих ублюдков за то, что они сделали с тобой, Дафна! Они не заслуживают того, чтобы оставаться в живых! Теперь Дафне тоже пришлось плакать. Итак, они вместе плакали в объятиях друг друга. Никого из них не интересовало, сколько прошло времени. В какой-то момент, однако, их слезы высохли, и двое детей просто смотрели друг на друга, заглядывая глубоко в сердца друг друга, любой обман был давно забыт. Наконец Дафна заговорила снова: - Гарри, мне страшно. Есть части меня, которых я боюсь. Я боюсь того, кем могу стать. А теперь я даже боюсь за тебя! - Я чувствую то же самое, Дафна. Но я также чувствую себя живым впервые в своей жизни. Наше будущее неопределенно. Мы можем формировать его совершенно свободно, не проявляя внимания к другим. Меня не волнует мир и люди в нем. Только ты и я имеем значение. Может быть, мы погибнем от этого, но, может быть, мы будем свободны. Дафна не смогла удержаться от улыбки и обняла его еще крепче. - Да, мы будем свободны. Я чувствую это. Она действительно знала. Она чувствовала уверенность и надежду. Может быть, путь, который она выбрала, принесет только страдания и боль, но такова была ее жизнь до сих пор. Так что, по крайней мере, была надежда, что они смогут создать лучшее будущее. Вместе. Она больше не была одна! У нее был партнер. У нее был Гарри. Эта мысль сделала ее по-настоящему счастливой. В какой-то момент они продолжили прогулку вокруг озера. Гарри все еще держал ее за руку, но Дафна не возражала. Ей это даже нравилось. Однако ей все еще хотелось кое-что узнать от Гарри. - Гарри, теперь, когда мы партнеры, я не хочу, чтобы у нас были секреты друг от друга. Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать обо мне. А еще я хочу побольше узнать о тебе, о твоей семье, с которой ты прожил последние годы. Гарри рядом с ней только кивнул и неуверенно начал рассказывать. Гарри и Дафна сидели на своих обычных местах в конце Слизеринского стола в Большом зале. Свободных мест было много, но они, как само собой разумеющееся, направились туда, где всегда сидели. Отсюда Гарри хорошо видел другие столы факультетов и стол учителей. Может быть, он стал немного параноиком за последние несколько месяцев, подумал он. Он немного успокоился после своих утренних откровений. Он рассказал Дафне о своей жизни с Дурслями. Было больно снова пережить все это. Он рассказал ей все о своей жизни там: спальное место под лестницей, поношенная одежда Дадли, часто пропадающая еда, побои. Ему было почти стыдно рассказывать Дафне о своих переживаниях. Потому что ей было намного, намного хуже! По сравнению с ней его жизнь была почти безобидной, может быть, даже приятной. Ему было трудно описать свои чувства. Это постоянное ощущение, что в его жизни чего-то не хватает. То, что у него было с Дурслями, нельзя было назвать семейной жизнью. Этой любви не хватало. Последнее ему стало ясно только сейчас. Что он вырос ребенком без любви, без заботы, без дома. Дафна слушала его все это время, держа за руку, и просто была рядом с ним. В конце концов она обняла его, как и утром. В тот момент Гарри чувствовал себя в полной безопасности. Ему нравились перемены, произошедшие в их отношениях со вчерашнего вечера. Даже если он поймал себя на том, что украдкой поглядывает на Дафну и застенчиво улыбается за их утренним завтраком, у него было ощущение, что она тоже поглядывает на него, слегка улыбаясь. Он знал, что потребуется время, чтобы понять все эти изменения в полной мере, но он с нетерпением ждал возможности изучить это новое партнерство с Дафной. Гарри как раз наливал им новый тыквенный сок, когда Дафна снова заговорила после некоторого времени неловкого молчания. - Гарри, нам еще нужно поговорить о мантии, который ты получил на Рождество. Мне не нравится мысль, что мы не знаем, кто тебе её дал. Он посмотрел на Дафну, которая тоже внимательно наблюдала за ним. Он вынужден был признать, что она права. Он больше не думал об этом. -Ты говоришь так, будто уже думала об этом, - ответил он. -У меня есть идея. Я думаю, что этот человек, очевидно, знал твоих родителей, когда он получили плащ от твоего отца. Гарри кивнул, соглашаясь со словами Дафны, и она продолжила: - И я не думаю, что домашние эльфы положат на твою кровать какие-нибудь вредные подарки. Потому что я думаю, что очень вероятно, что твои подарки были положены туда ими. Или кто-то еще в Хогвартсе, потому что у кого еще была бы возможность войти в общежитие? Кстати, мне не нравится, что по ночам в наших спальнях бывают люди, а мы ничего не замечаем. Но вернемся к теме: домашние эльфы, по крайней мере, должны были знать, что плащ не представляет для тебя никакой опасности, если они были теми, кто положил его туда. Или они должны знать и доверять ответственному лицу. Или это был человек, который имеет доступ в Хогвартс везде в любом случае. -Мне кажется, я знаю, о ком ты думаешь, - задумчиво произнес Гарри. Теперь Дафна с вызовом посмотрела на него и ответила дразнящим тоном, - Мне не терпится узнать, какие выводы ты сделаешь." Она поднесла бокал с тыквенным соком ко рту и начала пить, но не сводила с него глаз. Гарри не удержался от улыбки. Было ли это своего рода испытанием? Тогда ему лучше выложиться по полной. - Ну, мы определенно можем спросить домашних эльфов, что они знают. Это, вероятно, имело бы смысл, если бы подарок пришел по почте, как, вероятно, подарок Дурслей. Кстати, было бы также интересно узнать, как Маггловская почта попадает в Хогвартс. Но даже тогда, я думаю, что соответствующие люди в Хогвартсе должны знать об этом. С точки зрения твоего предположения, что в Хогвартсе могут быть люди, которые иначе могли бы попасть