Мам, я фея

— Ветер с моря дул, ветер с моря дул. Нагонял беду, нагонял беду, — тихо пропел я, откусывая пломбир и рассматривая берег на той стороне реки. Волны едва касались моей обуви, пока я махал ногами, сидя на бетонной набережной. Порт у Домино был большим, красивым. Флаги с Драконом развевались на лёгком ветру, открытые площадки были заставлены широкими ящиками, но интереснее был «подводный» мир. Уже были налажены морские порталы между планетами, отчего русалки-моряки на своих конницах из морских существ перевозили ценные грузы, ведь это быстрее и безопаснее космических кораблей. По широкой реке плыли высокоскоростные суда, сверху летали торговые корабли, а где-то сзади по дорогам гоняли машины. Планета пришла в жизнь, цвела и пахла. Столица оживилась гораздо быстрее, чем можно было ожидать. Даже гуманитарная помощь в виде провизии не потребовалась, ведь проклятие не тронуло ни животных, ни растения. Нужны были лишь новые технологии, которые успели появиться за семнадцать лет стазиса. Но, как предрекают метеорологи, климат планеты сильно поменяется. Ведь её заморозили в начале зимы, а сейчас начало лета. С народом всё было… чутка сложнее. Необходимо обучение. Внедрение. Восстановление родственных связей. Это всё требует времени. Моральных ресурсов. Но всё равно большинство людей просто смирилось. Ничего нельзя вернуть. К тому же они вполне были счастливы из-за взрослой Хранительницы. Ведь их не было около двухста лет, а Огонь Дракона уже успел стать какой-то мифической вещью, так как обычные люди не живут столь долго, как маги. Потому Блум воспринимали как мессию, пришедшую по велению самого Дракона. Если не вторым явление Дракона народу… Вдруг мой телефон завибрировал, а я слабо улыбнулся, когда увидел фото звонившей. Вот моя семья. И по крови, и по духу. А не противный герцог. — Да, Блу? — Ты где? — оживлённо спросила она. — На Домино. Плачу от разбитого сердца. — Бедняжка… Надевай свою шкурку «Фела» и иди к воротам замка. С родителями познакомлю. Я чуть мороженым не подавился от такого предложения. — Сейчас?! — Пожа-а-алуйста. Они вцепились меня! Только и спрашивают: а когда ты нас познакомишь, а можно больше фотографий, а кто он! Вот честно — не хочу… Но головой понимаю, что надо. Что надо решать проблемы с королевским статусом. — Х-хорошо, скоро буду. — Ты — лучший! И она отключилась, отчего экран погас, и я увидел свою грустную морду. Мне было так весело от паники людей. От злости всех вокруг. А сейчас вселенная сполна отдаёт мне… Родители… Я так подумал. Жизнь — несправедливая сука. У Блум две полные и счастливые семьи: приёмная и биологическая. У меня их тоже две, но не полные, и одна от меня уже отказалась. А у бедняжки Лукаса ни того, ни другого… И он даже их призвать почему-то не может, отчего сильно расстраивается. Но не о сиротке надо сейчас думать, а о себе любимом. Может, хотя бы Орител с Марион будут хорошими? Иначе я не знаю ни одного нормального человека с восстановленного Домино. Блум ведь говорила, что они тепло и хорошо её приняли. Без скандалов и криков. Да и сама Марион меня откуда-то знает, в отличие от горе-папаши. Но откуда — никому не говорит. Даже на прямые вопросы Блум уходит от ответа или осторожно говорит: «это не твоё драконье дело, доченька». Я утрирую, но факт остаётся фактом. Марион что-то скрывает. *** Блум ждала меня прямо у ворот перед садом и дворцом. Видимо, родители сильно на неё влияют, так как она уже который день ходит в разных платьях. Пышных, коротких, с открытыми плечами, с декольте — всякие разные. Но только платья. Я-то не против, но немного напрягает, что они уже имеют на неё влияние даже в такой незначительной вещи! А ещё там стояла охрана, что лениво зевала, но, заметив меня, выпрямилась. — Привет, — Блум