Омега

      Как только проснулась, пронзительная боль прошлась по спине. Кто-то заботливо переодел меня в ночное платье и перебинтовал грудную клетку. Со вкусом обставленная комната по-доброму приветствовала, неужели всё с самого начала? Вспоминала, как очнулась в замке. Ну уж нет, второй такой номер со мной не пройдёт. Только спустила ноги и хотела подняться, как дверь открылась и вошёл лет тридцати, в красивом шёлковом балахоне среднего роста мужчина, тёмные прямые волосы, карие глаза. Я не ошиблась в своих предположениях, что это эльф. По телосложению напоминал омегу, но могла и ошибиться, много ли я видела омег? Взглянув на меня, он улыбнулся.       — Как ты себя чувствуешь?       — Где я? — Не ответив на вопрос, я задала свой. Он подошёл ближе и пояснил, что в его в доме. Мне эта информация ничего не дала. Тянуло спросить: где этот дом? Последние воспоминания резанули мозг: как на обоз напали разбойники и как со стрелами в спине на берег выбежал и упал Лари; скорее всего, он хотел предупредить. Сердце сжалось от боли. Как легко они забрали жизни других людей! Где справедливость? Я побледнела. Эльф насторожился и спросил, что у меня болит.       — А как я сюда попала? — Я проигнорировала уже второй вопрос.       — Мой супруг вытащил тебя из реки, он с отрядом возвращался домой и сделал остановку напоить коней, ты лежал на дрейфующем бревне со стрелой в спине. Еле-еле дышал. Что с тобой произошло? — Он присмотрелся ко мне, но я сделала вид, что не помню.       — Простите, вы со мной говорите как с мужчиной, а я женщина.       Мои слова его ничуть не смутили.       — Я так и понял. Но в тебе что-то есть, я пока не могу понять что. Может, запах — он у тебя слишком тонкий. Хотя это и неважно. Когда поправишься, мы отправим тебя к твоей семье. Из какого ты поселения? Альмас знает много людей. Мы можем оповестить родных, что ты жив.       — У меня никого нет, — соврала я, не собираясь раскрывать свою тайну, но слово «людей» меня никак не задело; по сути, я считала себя человеком и не сильно заострила на этом внимание.       — Прости, что спрашиваю, но у тебя всё тело в синяках. Кто тебя так?       Я тяжело вздохнула, но отвечать не спешила.       — Скажите, при мне что-нибудь было?       Он открыл тумбочку и протянул баночку с мазью:       — Только это. Твои вещи стали непригодными, я приготовил другие. Если ты чувствуешь себя лучше, то одевайся, будем ужинать. Я зайду через минут пятнадцать. Кстати… — Он остановился возле двери. — Как тебя зовут?       — Кира, — ответила я. Может, стоило назвать любое другое имя? Хотя навряд ли им оно что-то скажет. Если даже Алис, листая журнал регистрации, не признал в нём меня.       Как только за ним закрылась дверь, я переоделась и прошлась по комнате. По её размеру я представила величину дома. Не дворец, конечно, но очень похож на загородное поместье. Меня накрыло дежавю: лес, двухэтажный дом, детская комната, много разных игрушек, в углу хвойное дерево с гирляндой. Полка с книгами, от камина тепло и уютно, я сижу на мягком ковре, ко мне протягивают руки, я поднимаю глаза. Олис. Он улыбается и говорит: «Иди ко мне, мой малыш». Что это? Память рисует странные картинки. Ведь этот ребёнок — я.       Дверь распахнулась и вошёл тот же эльф.       — Прекрасно выглядишь, — сказал он. — Пойдём, познакомлю тебя со своим альфой, хотя он с тобой знаком. Следуй за мной.       В небольшом зале накрыли стол: белая скатерть, белоснежный фарфоровый сервиз, по центру ваза с цветами. Как только мы вошли, мужчина с серьёзным лицом поднялся и улыбнулся.       — Я рад, что с тобой всё в порядке, — произнёс он.       Я не знала, с чего начать, с каких слов благодарности, в ту минуту просто растерялась. Он мне кого-то очень сильно напомнил. Кого? Я рассматривала его лицо и не могла вспомнить. Где я видела эту улыбку?       — Спасибо, что спасли меня, — на большее я была неспособна.       — Не стоит благодарностей. Прошу, проходи и садись, — он указал на стул.       