Босс мафии в качестве крестной феи

      Ох, что-то я сегодня в ударе)

***

      У Атанасии де Эльджео Обелии жидкое золото волос, сапфиры вместо глаз, молочно-бледная кожа, румяные щечки и счастливая улыбка, которая, кажется, должна заставить всех вокруг полюбить ее. Должна, если бы окружающим было до нее хоть какое-то дело. Им всем на нее откровенно говоря плевать.       Плевать настолько сильно, что просто удивительно, что ее не убили еще при рождении.       Наверное, это является одним из главных факторов того, почему Тсунаеши остается в этом месте в качестве Лилиан Йорк, нянча маленькую принцессу и даря ей всю любовь, на которую способна. Она в этом огромном и пыльном дворце вместе с маленькой принцессой живет одна — остальные горничные либо разбежались кто куда, либо не спешат появляться.       Савада Тсунаеши ди Вонгола — Десятый Босс королевской мафиозной семьи, которая твердой рукой правила на этом кровавом троне больше шестидесяти лет. И ровно на десять лет переплюнула своего предшественника — Ноно Вонголу. У Тсунаеши короткая стрижка каштановых кудрей, выжженная жидкая карамель с лавовыми всполохами вместо радужки, шрамы по всему телу и стальное сердце, которому никто навредить не может. Никогда.       Вот только при взгляде на эту счастливую детскую улыбку и радостные искорки в сапфировых глазах, Тсуне кажется, что ее сердце потихоньку тает. Именно поэтому и остается здесь, а не уходит, как планировала изначально.       Тсунаеши сама мать — у нее было три сына и две дочери, и всех их она растила в строгости, хотя не обделяла любовью и лаской.       Она — кровавый кошмар всего преступного мира, почти умирала на работе, но все равно умудрялась быть любящей и нежной матерью, которая в своих детях души не чаяла.       Именно поэтому ее буквально выворачивает от того, что этот… псих, который по совместительству и какой-то шутке судьбы является местным горе-императором, творит и как относится к собственной дочери, собственной плоти и крови. Абсолютный слепец, который из-за смерти любимой настолько сильно возненавидел родную дочь, которая ни в чем не виновата, что даже описать нельзя.       То, что происходит, как никогда сильно напоминает очередной глупый сценарий судьбы.       У Тсунаеши с Судьбой отношения откровенно натянутые и прохладные, а с ее сестрицей Удачей — еще хуже.       Позлить Судьбу — милое дело, а если ты еще и желаешь сохранить жизнь той, к которой так сильно привязалась за столь короткое время…       Тут на твоем пути уже никто встать не сможет.       Вернее, встать-то он сможет, конечно, но кто сказал, что он останется после этого цел и невредим?       Тсуна редко позволяет себе открыто кому-то вредить и угрожать. Зачем, если гораздо эффективнее ядовито улыбнуться и шепнуть на ухо Мукуро, кого именно стоит устранить в ближайшее время? Вот только те, кто сосредоточил на этом внимание, почему-то забывают, что иногда она страшнее Занзаса.       Особенно тогда, когда дело касается ее детей.       Особенно тогда, когда на ее руках маленький и беззащитный ребенок, который в любой момент может быть убит из-за желания его папаши-ублюдка.       У Лилиан милая улыбка, длинные темно-каштановые пряди волос, глубокие бирюзовые глаза, в глубине которых вспыхивают янтарные искры, нежная светлая кожа изящные руки с нежными ладонями и тонкими длинными пальцами. Они такие несмотря на то, что абсолютно всю физическую работу в особняке девушка делает вручную в одиночестве. Мазь на основе Солнца прекрасно помогает от малейших ран и ссадин.       Лилиан мило улыбается, стирая с рук ярко-алую кровь очередного засланного убийцы, после чего закапывает его под кустом пышных роз, чтобы те цвели еще лучше и радовали ее малышку, и идет баюкать и укачивать свою маленькую принцессу, которая проснулась из-за детского кошмара.       Из Босса мафии крестная фея откровенно так себе, но этого вполне хватит, чтобы спасти этого несчастного запуганного ребенка.       И от отца, и от окружающих, и от самой себя.

Ей уже не терпится пустить Клоду пулю в лоб.