Особенный

      До этого Чонгук и представить себе не мог, что гон — это настолько тяжело. В его памяти сохранились все понятия о сущностях, собственно, как и названия тех или иных предметов, знание языка. Его амнезия заключалась в том, что он не помнил об апокалипсисе. Не помнил, как выживал до этого в одиночку. Хотя он практически сразу же осознал, что до этого был не один, иначе бы уже давным-давно превратился в одну из тварей, причём это ещё в лучшем случае. Чонгуку казалось, что где-то далеко отсюда, в какой-нибудь карантинной зоне, жили его родители. Возможно, у него даже есть братья и сёстры, а так же не исключенно, что у Гука могла быть и своя собственная семья… Но тогда разве он мог забыть о существовании своей омеги? О своих детях? О таком вообще возможно забыть? Да нет, глупости всё это, так как Чону всего лишь двадцать один. Какая семья, когда ты и сам только-только вытираешь с губ молоко? Самовнушение ли это или реальность на данный момент не имело значение, ведь Гуку и без того было невыносимо больно. Организм не хотел нормально функционировать: всё время появлялись спазмы в мышцах, временами пропадал слух и зрение. Чонгук не ощущал никаких посторонних запахов, кроме своего природного. Температура не хотела спадать, хотя все прописанные таблетки Сокджином, местным врачом, были выпиты в строгом режиме. К сожалению, дозы приходилось растягивать, так как таблетки сейчас в огромном дефиците, но даже такое мизерное количество должно было хоть немного помогать, но тщетно. Чонгук готов был вырвать на себе каждый волос, лишь бы только боль исчезла.       Пару раз к нему стучались парни. Они спрашивали, как Гук себя чувствовал, но в такие моменты хотелось попереубивать каждого гостья. А победной оказывалась та фраза, в которой ему предложили поговорить со свободными девушками или мужчинами омегами, которые ещё с первых дней положили глаз на темноволосого альфу. Никто не предлагал переспать с ними, но попросили хотя бы поговорить. Самое банальное окружение омег уже могло помочь.       Чонгуку хотя бы ненадолго необходимо было подышать нормальным, свежим воздухом, а не этим терпким кофе. Находиться в комнате было невыносимо, поэтому на трений день, по факту, последний в период гона, Чонгук всё-таки решил выйти и прогуляться, но не днём, а ночью, когда все спали. Ему как никогда хотелось сейчас побыть одному. Обдумать и принять всю полученную информацию за последнее время. Поверить в то, что в мире эпидемии до сих пор сложно. В то время, пока парень весь день находился в пределах города, внутри стен, то он и вовсе забывал про весь ужас. Напоминали о кошмаре склады, которые были наполнены едой, оружием, аптечками. Всем тем, что необходимо для выживания.       Очень радовал тот факт, что никто практически не говорил об убийствах, о заражённых на улицах карантинных зон. Эти темы затрагивали крайне редко, в более маленьком кругу и только при необходимости. Никто не говорил, как на его глазах люди превращались в гнилых тварей, а Чонгук уверен, что каждый пятый в городе видел подобную картину. Видели, как дети пожирали собственных матерей, как бандиты вламывались в дома, громили всё и убивали мирных людей самыми жестокими способами, лишь бы найти побольше запасов.       Никто уже давно не думает о других, главное добыть всего и побольше для себя любимого. Все растеряли свои особенности, так как теперь все люди стали, как одна однообразная машина. У всех одна цель — выжить. Больше в мире не существовало веганов или вегетарианцев, моделей и артистов, айдолов и актёров, все оказались на равных. Практически…       Среди толпы ожесточённых людей существовал небольшой процент иммунных. Чонгук как-то услышал разговор на эту тему. Он так и не воспринял всю информацию, не смог погять, так как слышал разговор частями, но общее представление об этих чудо-людей построил. Логично, что