My Queen

Девушка собирает вещи быстро, закидывая в сумку почти всё, на что падает взгляд. — Ты всё-таки едешь? — голос за спиной не удивляет и Хейли не считает нужным оборачиваться, лишь коротко кивает. — А Хоуп? — Останется с Ребеккой и Элайджей, и ты с ней, — Хейли вздыхает и, застегнув сумку, оборачивается. — Надеюсь, я вернусь скоро. Клаус поджимает губы, сложив руки на груди и осматривая девушку. Она осталась прежней, но изменения гибрида сделали её более бесстрашной и удивительно привлекательной, это отметил даже наглый Марсель, который пару дней назад пустил в сторону шатенки странный комплимент, а потом ему пришлось извиняться, пока Клаус держал его за горло, настоятельно прося больше не заигрывать с матерью его дочери. Это неуважительно. — Одну я тебя не пущу, — всё-таки кивает гибрид и видя недоумение в глазах Маршалл, поясняет. — Мне лично плевать на твоих блохастых собратьев, ради которых ты рискуешь собой, но ты — мать Хоуп, член моей семьи. Я обязан защищать тебя. — Сама справлюсь, — закатывает глаза девушка, беря сумку и откидывая волосы с лица. — Они не твоя проблема. Хейли обходит Клауса, но Майклсон настойчиво идёт следом и только когда в багажнике красуется такая же сумка с его вещами, девушка лишь вздыхает. Он решил это раньше, чем сказал. Замечательно, Клаус как всегда делает всё по-своему. — В машине музыку ставлю я, — ворчит шатенка, когда Клаус с хитрой улыбкой ловко забрал у неё ключи, а сам открыл ей пассажирскую дверь. Хейли знала, что Клаус не поддерживал идею жить в лесу, помогать стае и прочее, что пыталась сделать волчица, но он так же был единственным, кто по-настоящему беспокоился за неё, поэтому даже ворча и ёрничая, он всё равно был рядом. Элайджа же не отвернулся от неё, но дал понять, что она изменилась и его чувства к ней угасли. После того, как Хейли стала гибридом, она перестала быть той, кем была, и видимо, до идеала Элайджи она не дотягивала от слова «совсем», зато с Клаусом, Хейли, наконец, стала находить общие темы. Они без скандалов говорили о дочери, даже шутливо дурачились, что не скрывалось от проницательного взгляда старшей сестры — Фреи, но Майклсон была умной и потому лишний раз не пытала Маршалл вопросами, а уклончиво говорила о том, что Хейли стоит ещё раз подумать — того ли она брата выбрала. Клаус тихо посмеивался, когда Хейли мягко постукивала пальцами в такт музыке, и что-то напевала себе под нос. Он слышал её отлично, и фальшивила она жутко, но, пожалуй, ему нравилось слушать Хейли. Сейчас она была не такой, как обычно, словно здесь и сейчас она открылась с той стороны, с которой могла видеть её только Хоуп. Но всё хорошее заканчивается быстро и как только они оказались на болотах, Клаус сжал руль крепче, почти до треска. Он гордился смелостью Хейли и в тоже время чувствовал странную ревность от того, что ей приходится бросать всё, даже заботу о дочери, ради их глупых разбирательств. — Ещё не поздно уйти, — Хейли недовольно вздыхает, кидает взгляд на Клауса, и пока Клаус задумчиво смотрит вперёд, девушка уже идёт навстречу своей стаи. И Клаус почти готов оторвать голову тому, кто сейчас крепко обнимал Хейли за талию, словно та принадлежала ему. Так себя с королевой не ведут, тем более, когда у неё есть король. Стоило Клаусу подойти ближе, как в воздухе тут же затрещало напряжение, исходившее от оборотней. Кажется, ему тут не рады, но что ж, это было взаимно. Майклсон тоже особо не был рад обитать среди них, но дело было не в нём, а в том, что Хейли была членом его семьи, и он обещал защищать её ценой всего, поэтому и наступал на горло своей гордости, а так же голосу, который шептал, что дело не только в долге защищать её. — Что он тут делает? — оскалившись, кучерявый блондин руки с талии Хейли не убирал и неодобрительно смотрел на Клауса, и это подстёгивало гибрида оторвать ему голову всё больше. — Клаус, нет! — Хейли преградила ему дорогу, когда тот двинулся на оборотня, при этом упирая свою ладонь в грудь Клауса. — Прошу тебя, — девушка шепчет это одними губами и, проведя рукой вниз по животу Клауса, словно успокаивая его демонов, наконец, убирает руку и отступает, разворачиваясь лицом к членам стаи. — Для всех сообщу: Клаус со мной, и конфликты нам ни к чему. — С тобой, это значит… — волк нахмурился, а Клаус широко улыбнулся