Омега открыл супницу и собственноручно налил в тарелку супруга суп, потом мне, потом себе. Пожелав приятного аппетита, сел на своё место.       — Альмас, представляешь, у Киры никого нет. Позволь ему остаться у нас.       — Сайран. — Он нахмурился, омега сделал жалостливые глаза. — Только с одним условием: ты не привяжешься к ней.       Слова «к ней» резанули слух: он понимает, что я женщина, а понимает ли, что я — эльф? Но тут услышала продолжение реплики: «Люди мало живут, боюсь, ты будешь потом переживать». Они приняли меня за человека и собираются держать как зверушку? Я свела брови вместе.       — Простите, как только мне станет лучше, я уйду. Вы и так много сделали.       — Дитя, что ты говоришь? — резко ответил Сайран. — Куда ты пойдешь? У тебя никого нет.       Ага, нет. Вам лучше не знать, что у меня есть, а чего нет. Но до дома мне нужно добраться. И чем быстрее, тем лучше. Хочу к Олису. Представила родителя, и предательские слёзы скатились из глаз.       — Ну вот, Альмас, довёл ребёнка до слёз. — Омега подошёл и погладил по голове. — Наши альфы все такие, но они не со зла.       Знаю я ваших и наших альф, все они разные по отношению к омегам и бетам, но сущность одна. Мой родитель, например, любит своего омегу, а мой альфа… с ужасом вспомнила его ремень.       — Я тебе говорил, давай заведём ещё одного ребенка, Алисий давно вырос.       — Не при ребёнке, дорогой, но я подумаю, — ответил омега.       Как только услышала имя Алисий, у меня глаза расширились и движения заморозились. Неужели они говорят о бете Элисара? Вот кого хозяин дома напоминает, нет, этого просто не может быть. Не бывает таких совпадений. Получается, это родители Алиса. Мне нужны подтверждения, что Алис и Алисий — один и тот же эльф. Я спросила, а где он сейчас. Альфа пояснил, что живёт в столице. Но эта информация пока ничего не доказывала. Я не стала больше задавать вопросов, чтоб не показаться заинтересованной или слишком любопытной. Пройдусь по дому, наверняка у них есть изображения родных, эльфы любят запечатлять предков и родню. Олис показывал портрет меня в пятилетнем возрасте, он висел в одной из комнат, там в рамах висели и портреты братьев, и родителей, и дедушки — целая галерея… Сама всё увижу и всё пойму, он или нет.       После ужина с разрешения хозяев я прошлась по дому. Это был большой двухэтажный дом. В каминном зале я нашла то, что искала. Мои опасения подтвердились: это родовое гнездо Алиса. Значит, я в Мирикане, река ещё дальше отнесла меня от Эридиты. В любую минуту бета может приехать навестить родных. А с ним и Элисар. Мысль о правителе отдалась болью на животе. Мазь, что украла у Эльмира, помогала в момент приступа, но я не знала, насколько она эффективно блокирует нить. И сильно в этом сомневалась. Поэтому задерживаться в доме мне нельзя.       Прошла пара дней, моя спина совсем зажила. Во время одного из обедов Сайран сообщил приятную для их семьи новость: правитель наконец-то сделал предложение руки и сердца Алису. Вот это новость! У меня из рук чуть ложка не выпала. Я прячусь, а они к свадьбе готовятся. Альфа спросил: интересно, как омега к этому отнёсся? Алис пишет, омега пока не в курсе, хотят сделать ему сюрприз… Ага, каким образом они его сделают? И не люблю я сюрпризы. Совет им да любовь, может, теперь оставят меня в покое? Сайран продолжил зачитывать письмо. «Они хотели бы приехать и получить твоё благословение», — омега посмотрел на супруга. «Ну вот, всё как у людей», —сказал мой сарказм. Альфа поинтересовался: «Когда?» — «В письме не указано, но думаю, что их приезд не за горами».       — Может, с ними и Кирили приедет? Мне так хочется познакомиться с ним. Алис писал, что он очень красивый и необычный мальчик. — Эти слова были предназначены мне, так как Сайран посмотрел на меня. Красивый?! Приедет, как же, как ни парадоксально, но я уже тут, осталось только правителя дождаться. Бета ещё и письма обо мне пишет, а как я под кнутом и ремнём побывала, он не писал? Я так ушла в размышления, что Альмас заметил и спросил, в чём дело. Я боялась, что они заподозрят неладное, и ответила, что мне, наверное, не место в их доме: такое событие, а тут человек.       — Ох, не думай об этом. — Омега посмотрел на меня и тяжело вздохнул. — А помнишь, как Алис страдал от любви? Я не знал, как его утешить. Кто мог предположить, что Элисар сам явится за ним? — Он посмотрел на альфу, и слезинки счастья скатились по щекам.       — Ну вот, развёл сырость, — строго сказал Альмас.       — Они такая красивая пара, — продолжил омега.       Да, видела я эту красивую пару. Картинка, как Алис сидел на коленях у Элисара, моментом появилась в голове. Мне хотелось услышать их мнение, и я спросила: «А разве два альфы могут жениться?» Я всё прекрасно знала, но раз они приняли меня за человека, то почему бы не прикинуться дурой. Альмас ответил, что Алисий — бета. «Но я считала, что у эльфов главные — альфа и омега. А, по вашим словам, Элисар сделал предложение не омеге, а бете. И этот Кирили не в курсе свадьбы. Не кажется вам, что это не по-человечески? Ещё я считаю, что омега — это связующая часть семьи».       Сайран улыбнулся.       — Ты рассуждаешь, как омега, — сказал он. — Он пишет, что это будет сюрприз.       — Сюрприз, но не предложение руки. Разве омега не заслуживает? Или, если их соединил Эрс, этого достаточно?       — Ну, вообще-то ты права, омега играет большую роль — он производит наследника альфе.       — Тогда зачем альфе бета?       Альмас вздохнул:       — Это сложный вопрос, но и бета имеет право на счастливую жизнь.       Больше я ничего не стала спрашивать. Чего я добилась расспросами? Альфа о чём-то задумался, может, он страдал, что у него родился сын бета, а не альфа. Я вспомнила Карнеса, ему было ещё хуже узнать, кто родился: омега-девочка.       — Ничего, вот приедут, мы всё у них узнаем, — улыбаясь, сказал Сайран.       Раз они явятся, мне тут делать нечего. Я спросила, нет ли у них какой-либо работы? Альмас поинтересовался, зачем мне. Я честно ответила: заработать денег на дорогу и вернуться домой.       — Где твой дом? Я знаю многие поселения.       Я промолчала, где мой дом, хотя могла назвать Озёрный. Денег, сказала, не возьму от них. Чёртов характер. Я не побирушка, думала я, ещё в состоянии заработать. Его интересовало, что я умею делать. Мысленно споткнулась на вопросе, не зная, что ответить.       — Могу работать на кухне.       — Ты умеешь готовить?       «Умею, —подумала я, — но, скорее, не ту пищу, что они едят». Короче говоря, с его подачи меня взяли в местную забегаловку, иначе назвать не могу, в качестве официанта. Сайран настоял, чтобы я жила у них. Всё же ему нужен ребёнок, забота так и пёрла из него.       Вот уже вторую неделю, как работаю в не совсем приятном заведении, но мысли о доме придают силы. В конце недели получу очередную зарплату. Если бы не те разбойники, давным-давно была бы дома в объятиях родителей. Могла, конечно, взять денег у Альмаса, но тогда пришлось бы всё рассказать, кто я и что я, да и совесть не позволила бы взять деньги. Контингент в «ресторан» приходил разный, кто-то тихо отдохнуть — выпить и закусить, кто-то — напиться до поросячьего визга и устроить драку. Уговаривая себя, что это временно, я терпела хамское отношение выпивших мужиков.       Впервые в жизни увидела представителей гномьей расы. Низкорослые, коренастые бородатые мужчины. Они приходили после трудового дня, заказывали местное вино и жареное мясо. Я думала, что гномы живут в горе, оказалось, не только. Первый родитель Алиса имел шахты по добыче угля, вот там и трудились гномы и люди.       