только и успела повернуться, как я уже целую её в щёку и веду ко входу. Охрана что-то хотела сказать, но Блум лениво махнула рукой, и они отвернулись. Ну настоящая королева: командует даже без официального назначения! — У тебя что-то случилось? — вдруг спросила она. — Лицо такое грустное. Я лишь хмыкнул. Даже не знаю, что сказать. Что я получил кучу ненужных титулов? Поругался с папашей? Узнал, что Каллисто какая-то мутная, а дед — ужасный отец? Просто сокращу все эти мысли в пару ёмких предложений. — У тебя чудная семейка, Блум, — всё же сказал я. — Бабушка, похоже — змея. Дед — распиздяй. Дядя — мудак. Его сын — дебил. Блум моё заявление удивило, но она вдруг рассмеялась, обнимая меня за руку выше локтя. А вот мне не смешно. А страшно! Таким людям размножаться нельзя: гены опасно передавать. — Зато очень красивый, — шепнула она с лукавой улыбкой. — Феям-парням другого не нужно. — Чего-о-о?! — я аж замер, с подозрением ожидая пояснений. — Да так, я тебе твоих сородичей покажу как-нибудь. Похихикаем с жеманных мальчиков… С каждой минутой я всё больше и больше жалею, что восстановил Домино. Ничего святого в богоизбранной планете! Ну кроме его магического короля. *** Зря я согласился. Зря-зря-зря. Надо было отдохнуть от тяжёлой атмосферы, а не идти в новую! Выпить пивка для храбрости, поспать немного или руками что-то поделать… Королева и король Домино, то есть самозванцы, сидели за круглым столом сбоку от широкого и высокого окна. Мы с Блум сидели напротив них. А я чувствовал себя на допросе у гестапо. Причём не было «плохого» и «хорошего» копа. Был тяжёлый дядька с нахмуренными бровями и тётенька с мягкой улыбкой, но не менее внимательным и серьёзным взглядом. Эти люди управляют целой планетой. Они явно неглупые. Меня изучали со всех сторон. Мысленно вскрывали. Залезали в голову. Снимали штаны и проверяли, что там. Даже в неприличные места фонариком светили! — Паладин, значит… — пробормотал Орител, когда Блум экспрессивно договорила обо мне. Я пока ни слова не сказал, кроме «здравствуйте». — Какого храма? — Стихий, — с готовностью ответила за меня Блум. — Его лично глава обучал! — Это хорошо. Гюнтер — надёжный человек. Плюс балл от тёщи! Чувствовал я себя собачкой на подиуме. Меня представляют в лучшем свете софитов, расхваливают, говорят: «несмотря на весьма маленький череп, в него помещается весьма неплохой мозг». Конечно! У нимфы Магикса и короля Домино не может не быть мозгов! — А как вы познакомились? — осторожно спросила Марион. — Совершенно случайно! В Магиксе! Я тогда получила от ведьм тёмный артефакт, а Фел… Блум с энтузиазмом начала рассказывать историю нашей пылкой любви, пока я, лениво кушая салат, старательно делал вид, что не замечаю взгляда её отца. Он изучал меня с детальной точностью. Как будто хирург, который собирается провести сложную операцию. А вот Марион казалась милой и приятной женщиной… И это очень страшно! Потому что я понял одну житейскую мудрость. Чем скромнее и приятнее на вид девушка, тем больше в её голове ебутся демоны! — А ещё мы планируем в ближайшее время пожениться… — Ну-ну, — наконец-то подал голос Орител, перебивая Блум. — Ещё рано. Тебе даже двадцати одного нет. — Но Вы с Марион поженились примерно в это же время! — возразила она, получая в ответ хмурый взгляд. И я снова чувствовал себя мебелью. Бесполезным торшером. Ну или джинсами, которое активно втирают на рынке. — Как раз после моего совершеннолетия, — мягко, но твёрдо сказала Марион. — Так что подождите ещё три годика. — Без проблем, — ответил я, не давая слово Блум. — То есть жениться ты не планировал? — тут же переключился на меня Орител, а я от удивления даже проморгался. — А… Но Вы же сами сказали, что… — Значит, ведомый и легковерный, — перебил он и что-то записал к себе. Минус балл от тестя! Я понял. Больше здесь рот не открываю. Улыбаюсь, машу, но молчу. Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу. — Ах, да! Мы хотели бы выбрать тебе ещё одного рыцаря… — и она косит взгляд на меня. — Ох, если Вам будет спокойней, то конечно! — тут же сказал я, понимая, что Марион так обращается ко мне. Раз я записался в «ведомого», то получать характеристику «перечит тёще» точно не буду. — Мне, конечно, Фела с головой хватает, но если вам так хочется… — рука Блум легла на мою. — Он всегда спасал меня. И я верю в него! Вот! Молодчинка, Блум! На этом ведь можно сыграть. Я, даже лично не пообщавшись с ними, прекрасно вижу — они любят дочь. А я вытаскивал её зад постоянно. — Не хочу хвастаться, но я и правда лучше всех защищал и буду защищать Блум… — гордо начал я, а Орител вдруг перебил меня: — Лучше всех? Такой хороший мечник? Ой. Бляха-муха! Меня же чистым паладином считают, а не волшебником… Когда я там последний раз меч держал?.. Когда пытался проткнуть бабушку и гоп-компанию? Восхитительные противники. — Ну-у-у… Я… — Понятно, — Орител резко встал из-за стола и направился к выходу. — За мной. И на площадку. — З-зачем? — но я не дёргался. Авось пронесёт?.. — Проверю твои навыки. Я коротко качнул головой, но замер. С этого мероприятия слиться надо всеми возможными способами. Он же какой-то классный фехтовальщик с собственным стилем. Феликс его, конечно, щелчком пальцев снесёт, а вот Фел с визгами бегать будет. — А у меня меча-то нет! — нашёл я отговорку, но тестя она не впечатлила. Наоборот, раззадорила. — Рыцарь без оружия?! Что за позор? Сразу вспомнился Гюнтер, который орал на меня, когда по глупости меч забывал. Точно такую же фразу говорил! Только ещё и кидался на безоружного малыша, пытаясь выбить забывчивость. — Знаете, я сегодня не в форме и не планировал… — Ты думаешь, что на Блум нападут по плану?! Ты всегда должен быть готов! — Орител, — остудила его Марион, но больше ничего не сказала. — Или ты испугался? — Немного… Атмосфера в комнате накалилась. Блум не знала, чью сторону занять и что сказать. Марион своё дело сделала — попыталась успокоить мужа. Этот самый муж напирал на меня, а я… Просто согласился. Не хочу выкобениваться на чужой территории. — Хорошо. Я схожу. Вставал я о-о-очень медленно. И шёл с самым унылым выражением лица, на которое был способен. Меня сейчас отпиздят. С особой жестокостью. С маниакальной улыбкой. И шёпотом: «чтобы больше к дочурке не подходил». Ну или я легко выиграю его с помощью магии, потому что даже без Пламени способен с лёгкостью завалить умелого мечника. Ещё бы фея с четырьмя превращениями и нимфа Магикса не могла мечника победить!.. Но сейчас я паладин. Без меча и знаний. Вспоминай, дырявая башка! Но как назло — вся теория из неё вылетела. Была защита. Как связать её и чтобы одна срабатывала быстрее другой. Дохрена рун. Рассеивание. Особые проклятия. Заклинание противоположностей. А как драться на достойном уровне палкой-копалкой — пропало… Не полностью, что-то я помню, но этого явно недостаточно, чтобы показывать королю и впечатлить его. На тренировочную площадку, куда мы вышли, светило дневное солнышко, там тренировались рыцари, но с обычными мечами. Насколько я знаю, энергомечи, которые сейчас используют специалисты, были созданы после падения Домино. Поэтому тут обычные, металлические. — Добрый день, Ваше Величество! — раздался громкий голос, и к нам подошёл высокий и крепкий дядя с аккуратной тёмной бородкой. — Новобранца привели? — Мой возможный зять. Проверить навыки хочу. Мне уже нравится, что он не ставит на мне крест! Не говорит: «да дурачок местный, хочу дворником здесь пристроить» или «моя груша для битья, не обращай