и притянул девушку к себе, оставляя поцелуй на её виске. — Да, именно так, блохастик, поэтому, если ты ещё раз тронешь своими когтистыми лапками мою женщину — они окажутся у тебя в глотке, понял? — Клаус говорил мягко, приторно сладко, но его глаза горели расправой и оборотень отступил, принимая поражение. Клаус может ему и враг, но силы были не равны, да и Маршалл оставалась их альфой вопреки всему. Хейли не спорила и не опровергала слова Клауса, лишь велела всем собраться вечером на совете, а сама, кинув гневный взгляд на гибрида, поманила его за собой в дом, где она когда-то жила с Джексоном. — А теперь объясни, что это, мать твою, было? — Хейли накинулась на Клауса буквально сразу, сложив руки на груди. Поджатые губы, злой взгляд, напряженная поза, чуть взъерошенные волосы — Клаус находил её сейчас такой идеальной, что руки чесались взяться за кисти, которых, увы, здесь не было и подавно, и запечатлеть её красоту на холсте. — Волчонок, ты не стратег, но вот тебе подсказка: если твои блохастые друзья будут считать, что мы вместе, то они перестанут лезть к тебе с расспросами: «Какого хрена забыл тут этот убийца?», — Клаус чудесно передразнил будущие вопросы, и Хейли сдалась, понимая, что такой вариант мог ей даже поспособствовать решить конфликт как можно скорее, ведь никто из стаи не захочет, чтобы Ник торчал тут как можно дольше. — Хорошо, «любимый», располагайся, — Хейли усмехнулась, когда брови Клауса удивлённо дёрнулись вверх на её фразу. Клаус прошёл дальше по дому, отмечая, что тут вполне себе неплохо, но в глаза бросилась одна кровать и он нахмурился. Осознание настигало его быстро, и он усмехнулся, наблюдая, как шатенка вытаскивала вещи из сумки. — Одна кровать? — Да. Девушка спокойно пожала плечами, словно её ни капли не волновала то, что придётся эту одну кровать делить с самим Клаусом. Как-никак, но их связывало кое-что большее, чем просто дружеские отношения. И видимо, помнил об этом пока один Клаус. — Отвернись, — Хейли кинула на него недовольный взгляд, и Клаус с усмешкой выполнил просьбу и тут же услышал, как зашуршала куртка, и как вещи Хейли упали на пол. Желание обернуться зудело на кончиках пальцев, но он не мог так поступить, ведь Хейли тогда точно оторвёт ему голову. Когда-то он добровольно отказался от права смотреть на неё и сейчас уже жалел, что вёл себя так безрассудно. Он помнил ту ночь, он помнил всё до тошноты идеально, но так же Клаус знал, что та ночь — лишь ошибка для Хейли, и она никогда её не повторит. Между ними могут быть миллиметры, но душевную пропасть не убрать. Когда Хейли переоделась, Клаус отправился искать пропитание, но, увы, не в лице членов стаи Маршалл, а всего лишь из холодильника. — О, поглядите-ка, твои питомцы обеспокоились пропитанием, — Клаус довольно оскалился, а Хейли закатила глаза, — Ты можешь перестать их оскорблять? — Ага, когда перебью их, — но встретив недовольный взгляд, Клаус пожал плечами. — Я развлекаюсь, как могу, они мне не нравятся, я им — тоже. Застонав, Маршалл опустила голову на стол, вздыхая. Перемирие между Клаусом и стаей — просто несбыточная мечта. — За что ты их так не любишь? — Клаус оборачивается, смерив девушку пристальным взглядом, словно и правда не понимая, почему она спрашивает очевидное. — Только не говори, что ты просто жесток. Я знаю, каким ты можешь быть, и в тебе есть добро, Клаус. Майклсон кривит губы, потому что Хейли видит в нём добро после всего, что он сделал. Он уничтожал её раз за разом, а она встала и верила в него снова, словно не могла иначе, но это не так. У Хейли есть выбор, и Клаус давно принял тот факт, что даже если она отвернётся от него и семьи, он будет её тенью, но не во вред, а во благо. Будет защитой, станет тем, кто ей нужен. — Они не достойны тебя, — Клаус разводит руками и в его глазах полыхает пламя. — Ты отважная, смелая и милосердная, но каждый из этой стаи считает себя лучше тебя. Они не умеют ценить свою королеву, и поверь, волчонок, я сдерживаюсь, чтобы их не научить манерам. Маршалл коротко кивает и чувствует, как сердце ускоряет свой ритм. Клаус защищает её, встаёт на её сторону и от этого кружится голова. Всё это нереально, но приятно знать, что Никлаус, наконец, стал видеть в ней что-то большее, чем просто мать своей дочери. Над болотами сгущались сумерки, оборотни