Фелида или Альтернативная реальность

      ... Наступило 27е декабря. В доме Кондилартрисов начинался день. Примерно часов в 12 Дэн и Виола проснулись. Дэнни неторопливо сделал потягушечки, зевнув во весь рот. Виола коготками начала чесать ему его большой и пушистый живот. Дэнни зафырчал, зажмурив глаза от удовольствия. Виола улыбнулась, оскалив свои острые зубы, после чего она принялась лизать Дэнни мордочку, при этом продолжая чесать его пузо. Дэнни крепко обнял её и начал покусывать ей её правое ушко. Виола легла на спину, Дэн сел на кровати, затем перекинул свою левую [заднюю] лапу через её тело, ибо он спал слева, а Виола справо. После этого они начали целоваться с языками. Вскоре они занялись любовью. Закончив сей процесс, они оба легли на спину и тяжело дышали. Виола довольно быстро восстановила дыхание и вновь начала царапать пузо Дэнни, кое вздымалось и опускалось из-за тяжёлого дыхания подростка-сайбера. У Виолы внезапно зазвонил телефон - это звонила Трикси, напомнить про концерт. —Алё, Ви? —Да, Трикси? — У нас сегодня концерт, помнишь? — Да, конечно же, помню! — Через полтора часа репетиция... — Каво?!!? Виола резко подскочила и начала пихать в бок уже было вновь уснувшего Дэна. — Дэнни, проснись, нам на репу [репетицию - сокр.] ехать пора! — Оххх..., ща, ладно..., пойду в туалет и помоюсь... — Давай, ленивое ты существо, фырк! —Мяк! Дэнни, всё ещё сонный, пошёл мыться, Виола в это время стремительно одевалась. Примерно минут через двадцать вернулся Дэн. Виола лизнула его в мордочку и побежала умываться и краситься. Пока она делала свои дела, Дэн пошёл на кухню, открыл холодильник, вынул колбасу и сыр. Взяв нож, он нарезал и то, и другое довольно небрежно и крупными кусками. Затем Дэнни вынул из хлебницы энное количество ломтиков белого хлеба и сделал две большие чашки кофе со сливками для себя и Виолы. Минут через двадцать пять пришла Виола, они быстро слопали бутерброды с кофе и погнали с инструментами через [наземное] метро до Консерватории...       ... Вскоре Большой зал музучилища при Консерватории города Сильвер-Лайон вновь наполнили звуки настройки оркестра...       ...Когда репетиция прошла, Эпплтейлс обратился к своим оркестрантам. — Зверятки мои, вы большие молодцы! Звучит все превосходно! Пилар, к теле есть просьба — объявишь нас, хехе? — Без проблем, мистер Эпплтейлс! — Атли́шна! Так, инструменты оставляем в зале. Идите, переоденьтесь в концертные одежды! — Хорошо, маэстро [все хо́ром]! Зверята покинули сцену и отправились по гримёркам. Когда же оркестранты привели себя в парадный вид, они вновь столпились в закулисье. К ним скоро присоединились иллюстраторы. Эпплтейлс посмотрел в щель между занавесом и стеной. Публика уже заходила в зал. — Пилар, готовность пять минут [шёпотом]! — Поняла Вас. Эти пять минут ,казалось, были бесконечностью..., наконец Эпплтейлс дал отмашку Пилар, чтобы она выходила на сцену. Пилар улыбнулась и уверенно направилась к середине сцены, где стоял микрофон. Подойдя к микрофону, Пилар нажала кнопку и, слегка откашлявшись, заговорила. — Леди и джентльмены! Мы рады приветствовать всех вас в Большом зале музыкального училища при Государственной Консерватории города Сильвер-Лайон на нашем ежегодном предновогодним оркестровом концерте! Надеемся, что сиё выступление не оставит вас равнодушными, спасибо! Раздались бурные аплодисменты. Пилар улыбнулась и продолжила объявлять. — Итак, на сцене — Симфонический оркестр музучилища при Консерватории города Сильвер-Лайон, под управлением маэстро Аллина Эпплтейлса. Композитор П., Сюита из балета "Золушка". Зрители зааплодировали, Пилар сделала реверанс и улыбнувшись ушла за кулисы. Эпплтейлс благодарно кивнул Пилар, после чего дал оркестрантам отмашку на выход в зал. Музыканты быстренько заняли свои места и тихонечко подстраивали свои инструменты под 1-ый гобой. Аллин Аллозович вздохнул и наконец сам вышел на сцену. Заняв позицию на подиуме, он развернулся к публике и поклонился. Затем он повернулся к оркестру, аплодисменты стихли и маэстро дал широкий ауфтакт. Концерт начался...