внимания». — Барьер ставить надо? — озадачено спросил рыцарь, а Орител кинул на меня долгий, изучающий взгляд. Я лишь мило проморгался и улыбнулся. — Не надо. Понял. Магию буду контролировать. Меня же ранить, даже при всём желании, он не сможет — защита от физических воздействий самая простая в моей конфигурации. Когда рыцари ушли на трибуны, мы вышли в середину поля. Меч мне выдали точно такой же, как у Оритела. Меня радует, что он не достал какой-то убермеч, чтобы отмудохать меня, а поступил честно. — До первой крови, — сказал он, а я быстро кивнул, пытаясь принять позу поудобнее. Но она ему не понравилась. — Это что за стойка? — Э-э-э… Чтобы сбить противника? Чтобы он подумал, что у ме… Я даже договорить не успел, как Орител кинулся на меня. Совершенно не по-рыцарски! Никаких поклонов, пожелания хорошей битвы: просто в тупую напал! И пришлось неловко защищаться. Его удары были рубящими, широкими и агрессивными. Я только и успевал ставить блоки, которые под адреналином вылезли из памяти, и убегать подальше, боясь попасть под смертельные удары. Ёбаный позор! Все знания, все умения остались там — в Системе, которая за меня училась. Я лишь мог вспоминать картинки, как я двигался. Как защищался Гюнтер. Или другие мечники. Выходило не так плохо, как я думал: защищался я на уровне… каком-то. По взгляду Оритела и остальных вижу, что в их глазах я просто мусор… Вот снесу я их ветром или бесшумно телепортируюсь за спину, давая смачный подсрачник, тогда и посмотрим!.. Ой! Резкий выпад вперёд, как жалящий укус от осы, я успешно пережил: отпрыгнул назад, использовав совсем немного магии, да и незаметно! У меня был единственный плюс: я отлично уклонялся, мою реакцию никто не отобрал. Ведь я тренировал её на молниеносных заклинаниях, а простой человек явно их медленнее. — Либо храм Стихий обнищал на таланты, либо ты такой. Я закусил губу, проскользив немного назад из-за сильного удара, который заблокировал мечом. Ладно, довольно унижений маленького Фели. Я последние полгода рос в магии не для того, чтобы какие-то мечники меня оскорбляли. Я отбрасываю меч в сторону, ловя недоумение от Оритела, и тут же, за доли секунды, собираю в руках мощный шар Воздуха, что поднял клубы пыли и разворошил мне волосы. И одним чётким движением кидаю его прямо в короля. Несмотря на то, что на нём висели защитные амулеты, ещё и селективно работающие, моё заклинание с силой его оттолкнуло, из-за чего меч Оритела выпал, а сам он кое-как удержался на ногах. Я тихо выдохнул, скосив взгляд на десяток рыцарей, что наставили на меня мечи, стоило мне кинуть заклинание. Прямо по кругу стоят. В моих руках кружится энергия Воздуха, готовая в любой момент их растолкать, как карточный домик. Но я держусь. В их серебряных мечах вдруг загорелись камни Шааба — так сказать, пробная и урезанная версия моего Пламени. Но заклинание моё, когда рыцари их активировали, стёрли спокойно. Я знаю, как обойти его, но не буду. — Позвольте признаться: я маг, а не паладин, — спокойно сказал я, когда Орител пришёл в себя. — И, честно говоря, мечник из меня средний. Точно Вам в противники не гожусь. Он нахмурился. Стоявший рядом глава рыцарей тоже не был в восторге. Но Орител всё равно махнул рукой, и все стройно, по команде отошли, убирая мечи в ножны. Настолько это синхронно было, что я даже восхитился. Они репетировали это? — Почему молчал? — Вы были очень настойчивы, — я пожал плечами и щёлкнул пальцами, отчего выкинутый мной меч вернулся на место, а оружие Оритела подлетело к нему. — Если Вам угодно, могу продемонстрировать заклинания посильнее. Он с хмурым взглядом взял меч, но передал главе рыцарей. А сам уверенно подошёл ко мне широким, твёрдым шагом. Его люди сделали шаг назад. — То, что ты маг — очень плохо, — начал