в общежитие Слизерина ночью, на самом деле для меня есть только два. Наш "любимый" декан Слизерина, Снейп и, конечно же, Дамблдор. Для меня не может быть и речи о том, чтобы Снейп дал мне что-нибудь, и я не думаю, что он был бы другом моего отца. Другие учителя могли бы попасть в общежитие Слизерина, но мне не хватает информации на этот счет. Во всяком случае, второй человек наиболее вероятен для меня, наш директор Альбус Дамблдор. Он должен был знать моих родителей, я уверен в этом. Он определенно был и их директором. И он, конечно, может свободно передвигаться по замку, ведь он директор школы. А иначе он наверняка должен был бы знать или, по крайней мере, осознавать что-то. Поэтому я хотел бы поговорить с Дамблдором. Тут он замолчал и заметил, как Дафна улыбнулась ему широкой улыбкой. - Это в точности мои мысли. На самом деле, я совершенно уверена, что Дамблдор дал тебе плащ. Или, вернее, вернул его, в конце концов, он на самом деле твой. И вся эта скрытность тоже подошла бы ему, если бы то, что я слышал о нем, было правдой. Гарри перевел взгляд на учительский стол. Кресло посередине все еще пустовало. - Тогда нам надо поговорить с Дамблдором. Но его, кажется, еще нет. Довольно необычно, он почти всегда присутствует за завтраком. - Ты не знаешь, где находится его кабинет? Гарри только пожал плечами. Он не знал, где на самом деле обитает Дамблдор, но у него была идея. - Мы можем спросить Макгонагалл. Она заместитель директора школы. И она сказала нам в начале учебного года, что мы всегда можем обратиться к ней, если у нас есть проблема или беспокойство. Он посмотрел на Дафну. Она кивнула, соглашаясь с его словами. - Звучит не так уж плохо. Я думаю, что мы должны сначала пойти к своему декану для этого, но почему-то я не думаю, что это будет хорошей идеей для тебя со Снейпом, - задумчиво сказала она. Гарри невольно рассмеялся. Да, он не хотел ни о чем спрашивать Снейпа. Дафна улыбнулась ему. - Тогда давай спросим ее прямо сейчас. Они поднялись со своих мест и подошли к учительскому столу. Они коротко поздоровались с Хагридом, но просто прошли мимо Снейпа, не глядя на него. Гарри уже представлял себе презрительные взгляды этого ублюдка. Наконец они остановились перед заместителем директора, которая уже с любопытством разглядывала их. -Доброе утро, профессор Макгонагалл,- сказал ей Гарри. - Мистер Поттер, Мисс Гринграсс, чем я могу вам помочь в такую рань? - Макгонагалл подняла правую бровь. - Профессор, нам нужно срочно поговорить с директором Дамблдором. Вы случайно не знаете, где мы можем его найти? -Это очень необычно, мистер Поттер. Как правило, студенты обращаются к своему декану за всеми своими соответствующими проблемами. В вашем случае это был бы Профессор Снейп. Почему вы хотите поговорить с профессором Дамблдором? Она бросила на них обоих явно любопытный взгляд. На этот раз заговорила Дафна: - это семейное дело Гарри, профессор. Директор действительно единственный, кто может помочь нам в этом отношении. И это срочно, так что нам действительно нужно поговорить с ним. - И вы не можете сказать мне, в чем именно заключается это семейное дело? А вы, Мисс Гринграсс, насколько мне известно, не принадлежите к семье мистера Поттера. Дафна была для него скорее семьей, чем кровными родственниками, подумал Гарри. -Я хочу, чтобы Дафна была со мной, профессор, - ответил Гарри. - И я не могу точно сказать, о чем идет речь. Только профессор Дамблдор может мне в этом помочь. Макгонагалл молчала несколько секунд, и казалось, что она напряженно думает. Наконец она заговорила снова: - Ладно, я поверю тебе на слово. Я отведу вас обоих в кабинет директора, где вы сможете поговорить с ним. Но я надеюсь, что это действительно серьезно для вас. Профессор Дамблдор - занятой человек." Макгонагалл поднялась со своего места. - Пожалуйста, следуйте за мной. Гарри и Дафна вышли из большого зала вслед за профессором МакГонагалл. Он мог только чувствовать ядовитые взгляды некого мастера зелий у себя за спиной. Гарри невольно ухмыльнулся. -С вами всё в порядке, - Спросила их между делом Макгонагалл. -Лучше, чем когда-либо, - ответил Гарри с улыбкой и быстро взглянул на Дафну, но она отвела глаза. Наконец они остановились перед большой горгульей. - Карамельные эклеры, - громко сказала Макгонагалл, и горгулья отвернулась в сторону. Теперь они могли видеть спиральную лестницу, вьющуюся вверх. Они быстро поднялись по лестнице, и их понесли наверх. Гарри в очередной раз был удивлен множеством тайн и чудес этого замка. Без Макгонагалл они, вероятно, никогда бы не нашли кабинет Дамблдора. Они остановились прямо перед деревянной дверью. На двери висел медный дверной молоток в форме грифона. Макгонагалл воспользовалась дверным молотком и, подождав несколько секунд, открыла дверь и провела их в кабинет директора. Это была большая круглая комната. На стенах висело множество портретов бывших директоров, по крайней мере, так подозревал Гарри. Некоторые из них смотрели на них с любопытством, но многие, казалось, просто спали. Иногда он даже слышал храп. Посередине стоял большой стол с когтями. На стенах и повсюду в комнате были полки и столы, полностью заполненные книгами и странного вида серебряными инструментами, которые издавали тихие звуки и иногда испускали дым. Гарри даже разглядел распределяющую шляпу на полке, но сейчас она выглядела довольно безжизненной. В целом кабинет произвел на Гарри доброжелательное и приятное впечатление. Только профессора Дамблдора нигде не было видно. - Профессор Дамблдор скоро будет здесь. Просто подожди и ничего не трогайте. - С этими словами Макгонагалл вышла из кабинета, оставив