Mad love.

Томас стоял на кухне и готовил завтрак, напевая себе под нос. Музыка из радио лилась по всему помещению и вызывала веселые эмоции, а лучи солнца играли на подоконнике и с волосами хозяина дома. Юноша поставил завтрак на поднос и поправил свою белоснежную рубашку, что относилась к его школьной форме, раздумывая на секунду о чем-то и мотнул головой, ухмыльнувшись. -Слишком рано для него. Да и вообще я не знаю пока, что он может сделать. Мой ангел слишком своенравный. Томас посмотрел на часы и взял кроме подноса сменную одежду, не спеша идя к закрытой двери, которая укрывала самую страшную тайну. Он открыл дверь и перед его глазами открылся Михэль, что со страхом смотрел на него, но в его взгляде кроме него читалось и другое чувство. Что-то вроде, ненависти и злости к психу. -Ты уже проснулся? Так рано. Я тебе принес сменную одежду и завтрак, но сначала моему ангелу, надо принять душ. Твоя цепь дотягивается до ванны, я проверял. Михэль смотрел на своего мучителя и встал с кровати, чувствуя на себе безумный взгляд и поежился, быстро уходя в ванную, а мучитель проводил свою жертву взглядом и неожиданно наткнулся на смятую фотографию. Михэль включил холодный душ, чтобы отрезвить свои мысли и вздохнул. У него была целая ночь, чтобы подумать обо всем, что происходит. Юноша пытался вспомнить Томаса, но у него ничего не получалось и он забросил эту мысль. Холодная вода медленно текла по телу, а Михэль неожиданно задумался, хоть он и был довольно крупным, но вот, что касалось его физической силы, то он особо не развивал ее и зря. Да, он с самого детства был болезненным и обычно его все жалели, Михэль вздохнул. -И почему я не решился записаться в боксерский клуб? Почему я всегда сначала делаю, а лишь потом думаю и то, когда пожинаю свои же плоды? Юноша поднял свое лицо, подставляя к холодным струям и в его голову пришла идея. Ложка. Если ложку заточить, то она станет заточкой и что тогда? Он не знал можно ли с помощью заточки освободится от цепи, зато знал, что можно ранить ей человека, что конечно, он мог сделать, но Михэль не знал, как может все произойти и понимал, что не может уповать на свою удачу и на какое это чудо, надо брать все свои руки, иначе он так и будет в этом аду. Ангел выключил воду и вздохнул, а его серые глаза устало осматривали мир, но юноша мотнул головой, фыркнув. -Надеюсь, что он скоро уйдет. Жертва осторожно вышла из ванны, ожидая чего угодно, как вдруг он почувствовал удар в челюсть, который прилетел ему от Томаса, который был взбешен чем-то. Он смотрел на своего ангела с ненавистью и взял за волосы, ударив кулаком еще раз, Михэль еле подавил в себе желание ударить в ответ. Он понимал, что драка ничего не решит и лишь раззадорит его мучителя, принося ему проблемы. -Не смей мять фотографии, иначе я не буду таким нежным. Ангел должен помнить свое место и кто из нас двоих тут хозяин. Михэль чувствовал боль и кажется, что его щека покраснела от удара, начиная гореть, но самое страшное для него были не побои, ангел привык к ним, а глаза своего мучителя, что смотрели на него с яростью и злостью и боже, как бы ему не надоели эти воспоминания, он слишком много вспоминает свое детство за эти два дня, да и в них было желание убить его. Юноша не понимал, как в таком маленьком теле столько силы, вообще где она скрывается, разве телосложение не меняется при этом, но он произнес лишь одними губами, отдаляя от себя пока мысли, не хотел, чтобы его избили и он не избил никого в ответ, Михэлю нужны были силы, чтобы сбежать из этого ада, да и не хотелось ему оставаться тут на секунду дольше. -Я понял… Томас слегка наклонил голову и отпустил волосы своей жертвы, добродушно улыбаясь, а сумасшествие исчезло из его взгляда, а из его мыслей исчезли сцены драки и ран, которые он мог принести своему возлюбленному. Он погладил юношу по волосам, вызывая у него отвращение и желание сказать что-нибудь такое, что могло поддеть гордость психа, но Михэль удержал себя от этого, а потом посмотрел на покрасневшую щеку своего возлюбленного, вздохнув. -Прости, что ударил, но больше не трогай фотографии, даже не подходи к ним. Иначе