Обычно к вечеру с наплывом посетителей работы прибавлялось. Никогда не думала, что придётся работать в таких условиях. Но мои же слова, произнесённые когда-то Олису, встали передо мной. Кто просил у Олиса работу? Кто хотел независимости? Кто хотел самостоятельности? Или тебя тянет под контроль? И что ты вообще знаешь о небесном законе? Как только вернёшься, тебя тут же отправят в Мирикан к альфе. От собственных мыслей, что может сделать Элисар, мне стало плохо. Я не хочу возвращаться, ноги подкосились. И тут, лапая меня за все части тела со словами: «Иди ко мне детка», мужик обдал перегаром и притянул к себе. Долго не разбираясь, ударила его по пьяной роже. Не соображая, он ещё сильнее стиснул свои грабли-руки, причиняя мне боль. Я, как могла, вырывалась, но пьяный голос шептал непристойные слова: чтобы я удовлетворил его, он хорошо заплатит. Я давно поняла, что на Эрине секс между мужчинами — норма, и не только у эльфов, но и у людей. Этот мужик принял меня за мальчика. Меня ничуть не удивило, раз рождение девочек стало редкостью. И если женщины перестанут рождаться, люди рано или поздно вымрут, как наши динозавры.       — Эй, отпусти его, — молодой гном обратился к мужику. Он невменяемо посмотрел на низкорослика, хмыкнул и заплетающимся языком сказал, как он его имел, при этом ослабил хватку. Я с силой ударила его и освободилась. Но далеко уйти не успела, он схватил меня за волосы и потянул на себя. Гном не удержался, подлетел и ударил головой ему в живот. Мужчина согнулся, после чего получил ещё один удар кулаком по спине. Пьяный опустился на колени, выпустив мои волосы. Но на этом не закончилось, он вытащил откуда-то сзади нож и бросился на гнома. Но огромная секира опустилась в миллиметре от его сапог, мужчина застыл.       — Еще один шаг, и ты станешь калекой, — властный голос обрушился на пьяного, он тут же протрезвел. — Убирайся, и чтобы я тебя не видел! — Перед ним стоял другой гном.       Я первый раз видела этого гнома, он был повыше, огненно-рыжие волосы, такого же цвета небольшая ухоженная борода, мужественное лицо, сильные руки. Я увидела в нём что-то величественное. Тут же из подсобки прибежал хозяин и ещё один человек, они силой вытолкнули мужика. Поблагодарив гнома, я отошла к барной стойке, но вслед долетели его слова: «Это место не для эльфа».       Мысленно открыв рот от удивления, не понимала, как он определил, что я эльф. Даже родители Алиса не распознали. Их всех сбивал с толку мой облик, для них я — женщина, а значит, человек. Наверняка видели то, что у меня под платьем, когда оказывали помощь, но они также могли видеть и мою татуировку, но промолчали. А гном увидел во мне эльфа. Рыжий спаситель прошёл и сел за один из столов. Подойти и спросить, кто он? Я не смела. Да и что это даст…       Ещё пару недель, и у меня будет приличная сумма и я смогу отправиться в дорогу. Так хочется увидеть родителей и братьев. Как я хочу домой! Всё это время меня пугало, что сюда в любую минуту может нагрянуть Элисар. Как бы избавиться от небесной печати? Но я понимала, что это невозможно.       Днём посетителей собиралось мало, в свободное от работы время хозяин позволял отдохнуть. Заварив любимый напиток, я села за один из столов.       — О чём грустим? — Ко мне подошёл гном, что участвовал в драке. Я посмотрела на него, он улыбнулся. — Ты действительно эльф? Я слышал, как Крэктэу обратился к тебе. А он не ошибается.       — Откуда такая уверенность?       — У правителя это врождённое.       Правитель? Как он его назвал — Крэктэу? Да это же правитель горы Устхат, которая является ближайшим соседом Эридиты. Как горный правитель попал в Мирикан?       — Почему вы так далеко от дома?       Гном попросил разрешения присесть. «Конечно», — кивнула я. Любопытство терзало душу. Гном погрустнел и ответил, что у них нет дома. «Как нет?» Он рассказал, как варуг захватил гору. Я сразу не поняла, кто это. Но потом вспомнила рассказ Кронэса о том, что Устхат захватил дракон. Мне захотелось посмотреть на мифическое животное. Гном рассказывал жуткие вещи, что вытворял ящер. Я спросила, умеет ли он летать.       — Да. И выпускать огненное пламя.       — И вы теперь бездомные?       — Мы бы хотели освободить свой дом от этого монстра. Есть надежда, что он давно умер.       — Его что-то привлекло в горе. — Не думаю, что он умер, но вслух не сказала, наверняка же не знаю, жив или нет, а рушить чужую мечту вернуть дом — последнее дело. Небесная печать резко скрутила живот, я согнулась. Он испуганно посмотрел и спросил, что со мной. — Ничего, сейчас пройдёт, — ответила я.