Держи меня крепче

— Каждый из вас утверждает, что он взрослый, а по факту такие дети, — вздохнув произнесла Мариза, когда все её отпрыски собрались в комнате Алека. — Ну вот что вы устроили? Ответом была тишина. Изабель вообще мало чего помнила, у Джейса по жизни был девиз: не оправдываться за моменты когда было хорошо, если никто не пострадал. Алек был сбит с толку. Разум говорил ему — они поступили скверно, нагло нарушили неписаное правило. Но это было так здорово! Забыл уже Алек, каково это — быть частью компании. У него не было друзей, только воспоминания из далёкого детства. Джейс и Иззи заменяли ему и родню, и друзей многие годы. Когда он попал к Магнусу, после достижения договорённости у Алека не было времени скучать. Всё его дни занимала учёба. Потом стало полегче, градус занятости снизился, тогда он вспомнил, что такое одиночество. С родными он виделся слишком редко, Магнус тоже часто был занят. С демонами дружба изначально была обречена. Алек даже не совсем понимал, отчего ему порой так тоскливо, а маг не задумывался, что любому человеку нужен кто-то, с кем можно просто поговорить и отдохнуть душой. Поэтому минувшая пьянка, где вокруг него были люди с которыми можно было смеяться и разговаривать, произвела на Алека неизгладимое впечатление. Он не обманывался, они не станут с этими ребятами друзьями. Но эти несколько часов, когда он не был изгоем, были для Алека бесценны. Не получалось поэтому всерьёз жалеть, даже из-за понимания глупости собственных действий. — Готова поспорить, — усмехнулась Мариза, — инициатором этого безобразия, был ты, Джейс. — Да с какой стати?! — возмутился парень. — Слишком хорошо знаю твою неугомонную натуру, — отрезала миссис Лайтвуд. — В этот раз, ты промахнулась, мам, — с видом ангела отозвался Джейс. Мариза лишь головой покачала. Чертенята. Ну вот как их ругать? Поступили они нехорошо, но такими счастливыми выглядят! Даже обычно хмурый Алек улыбается. И не пострадал никто, в конце концов! Прочитав для галочки несерьёзную лекцию о недопустимом поведении, Мариза дала команду расходится. Иззи и Джейс ушли, Алек остался, это всё-таки его комната.

***

За всё время в Бункере, в столовой Алек был впервые. До этого каждый приём пищи происходил в собственной комнате. Не хотелось парню давиться едой, под злобные шепотки окружающих. В этот раз из логова его вытащили родственники не желающие слышать никаких отговорок. Недобрых взглядов по-прежнему хватало, но сейчас у охотников были более интересные темы для обсуждения, чем один запутавшийся нефилим. Все и каждый обсасывали подробности их ночных подвигов. — Поздравляю, товарищи, — с размаху уселся рядом с Джейсом брат рыжей, — мы — звёзды ютуба. Джейс на подобное заявление закашлялся, подавившись соком. — Как? — прохрипел он. — Мне почём знать? — раздражённо фыркнул Джон. — Мне Лекс, вернувшись с рейда рассказал, что они всей группой хохотали. И не соврал. Я специально в комнату связи ходил, проверял. Какой-то умелец всё снял на камеру, замазал всё, что может смутить примитивных, и выбросил это в сеть. Просмотров уже к миллиону. Во избежании отслеживания, возможности позвонить или выйти в сеть на территории Бункера не было. Мощное заклинание глушило любые сигналы. Для связи с внешним миром была лишь небольшая комната, где были предприняты все меры предосторожности, чтобы нельзя было отследить владельцев по средствам связи. А если бы и не было магической «глушилки», гаджеты всё равно изымали. На всякий случай. Так что, сам факт, что кто-то протащил камеру уже серьёзное нарушение. Ну, и да, за пределами убежища тоже никаких ограничений. В который раз, Алек задумался, как бы ему связаться с Магнусом. Со всей обречённостью он осознавал — ему не сбежать. Все возможные пути наружу тщательно охраняются, да и ошейник не даст. Но хотя бы просто услышать любимый голос! Поговорить совсем немного, почувствовать, что надежда есть. Алек был уверен, даже заикаться о подобном не стоит, не разрешат. Казалось бы, чего такого? Он при всём желании не сможет сообщить Магнусу где находится, но всем существом чувствовал, не позволят. Значит надо провернуть всё тайно. Разузнать, обдумать и воплотить в жизнь. Клэри, которую Изабель зацепила по пути в столовую буквально онемела. Не думала девушка, что её позор станет явлением столь масштабным. Хотелось верить, её поход не засняли, но брат быстро развеял надежду, рассказывая услышанное от знакомого, а потом просмотренное самостоятельно. Ужас! Мало того, что чувствует себя до сих пор ужасно, так ещё родители обидно отчитали, а в довершение это чувство жгучего стыда. Нет, так пить Клэри больше никогда не будет.