Гарри и Дафну наедине. Они посмотрели друг на друга, и Гарри пожал плечами. Очевидно, у них не было другого выбора, кроме как ждать. Он уже собирался что-то сказать Дафне, когда она слегка покачала головой и кивнула в сторону портретов на стене. Гарри понял ее жест. Она не хотела разговаривать в присутствии портретов. Возможно, это была неплохая идея, в конце концов, несколько десятков бывших директоров послушали бы их. Поэтому они просто молча ждали. Дафна теперь сидела на единственном стуле перед столом. Гарри стоял рядом с ней и продолжал осматривать комнату. Через некоторое время - Гарри уже начал терять терпение - дверь в кабинет внезапно открылась с громким скрипом. Он обернулся и увидел Альбуса Дамблдора с его серебристыми волосами и длинной белой бородой. Какая-то птица с красными и золотыми перьями сидела у него на правом плече. Гарри никогда раньше не видел такой птицы. Внезапно птица поднялась с плеча Дамблдора и одним взмахом крыльев преодолела расстояние между дверью и столом, где она сидела на чем-то вроде насеста. Дафна смотрела на птицу широко раскрытыми глазами. Гарри снова перевел взгляд на Дамблдора. Только теперь он заметил, что его длинная пурпурная мантия сбоку выглядела опаленной, как будто она соприкоснулась с огнем. Дамблдор производил в целом несколько усталое и измученное впечатление. Он ссутулился, и Гарри увидел глубокие темные круги под его очками-полумесяцами. -Доброе утро, Гарри, Мисс Гринграсс, - сказал Дамблдор спокойным голосом, который совершенно не соответствовал его внешности. Дамблдор прошел мимо Гарри, вздохнул и рухнул в мягкое кресло за столом. Он сделал короткое движение палочкой, и рядом с Гарри из ниоткуда появился еще один стул, рядом с тем, на котором уже сидела Дафна, которая теперь попеременно смотрела то на Дамблдора, то на красно - золотую птицу. Гарри решил присесть. - Мне приятно видеть вас в своём кабинете, но по какой причине вас обоих обоих сюда привело? - Дамблдор наклонился вперед и с любопытством посмотрел на Гарри сквозь очки. Гарри глубоко вздохнул. - Профессор Дамблдор, мы хотели бы спросить, это вы подарили мне на Рождество мантию, которая когда-то принадлежала моему отцу? Теперь Гарри был готов с любопытством посмотреть на Дамблдора. Дамблдор вздохнул и снова опустился в кресло. - Да, это сделал я, Гарри. Она принадлежала твоему отцу, а теперь и тебе. Я поражен, что вы узнали, что я дал её тебе. -Это был единственный логичный вариант, - холодно сказала Дафна рядом с Гарри. Дамблдор погладил свою длинную бороду. -Да, вероятно, так оно и было... - Профессор, почему вы дали мне мантию-невидимку анонимно? -Я думал, так будет лучше, Гарри... - Дамблдор закрыл глаза и, казалось, погрузился в свои мысли. Дафна многозначительно посмотрела на Гарри, и он понял, что ей есть что сказать ему позже. Однако сейчас он не знал, что сказать. Они смогли подтвердить свои подозрения, что Дамблдор дал ему мантию-невидимку, но каким-то образом разговор прекратился. Дамблдор внезапно поднялся со своего места и повернулся к ним спиной, глядя в окно на заснеженную территорию Хогвартса. -Мне так ужасно жаль, Гарри, Дафна, - сказал Дамблдор дрожащим, хриплым голосом. Гарри был сбит с толку. - Что вы имеете в виду, профессор? - Просто все. Что вы оба испытали на своём факультете. - Дамблдор повернулся к ним обоим. В его глазах блеснули слезы. - Гарри, мне не следовало брать тебя к Дурслям. Я действительно думал, что у тебя там будет семья, которая тебя любит. И Дафна, мне ужасно жаль, что твои родители так с тобой поступили. Я должен был сделать больше, чтобы они понесли наказание за свои преступления..." Гарри потерял дар речи. Он увидел, что Дафна прижалась к нему. Дамблдор продолжал говорить прерывающимся голосом. - Ты можешь остаться в Хогвартсе. Я в долгу перед тобой. Вы не должны возвращаться к своим семьям. Здесь вы в безопасности! Он в отчаянии посмотрел на них обоих, словно надеясь услышать ответ. - Откуда вы все это знаете? - спросила Дафна, стиснув зубы. Гарри почувствовал, как воздух вокруг нее стал холоднее. Дамблдор отвел взгляд. -Я... Я не знал об этом до вчерашнего вечера. Я никогда не мог себе этого представить... Пожалуйста, поверь мне. Я все изменю. Пожалуйста, не следуйте по темному пути, который вы выбрали... - Вы шпионили за нами?! - Сердце Гарри бешено колотилось. Это было невероятно. - Я просто хочу защитить тебя! Пожалуйста, позволь мне помочь тебе, позволь мне спасти тебя! Гарри задрожал всем телом. Его руки были сжаты в кулаки. Дамблдор шпионил за ними. Он выслушал все, что они с Дафной обсуждали. И он был ответственен за свою жизнь с Дурслями! Когда он посмотрел на Дамблдора, то увидел только старого, коварного человека, которого он глубоко ненавидел. Как он мог предположить, что хочет спасти их? Дафна, однако, была быстрее с ответом. - Нам не нужен спаситель, - сказала она с ядом в голосе. Гарри не удивился бы, если бы Дамблдор мгновенно рассыпался в прах, учитывая убийственный взгляд, которым Дафна смотрела на него. Дамблдор даже поморщился и посмотрел на них с отчаянием. - Обрадовался Гарри внутри. -Но... Гарри, Дафна, пожалуйста... - он запнулся. -Нет, профессор, - холодно ответил Гарри, - Думаю, мы услышали достаточно. И вы сделали достаточно. Просто оставьте нас в покое в будущем. С этими словами Гарри поднялся со своего места. Дафна тоже встала, и Гарри показалось, что в ее глазах вспыхнул огонь. Но что действительно удивило его, так это то, что он чувствовал в ней огонь. Он чувствовал жар пламени внутри нее, но в то же время от нее исходил порыв холодного воздуха. Внезапно птица зашевелилась на своем насесте, а