Омега

      Превозмогая боль, я прошла в туалетное помещение, достала из кармана баночку и намазала татуировку. Осталось совсем мало, что потом буду делать? Посмотрев на себя в зеркало, тяжело вздохнула: в кого ты превратилась, Кира? В трусливого зайца. «Неужели? — ответила я себе. — Нет. Мы ещё повоюем». — «С кем? Да кого ты обманываешь? Себя? Ты же ничего не понимаешь в этом мире, ты без альфы никто», — нахмурилось отражение. Силуэт Дэминэля, стоящего за моей спиной, отобразился в зеркале. Я провела рукой по холодному стеклу, видение тут же растворилось. Он, скорее всего, уже женился и забыл обо мне. Слезинка скатилась и обожгла щёку. Но к правителю я не вернусь… В туалет вошёл подвыпивший мужчина, увидев меня, произнёс: «Два пива» — и, держась за стену, прошёл в кабинку. А я поспешила побыстрее выйти. Когда вернулась в зал, гном продолжал сидеть за столом.       — Что у тебя болит?       — Один старый шрам, — ответила я, обзывая так небесную печать, чтоб ей провалиться вместе с альфой.       — Эльфийская медицина — одна из сильнейших, неужели нет обезболивающего?       Конечно, есть, но и оно у меня скоро закончится. Нужно побыстрее вернуться в Лармирнель, может, доктор выручит и избавит от боли.       — Они неэффективны, лишь на время снимают боль.       — В нашей горе, на самом нижнем ярусе, есть озеро с вязкой субстанцией. — Так гномы называли небольшое искусственное сооружение, в которое проникали грязевые потоки через специальные отверстия, оседая на дне каменного бассейна. По цвету они больше напоминали голубую глину, чем грязь, и имели лечебные свойства. — Вот сто́ит в ней посидеть хотя бы с полчаса, и болезнь отступает. Туда часто ходили наши старейшины, я и сам был один раз, когда сильно простыл. — Он тяжело вздохнул.       Попробовать, конечно, хотелось, но в то, что грязь поможет справиться с небесной печатью, мало верилось. Если только улучшит кровообращение и обезболит. Может, именно эту грязь и использовал Эльмир?       Гном резко стукнул себя по лбу рукой и встал.       — Прошу прощения, забыл представиться: меня зовут Вилли, что на гномьем означает «верный». — Он мило улыбнулся.       — Кира, — ответила я. — Имя означает «господин». — Только в каком языке, уточнять не стала.       Гном подметил, что оно мне подходит. Ага, подходит, только господин не я. Образ Элисара преследовал по пятам. Он мне ещё долго мерещиться будет.       Дни тянулись со скоростью черепахи. В один из вечеров за столом собралось много гномов, они бурно что-то обсуждали. Я только и успевала носить заказы. Мельком слушала обрывки фраз: «…где уверенность, что он сдох?» — сказал каренастый гном. «…тогда чего он не выходит?» — «… да сдохла эта тварь, это точно», — поддержал другой гном. «… что ты понимаешь? Гора потеряна для нас». — «… действительно, нам лучше найти новый дом». — «…вы просто смирились». — «…ты думаешь, так легко пойти найти…» — «… мыкаться по чужим местам лучше?» Я не успевала переводить взгляд с одного гнома на другого. «… а я хочу домой». — «…ты так говоришь, потому что был мал и не видел этого монстра». — «…я всё прекрасно помню», — ответил Вилли. Он единственный, кого я знала по имени, и ещё правителя, который всё это время молчал, позволяя высказываться своим подданым. «Я устал прятаться и жить рядом с эльфами, их высокомерный вид убивает, пора вернуться домой», — сказал гном с недовольным лицом…       Облокотившись о стойку бара, я наблюдала за гномьей компанией. Неожиданно Крэктэу ударил кулаком по столу с целью прекратить перепалку. Посуда подлетела на пару сантиметров и звонко опустилась. Тишина повисла над компанией. И не только над ней — в помещении на минуту примолкли все. Мне показалось, что время встало. Но тут же гул возобновился. Крэктэу начал что-то говорить, все внимательно слушали, кто-то закивал головой, поддерживая речь.       — Кира, отнеси заказ вон на тот стол, — обратился бармен. Я вздрогнула от неожиданности — так увлеклась гномами, что забыла о работе. Проходя мимо гномов, я услышала: «Я так решил», — сказал правитель. Что они там решили? Неужто хотят с драконом сразиться? Их всего девять, как они себе это представляют? А может, и правда он умер давно: старым был, нашёл место поудобнее и испустил дух. Я молча поставила заказ на стол, но мужской голос прервал мои мысли: «Где можно найти развлечение?» Меня так и тянуло спросить: в каком плане? Но я понимала, о чём он — его липкий взгляд ползал по мне. Если гномы уйдут, за меня точно никто не заступится. Хорошо бы к ним напроситься, хотя бы до Устхата, а там как-нибудь до границ Эридиты доберусь, если Эрс позволит. «Ну что, нет желания заработать? Я давно не тискал такую сладкую попку», — продолжил мужик. Долго не думая, я схватила нож со стола и приставила к его горлу:       — Ещё одно подобное слово, и захлебнёшься в своей крови. — Перед глазами стояли те разбойники, что так безжалостно убили Лари. Мужик поднял обе руки и промямлил: «Как скажешь, я только предложил». — Ещё одно подобное предложение, и тебе нечем будет мочиться! — резким движением воткнула нож в деревянную столешницу и, держа в руках поднос, отошла к барной стойке. Мужик долго пялился на меня. В ответ злобно посмотрела на него.       Гномы стали выходить из-за стола. Вилли подошёл ко мне:       — Я хотел попрощаться, послезавтра мы возвращаемся домой. Был рад нашему знакомству. — Он протянул руку.       — Я тоже хочу домой. — Сжимая его ладонь, с грустью посмотрела на гнома. Он спросил: «А где твой дом»? — «В Лармирнеле». Он вздёрнул брови:       — Так ты из Эридиты? Ваш правитель самый мудрый.       Его слова бальзамом потекли по душе: услышать похвалу о своём родителе, да ещё так далеко от дома, дорогого стоило.       — Мы могли бы взять тебя с собой, а потом я проводил бы тебя. — Я спросила: потом — это когда? Он пояснил, что они хотят убедиться, что в горе давным-давно нет дракона. Меня тянуло спросить: «Испарился, что ли?» Он будто прочитал мысли и ответил, что есть надежда, что варуг умер. Но ему нужно поговорить с Крэктэу, без него он не в праве что-либо обещать, завтра он даст ответ. Надежда проклюнулась подснежником среди чужбинных заносов, почему-то я была уверена, что гномий правитель не откажет и возьмёт в попутчики. Мне бы только до Эридиты добраться, а там я дома…       На следующий день Вилли прибежал взмыленным. Сходу сообщил, что правитель согласился меня взять. Нужно было видеть, что творилось со мной, когда услышала эти слова! Я мысленно прыгала до потолка, но гнома всё же обняла. Отрываясь от меня, гном продолжил: «Собирай вещи, завтра рано утром мы отправляемся. Найдёшь нас возле гостиницы „Медвежья лапа“».       — А… ? — только хотела спросить, но он тут же добавил:       — Лошадь будет, Крэктэу позаботился.       Несмотря на усталость после трудного дня, окрылённая представившейся поездкой, вернулась в поместье. Мои хозяева обычно в это время находились в каминном зале и пили чай. Я вошла и поздоровалась, мне так не терпелось поделиться хорошей новостью, что нашла попутчиков и отправляюсь в путь. Лицом просто расцвела от мысли, что увижу родных.       Сайран улыбнулся:       — У тебя сегодня на редкость хорошее настроение. Что-то на работе? — Только я хотела рассказать, как он продолжил: — А у нас тоже хорошие новости: скоро приедет наш сын, и ты сможешь с ним познакомиться. — С моего лица мгновенно исчезла улыбка. «Когда он собирается это сделать?» — читался вопрос в испуганных глазах. Омега, скорее всего, понял и сообщил, что на днях. Я с облегчением вздохнула. Завтра меня здесь уже не будет, а там хоть трава не расти. — Я что-то не то сказал? — забеспокоился Сайран.       — Девочка волнуется, — ответил за меня Альмас. — Наш сын просто красавец, в него нельзя не влюбиться.       Знаю я и о красоте, и о лицемерии, и не собираюсь в него влюбляться. «Нам нужен ребёнок, мы сами вырастим его, без омеги». Я сглотнула свои мысли, и боль сжала сердце. О правителе даже спрашивать не стала, наверняка они вместе за благословением явятся.       — Позвольте мне пойти в свою комнату. Я очень устала.       