ангела, могут ждать плохие последствия. Переодевайся и завтракай, я пока принесу лед. Юноша вышел из комнаты, оставляя открытой дверь, ведь Томас знал, что цепь не выпустит его жертву, он сам проверил ее. Спрашивал у продавцов про ее длину, прочность и можно ли освободится от нее, конечно пришлось потратить карманные деньги, что он накопил за шесть месяцев, но все это стояло того. Он не даст своему ангелу убежать, в лепешку расшибется, но его любовь будет с ним. Михэль до коснулся до своей щеки, что горела огнем и еле сел на кровать, посмотрев на одежду и чувствовал злость, которая темным чувством охватывало его разум и ему хотелось просто ударить Томаса, но выдохнул, успокаиваясь. -Псих… Мне надо быстрее выбраться отсюда. Юноша чувствовал омерзение к своей тактике, которую он выбрал и вел себя по ней, он не мог дать даже сдачу и по своей глупости оказался здесь, да даже его план может не сбыться, а Михэль может оказаться закопанным где-нибудь во дворе у этого парня из-за его любви к нему. Что он мог сделать такого, что понравился Томасу? Самое смешное, что Михэль не мог вспомнить об этом и ему хотелось ударится об стену, лишь ж бы это воспоминание пришло к нему. Юноша посмотрел на одежду и встал, начиная снимать с себя грязные вещи, рассматривая школьную форму и задумался, а откуда Томас знает его размер одежды, но вспомнив, что он следил за ним, то не особо удивился. Неожиданно в комнату зашел Томас, а в своих руках он держал пакет со льдом. Он оглядел тело своей жертвы хищным взглядом, подмечая каждую родинку, шрам и думая, что это прекрасное тело можно приручить к удовольствию и на нем будет отлично смотреться синяки, засосы, укусы, раны, но и понимал, что его просто так не примут. Придется долго и упорно показывать ангелу его место и ломать этот характер, что появился с годами. Жертва вздрогнула, не зная, как скрыться от этого взгляда, ему было неприятно от него, первый раз и не последний Михэль почувствовал себя грязным, ему казалось, что его успели изнасиловать несколько раз, но он лишь закусил свою губу и молчал, мысленно говоря себе, что его мучитель попялится на него уйдет, но он даже не думал, что юноша что-то может ему сделать. Томас медленно подошел к юноше, до коснувшись до его плеча и толкнул Михэля на кровать, что удивился и смотрел на него непонимающим взглядом. Юноша быстро навис над жертвой, а пакет со льдом давно упал на пол и некоторые кубики покрылись трещинами, он провел по шее Михэля рукой, начиная его душить, что никак не нравилось ангелу и он чувствовал, что задыхается. Ему было страшно, как и другим людям, что могут умереть. Он был не бессмертен и как и все боялся смерти. Томас наклонился к уху юноши, прикусывая мочку уха до крови и хрипло произнес. -Я жду не дождусь, когда я испачкаю тебя и обломаю твои крылья, чтобы ты не смог убежать в рай от меня. Да и если ты попытаешься меня убить, то я прихвачу тебя с собой в ад. Михэль чувствовал, как в легких не хватает кислорода и боль, а из его глаз потекли слезы не только от боли, но и страха, он не был бесстрашным, как казался. Томас оскалился и неожиданно укусил юношу за шею до крови, возбуждаясь от этого всего, но вспомнил, что нельзя давить на своего возлюбленного и надо ждать. Он разжал свои зубы и убрал руку, облизывась и начиная вытирать слезы, что медленно текли по щекам ангела, успокаивающим голосом говоря. -Мой ангел, тебе больно? Прости, но теперь тебе надо привыкать к ней. Вскоре эта боль будет казаться тебе удовольствием. Томас встал и взял грязную одежду, улыбаясь и вышел из комнаты, закрывая за собой дверь на ключ и его настроение улучшилось, он даже забыл о пакете со льдом, что до сих пор лежал на полу. Михэль тяжело дышал и чувствовал боль от укусов, вытирая слезы. Нашел время плакать. Он до коснулся до укуса и сморщил свой нос, чувствуя боль и вздохнул, посмотрев лишь на секунду на стену. Юноша еле встал, после удушья ноги еще не могли держать его как надо и быстро натянул на себя одежду, закусывая губу и подходя к пакету, приложив его к покрасневшей щеке. -Да прям, мечтать не вредно. Я выберусь из этого чертово места любой ценой.