затем поднялась в воздух и закружилась над ними. Гарри зачарованно смотрел на птицу. С его красными перьями он выглядел как огненный хвост. Это было действительно красиво. Птица резко опустилась и села на правое плечо Дафны. Дафна испуганно вскрикнула и замерла, как будто не смела пошевелиться. Птица, казалось, внимательно наблюдала за Дафной. Дафна слегка повернула голову и посмотрела на птицу у себя на плече, но Гарри не видел ее глаз. Через некоторое время птица снова расправила крылья и взмыла в воздух. После короткого скольжения она снова сел на свой насест и повернулся к ним спиной. "Что это такое?" - подумал Гарри. Он переводил взгляд с Дафны на птицу и обратно. Дамблдор тоже посмотрел на птицу широко раскрытыми глазами, и Гарри показалось, что он увидел удивление на его лице. Прежде чем Гарри смог подумать об этом более интенсивно, он почувствовал, что Дафна взяла его за руку. Внезапно Гарри почувствовал, как внутри него разливается приятное тепло. -Пошли, - твердо сказала Дафна, таща Гарри за собой, когда они вышли из кабинета, не оглядываясь. Они оставили старика, который в этот момент слишком сильно ощущал бремя своих лет. -Фоукс, мой старый друг, только не говори мне, что ты тоже под ее чарами..." Они бежали по пустынным коридорам Хогвартса. К этому времени Гарри уже взял инициативу в свои руки. В его мыслях царил полный хаос. Ему нужно было найти место, где они могли бы спокойно поговорить друг с другом и, главное, чтобы их не подслушали! В конце концов он не выдержал и потащил Дафну в следующую кладовую, мимо которой они проходили. Он был забит метлами и чистящими средствами, но они оба все равно нашли удобное место. Сердце Гарри все еще колотилось. Он был слишком потрясен тем, что только что узнал. Дамблдор шпионил за ними! Он знал о них все! Дафна тоже задыхалась и дрожала. Ему казалось, что он слышит ее учащенное сердцебиение. Гарри попытался успокоиться и несколько раз глубоко вздохнул. Он посмотрел на Дафну и увидел ее ледяные голубые глаза. Она серьезно посмотрела на него, и в этот момент он почувствовал глубокую близость со своим другом. Со своим сообщником в этой умопомрачительной игре жизни. - Нам нужно место, где никто не сможет подслушать или шпионить за нами, - Гарри наконец высказал мысль, которую они оба думали. Дафна согласно кивнула. - Это будет нелегко. Повсюду портреты и призраки, которые могут доложить Дамблдору. И, по-видимому, он даже может следить и подслушивать нас, так что мы ничего не замечаем. Проклятый старый дурак, подумал Гарри. Неужели ему снова придется все разрушить? Гарри все думал и думал, но у него не было никаких идей. Этого было достаточно, чтобы свести его с ума! Он сердито пнул напольное ведро, которое с грохотом ударилось о стену. Он плюхнулся на пол и сел, прислонившись спиной к стене. Дафна сделала то же самое, и двое детей сели плечом к плечу в одной из бесчисленных кладовых Хогвартса. Гарри вдруг почувствовал, как Дафна положила свою руку на его и нежно сжала. Он повернул голову и встретил ее нежный взгляд. Она наклонилась к нему и скрестила свои пальцы с его. - Мы найдем способ, Гарри. - Голос у нее был чуткий и нежный. Гарри не удержался от улыбки. Как сильно все изменилось. - Да, Дафна, - ответил он, сжимая ее руку, и Дафна тоже улыбнулась. Гарри закрыл глаза и собрался с мыслями. Мысленно он представил себе все коридоры и коридоры, которые знал в Хогвартсе. Где-то должно быть место, где они будут избавлены от нежелательной компании. В какой-то момент Гарри пришлось признать, что он недостаточно хорошо знает Хогвартс для этого. Он разочарованно вздохнул и снова открыл глаза. Дафна все еще пристально смотрела на него. - Ты вернулся? - Спросила она насмешливо, а затем продолжила ободряющим тоном, - Я думаю, нам обоим сейчас нужно немного освежиться. Давай еще раз заглянем на кухню. Домашние эльфы сказали, что мы обязательно должны вернуться. Сердце Гарри на секунду замерло. - Вот именно! - он громка крикнул эти слова, но Дафна только растерянно посмотрела на него. -Домовые эльфы, Дафна! Они должны знать Хогвартс вдоль и поперек. Они могут нам помочь! На лице Дафны медленно проступило понимание. - Ты гений, Гарри! - Я знаю. - Идиот,- сказала Дафна и игриво хлопнула его по плечу. Ее лицо снова потемнело. -Но мы всегда должны предполагать, что домовые эльфы также отчитываются перед Дамблдором. Но в любом случае, твоя идея лучше, чем ничего. И они вдвоем направились на кухню. Оба надеялись получить там ценную информацию для своих будущих планов. Гарри также с нетерпением ждал большой порции восхитительного шоколадного пудинга, который подавали домашние эльфы. По дороге Гарри вспомнил, что произошло в кабинете Дамблдора. - Дафна, что это была за странная птица и что с ней случилось? - спросил он. - Это был Феникс. Его звали Фоукс. - Голос Дафны звучал как-то мечтательно. - Откуда ты знаешь его имя? - Я не могу этого объяснить. Каким-то образом он общался со мной. Не словами, а чувствами, впечатлениями. Он был у меня в голове. Я не могу объяснить это точно. Ты ничего не почувствовал? - Нет, совсем ничего. Еще одна новая загадка в его все еще короткой жизни в волшебном мире. Домашние эльфы встретили их очень тепло. Мипси, которая привела их на кухню в начале учебного года, в частности, подпрыгивала от возбуждения, когда они пришли, и шевелила своими длинными, как у летучей мыши, ушами. Гарри просто нравились эти живые существа, хотя для Дафны все это казалось слишком шумным и суетливым. Однако сейчас они сидели за маленьким столиком перед горящим камином, и перед ними стояла большая дымящаяся чашка горячего шоколада с зефиром. Гарри