иммунные не могут заразиться сразу же. Их организм вырабатывает странное вещество, которому дали название «гемопроксин», что и подавляет разрастание грибка кордицепса. Антитела гемопроксин очень слабы, поэтому не могут полностью справиться с грибковым вирусом, а значит, в конечном итоге иммунный человек всё равно заразится. Кстати, этих людей так же делили на категории, связанные с процентами. Чонгук понял, что чем выше процент, тем больше времени на то, чтобы прожить в адекватном состоянии после заражения. И самое забавное в том, как бы яростно многие не презирали этих иммунников, каждый хотел бы стать такими же. Каждый хотел обладать способностью не становиться живой гнилью как можно дольше. И каждый мечтал жить там, где жили иммунники. В тепле, никогда не чувствовать голод, в стопроцентной безопасности, обучаться всему тому, чему обучали «особенных». Они умели практически всё. Но никогда ничего не может быть идеальным. И иммунные имеют свои противопокозания, которые Чонгук, к сожалению, не расслышал. У этих людей свои проблемы, их организм не способен на что-то.       Ладно, Чонгук не думал об этом слишком много, так как не видел в этом смысла. Ему чётко дали понять, что он обычный, когда взяли кровь. Джин, врач, который взял некоторые анализы в первый день, сразу сказал, что темноволосый новичок абсолютно здоров и является самым обыкновенным человеком. Только спустя некоторое время Гук понял значение этой фразы. Интересно, а в городе живут иммунники? Вряд ли. «Вера», вроде бы, слишком далеко отсюда. На другом конце страны. Да, не всего мира, но даже конец страны — уже не близкий путь.       Свежий воздух моментально проник в лёгкие, заполняя их собою. Такое облегчение. Кофейный запах начал испаряться, а сердцебиение потихоньку начало приходить в норму. По ощущением и жар слегка спал. Блаженство… Несомненно, если бы Чонгук согласился бы побыть в кругу омег, то ему стало бы намного лучше сразу же. К слову, ему бы стало даже лучше, чем сейчас, но… Он не мог согласиться на такое. Почему же? А потому, что он ещё не был уверен точно, но, видимо, он выбрал «свою» омегу. Альфы обладали такой способностью. Запоминали запах понравившейся омеги и во время гона они не могли пойти к другой омеге, так как им стало бы только хуже. Что-то вроде сцепки запаха. Вот только неуверенность у Чонгука в этом потому, что он так и не почувствовал запах этой омеги… Он пьёт подавители? Наверное, но тогда как произошла сцепка? Или её не было? Гук сам накрутил себе в голове не весть чего? Мозги продолжали кипеть, а образ Тэхёна не пропадал из головы на протяжении всего гона. Ему хотелось к нему, в его окружение, но одновременно и прибить себя за такие мысли. Это невозможно. И даже сейча появляются галлюцинации образа Тэ. Вот он, только что перепрыгнул с одной крыши дома на другую. Или подождите… А точно ли это галлюцинация?       Чонгука подхватило любопытство, поэтому он внимательно присмотрелся и последовал за движениями на крыше. Изначально он хотел всего лишь подышать свежим ночным воздухом, но теперь сталкерит Тэхёна в прямом смысле этого слова. Любопытно, почему светловолосый не спит? У него очередное новое задание? Вряд ли. Чон проследил за ним и увидел, как тот пришёл в главный тренировочный зал. Это должно было быть ожидаемым. Брюнет аккуратно спрятался за углом так, чтобы его не было заметно, но при этом он мог спокойно наблюдать за блондином, который эффектно попадал кинжалами прямо в цель. На лице Гука невольно образовалась добрая и нежная усмешка.       Сцепка это или нет — не имеет значение. Сущность ли альфы тянет его к Тэ — плевать. Главное то, что Чонгук не собирается отрицать тот факт, что он обязательно получит одобрение со стороны этого неспокойного парня. Любыми способами он заставит того признать новичка. Держись, Ким Тэхён, Чонгук готов бороться с новыми силами.

