Когда двери закрываются — нет пути назад...

Дверь как и всегда медленно открылась, давая доктору зайти внутрь. Пожилой мужчина лет 50-55 подошёл к столу, за котором уже сидел объект. Чумной доктор сидел ровно, смотря прямо на доктора, будто прожигая его взглядом своих голубых глаз, а его руки были сжаты замком, что делало 049 ещё больше похожего на обычного человека. За доктором зашла девушка значительно моложе мужчины в несколько раз. Казалось, будто бы она стажёрка или медсестра. На лице была обычная, яркая и немного детская улыбка, будто бы она даже не подозревала, где находится. Это сильно удивило объект, ведь никто из докторов или кого-либо, кого он тут видел не улыбались. — Добрый день, объект 049, рад вам представить вашего нового личного доктора, психиатра, собеседника, можете называть, как хотите. — нарушил тишину доктор. Его взгляд был очень даже серьёзным, а в руке он сжимали документ, который после передал девушке. — Приступайте к работе. Доктор, не долго думая, прислонил карточку к сканеру и благополучно удалился, оставив Чумного доктора наедине с новой жертвой. Девушка же спокойно села напротив него, продолжая улыбаться. — Рада знакомству с вами, Чумной доктор. Я могу вас так называть? Или вы предпочитаете другое имя? — девушка вела себя очень вежливо, отложив бумаги немного в сторону и теперь смотря прямо в глаза объекта. — Называйте меня, как хотите, но думаю вам будет удобней называть меня как записано в протоколе. — сказал спокойно чумной доктор, так же осматривая девушку. — Как я могу заметить, вы не заражены поветрием. Это хорошо. — Спасибо за наблюдение, мистер Чумной доктор… И всё же меня привели к вам не просто так. На прошлой неделе вы нарушили условия содержания и покинули камеру, использовав карточку доктора [УДАЛЕНО]. Чувствуете ли вы свою вину за этот инцидент? — Ни капли сожаления, коллега, я так понимаю… Вы ведь тоже доктор. Нам, врачам, нужно спасать людей ценой своей или ЕГО жизни, не так ли? — Не соглашусь с вами, мистер… Да, мы должны спасать людей от смерти, но не мгновенно убивать их, даруя моментальную смерть? — девушка морально пыталась надавить на объект. В любом случае совет 05 нейтрально отнеслась к тому, что девушку отправят прямиком к объекту. Чумной же не поддавался, спокойно отвечая ей. — Я дарую им лечение. Они могут жить вечно, вылеченные от поветрия. — Тогда почему вы не даёте другим докторам изучить эту болезнь? Возможно вам требуется по… — не успела договорить девушка, как объект, будто бы сдерживал свой гнев посмотрел на ту. — Мне не нужна помощь, доктор. Это моя судьба— самостоятельно изучить и вылечить людей от поветрия. Я вполне способен работать один во благо людей. Мне лишь нужен материал… Мари вздохнула, но после немного усмехнулась, продолжая улыбаться. — Успокойтесь, мистер… Не стоит так тревожиться от вопросов… Если хотите, я могу прервать сегодняшнее собеседование. — Нет, я желаю продолжить разговор… — 049 смотрел именно за улыбкой девушки, что всё ещё не сменилась. — Вы напоминание мне кого-то из моего прошлого, но я не могу вспомнить кого… — Сочту за комплимент, Чумной доктор. И всё же мы должны обсудить ваши намерения… Как произошёл недавний инцидент с вашей точки зрения? Мари всё ещё ни разу не притронулась к бумагам, будто бы всё так и должно быть. — С моей точки зрения? Разве в протоколе не… — Прошу прощения за грубость и за то, что вас перебила, но «с вашей точки зрения» — это не со стороны протокола. Мари понимала, что грубить объекту нельзя, но ещё не до конца могла спокойно говорить с «обычными» объектами. — Не стоит извиняться… Тогда я попытаюсь. Всё началось с утреннего прихода доктора. По его словам у него было плохое самочувствие, но он всё равно решил продолжать беседу. И вот я смог найти в нём поветрие. Я не мог оставить это и тут же начал лечение, коснувшись коллеги своей рукой. Мне было прискорбно понимать, что доктор болен, однако я должен был продолжить лечение. На пол упала карточка и я решил покинуть свою камеру содержания. Мари внимательно слушала объект, не смотря на бумаги и ничего в них не записывая. Когда 049 закончил своё повествование, она опустила взгляд на его руки, что всё ещё были сложены замком и скреплены наручниками. — Я так понимаю, что вам, как и всем нам, очень жаль понимать, что наших коллег постигла ужасная участь… Понимаю, как вам было трудно проводить операцию… — сказала