также с удовольствием зачерпнул ложкой шоколадный пудинг из маленькой миски. - Когда-нибудь ты помрёшь от передозировки шоколада, - сказала Дафна, вероятно, не совсем серьезно. - Ты хочешь... - Нет. Прежде чем Гарри успел ответить, они услышали рядом скрипучий голос Мипси, - Мипси может принести его прямо сейчас. - Большое спасибо, Мипси, но о нас хорошо позаботились, - сказал Гарри искренне дружелюбно. - Но, может быть, вы поможете нам еще кое в чем. Мипси, ты знаешь место в Хогвартсе, где мы с Дафной можем быть совершенно спокойны? Где никто не сможет проследить за нами или подслушать незамеченным?" - Мипси знает много таких мест. Большинство пар используют для этого уединенные шкафы для метел. Мипси может показать Мистеру и Мисс шкафы. Гарри почувствовал прилив крови к голове. Это было совсем не то, что он имел в виду! Дафна ответила первой, - Мы слишком молоды для этого, Мипси, - спокойно сказала она, но Гарри показалось, что он тоже заметил легкий румянец на ее лице. - Гарри имел в виду, что нам нужно место, где мы могли бы встретиться и попрактиковаться в магии. Но самое главное, что там за нами никто не может шпионить. Действительно никто. У нас с Гарри не просто друзья в Хогвартсе. -Мипси это знает. Мы, домашние эльфы, много чего видим в Хогвартсе. Мы видим, как другие слизеринцы обращаются с Мистером и Мисс. Они всегда были добры к нам. Мипси поможет. - Значит, ты знаешь такое место? - Гарри напряженно наклонился вперед. - Да, Мипси знает нужное место. Комната "приходи и уходи". Мы, домашние эльфы, часто используем его для хранения чистящих средств. Другие также называют её Выручай-комната. Это может быть все, что вы хотите. Это может быть все, что вы хотите? Это действительно звучало очень интересно. - Где мы можем найти эту комнату, Мипси? - Взволнованно спросил он. - На седьмом этаже. Напротив гобелена с изображением волшебника и троллей в балетных пачках. Вы должны подняться и спуститься три раза и хорошенько подумать о том, чего вы хотите. И тут появляется дверь в комнату. Когда вы внутри, вы можете изменить комнату дальше и сделать так, чтобы дверь снова исчезла. Никто не может последовать за мистером и Мисс в комнату незамеченным, если это ваше желание. Мипси может взять Мистера и Мисс туда! Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он посмотрел на Дафну, которая широко улыбалась ему. Она должна была думать точно так же, как и он. - Спасибо, Мипси! - Сначала мы попробуем сделать это в одиночку, - сказал он, сияя от радости. - Но если у нас возникнут проблемы, мы вернемся снова. Ты действительно очень помогла нам! Гарри и Дафна попрощались с домовыми эльфами и поспешили на седьмой этаж. Им обоим не терпелось увидеть и проверить эту комнату. Тяжело дыша, они добрались до коридора. Вокруг не было видно ни души. - Вот картина с волшебником и троллями, - сказала Дафна, указывая на стену. -Ладно, - задумчиво произнес Гарри, - что сказала Мипси? Мы должны три раза пройти мимо перед противоположной стеной и подумать о том, какую комнату мы хотим. - Позволь мне это сделать. Вероятно, будет лучше, если комната будет учитывать только мысли одного человека. Гарри позволил Дафне сделать то, что она сказала, и отступил в сторону. Она поднялась и спустилась перед стеной с намеренно подчеркнутыми шагами, ровно три раза. Она не произнесла ни слова, но, казалось, о чем-то напряженно думала. После того, как она пробежала мимо стены в третий раз, дверь действительно появилась из ниоткуда! - Дафна, это сработало, - с энтузиазмом воскликнул он и подошел к двери. Он взял Дафну за руку, которая заметно дрожала, но от волнения или восторга, он не мог сказать. Он осторожно повернул ручку, открыл дверь и вошел в комнату вместе с Дафной. От того, что он увидел, у него перехватило дыхание. Комната была больше, чем весь дом Дурслей. Казалось, он состоял из двух разных частей. Слева он увидел огромные полки, заполненные книгами. К полкам были даже приставлены лестницы, чтобы можно было дотянуться до книг, лежащих выше. Там же стоял большой тяжелый деревянный стол и два уютных темных кресла с подлокотниками перед камином. Кроме того, вся эта часть комнаты была покрыта мягким красноватым ковром. В целом, эта сторона комнаты выглядела как идеальное место для учебы и отдыха. Однако правая сторона комнаты была совсем другой. Гарри подумал, что это немного напоминает спортзал в его старой начальной школе. Это было большое, свободное пространство, но там было много коренастых манекенов, которые почему-то выглядели как настоящие люди. Манекены держали в руках волшебные палочки. Гарри сразу понял назначение этих фигур. Они были идеальным способом практиковать магию, особенно для борьбы. - Тебе это нравится? - Спросила Дафна, глядя на него сияющими глазами. Ему все больше и больше нравилось видеть ее такой восторженной и счастливой. Он попытался выразить свои эмоции широкой улыбкой и тоже улыбнулся Дафне. - Это действительно прекрасно! Здесь мы можем изучать и практиковать магию. Что это за книги? - Он указал на книжные полки. -Книги с заклинаниями,- ответила Дафна и начала двигаться. - Мне нужны были книги, которые помогли бы нам тренировать магию, особенно боевые заклинания. Мы можем посмотреть книги прямо сейчас. - Подожди, Дафна. Перед этим мы должны сначала разогреться. Поэтому я, Гарри Поттер, настоящим вызываю тебя, Дафна Гринграсс, на дуэль. Он старался говорить это как можно серьезнее, но, по-видимому, ему это не удалось. Потому что теперь Дафна начала громко смеяться, но это был не насмешливый смех, а выражение истинной радости. Гарри тоже хотел было рассмеяться, но сумел взять себя в руки и изобразить на лице спокойное выражение. - Что такое? Ты боишься, Гринграсс? -Только в твоих самых смелых мечтах, Поттер, - ответила Дафна с дьявольской улыбкой, которая заставила Гарри вздрогнуть. Эти двое вошли на дуэльный ринг, который внезапно образовала комната, и вытащили свои палочки.

