Мученики

Уже вечером к Седрику нагрянули гости. Слегка удивившись столь позднему визиту, волшебник перестал плакать. Наскоро вытерев слёзы и мокрые дорожки на щеках, он, поколебавшись, открыл дверь. На пороге, что удивительно, стоял король, и приходил он явно не в лучшем состоянии духа… Это сильно напугало мага. От первых мыслей о том, что могло произойти у него затряслись руки. Мужчина уже представлял, как его отправят на эшафот. Вот тогда в нём проснулась паника. Он задрожал всем телом, у него подкосились ноги, похолодели руки. И это не было не замечено королём. Он нахмурился ещё сильнее, сжав кулаки. Роланд какое-то время смотрел на панику Седрика, пока не сорвался. — Как ты посмел?! — кричал он, схватив мужчину за воротник и жестоко ударяя его в висок, — София всё мне рассказала! — он снова нанёс удар по лицу Седрику. Тот упал на спину, при том в таком положении, будто был готов к избиению. Воспользовавшись его позой, Роланд в ярости ударил того в живот. Мага перекосило от боли, на глазах вновь навернулись слёзы, отчаяние поглотило его с головой. Он даже не мог сопротивляться. В голове проскользнула только одна мысль: «София…» А дальше была только боль. Боль, сплошная боль. Казалось, весь мир хотел причинить емуболь. Спустя какое-то время король успокоился. Он отпустил Седрика и отошёл на несколько шагов. Перед ним на холодном, окровавленном полу лежал маг. Из его рта медленно текла струйка крови, а рубаха на уровне живота была вся ею пропитана. Седрик всё ещё был в сознании, когда увидел, как Роланд развернулся и ушёл, даже не приказав сделать что-то с магом. Седрик ещё много времени лежал на полу и ронял слёзы одна за другой. Раны всё ещё кровоточили, поэтому сил встать почти не было. Через боль, он всё же сумел подняться на ноги и подойти к подоконнику. Но, увидев, что происходит во дворе, он просто заплакал вновь. И Роланд, и София, все остальные мило беседовали о бабочках. Всё было так, будто ничего не произошло. Седрик почувствовал гнев. Он ударил кулаком о подоконник, перед тем, как снова зарыдать. Но теперь он плакал навзрыд, надрывался, кричал, бился головой в стену так, что потекла кровь. Мужчина неуверенно шагал по комнате, но после снова подошёл к окну и резко остановился. «Сейчас. Умри сейчас» И он сорвался с окна башни. Перед глазами Седрика пронеслась вся его жизнь, но ярче всего был эпизод с избиением. Последняя его мысль пронеслась вовсе незаметно: «Иначе я бы умер морально». Вот теперь Роланд подбежал к нему, долго ронял слёзы на его грудь, молил очнуться и просил прощения