девушка, уже улыбаясь более спокойно. Чумной доктор был немного в шоке, удивляясь, что его не критикуют. — Да, вы правы… Но позвольте узнать, разве вам не страшно находится рядом? — спросил неожиданно 049, от чего Мари лишь тихо хихикнула. — Страх? Страх чего? Того, что вы меня убьёте? Или что я могу просто умереть, находясь рядом с вами? На данный момент я не вижу ничего опасного или страшного для меня… Но если таково будет, то мне будет страшно… — То есть вы скрывает свои эмоции за улыбкой, не показывая никому, что вы на самом деле чувствуете? — Да, вы правы. Однако прошу заметить, что мы говорим о вас, а не обо мне. Но мне приятно, что вы обо мне подумали. — после этих слов Мари немного поправила свои короткие волосы за ухо и посмотрела на доктора. — И так… Я считаю, что этот разговор о поветрии у вас вызывают недовольство, но доктора настоятельно приказали мне спросить вас об этом… — В этом нет ничего такого. Я — лекарство от этой болезни. Только я могу вылечить кого-угодно от поветрия. Я и только я… — он говорил это спокойно, не срываясь на Мари, что ей было только на руку. — У вас ведь была «ассистентка», не так ли? Так почему вы не хотите сотрудничать с нашими докторами? — Сотрудничество с ней мне только мешало, так что я считаю, что мне не нужна помощь, но я не говорил, что не хочу сотрудничать… — Но вы ведь категорически прот… — Да, я против помощи в лечении, но я не против помощи в сотрудничестве и составление мне образцов для исследования… И всё же я снова хочу поинтересоваться, зачем доктора предоставили вам меня? — Ох, всё гениальное— просто! С прошлых отчётов оказалось, что вам нужен собеседник или психолог, как выразились доктора… Никто из них не имеет диплома психотерапевта, кроме меня. Вот меня и назначили на эту должность… — Психолог… Но я в полном порядке! — воскликнул Чумной доктор, немного сжав кулаки, что тут же заметила Мари, немного смягчив тон. — Ваше здоровье да, но психическое— нет… У вас часто случаются всплески агрессии— это плохо… — после этих слов Чумной доктор погрузился в свои мысли и долго ничего не говорил, что давало Мари подготовиться к дальнейшим вопросам. Через какое-то время 049 вновь посмотрел на Мари и заговорил. — Я согласен с вами… И благодарен, что вы столь доброжелательны ко мне. — вежливо сказал доктор, а Мари лишь тихо хихикнула. — Не стоит благодарности. Я так же рада общению с вами. Однако, похоже наше время подошло к концу… Желаю вам хорошего дня! — сказала с улыбкой девушка, взяв отчёт и поклонившись 049, направилась к выходу. — Буду ждать вас завтра… — сказал тот, от чего девушка повернулась в его сторону. — Я приду вечером или если ваше состояние ухудшиться— то раньше. — после этих слов она приложила карточку и благополучно вышла из камеры содержания объекта. После этого за ней зашёл охранник, что должен был снять наручники с 049. Мари зашла в кабинет, что был недалеко от камеры Чумного доктора, сев за стол и начав что-то заполнять. К ней, через пару минут зашёл Доктор Чарльз. — Вы запомнили всё досконально, раз не записывали ничего? — спросил недовольно тот, ведь хотел получить отчёт сразу. — Да, я всё запомнила и смогу написать на понятный вам язык. — после этих слов девушка тихо посмеялась, но доктор стукнул ладонь по столу. — Да как вы смеете?! Вы должны серьёзно относиться к своей работе! — воскликнул он, покраснев от злости. Улыбка с лица девушки пропала и она медленно поднялась со своего места, строго посмотрев на доктора. В кабинете повеяло мрачным холодком. — Доктор Чарльз. Я понимаю ваше искреннее недовольство моими методами, но вам нужно научиться терпимости и примерности, а иначе однажды ваш всплеск может привлечь лишнее внимание и проблемы. Думаю, вы меня прекрасно поняли, не так ли? Я вас уважаю, как своего коллегу и взрослого человека, но если вы не будете проявлять уважение ко мне, я не буду воспринимать вас всерьёз. Моя работа— очень важна, я отношусь к ней настолько серьёзно, насколько это серьёзно. Улыбка— не фактор глупости, безрассудства или плевательского отношения, как вы считаете. А теперь, если вы не против, я вернусь к своей работе… — после этих слов девушка села на своё место, продолжая заполнять досье, но уже с мрачным и довольно-таки серьёзным лицом. Доктор, не в силах спорить с девушкой и далее, вышел из кабинета, после чего Мари немного усмехнулась, от чего улыбка вернулась.