***

Когда другие студенты вернулись с рождественских каникул, они не увидели никаких изменений в двух Слизеринских первокурсниках Гарри Поттере и Дафне Гринграсс, хотя их жизнь полностью изменилась. Однако они и раньше проводили большую часть времени вместе, поэтому они не привлекали внимания, что теперь они стали еще более неразлучны. А до этого они проводили много времени в библиотеке или заброшенных классах, так что не было очевидно, что они исчезли с лица земли и их нигде не было видно большую часть дня вне класса. Не то чтобы их искали. Однако если присмотреться повнимательнее, например потому, что так велел директор школы, то можно заметить, как часто дети брали друг друга за руки, когда шли по коридорам замка. Или как они улыбались друг другу, словно жили в своем собственном мире. И на самом деле, Гарри и Дафна не заботились о других своих одноклассниках. Они все еще нерегулярно спорили с другими Слизеринцами, но по большей части избегали друг друга. Другие студенты не хотели иметь с ними ничего общего раньше, и это продолжалось только в новом году. Возможно, фальшивая и отстраненная манера поведения этих двоих тоже сыграла свою роль. Одним из изменений, вызвавших много разговоров и предположений в Хогвартсе, было объявление Дамблдора о том, что профессор Квиррелл исчез во время каникул и поэтому больше не может давать уроки, но, по-видимому, это не было необычным для положения учителя ЗОТИ, как Гарри узнал из разговоров старших учеников. В течение многих лет ни один учитель не продержался больше года, хотя четыре месяца Квиррелла были действительно исключительно короткими. Довольно многие поговаривали, что эта должность проклята. Для профессора Квиррелла уроки взял на себя сам Дамблдор. Хотя Гарри испытывал глубокую неприязнь к директору, он также должен был признать, что тот был действительно отличным учителем, с которым они многому научились. Он показал им широкий спектр магии и смог дать студентам глубокое понимание ее. Он также поделился своими обширными знаниями практического опыта с темными существами и волшебниками с ними. Итак, ЗОТИ стал почти любимым предметом Гарри, но только почти. Потому что то, что действительно раздражало, ему было постоянных попыток Дамблдора, чтобы выслужиться перед Гарри. Он действительно не мог придумать другого слова для этого. Почти после каждого урока он просил Гарри и Дафну остаться еще немного. Он спросил, как у них дела и не может ли он им чем-нибудь помочь. Во время урока он позволял им очень часто отвечать на вопросы и давал им много домашних баллов, что, конечно же, понимали и их одноклассники. Тем не менее, слизеринцы не увеличили свою симпатию к ним из-за этого, и другие студенты также не были рады этому очевидному предпочтительному отношению. Гарри и Дафна не скрывали своей неприязни к Дамблдору, и для них стало своего рода ритуалом отвергать его и его жалкие попытки завоевать доверие и симпатию. Благодаря Выручай-комнате, им не нужно было беспокоиться, что он шпионил за ними. Комната действительно стала их постоянным убежищем и убежищем в Хогвартсе за последние несколько месяцев. И это было именно то, куда Гарри направлялся после одного из своих многочисленных вечеров, проведенных с задержанием со Снейпом. Через час начнется комендантский час, после чего студентам больше не разрешалось покидать свои комнаты отдыха, но Гарри был уверен, что Дафна все еще находится в Выручай-комнате, потому что они никогда не оставались в общей комнате Слизерина без друг-друга. С чего бы это? Без поддержки другого они стали бы легкой добычей для своих мучителей. Он также должен был дать ей кое-что. Поэтому он поспешил по коридору седьмого этажа к двери, ведущей в их укрытие. Он понятия не имел, какая сейчас комнате, но Дафне хотелось, чтобы только он мог видеть дверь. Чтобы он мог прийти позже, но никто другой. Едва войдя в комнату, он услышал голос Дафны: -Диффиндо! Редукто! Бомбарда! Инсендио! Он повернул голову и увидел, как один из манекенов загорелся от последнего заклинания Дафны. Она стояла перед ним, тяжело дыша, ее лицо было мокрым от пота, а ярко-светлые волосы стояли дыбом. Все ее тело дрожало. Гарри тут же оказался рядом с ней и взял ее за руки, которые теперь дрожали как сумасшедшие. - Дафна! Да что с тобой такое? Теперь она смотрела на Гарри, но он действительно не мог прочитать чувства в ее глазах. Гнев? Тревога? Отчаяние? - Я слишком слаба, слишком слаба! - Раздраженно ответила Дафна и высвободилась из его объятий. - Я должна быть намного сильнее. Мои заклинания должны быть намного сильнее. Гарри понял, что ее беспокоит. - Ты не слабая, Дафна. Я видел, как ты заставил куклу сгореть в огне. Смотри, он все еще горит, - сказал он ободряюще, указывая на манекен, который действительно все еще горел. - После того, как я уже много раз безуспешно пыталась! И мои предыдущие заклинания почти не возымели действия. Так что я никогда не смогу этого сделать. - Голос Дафны прервался, и она, казалось, задрожала еще сильнее, чем раньше. Гарри обнял свою партнершу, чувствуя, как бьется ее сердце. - Дафна, - начал он, - Ты помнишь урок заклинаний, когда мы должны были левитировать это перо? - А это тут причём? - Тихо спросила Дафна. - Вначале мы просто не могли этого сделать. Хотя мы все сделали правильно. Но в какой-то момент, после бесчисленных