***

Наказание приятным быть не может, это понимали все. Выгрести грязь с большой территории не вдохновляло молодых охотников. Пара человек даже пытались обратиться к Питеру с просьбой назначить что-то другое. Он назначил. Плюсом к уже имеющемуся. И желающие спорить с главой кончились. Более того, Олсен заявил, сам лично всё проверит. Трудность заключалось не только в нежелании. Часть провинившихся просто терпеть не могли уборку, а вторая половина понятия не имели как это делать правильно. Среди них был и Алек. Он помнил, когда был маленьким, мама регулярно наводила чистоту, но никогда не интересовался процессом. Да и кто будет делать подобное в сопливом возрасте? В особняке Магнуса чистота поддерживалась магией, в Бункере, как понял, Алек, тоже. Но как оказалось, из любого правила можно сделать исключение. Всего Алек насчитал четырнадцать человек, половина имён которых не отложились, в его памяти. Поворчав, нефилимы с кислыми минами разобрали тряпки и вёдра. Алеку досталась небольшая комнатушка. Оказавшись внутри, парень задумался о том как тут навести порядок. Взгляд упал на бутылку со средством для мытья полов. Вот сколько надо его добалять в воду? Этикетка была затёрта и он поразмышляв вылил в ведро всю бутыль. Много не мало. Кое-как намотав тряпку на швабру, Лайтвуд окунул конструкцию в воду и принялся активно возить ею по полу. Он явно облажался и сделал что-то не так. Спустя пять минут работы, полы были покрыты слоем жидкой грязи вперемешку с комками пены. Попытка исправить положение ни к чему не привела. Сколько бы не окунал Алек швабру в ведро, чище не становилось. Пены, так вовсе больше стало. И как быть? — Я, конечно, подозревала, что у тебя не много опыта, но не думала, что ты настолько рукожоп, — выдала застыващая на пороге Клэри. Так вышло, что Клэри досталось деффективное орудие труда и спустя пару минут использования, щётка швабры отвалилась от ручки. Тогда она решила спросить у ближайшего охотника, не поделиться ли он с ней своей, но не знала, что её соседом окажется Алек. Ещё большее впечатление на Клэри произвела грязища, которую растащил по комнате парень. Очевидно, с выполнением наказания не только у неё проблемы. — Меня учили сражаться, а не вот это! — вспылил раздражённый неудачей Алек. — Это вообще женская работа! — У-у-у, — протянула Клэри, — да ты ещё и шовинист. — Тебе что надо, рыжая? — буркнул Алек. — Швабру одолжить хотела, как закончишь, — отозвалась Клэри разглядывая миграцию пены по жидкой грязи, — но тебя ждать, судя по тому что вижу, придётся пару недель. — Хоть бы инструкцию какую дали предварительно! — выдал в сердцах Алек и не сдержавшись пнул злосчастное ведро. Стало только хуже. Ведро ожидаемо перевернулось и воды, в перемешку с грязью, стало ещё больше. Алек ощущал себя распоследним неудачником. С таким простым, примитивнейшим заданием не смог справиться! Присутствие рыжей, ставшей свидетельницей его провала, лишь повышало градус его недовольства. Выглядел сердитый и растерянный Алек столь забавно, что улыбка сама растянула губы Клэри. Она не забыла, какой он гад, но в данный момент, злиться на него совершенно не получалось. Кроме того, девушка не раз ловила себя на мысли, что после вечеринки Алек кажется не таким противным. А ещё ей было немного жалко парня, который был совершенно неприспособлен к домашним делам. — У меня деловое предложение, — произнесла Клэри. — Я помогу тебе убрать тут грязевые реки, потом ты поможешь мне убраться на моей территории. Алек чуть было не отказался. Сразу, на автомате. К счастью, здравый смысл вовремя поднял голову. Подавляя внутренний, глупый протест он согласился. Велев ему вымыть ведро и налить новой, чистой воды, Клэри отправилась к себе за тряпкой. Ещё несколько раз Алеку приходилось менять воду, прежде чем пол засиял чистотой. В процессе, он узнал, что прежде чем мыть, нужно было подмести. Средства добавлять полагается с колпачок от бутылки, а тряпку нужно каждый раз выжимать. Всё это показалось Алеку настолько элементарным, что он невольно ощутил себя непроходимым идиотом. Когда, с его частью наказания было покончено, в голове Алека проскочила гадкая мыслишка отказаться помогать Клэри, но он её быстро затоптал. Чтобы не говорили о нём окружающие, себя Алек подлецом не считал. Раз обещал, значит обязан сделать. Кроме того, сейчас был тот редкий момент, когда рыжую не хотелось удавить, как источник всех бед. Работать с ней оказалось на удивление просто, и даже приятно.