***

      Следующий день наступил слишком быыстро для Чонгука. Если предыдущие дни он мог позволить себе отоспаться, его никто не трогал, так как все понимали, что с ним происходит. Но гон прошёл, поэтому с сегодняшнего дня Чон снова в строю. Он лениво разомкнул веки и посмотрел в окно, которое находилось возле кровати. Комната находилась на первом этаже, поэтому обзор происходящего не раскладывался на дальние расстояния. Но и это не помешало Гуку увидеть, как Хосок стучался в двери каждого солдата для того, чтобы разбудить. В мире страшная эпидемия, рабочий будильник отыскать для каждого человека — не лёгкое дело, поэтому они имелись только у руководителей и тех счастливчиков, кому удалось их найти самостоятельно.       Чонгук не стал дожидаться того момента, как Хосок подойдёт к его двери, а уже сам рванул собираться. Недавно Юнги помог темноволосому новичку отыскать приличную одежду. На складе нашлась парочка неплохих футболок и тёплая толстовка на случай похолодания. Хоть сейчас и конец июня, но так или иначе, ночи-то прохладные. Футболки не идеального качества, с пятнами, с потёртостями, джинсы удалось найти только с дырками на коленях. Причём это не такая модель, в которой дыри сделаны специально, это дефект, оставленный предыдущим хозяином. Но Чонгук не жаловался. Юнги сказал, что со временем парень сам сможет найти себе нормальную одежду. Чонгук сразу же понял, что под словом «найти» подразумевалось — «украсть». Гука это уже не удивляло и не вводило в шок, так как он уже привык к поставленным правилам. А краем уха ему удалось услышать и о существующих специальных правилах для шести парней. Они не были прописаны в каком-либо документе, они лишь звучат на слуху. Наёмники, воры… Все эти понятия живут на улицах города. Все редкие ресурсы были добыты с помощью того, как наёмникам удалось разгромить чужую банду. И нет, в городе не только шестеро парней брались за подобную работу. За неё бралось намного больше, но остальные люди скорее выступали второстепенными персонажами, помощниками. И Чонгук тоже шёл к статусу того, чтобы его могли в скором времени назначить помощником. Именно тогда он официально сможет покидать стены города вместе с кем-нибудь ради выполнения того или иного задания. Сможет побывать в соседних карантинных зонах. Увидеть, как живут другие люди. Увидеть настоящих военных солдат, которые когда-то давно были самыми обычными полицейскими. Как же давно это было…       Чонгук быстро ополоснул своё лицо водой и накинул на себя чёрную футболку. Синие джинсы были в самый раз по размеру, поэтому выбор пал именно на них. Хотя, выбирать между двумя долго не приходилось. Можно найти плюс и в этом, не тратится много времени на то, чтобы выбрать образ на сегодня. Существует лишь единственный образ на каждый день: чтобы было удобно работать. Работать, чтобы выжить. Каждый в городе живёт с этой мыслью. Никто не думает о том, о чём мечтали люди до всей эпидемии. Раньше с детьми играли, воспитывали для того, чтобы они прилично вели себя в обществе. Сейчас же ребёнку с самого детства рассказывают о гнилых зомби, которые готовы сожрать любого живого человека, попавшегося им на пути. В подарок на день рождение подросток получает кинжал, пистолет или лук. Оружие, которое будет в самый раз по размеру для него. Оружие, которым он будет убивать. Сейчас дети вырастают слишком быстро. И Тэхён как раз являлся одним из таких детей… Его руки испачкались в крови слишком рано. За всю свою недолгую жизнь он увидел слишком много страшных вещей. Но Чон не может жалеть его. Никому не легко. Никто не может почувствовать ту самую свободу и умиротворение, которые когда-то существовали в этом мире.       Чонгук захватил свой револьвер и вышел из дома. Он уверенной походкой направился в сторону здания тренировок, но тут к нему сзади подбежали несколько парней, с которыми он успел подружиться.       — Чонгук, поторопись! Если мы опоздаем, то нас прикончат! — вдруг тревожно начал один из парней.       — С чего такая спешка? Помню, раньше вы опаздывали и вам было на это плевать. Решили наконец взяться за себя? Молодцы, — брюнет сначала удивился, а затем рассмеялся со своих приятелей, так как те выглядели действительно взволнованными.       — Ага, смейся пока можешь. С сегодняшнего дня Тэхён вновь будет проводить тренировки, — и оба парня сразу же тяжело вздохнули.       — Тэхён? — а вот на лице Чонгука наоборот появилось удивление, и огонёк энергии образовался в центре глаза.       — Да, совсем жизнь нас не жалеет, — продолжали ныть двое альф с кофейными цветами волос.       — Разве Тэхён так плохо обучает? — Чон скептически приподнял одну бровь.       — Наоборот, он выматывает настолько… Ох, ты сам всё увидишь, дружок, — альфы окончательно раскисли и неохотно перебирали ногами, спотыкаясь черезкаждые три шага.       Чонгук сначала смотрел на приятелей, которые оказались уже впереди от него, но затем он перевёл взгляд слегка в сторону, а на лице появилась еле заметная улыбка. Сам Тэхён будет проводить тренировки, а значит Гук сможет без проблем продемонстрировать все свои навыки. Похоже, что негативные рассказы друзей пролетели мимо ушей этого парня, ведь теперь он мог думать лишь об одном.       — Эй, Минхо, у меня уже глюки, да? Чего так кофе резко запахло?       — У нас одинаковые галлюцинации, бро.       Когда тройка альф зашли в огромный штаб для солдат-учеников, то Чонгук был действительно удивлён. Он ещё никогда не видел, чтобы все без исключения приходили на тренировку вовремя, ни минуты опоздания. Причём, никто не стоял без дела, а занимались хотя бы чем-нибудь, начиная с чистки собственного оружия и заканчивая чтением полезных книг. Последние вызывали кучу вопросов у темноволосого альфы, но всё же и доля логики в этом присутствовала, так как хоть они и относились к военному обучению, им так же преподавали и немного другие науки, более общие. Для чего это нужно было? Непонятно. На этом настоял Тэхён, хотя об этом Чону не было известно. Возможно, Тэ надеялся, что эпидемия рано или поздно закончится, а после этого жизнь вновь встанет на свои места. Людям нужны знания, чтобы устроиться потом на работу, чтобы создать свою счастливую семью, чтобы купить недвижимость, путешествовать, разбираться в различных сферах человечества, которые, к сожалению, на данный момент не имели такое большое значенте. Тэхён слышал по словам старших людей, которые были уже вполне себе состоявшимися личностями ещё до начала эпидемии, что раньше знания наук были необходимы человеку. Дети спокойно ходили в школы, поступали и выпускались из престижных университетов, а затем устраивались на высокооплачиваемые работы. Много слышал и о законах, а потом усмехался с того, что теперь полиция, которая резко превратилась в военных солдат, что патрулируют в карантинных зонах, может практически ни за что убить человека. Хотя сейчас любой человек может убить такого же человека. Ради собственной выгоды. Чтобы выжить. Тэхёну было интересно посмотреть на ту, прежнюю жизнь. Как жили люди до всего того, что произошло. Какие у них были проблемы? Что их заботило? Кто и о чём мечтал? Так много интересных вопросов, на которые Тэ может получить ответы только от тех, кто жили в то время. А таких людей практически не осталось… Пройдёт ещё пара лет и тогда точно не останется тех людей, у которых можно будет поинтересоваться о прошлой, нормальной и полноценной жизни. Если через пару лет вообще хоть кто-то ещё останется живой…       Чонгук осматривал всех вокруг, интересуясь, кто чем занимается, но на его интерес все отвечали лишь тем, чтобы и сам Чонгук поскорее нашёл себе занятие. Это удивляло новичка, так как он действительно никогда до этого момента не видел своих приятелей настолько нервными и нездорово собранными. Одно дело, если бы они делали все эти дела с интересом и рвением, а совсем другое, когда в их глазах опасность, испуг, страх. Что всех их настолько пугает? Неужели… такое состояние вызывает присутствие Тэхёна?       — Ребят, отсчёт пошёл! — в огромный зал забежал Чимин и на сбившемся дыхании выкрикнул непонятную для Чона фразу.       Но похоже, что непонятной она оказалась всего лишь для одного человека, ведь все сразу же подорвались с места и рванули вслед за Чимином. Чонгук окончательно потерялся в пространстве, и он понял, что сейчас необходимо обо всём узнать. Плевать на какой-то там отсчёт, куда важнее вообще понять, для чего он ведётся и куда бежать? Почему все вдруг побросали дела и, как ненормальные, рванули в главный тренировочный зал, словно там бесплатную жаренную курицу выдают. Поправочка, ещё и сочный рамён в добавочку. Отчего-то именно сейчас на языке вспомнился вкус этой божественной лапши, хотя Чонгук не ел её после того, как родился заново. Видимо, вкус настолько невероятный, что даже заполучив амнезию, ты помнишь его. Но в данный момент не в лапше дело, а в том, что все вокруг бегут и торопят друг друга. Кто-то спотыкается и падает, но приятель рядом тут же помогает поднятся и чуть ли дальше не на своих руках несёт.       — Кай, подожди, куда это все так несутся? Там будет проходить какое-то шоу? — Чонгук смог ухватить кого-то из толпы, а когда взглянул на попавшегося под руку рыжеволосого парня-омежку, задал главный вопрос.       — Сейчас не время, Чонгук. Бежим, скорее! Осталось пятнадцать секунд! — вскрикнул парень со страхом в голосе, вырвался из хватки и рванул пуще прежнего.       Чонгук начинает что-то недовольно бубнить себе под нос, но куда большее раздражение окатывает его именно в тот момент, когда огромная железная дверь захлопывается прямо перед его носом. Он ругается про себя, но и немного вслух, ведь без этого никуда, а когда открывает дверь…       — Да чёрт возьми, что здесь происходит? — именно с этими словами темноволосый открывает дверь и проходит внутрь.       — Он, — одновременно выдают все солдаты его группы, показывая на вошедшего Чонгука рукой.       Буквально секунда мёртвой тишины, как вдруг Чон замечает на себе все взгляды товарищей, которые стояли в идеальном, ровном строю, словно спички. Но когда глаза метнулись на другую сторону, где обычно ранее стоял их преподаватель… На том месте, как и обычно стоял Чимин, но он не был расслаблен, сейчас даже синеволосый парень-убийца стоял словно на иголках. Почему же его называли убийцей? Чонгук «наградил» его таким прозвищем за шутки, которые этот паренёк зачастую выдавал при всех. Хоть Чимин и показался Чону приятным в общении человеком, как никак он оказался немного не от мира сего… Если бы не эпидемия, то полиция тут же бы арестовала этого человека и посадила бы не просто в тюрьму, а за решётку, где сидели психически больные заключённые. Чимин хоть и приятный парень, но явно с садистскими наклонностями в плане убийств. Причём не только заражённых… До того, как он попал в город, он был лучшим наёмником у своего босса. Но и это не было странным, так как родители этого синеволосого паренька являлись психами, которые расчлинили своих соседей за то, что те как-то включили музыку слишком громко. Это случилось ещё до вспышки вируса, поэтому вышло так, что Чимин родился уже за решёткой. Но когда ему исполнилось пять лет, то их карантинную зону разгромили солдаты «Веры». Конечно же все люди пытались спастись, а про ублюдков с психическими расстройствами все позабыли. Действительно, кому нужны такие жизни? Лучше они сдохнут, нежели окажутся на свободе. И практически все правда погибли, за исключением малого количества… Из-за того, что Чимин родился среди такого окружения, почти каждый день он мог наблюдать за тем, как тот или иной псих начинал бунтовать. Он видел, как охранники били током заключённого, как вкалывали в него успокоительное. Именно поэтому в голове маленького мальчика и сложилась картина насилия очень красочно.       Впервые его руки окрасились красной вязкой жидкостью как раз в пять лет… Первый, кого он убил, был человек из «Веры». А затем Чимина нашёл один из его будуших боссов. Таким образом он и стал наёмником. И да, конечно же с таким человеком очень опасно состоять в близких отношениях, но Чонгук не боялся Чимина. Да, того можно посчитать ненормальным, но он не опасен для своих людей. К тому же, куда в более близких отношениях он состоял с до смерти спокойным Юнги. Две противоположности. Хотя Гук слишком мало был осведомлён о прошлом Юнги. После рассказа о Чимине, честно, ни о ком не хотелось знать ничего подробнее. Чон бы не удивился, если бы каждый второй в этом городе в прошлом являлся убийцей, вором, психопатом. Но как и говорилось ранее, после вспышки все встали на одну сторону. Теперь нет ни хороших, ни плохих, а есть сильные и везучие, такие, как люди из этого города, но есть слабые и неопытные, как одиночки, которые с криками помощи сейчас несутся где-то в лесу, пытаясь спастись от толпы заражённых. Они трупы.       