попыток, это сработало. И теперь мы можем позволить нескольким кускам камня плавать одновременно. То, что, вероятно, никто из наших одноклассников не может сделать. И знаешь почему? Потому что мы тренировались как сумасшедшие, снова и снова, изо дня в день. - Он приподнял голову Дафны, чтобы заглянуть в ее очаровательные голубые глаза. - Помимо силы духа, магия - это прежде всего обучение и практика. Ленивые люди не становятся великими волшебниками или ведьмами. Ты сама говорила мне об этом на Кингс-Кросс. И это правда! Просто посмотри на прогресс, которого мы достигли за последние несколько месяцев. Тогда что мы сможем сделать через год, через два года или еще через много лет? Дрожь Дафны немного утихла. Она отступила назад и попыталась улыбнуться, но безуспешно. - Спасибо, Гарри. Да, ты прав. Но я ничего не могу поделать. Я... - тут она снова замолчала, как будто не знала, как описать свои чувства. Но Гарри знал. - Ты боишься, не так ли? Боишься возвращаться домой. - Он старался говорить сочувственно, но голос его звучал как ком в горле. -Да, я боюсь. Я не хочу возвращаться. Но у меня нет выбора. Я все еще слишком слаба, еще не готов... - Теперь она пристально посмотрела в глаза Гарри и положила правую руку ему на щеку. - Но, Гарри, у тебя же есть выбор! Останься в Хогвартсе на лето. Тебе не нужно возвращаться к своим родственникам. Прими предложение Дамблдора. Я тоже ненавижу старого дурака, но тебе не обязательно страдать нарочно, чтобы посмеяться последним. Я бы тоже хотела остаться в Хогвартсе с тобой, но мои родители скорее убьют меня, чем позволят это сделать… - Я не могу спокойно оставаться в Хогвартсе, пока ты возвращаешься к родителям. Пока ты здесь... быть замученной... пока эти ублюдки..."-На этот раз у Гарри кончились слова, и он почувствовал, как все его тело стало горячим. Теперь Дафна сердито посмотрела на него. - Послушай, Гарри Поттер. Ты ничего не можешь сделать. Мне нужно вернуться к родителям. Но для тебя нет никакого смысла возвращаться к Дурслям. По крайней мере, я смогу использовать и практиковать магию в своем доме. С магглами нельзя было использовать ни одного заклинания. Здесь, в Хогвартсе, ты можешь! Ты не поможешь ни себе, ни мне, если покинешь Хогвартс летом. Так что забудь о своей гордости и чувстве вины и прими предложение старого дурака. Гарри потерял дар речи. Он должен был признать, что слова Дафны имели смысл, но он не чувствовал себя комфортно от этой идеи. Дафна все еще смотрела на него своими глубокими ледяными голубыми глазами. Она пыталась сделать сердитое и решительное лицо, но в ее глазах он прочел также ее заботу и привязанность к нему. Она действительно принимала близко к сердцу его интересы. Он неохотно кивнул, и лицо Дафны снова расслабилось, но у Гарри все еще был для нее сюрприз. - Но мне не нравиться, что ты вернешься к своим родителям. И самое главное, я не позволю тебе уйти неподготовленным. В следующем месяце перед отъездом мы будем тренироваться больше обычного. - Это не очень-то поможет, Гарри. Они все равно будут меня пытать. И если я попытаюсь сопротивляться, они сделают это еще больше, чтобы наказать меня. Но я уже переживала это раньше. Я это переживу. - У Гарри сложилось впечатление, что она больше пытается убедить себя, чем его. Гарри сунул руку в карман плаща и достал короткую толстую палочку. - Но когда ты больше не можешь ничего с собой поделать и тебе приходится делать выбор, ты всегда должна выбирать сама, Дафна! И потом, я бы предпочел, чтобы ты не использовал свою собственную палочку. Так что возьми эту с собой. С этими словами он протянул ей волшебную палочку. Дафна широко раскрытыми глазами уставилась на волшебную палочку, а затем снова посмотрела на Гарри. - Я украл её у Гойла, - продолжал он с усмешкой. - Это было почти слишком просто. Он действительно полный идиот, абсолютно слепой и глухой. - Он попытался рассмеяться. Дафна все еще смотрела на него широко раскрытыми глазами, ее лицо выражало удивление. Она прыгнула вперед и обняла Гарри так крепко, что он чуть не упал. - Спасибо, Гарри! - На самом деле это не было проблемой, Дафна. Как я уже сказал, Гойл на самом деле совершенно безмозглый – " - Нет, Гарри. Я имею в виду: Спасибо, что ты действительно обо мне заботишься! Благодарю тебя за то, что ты сопровождаешь и поддерживаешь меня на моем пути через эту жизнь. Спасибо, что это имеет для тебя значение! - Конечно, Даф! Мы же партнеры. Дафна прервала их объятия и посмотрела на него, приподняв бровь. -Даф? Так меня называла моя сестра. -Астория, верно? Мы мало говорили о ней. Дафна, казалось, задумалась на мгновение, но затем, очевидно, приняла решение. Она заговорила спокойным и холодным голосом, - Потому что рассказывать особо нечего. У меня нет много времени, чтобы проводить его с ней. Мы живем разными жизнями. - Твои родители делают с ней то же самое, что и с тобой? -Нет, насколько мне известно. По крайней мере, когда я там. Но в остальном никаких указаний тоже нет. Как я уже сказал, мы почти не разговариваем." Дафна несколько секунд молчала, глядя вдаль. Затем она продолжила: "Это не похоже на то, что я беру на себя все пытки, чтобы защитить ее. Или что я ненавижу ее, потому что она избавлена от этого. Сейчас это может показаться грубым, но я не забочусь о своей сестре. Я не люблю ее. Но и ненависти я к ней не испытываю. Разве это плохо? Какое-то время Гарри пришлось думать об этом самому. Разве плохо, что Дафна не любит свою сестру? Он тоже не любил Дадли, хотя у них было много общего друг с другом. - Ты ни перед кем не отчитываешься, Даф, - наконец ответил он, снова используя прежнее прозвище. - Любовь