***

Чрезмерное употребление алкоголя несомненно вредно, но как оказалось, иногда от этого может быть польза. Выражалась она в том, что хоть несколько человек в Бункере перестали коситься на Алека, как на прокажённого. Неприятных взглядов по-прежнему хватало, но то ли Алек привык, то ли привыкли к нему, но ощущаться это стало не так остро. Может, свою роль сыграло присутствие Иззи с Джейсом. Так или иначе, Алек очень удивился, когда через пару дней к нему подошли двое со словами, что он обещал их научить своим приёмам. Память услужливо напомнила ему, было что-то такое на вечеринке. Да если бы и не было, ему что, жалко что ли? Тем более, враждебности парни не излучали. — Да как, вашу мать?! — не выдержал Фил, один из парней. У второго, Девида, спустя час тренировок и объяснений Лайтвуда начало что-то получаться, тогда как Фил чувствовал себя деревянным бревном. Как бы он не старался, всё было не так: не тот угол удара, слишком слабо и через чур медленно. Важным было другое, оба нефилима поняли: что бы не говорили об Алеке окружающие, воин он отменный. У него есть чему поучиться. Сам Алек был несколько дизориентирован. Было слишком непривычно, что кому-то важно его мнение. Даже Магнус часто не желал его слышать, а тут вовсе посторонние люди. Тем приятнее это было. Алек поймал себя на мысли, что отчаянно жаждет быть нужным. Кому-то, кроме тех, с кем он связан кровью. Сильнее всего убивала невозможность пообщаться с Магнусом и он понял, пора начинать действовать. Иначе он скоро с ума сойдёт от тоски по своему волшебному возлюбленному.