разводили костёр, усаживались возле огня и дожидались, пока появится Маршал и решит их конфликты. Они вели себя как несмышлёные дети, забывая, что у Хейли, в самом деле, есть ребёнок, которому она нужна, но вместе этого девушка решает их проблемы, как психолог. — Не хочешь идти? Майклсон идеально угадывает настроение девушки, когда та устало трёт кончиками пальцев переносицу, явно решаясь стать для них буквально матерью-исповедницей, и выслушать беды своих проблемных «детей». — Местами мне кажется, что они выбрали не ту. — Ты королева, дорогуша, но ты не обязана нянчиться с ними. Хейли усмехается, и обводит взглядом профиль Клауса. Он кажется расслабленным и спокойным, смотрит на костёр вдалеке, чуть наклонив голову. Он не менялся внешне, но внутренне он что-то умело переключал, отчего Хейли путалась в том, что же чувствует к этому гибриду. Ей проще было жить прикрываясь ненавистью, но сейчас они больше не враги, да и друзьями их никто не назовёт, а тут ещё и на публику показывать чувства, чтобы оборотни оставили её в покое. И она, правда, пыталась не сойти с ума. — Идёшь? — Хейли в надежде закусывает губу, потому что хочет, чтобы Клаус был рядом, просто рядом с ней. И она не боялась, но с ним всё казалось простым, и она чувствовала себя защищённой, зная, что гибрид будет её стеной, если потребуется. — Думаешь, я пропущу всё веселье? — Первородный растягивает губы в излюбленной улыбке и Хейли, почему-то, отвечает тем же, чувствуя, что она справится. Со всем, что свалится на её голову — она справится, если Клаус будет рядом. Как только альфа стаи подходит ближе, лёгкие беседы смолкают, и девушка кивает, присаживаясь рядом со всеми на поваленные бревна, и Клаус садится с ней. И сейчас они выглядели гармонично, словно и правда король и королева. Но Клаус был королём не их, и оборотни не обращали на него внимания. — Я узнала, что между вами и новыми членами стаи идёт противостояния, мне хотелось бы узнать причину, — Хейли начала сразу с важного, желая решить всё как можно скорее. Она ценила свою стаю, видела в них потенциал, но глупые перепалки считала детской выходкой. Её дома ждёт дочь, Хоуп ждёт ласковые поцелуи на ночь от мамы и любимые сказки от отца, но Хейли должна разбирать проблемы стаи, которые являются всего лишь глупейшей ссорой, а Клаус должен быть с ней, потому что не может бросить Маршалл. Он не доверяет её стае так, как верит им она. — Они чужаки! — женщина-оборотень вскакивает с места, тыча в сторону новых членов стаи, которые держатся в стороне от всех. — Они не принимают наши правила! Следом закричал кто-то ещё и Клаус закатил глаза, чувствуя, что находится в эпицентре какой-то драмы, но Хейли имела на этот счёт своё мнение — Довольно! — Хейли не кричала, но сказала громко, твёрдо, что шум мгновенно стих, а Клаус лишь восхищённо посмотрел на Волчонка. Она имела много сторон, и первородный считал, что хочет увидеть все. Она выглядела как истинная правительница, была властной, отчего мурашки шли у каждого, кто видел её. Она представляла собой смесь дикой страсти, огня и благородства. И этот коктейль мог свести с ума любого, ведь не каждая красивая женщина окажется достойной королевой. — Вы — одна семья, одна стая. Вы должны быть сплочёнными, стать опорой друг для друга, — Хейли говорила уверенно и задумчиво коснулась своего плеча, словно напоминая, что у неё на спине знак полумесяца, как и у них. Они должны это помнить. — Прости, милашка, но говорить это не тебе, — выскочка, по имени Брэд, только что нажил себе врага в лице Клауса, когда так нагло перебил Хейли. — Ты похожа на смазливую куколку больше, чем на нашу королеву. Достойна ли ты? Клаус кровожадно оскалился, и Хейли предугадала это, поэтому покачала головой, поднимая ладонь. Она разберётся сама. — Ты новенький, но тебе стоит принять меня, либо уйти, — Хейли поднимает подбородок и Клаус гордится ей, но всё-таки представляет, как этот волк будет молить о смерти. Майклсон такого обращения не прощает. — Предлагаю битву, — новенький парень нахально улыбнулся, взмахивая руками, желая поддержки своих сородичей, но все молчали, ожидая вердикта Хейли. Они уже знали её, и принимать нового альфу не были готовы, но Хейли вдруг улыбнулась и кивнула, сверкнув глазами. — Вызов принят, Брэд, готовься к поединку за корону.