Чонгук взглягул за Чимина и заметил самый главный кошмар даже такого психа, как Чимин. Ладно, он не был его кошмаром, он был его лучшим другом, но даже такой статус не обеспечивал Чимину полную свободу перед этим человеком. Хоть синеволосый и не стоял в строю, не являлся одним из учеников, но всё же именно он был куратором группы Чонгука, поэтому за всех приходилось отчитываться именно бедному Паку. Чонгук накосячил, а Тэхён не любит косяки. Поэтому карандаш в его руке с громким хрустом ломается, а во время мёртвой тишины, которая тяжёоым грузом напряжения повисла во всём зале, это слышалось куда отчётливее. Сломал карандаш, а Чонгук почувствовал, словно кость его руки или ноги, точно не определить. Скорее всего, это был даже позвоночник.       — Вы хотите сказать, что новичок? Он? — на лице Тэхёна появилось непритворное удивление, а затем он окинул напряжённого Чимина нечитаемым взглядом.       — Да, он действительно лучший в группе… Но Тэхён… — не успел Чимин остановить своего друга.       — Отлично, раз именно командир группы и опоздал, то будет отчитываться за всех. Две недели каждодневной работы в конюшне и оружейной. Будешь чистить денники и оружия до такого состояния, пока пальцы не отвалятся. Если онемеют, то я собственноручно ампутирую их без наркоза, — с этими словами светловолосый парень с грозным взглядом приближался всё ближе и ближе, а когда оказался практически вплотную, то прошептал на ухо. — И только посмей попросить у кого-нибудь помощи. У меня хорошая фантазия для наказаний, — опасная ухмылка, а затем он развернулся ко всей группе. — Двадцать кругов бегом! Вперёд!       Все сразу же рванули с места и побежади с бешеной скоростью положенные круги. Никто даже не заикнулся о том, что обычно они бегали кругов десять максимум. Раньше с ними занимались другие преподаватели, сейчас в строй тренеров снова вернулся главный садист. Чонгук не успел понять всего того, что с ним приключилось, как вдруг он и сам невольно подпрыгнул на месте из-за страха, так как два огня вспыхнули прямо на него. Поэтому Чонгук также быстро побежал к своим товарищам, догоняя их.       — Может будешь чуть более мягче с ним?.. — неуверенно выдавил из себя синеволосый омега.       — Ты сам назначил его командиром, а я хочу проверить его на стойкость, — Тэ вцепился взглядом в темноволосую макушку, которая выбивалась вперёд остальных парней.       — Вау, кто-то смог заинтересовать нашего многолетнего ледняка? — подозрительная ухмылка образовалась на лице помощника.       — Он меня раздражает, придурок, — закатин глаза блондин, поправляя массивный ремень.       — Но согласись, он интересная личность.       «Скорее, опасная… Такое ощущение, словно я его знаю, но откуда?» — пролетело в голове у Тэхёна.

***

      Тэхён соврёт, если скажет, что ему не доставляет удовольствие наблюдать за раздражённым Чонгуком, который в одиночестве прибирает конюшню до поздна. Он всегда сначала посвящает своё драгоценное свободное время на чистку оружия, а уже ближе к ночи направляется в конюшню. Это логично, так как в темноте чистить маленькие пистолеты — занятие не из приятных для глаз. Зрение сажать уж точно не хотелось, оно необходимо. И да, конечно, Тэхён никогда не показывался на виду. Вот уже шёл четвёртый день, а Тэ продолжает наблюдать и ему это не надоедает. Забавно смотреть за тем, как Чонгук часто разговаривает сам с собой. Ничего интересного, всего лишь банальные недовольства, но иногда из его уст вырывалось кое-что более занимательное, поэтому Тэхён в такие моменты прислушивался получше. Опять же, ничего сверхъестественного, но некоторые аспекты Ким всё-таки приметил. Например такие, как самые сильные и самые слабые точки Чонгука. Теперь Тэхён знал, куда лучше всего наносить удар в случае чего. И знал, как ещё сильнее вывести из себя этого парня… Для чего Тэ всё это запоминал? Чтобы Чонгук в конечном итоге сам не выдержал и ушёл из города? Скрывать бессмысленно, ведь отчасти это так, но всё же, в большей степени Тэхёну действительно просто нравилось выводить на эмоции новичка. Он не может не согласиться с тем, что Чон, словно яркое пятно во всей его жизни. Появилось так неожиданно и теперь не хочет никак стираться. А может быть, на самом деле Ким не хочет, чтобы Чонгук уходил? Может быть он и сам ещё не понимает, что потихоньку начинает привязываться?.. Нет, быть такого не может. Тэхён ещё четыре года назад поставил себе жирную галочку возое таких пунктов: не привязываться, не доверять тому, кто не покажет себя от корочки до корочки, не открываться кому вздумается, не показывать настоящих чувств. И на самом деле большую часть из этого Киму удаётся придерживаться, но с некоторыми всё же можно поспорить. Воля не воля, но Тэхён уже и без того много к кому привязался. Он уже не может представить свою жизнь без пяти самых верных для него парней. Они ему, словно братья, а Намджун и вовсе как отец.       