***

Сказать сделай легко, воплотить сложнее. Алеку удалось выяснить месторасположение «комнаты связи», но он быстро понял, попасть туда нереально. А если бы он и смог проникнуть, то там постоянно кто-то крутился внутри. Значит, этот вариант отпадает. Но ведь должна быть возможность! Не может же быть всё настолько безнадёжно?! Стараясь игнорировать все гадости о себе в разговорах охотников, Алек тщательно выуживал информацию, которая может оказаться полезна. Три дня «шпионажа», три долгих дня, когда горело лицо и передёргивало от неприятия и обиды на мерзкие сплетни, и наконец пришло понимание, где его шанс. В Бункер, как выяснил Алек, нефилимы возвращались порталами, ими же уходили. И прежде чем попасть на основную территорию Бункера, проходили своеобразный контрольный пункт, где сдавали технику связи и добытые трофеи. Подобные сложности были оправданы, о точном местонахождении Бункера знали лишь единицы, и как полагал Алек, они были из самых верхов. Рядовые же воины порталами уходили, ими же возвращались толком не знаю, в какой точке мира живут. Но самым важным было то, что в зоне «карантина» действовала связь. Пройти незамеченным мимо дежурных не представлялось возможным, тогда Алек, ощущая себя персонажем третьесортного боевика, полез в вентиляцию. Алеку оставалось надеяться, там не стоит каких хитрых или смертоносных заклинаний. Повезло. И дважды повезло, что до прохождения поста охотники довольно наплевательски относятся к своему имуществу. Прямо при нём, пока Алек таился как вор в вентиляции, двое парней побросали вещи и направились в душ, смывать демоническую кровь. Выждав для верности пару минут, Лайтвуд выбрался из своего убежища и принялся искать телефон. У одного нефилима аппарат оказался новомодный, с кучей наворотов, таких как сканер отпечатка пальца, зато у другого обычная трубка с кнопками. Её-то и взял Алек. Истово молясь, сам толком не зная кому, Алек подрагивающими пальцами набрал номер, который красным курсивом отпечатался в сознании. Только бы Магнус ответит! «Возьми! Ответь!» — повторял про себя охотник. — Слушаю, — раздалось лаконичное на том конце. У Алека ускорился пульс от знакомых мурлыкающих ноток в родном голосе. — Магнус, это я, — выдохнул он в трубку. — Александр, — парню не понравилось, как прозвучало его имя, — где ты? Вот так. Ни как ты, ни я скучал. Ничего. Просто сухое: «где ты?» Внутри всколыхнулась боль. Похоже, как он и предполагал, любимый маг подумал худшее. — Послушай, Магнус, всё это чудовищное недоразумение, — зачастил Алек. — Ну конечно, — раздалось в ответ, и снова что-то не понравилось охотнику. — Молодец, что позвонил. Я выясню где ты и мы скоро увидимся. Быстрее, чем ты думаешь. — Стой! — крикнул Алек, позабыв об осторожности, но ответом ему были лишь частые гудки. Новая попытка позвонить, успехом не увенчалась. Сначала Магнус сбросил, после выключил аппарат. Несколько секунд Алек оторопело смотрел на телефон в руке, после чего крепко зажмурился и стиснул зубы. Плохо. Всё очень плохо. Магнус думает о нём чёрт знает что. Внушает надежду лишь, что скоро они встретятся и тогда Алек сможет наконец всё объяснить и доказать свою невиновность. Любимый его обязательно выслушает, прежде чем принимать решение. Успокоившись этим, он стёр последний вызов и вернул мобильный на место, после чего быстро скользнул в вентиляцию. В мыслях билось лишь: они скоро встретятся. Он сможет снова увидеть любимого мужчину, прикоснуться к нему, вдохнуть волнующий аромат сандала. На краю сознания шевельнулось, что если Магнус найдёт Бункер, то многим не поздоровится. Но Алек отмахнулся от этой мысли. Она вызывала дискомфорт, чувство неясной вины. Он всё равно ничего изменить не может и чему быть, того не миновать. Даже если он сообщит обо всём лидерам Сопротивления, что это изменит, кроме того, что его закроют под замок? Поэтому Алек с тяжёлым сердцем принял решение молчать. Думать старался о хорошем. Когда проползая мимо одного из ответвлений, Алек услышал заливистый смех сестры, переходящий в стон, то не смог пройти мимо. Её голос он узнал бы из тысячи. Что там происходит заставляя Изабель стонать? Лучше бы он этого не видел. Алек окаменел в железной кишке, наблюдая как его сводный брат, который был ему роднее некуда, страстно целует его кровную сестру. Зрелище отказывалось укладываться в голове Лайтвуда. Возможно, в чьих-то глазах он тот ещё извращенец, но это казалось ему в стократ хуже любой однополой связи. Они его брат и сестра! Как они могут?! Первым порывом было выскочить и потребовать ответов немедленно. Усилием воли Алек подавил его. Пришлось бы самому объяснять, чего он забыл в воздуховоде. К тому же, прежде чем что-то спрашивать, стоит успокоиться. Иначе разговор рискует стать безобразной сварой. В глубоком шоке Алек, дважды ошибившись в поворотах, потеряв кучу времени, но добрался до своей комнаты. Ему казалось, голова того и гляди взорвётся от обилия самых разных мыслей. Сосредоточиться на чёт-то одном не получалось. Тогда Лайтвуд понял, ему срочно нужен отдых. Сбросив пыльную одежду, парень направился в душ, с последующей установкой — лечь спать. Сортировать полученную информацию, он будет завтра.