Одно решение

      Спустившись Ди сел за стол, на тарелках красовалась жаренная картошка, котлета и салат. Не смотря на благородный вид вкусностей и умопомрачающий запах аппетита не было. В животе всё крутило, Ди сидел как на иголках, нервно исподлобья поглядывая на отца. Понимая, что так продолжаться долго не может, подросток взял вилку попробовав поесть, и нацепил маску безразличия. Вики что-то без эмоционально говорила, что было уже странным учитывая её обратную черту и бешенный темперамент. Эти качества и зацепили в ней Глэма годы назад, сейчас он смотрел на неё по-другому, его насторожили перемены в поведении жены. Присматриваясь к Вики всю трапезу, он обдумывал их будущий разговор. Глава семейства так же украдкой поглядывал на Ди. Лицо последнего скрывала обычная маска холодного принца, но нервное ковыряние в тарелке подтверждало опасения Глэма безо всяких сомнений. Ди дрочил на него.       «Интересно что он представлял в этот момент?» - подумал Глэм, но тут же одернул себя за подобные мысли. Сейчас стыд буквально обжигал до кончиков ушей не только старшего сына. Кто бы мог подумать.       Хэви весь ужин пытался разрядить напряженную атмосферу за столом, рассказывая прикольные истории со школы и про эпичную катку в игре. Обычно вики бы впечатлилась, разразившись похрюкивающим смехом, а Глэм добродушно улыбался рассказам младшего сына. Но не в этот раз, что-то пошло не по плану. Сдавшись Хэви быстро доел остатки ужина, и закинув посуду в раковину, поспешно удалился к себе дабы избежать лишней неловкости.       Ди не смог заставить себя поесть. Кусок в горло буквально не лез, мысли путались, ладони вспотели. Пересилив себя, старший выдавил: «Я не очень себя чувствую. Приятного аппетита и спокойной ночи.» после чего вышел на ватных ногах из-за стола, попытавшись придать своей походке наиболее естественный вид. Получилось неплохо, Вики поверила, Глэм – нет.       Закрывшись в своей комнате Ди сполз по двери, зарываясь руками в собственные волосы. В груди неприятно щемило, а в горле стоял ком. Ком из несказанных слов и сдавленных слёз. Молчание. Парень не плакал, гордость не позволит рыдать даже на похоронах самого любимого человека, коим являлся Глэм. Нет Себастьян. У этой психопатии была тонкая грань, по лезвию которой гулял глава семейства.       Снизу послышались голоса родителей, разговор их принимал новые и новые обороты, а вместе с тем тембр голоса Виктории. И тут случилось то, чего никто не ожидал. Глэм повысил голос. Глэм – явный звоночек, судя по реакции отца ситуация была критической. Затем поток мата неожиданно сменился на тихие переговоры. Всё, тушите свет. Ди не стал дожидаться чем закончится эта перепалка, решив узнать об этом на утро. Смыл макияж и лег спать. А спустя пятнадцать минут за окном раздался звук отъезжающего мотоцикла… Мама?