тебя любить

Асахи легонько сжимает руку парня напротив и тяжело вздыхает. Очередной день подошел к концу и вот он, наконец, может расслабиться и просто побыть обычным человеком. Асахи раскидывает свои кроссовки по всей прихожей и подходит к Ватанабэ. Харуто сразу «ловит» настроение Хамады, поэтому тянет мелкого на себя, крепко сжимая в своих объятиях, дабы тот наконец почувствовал тепло тела напротив и перестал дрожать, как осиновый лист. Им не нужны слова, дабы выразить все свои чувства. Все, в чем они нуждались этим вечером – отдых от всего грязного мира. Работа утомляла. Асахи никогда бы не подумал, что в свои двадцать три года будет чувствовать себя на все сорок. В школе Хамада наивно полагал, что никогда не устанет от любимого дела – сочинения песен. Он горел этим делом, как ничем другим в своей жизни. Буквально каждую ночь он черкал карандашом какие-то строчки, мечтая о всемирной популярности для своих работ. И вот, спустя лет пять, он работает композитором в одной из лучших компаний Южной Кореи, некоторые его песни обрели большую популярность, многие в «своей» тусовке уже его знают. Жаль только, что любимое дело оказалось не таким уж любимым. 50 песен за месяц должны быть у меня на столе» - гласила записка на его рабочем месте уже спустя два дня работы. Тогда то Асахи и понял, что от творчества здесь не так уж и много. В дальнейшем он поймет, что был слишком наивен, когда полагал, что там вообще что-то от него есть. Бизнес чистой воды, да и только. Это не то что расстраивало, это буквально убивало того наивного ребенка внутри. Блондин работает уже два года и за это время у него почти не было выходных. Как и всем в его семье, Асахи была присуща любовь к труду и отдыхать было явно не коньком этого молодого человека. Японец сам себя клял и чувствовал дойной коровой, не иначе, но поделать с собой ничего не мог. Последние полгода он пишет песни для одной женской группы и плевать всем было, что Асахи всегда хотел быть композитором на постоянной основе лишь для одного человека, который сейчас рядом стоит и крепко-крепко прижимает к себе. Плевать. - Я уже оформил документы на двухнедельный отпуск. – Наконец произносит Харуто, поглаживая Асахи по спине. Блондин утвердительно кивает, поддерживая тем самым слова Хару. - Я тоже. – Выдыхает Хамада. С Харуто они познакомились еще в Японии. В то время в Осаке только начинала расцветать сакура. Асахи не помнит точную дату их знакомства, но точно помнит красивые лепестки вишни, что застревали в волосах Хару, который сидел весь избитый местными хулиганами на бордюре. Хамада, как порядочный японец, решил спросить не нужна ли помощь бедному парнише: - Эй, парень, тебе помочь? – Обеспокоенно спрашивает Асахи, ловя себя на мысли о том, что жертва местных хулиганов очень даже красивый, хоть и раненный, этот молодой человек явно пользуется популярностью у девушек. - Нет, спасибо. Иди куда шел. – Резко бросает брюнет и машет на Хамаду рукой, но затем его пальцы резко сжимаются в воздухе. – А хотя, стой. – Брюнет раздраженно выдыхает и как будто сквозь силу произносит – Помоги, ладно. Так эти двое и подружились. Асахи вечно вытаскивал задницу Хару из всяких приключений, а тот в свою очередь, бросал лишь короткое «спасибо» и исчезал до следующего сообщения, которое обычно гласило лаконичное: «поможешь?». Хамаде, который закрытый человек настолько, что в людях не нуждался в принципе, было ок. Наверное. Харуто, который в рот ебал всех людей и тем более компанию в лице какого-то забитого мальчика – тоже было ок. Поездка в Японию – было слишком неожиданным для обоих решением. Они переехали в Корею, когда оба понимали, что жизни здесь – в Японии, больше нет. Один переживал за психическую составляющую, другой – за физическую. И, несмотря на разные мотивы, конечный итог у обоих был один – переезд. Тогда эти двое дали друг другу клятву – не возвращаться. Поэтому, когда ни с того ни с сего Асахи залетает в комнату к Харуто и с улыбкой до ушей предлагает съездить на родину, Руто немного (много) удивляется. - Если это твой очередной маниакальный порыв..- Начинает было Хару, чуть морщась, но Сахи его быстро перебивает. - Да, это мой порыв и если я его не выполню, то мне будет слишком сложно. – Харуто морщит свой красивый нос и лишь коротко кивает, понимая, что выхода нет. Он Хамаду одного не отпустит. - А Джэхека чего своего не возьмешь? – Скорее для вида, чем взаправду бубнит Руто. Улыбка с лица спадает. - Потому что хочу с тобой. Ты единственный, кто понимает меня. – Сахи говорит это монотонно и серьезно, но Харуто почему-то кажется, что тот в глубине души улыбается. Потому что Харуто улыбался. Выйдя из своих мыслей, брюнет косится на флешку, которую Сахи крутит в своих длинных пальцах, периодически перекидывая с левой руки в правую. - Что ты задумал? – Тянет Хару, а затем хлопает по кровати, тем самым намекая Асахи присесть около себя. - Это план нашей поездки. – Тянет японец и наконец усаживается около Хару, сразу же ловя его пальцы, легко сжимая в своих. Флешка оказывается благополучно загубленной где-то в простынях, ведь Асахи как всегда не смотрит за вещами, а Харуто как всегда просто плевать, поэтому он не заостряет внимание.