Список и без того велик, поэтому пополнять его ещё и этим придурковатым новичком, который только что наступил на грабли, тем самым они поднялись и врезали ему палкой прямо в нос… Боже, спасибо, что хоть не вырубился. Тэхён закатил глаза, и честно, еле заметно усмехнулся. Чонгук начал покрывать бедные грабли отборным матом, что вызвало у светловолосого некоторое недоумение. Оказывается, такие великие слова, считающиеся нецензурной лексикой, не забываются при амнезии. Хотя большинство жителей уже и вовсе позабывали про некую особенность Чон Чонгука. Само собой он немного выделялся среди остальных, так как являлся самым последним, кто присоединился к городу, ещё не знал всех тонкостей жизни в пределах этих стен, но всё же, многие приняли его.       — Да чтоб всё это к чёрту! — Чонгук пнул тюк сена, споткнулся об него же и упал лицом прямо в сухую траву. — Блять, заебись вообще.       Темноволосый медленно перевернулся на спину и начал смотреть в одну точку на потолке, размышляя. Что дальше будет с его жизнью? Он проведёт её в пределах города и никак не сдвинется с места? Не то, чтобы это огорчало, так как уходить далеко за пределы безопасности не хотелось, но с другой стороны ему было любопытно, что же там, на другом конце страны или даже мира. Неужели везде обитают заражённые, разнося вирус на большие территории. Хотя если бы где-нибудь продолжала развиваться цивилизация со спокойно жизнью, то об этом знали бы все. Такого места не осталось. Никто из людей не был готов к тому, что в один вроде бы обычный день появится первый зомби, который начнёт заражать новых людей одного за другим.       Да, Чонгук определённо не знал, чего он хочет от жизни. Спокойствие и безопасность, или путешествие и разгадывание тайн. Само собой ему хотелось знать, кто же именно стёр ему память. Мысли об этом не покидали голову вплоть с момента разговора с Намджуном. Тот тогда заикнулся о значении татуировки со знаком «бесконечности» и о «Вере». Но как это связано с амнезией Чона? Неужели именно эта кампания стёрла его память? Такое вообще возможно? Но тогда назревает новый вопрос… почему? Если Чонгук был одним из них, то почему его вышвырнули, словно ненужную собаку? Он натворил что-то ужасное? Вполне возможно, смотря на то, чем сейчас занимается парень в городе. Видимо, никто не способен понять его взгляды на те или иные ситуации, а значит за своё мнение ему приходится принимать наказания. Хотелось бы жить без забот и правил, но это глупо и опасно.       — И что я делаю не так, м? — спросил сам у себя темноволосый.       Тэхён слышал резкую смену тона голоса парня, поэтому любопытство взяло вверх. Он притих, сидя на высокой ветке дерева, прислушиваясь к монологу.       — Я из кожи вон лезу на тренировках, но он всё равно не обращает на это внимание, — с тяжестью выдыхает. — А если и замечает, то смотрит с презрением и совсем недолго.       Тэхён удивился, когда услышал такое грустное высказывание. Ему казалось, что он сам порядком раздражает Чонгука, ведь тот не церемонился и часто говорил об этом, когда оставался один на складе с оружием или в конюшне. Но как оказалось, Тэ глубоко ошибался. Чонгук старается добиться его признания, хочет стать для него другом. Но Тэхёну не нужны друзья, так как они и есть его слабое место. Чем больше у тебя слабых точек, тем легче тобою могут манипулировать враги. Это слишком опасно.       — Кто же ты такой, Ким Тэхён? — с грустью в голосе спрашивает темноволосый альфа у пустоты.       — Тот, за кем всюду следует смерть, Чон Чонгук… — совсем тихо, практически не раскрывая рот, произнёс Тэ с огромным камнем печали на сердце.

"И я боюсь, что твоя жизнь встанет в зону риска, если мы с тобой сблизимся…"