должна быть искренней. Неискренняя любовь, вымученные улыбки и притворные чувства в конце концов только навредят вам." Дафна несколько мгновений смотрела на него, а затем слегка кивнула. - Нам пора возвращаться в общую комнату. Я не любитель красться по коридорам с тобой под плащом. Так что давай поторопимся. Гарри только покачал головой, забавляясь. Все было не так уж плохо. И прежде всего, именно Дафна всегда наступала ему на ноги и натыкалась на него, но он подавил свой резкий ответ и вместо этого сказал, - Я думаю, никто не удивится, что тупица теряет свою палочку, но мы все равно не должны рисковать быть пойманными с ней. - Право. Ты и так проводишь слишком много времени в заключении со Снейпом и пренебрегаешь своими партнерскими обязательствами по отношению ко мне, - ответила Дафна с широкой улыбкой на лице. - Эй! Я действительно делаю это не по своей воле. Это несправедливо! - Я ничего не могу с собой поделать. Я скорее подожгу тебя, чем этих тупых болванов! - Это было только однажды. И это тоже противоречило нашим правилам! - Жизнь нелегка, Поттер. Лучше к этому привыкнуть. - Ведьма… Подшучивая друг над другом, дети рассмеялись и поспешили по коридорам в подземелья, где их ждали кровати. Последний месяц учебного года пролетел незаметно. Гарри выполнил свое обещание и тренировался каждый день с Дафной в Выручай-комнате, их укрытии от остальной части школы. Поэтому практические компоненты выпускных экзаменов они сдали с честью. К великому удивлению их учителей, которые потом восторженно хвалили их. Однако они не тратили столько времени на подготовку к письменным экзаменам, поэтому семеро их одноклассников в этом году имели в общей сложности лучшие итоговые оценки, чем они, но они все равно не заботились о своих оценках. Или о победе Слизерина в домашнем Кубке. Дафна становилась все более и более молчаливой, чем ближе подходил день отъезда студентов Хогвартса. Гарри было больно видеть своего подругу в таком состоянии, но он ничего не мог поделать. В эти минуты он решил бороться за жизнь, в которой никто из них больше не будет бояться и в которой они смогут быть совершенно независимыми. Жизнь, в которой они могли бы быть счастливы. Вот как случилось, что солнечным июньским утром Гарри и Дафна оказались одни в какой-то самодвижущейся карете, направлявшейся в Хогсмид. Там Дафна сядет в поезд, и они не увидятся до первого дня занятий в школе в сентябре. "Если они еще увидятся", - произнес холодный голос в голове Гарри, заставив его сердце сжаться. Он даже представить себе этого не мог! - Дафна, - наконец сказал он, чтобы нарушить неловкое молчание. - Я знаю, что не смогу ничего послать тебе на день рождения. И что я тоже не могу писать тебе письма. Или даже навестить тебя. Но я действительно хочу дать тебе кое-что. Даже если я смогу подарить его тебе только в следующем учебном году. Поэтому, пожалуйста, знай, что я буду думать о тебе в твой день рождения. Также и в любой другой день праздников. Дафна взяла его за руку и крепко сжала. На ее лице появилась грустная улыбка. - Единственное, чего я хочу, это чтобы, когда я сойду с поезда в Хогсмиде 1 сентября, мы снова увидимся, и мы сможем начать наш второй год в Хогвартсе вместе. - Обязательно, - ответил Гарри, сжимая ее руку. Когда они добрались до платформы, там уже было полно студентов. Хогвартс-Экспресс величественно сверкал на солнце. - Я сейчас сяду в поезд, - сказала Дафна, поворачиваясь к Гарри. -Да, - горло Гарри сжалось. - Гарри, я ... - Дафна замолчала. На мгновение на ее лице отразилась неуверенность. Внезапно она сократила расстояние между ними и прижалась губами к его губам. Гарри казалось, что его сердце вот-вот воспламенится, но это было приятно. Он чувствовал уютное тепло внутри себя и знал, что оно исходит от Дафны. Фоновый шум прекратился. Когда они наконец оторвались друг от друга - вероятно, прошла всего секунда, хотя Гарри полностью потерял чувство времени, - он увидел свое отражение в ледяных голубых глазах Дафны. В этот момент он каким-то образом чувствовал себя связанным с ней, как будто она была продолжением его самого. Дафна заговорила первой, ее щеки слегка порозовели, - У меня все еще много планов на тебя, Гарри Поттер. Так что переживи это лето. После этого она повернулась и поспешила к поезду. Гарри все еще не мог вымолвить ни слова. Внезапно он услышал насмешливый голос Пэнси Паркинсон, которая вышла из толпы и теперь стояла на пути Дафны. - Мерзость! Это было так отвратительно, Гринграсс, целоваться со своей комнатной собачкой на глазах у всех. Дафна не остановилась, а просто сделала короткое движение палочкой, заставив Паркинсон пролететь по воздуху в толпу. Когда она снова поднялась, Дафна уже исчезла в поезде, но не без того, чтобы не бросить быстрый взгляд на Гарри. Она улыбнулась ему, и Гарри ответил ей от всего сердца. Когда Гарри наконец увидел, что поезд становится все меньше и меньше на расстоянии, он почувствовал, как внутри него нарастает пустота. Прошедший год изменил всю его жизнь. Он столкнулся с совершенно новым миром, о котором раньше и понятия не имел. Он понял, что в жизни есть совершенно другие возможности, чем он думал в первые одиннадцать лет своей жизни. И он нашел в Дафне друга, партнера, с которым хотел бы вместе пройти этот путь. Вместе они смогут освободиться от всех ограничений этого мира. Он был уверен, что вместе они смогут сделать все, что угодно. Если бы только они могли пережить следующие три месяца. Если бы сейчас был уже сентябрь. С этими мыслями и странным холодом во всем теле Гарри вернулся в замок, а за много миль от него по щекам одинокой девушки текли слезы.