Альфа кивнул. Уже в дверях на минуту меня задержал вопрос Сайрана:       — Ты так и не сказала, что сегодня произошло, почему ты такая счастливая. — Я приросла к полу. Хотелось ответить, что уезжаю, но посыпется куча вопросов. Тем более Альмас в курсе, что гномы, получив расчёт, собираются покинуть Мирикан. И если я расскажу, с кем отправляюсь в путь, а потом выяснится, что я и есть тот самый Кирили, меня найдут и запрут в комнате до приезда правителя. Мои мысли совсем запутались, и чтобы не нагородить ерунды, я лучше объясню в письме.       — Да так, просто хороший день, — ответила, закрывая за собой дверь.       В библиотеке я взяла лист бумаги и ручку. В голове крутился текст с извинениями и благодарностью. Мне жутко было стыдно перед ними, они спасли мне жизнь, приютили и обогрели, но я не могла открыть им своей тайны. Желая счастья своему сыну, они могли силой удержать меня тут. Всё, что происходило сейчас, я назвала бы удачей. Как только доберусь до дома, я напишу и открою правду, попрошу Карнеса пригласить их в гости. Но сейчас… я не могу.       Заранее на местном рынке купила походную сумку и вещи, в любом случае я собиралась в дорогу. Рано или поздно, это бы произошло. Покидав скудные пожитки, я легла, сон долго не шёл. Я пересчитала всё, что можно: и баранов, и слонов, но уснуть никак не могла. Представляла Олиса, и сердце трепетало от нежности. Буду на коленях умолять их не отдавать меня альфе, я больше не выдержу такого отношения. «Не советую развязывать войну, лучше договориться миром». А если Элисар устроит войну? Нет, он в здравом уме, он на это не пойдёт. В здравом? Он поднял руку на омегу, чего дальше можно ожидать от такого правителя?       Мне показалось, что я только-только уснула, как звук горна резко разбудил меня. Как полоумная вскочила, не понимая, что происходит, всё перед глазами поплыло. Мерзкий звук повторился, он разрывал мозг на части. Я закрыла уши руками. Кому в такую рань делать нечего? Но тут подскочила, словно с разогретой сковородки, и выглянула в окно. Во двор на своём любимом вороном жеребце въезжал правитель Мирикана в сопровождении Алиса и отряда охраны. Ноги подкосились, я чуть не выпала из окна. Ну конечно, кто ещё мог появиться с такой помпой. Элисар машинально поднял голову, я присела, сердце билось больше ста ударов в минуту. Неужели нить привела его? Он меня найдёт, он меня накажет. Тело содрогнулось, вспоминая ремень. Я отползла от окна и начала быстро одеваться. Господи, помоги, только бы успеть выйти из этой комнаты. Обещаю во всем слушаться родителей!       Нервно натягивая штаны, запуталась, споткнулась о ковёр и упала. «Чёрт», — выругалась себе под нос. Кое-как разобравшись с одеждой, подхватив сумку, я вылетела в коридор, быстрым шагом направилась к запасной лестнице. В открытые окна слышались приветствия и смех. Счастливая семья воссоединилась. Но страх гнал меня подальше от этого дома и от этой семьи.       Открыв дверь, вышла на улицу, прячась за кустами, направилась в глубь сада — там в заборе имелась сломанная доска. Отодвинув её, пролезла и попала за пределы поместья. Бегом ринулась к гостинице. Гномы собирали пожитки, вешая на пони. Я подошла и поздоровалась, мне никто ничего не ответил, сделали вид, что заняты. Ладно, мы это проходили. Ко мне вышел Вилли, указал на помесь лошади и осла, на похожей я ехала с караваном. Чувство тревоги забилось раненой птицей.       — Это все твои вещи? — спросил Вилли. Я кивнула. Он сказал, что всё приготовил для похода и не стоит беспокоиться. Мне стало неловко: пришла на всё готовое. Но гном пояснил, что так приказал правитель.       — Он для нас обуза, — буркнул один из гномов и посмотрел сначала на меня, потом на Крэктэу.       — Не обращай внимания, он всегда недоволен, — предупредил Вилли. — Мы его так и называем: «Варлин» — что означает… — Я перебила и ответила за него: «недовольный». — Да ты так и гномий выучишь. — Вилли расплылся в улыбке.       — Я не люблю эльфов, — поддержал другой гном. — От них одно зло. Они не помогли нам с драконом разобраться.       — Да чё он вам сделал? — встрял в разговор молодой гном.       — Он едет с нами, — резко обрубил Крэктэу и сел на пони, все последовали его примеру, и мы двинулись в путь.