My Queen

— Ты уверена, что поступила верно? Могла просто выкинуть его из стаи или отдать мне, — Клаус со зловещей улыбкой забавно перечислял всевозможные варианты, пока Хейли стягивал волосы в тугой хвост. — Нет, Клаус, я должна доказать стае, что я их альфа не просто так. Да и он сам виноват, я гибрид, я сильнее его и за последствия отвечать не стану. Клаус усмехнулся, наблюдая за волчицей. Она словно затевала какую-то игру: взгляд горел огнём, а губы украшала редкая, но до жути красивая улыбка. Словно волчицу только что выпустили на волю, и она выбрала жертву, в которую воткнёт свои чудные зубки. И первородный чувствовал, как её энергия и дар передаются ему, только направление у его возбуждения было совершенно иное. Поляна была очищена к полуночи, и почти каждый член стаи собрался, чтобы посмотреть, как Хейли Маршалл будет драться с новичком, посмевшим бросить вызов. — Я гибрид, ты знаешь? — шатенка чуть склонила голову, наблюдая за оборотнем. Он был высоким, крупным, с тёмными волосами по плечи и с самоуверенной улыбкой. Он, на взгляд девушек, мог быть красив, если бы умел держать язык за зубами. — И что? — парень выгнул бровь и пока разминал суставы, обвёл тело Хейли похотливым взглядом. — Ты красива, сексуальна, разве тебе нужна эта стая? Ты могла бы стать моей королевой… Хейли издала смешок и нашла взглядом Клауса, который стоял возле дерева, облокотившись на него, и внимательно следил за шатенкой. И Хейли была рада, что, кажется, он не услышал того, что сказал новичок. — У меня уже есть король, Брэд, и к твоему сведению, я сильнее обычного оборотня. Девушка встряхнула головой и приготовилась к поединку, чувствуя странный трепет от того, что Клаус стоит недалеко, наблюдает и готов оторвать голову всем, кто причинит ей вред. Это позволяло ей становится сильнее. Хейли привыкла бороться ради него, своей дочери и всех членов семьи Майклсон, но сейчас же она боролась за свою стаю, отвоёвывая право называться их альфой. Майклсон сжал кулаки, выпуская сдавленное рычание наружу, когда Хейли увернулась от атаки, но тут же получила по лицу ударом ноги оборотня. Он был обучен, это чувствовалось в движениях, но Хейли была сильнее, поэтому, буквально спустя минуту, девушка оказалась сверху, шумно дыша и придавив Брэда к земле. Губа шатенки кровоточила, как и на щеке красовались небольшие царапины от когтей, но в основном, она была в порядке, а Брэд хромал и сжимал сломанный нос. После принятия поражения Брэда, а так приняв поздравления, Маршалл с Клаусом вернулась в дом, но не успела она взяться за полотенце, как с помощью скорости Клаус усадил её на стул и уже мягкими движениями стирал кровь, замечая, как царапины уже зажили вместе с губой.  — Регенерация, — Хейли мягко улыбнулась, но позволила Клаусу стереть оставшуюся кровь со своего лица, задумчиво теребя края своей майки. Забота первородного выбивала из колеи, но больше пугал его хмурый вид, поэтому Хейли остановила руку Клауса и прищурилась. — Не трогай его, Клаус, — шатенка выглядела взволнованной, и Клаус усмехнулся, но не ответил. — Я поддалась, бой был не равный, ты сам знаешь, что он просто глупый волк, не знающий правил. Он не станет ей лгать, но и подчиняться не будет. Брэд ответит за то, что бросил вызов его волчонку. Хейли ему дорога, она мать его принцессы и такое поведение к ней — было непростительно. Когда Хейли легла в кровать, но отвернулась сразу к окну, перебирая все последние события. То, что Клаус делал для неё — было удивительно. Их взаимоотношения были странными и непонятными, словно запутанная лента, и Хейли сама не поняла, как стала чувствовать от Клауса не угрозу, как раньше, а безопасность, защиту, как стала доверять ему свою жизнь всецело, в то время как раньше она боялась верить ему лишний раз. В голове черти давно шепчут, что Маршалл сошла с ума, ведь это как доверять самому Дьяволу, а Клаус и есть — истинный Сатана: он безжалостный, сильный и коварный, он не знает пощады, но не к ней. Хейли сама не понимает, почему настойчиво готова оправдать все его действия, даже те ужасные вещи, что он делал ей. Она простила всё, что он творил, пусть это и неправильно. Да и разве смеет она судить Клауса, когда даже Элайджа отвернулся от неё самой? — Волчонок? — тёплая рука касается плеча Хейли, и девушка вздрагивает, оборачиваясь. — Ты дрожишь. Клаус хмурится, и мягко укрывает её одеялом, вставая с кровати. — Клаус, — шатенка поднимается на локтях и когда Майклсон оборачивается, она сглатывает. — Не уходи, ложись ко мне. Просто слова заставили гибрида удивлённо вскинуть брови, но язвить не позволял вид волчицы, она, кажется, была чем-то подавлена. Клаус ложится рядом спустя минуту, Хейли делится одеялом и чувствует себя спокойнее, когда чувствует его запах: приятный и знакомый до боли. Они оба смотрят в потолок и молчат, у каждого какие-то свои мысли, но когда Клаус поворачивает голову к девушке, шатенка повторяет его движение и смотрит в ответ. Она знает, как это выглядит со стороны, непривычно неправильно…или правильно? В голове Клауса возникает образ такого правильного брата, который уже бы сказал, что Ник поступает легкомысленно, что Хейли жестока, что ей нужно вернуть человечность, но сейчас, заглядывая в глаза цвета травы, Клаус готов послать своего брата к чёрту. Хейли не изменилась, а сейчас и вовсе была уязвима, потому что верит, что она стала другой, ужасной, что её дочь будет видеть не мать, а чудовище. Но это не так, она просто стала похожа на Клауса тем, что готова на всё, ради семьи. — О чём бы ты ни думала — это не так, — Клаус улыбается слабо и Хейли хмыкает, вздыхая, но, почему-то не отводя взгляда от голубых глаз. Сейчас она понимает, почему вокруг Клауса за тысячу лет вилось столько женщин — он красив. И, пожалуй, слишком. Русые, даже какие-то светлые волосы в совокупности с голубыми глазами и сильным взглядом — удивительно красиво, но он так же сильный и смелый, и то, как он улыбается — сводит с ума. Хейли и сама когда-то нарвалась на его обаяние и теперь последствия той ночи растёт с каждым днём, мило улыбается и зовёт их «мамой и папой». — Я думаю, что сошла с ума, — хмыкает Хейли после тишины и, приподнявшись на локте, неуверенно вздыхает. — Можно? Девушка кивает на его плечо и закусывает губу, ожидая вердикта как смертной казни, но Клаус лишь с ухмылкой кивает, раскрывая объятия. Хейли удобно умещается в них и укладывает голову ему на грудь, непроизвольно потерявшись носом о его футболку как кошка. Гибрид лишь ухмыляется ещё сильнее и обнимает рукой девушку за плечо, крепко сжимая. Это кажется необычно приятным, лежать с самой Хейли Маршалл в обнимку. И когда девушка засыпает первая, Клаус мягко перебирает её волосы, нежно скользит пальцами по щеке спящей и хмурится всё больше. Он совершенно не понимает, откуда эта ноющая боль в груди, и пусть она кажется безвредной, даже приятной, но в тоже время он чувствует нервозность и страх. Уязвимость. Он прикрывает глаза, обещая себе, что не позволит чему-то плохому случиться.