он спокойно. — Твой враг рассеивает магию. — А кто мой враг, не напомните?.. — Хранитель Саламандры. Поэтому нужно приставить к Блум побольше физически сильных рыцарей… Ха-ха… Меня записали во враги народа, даже ни разу со мной не встречаясь. Справедливо. Я же, блядь, в этом мире только плохое делал! Доведут ведь. И уйду к тем, кто меня ценит. И будут все глазами хлопать, удивляясь, почему я хожу в чёрном плаще и с унылым лицом. — Когда я наводил на тебя справки, там про мага было совсем мало… — вдруг сказал Орител, чуть прищурившись. — Скрытный ты. Подозрительно. — А кто любит, когда в его жизнь лезут? Я вам лично говорю: я обучался фехтованию с нуля три года. Причём осваивал сразу все стили. — А магии? — Чуть больше. Но у меня к ней талант, — пожал плечами. Не назвал бы это «талантом», просто из-за математического склада ума и прошлой жизни с явно техническим уклоном, мне практически ничего из теории учить не нужно было. Но Орител на это ничего не ответил. — Значит так, я тебя принимаю. Ты парень неплохой, про тебя только хорошее говорил мой старый друг. Но обидишь мою дочку… — Понял! Он кивнул и круто развернулся, молча отправляясь восвояси. Осталось лишь как-нибудь изъебнуться и поднять репутацию Феликса до уровня Фела. Это, по всей видимости, задача с тремя звёздочками, потому что даже представить не могу, за что добрейшего души человека можно так невзлюбить… Я смотрел Орителу вслед, сжимая кулаки. Ну давай, Фелька! Ты же смелый парень! Целый король Домино!.. — Ваше Величество! — крикнул я, но он даже не обернулся, лишь бросил: — Что? Я сразу подбежал к нему и пошёл в такт, идя позади. Тут слов не надо подбирать, надо от души говорить, как есть. — А Вы уверены, что Феликс — наш враг? — на его взбешённый взгляд, который Орител бросил на меня из-за плеча, даже остановившись, я поспешил добавить: — Признаю: его отец мерзкий, противный, гадкий моральный урод! Но Феликс очень хороший и простой парень от народа! Они вообще не похожи! — Зато он похож на Артаксерксеса! А это ещё хуже! — Только внешне! — возразил я. Пыжиться ради Магикса настолько самоотверженно я точно не буду. Только ради близких и друзей. — А клоунада на суде? — Но… — А помощь и пресмыкание перед тёмными? — он напирал на меня, когда я делал короткие шаги назад. — Ну… — А его беспощадный «героизм»? Орител остановился, когда я уже упёрся в стену. Похлопал по плечу и даже с улыбкой сказал: — Просто поверь мне, этот щенок — наш враг. — Хорошо… И он ушёл по своим важным, королевским делам. А я понял: переезжаю к Аркадии. Она единственная меня не обижает, а только помогает… Или на диванчик к господину Маджи. Там тоже добрая атмосфера. *** — У-у-у! И я радостно хихикнул, когда моё зловещее «у-у-у» эхом распространилось по пустому замку, отражаясь от стен длинных и пустых коридоров. Здесь ночью та-а-ак мрачно, как в хоррор-квесте! Только патрули шастают. А я думал, что тёмные маги — зверюшки ночные… Интересно, зачем меня вызвали в «темноград» на ночь глядя? Причём не Лукас. А Дункан. Он позвонил где-то полчаса назад с телефона мелкого, сказал, чтобы я шевелил задом и мчался к ним на первой космической, и сбросил трубку. Я даже слова не смог вставить. Честно? За такое отношение к королю Домино и нимфе Магикса хотелось послать его, но любопытство Хранителя было сильнее. — Ты быстро, — вдруг раздался сзади голос подошедшего Дункана. — Пойдём. Я даже поздороваться не успел, как он, обогнув меня, быстро пошёл вперёд. Но не побежал. Благородные и тёмные лорды, пусть и бывшие, не бегают — только глаза закатывают… Это он ведёт себя противно на людях, на самом деле Дункан — зайка. С лёгким бешенством. Передёрнув плечом, пришлось бежать за ним. Но Дункан молчал, ничего не объясняя и словно игнорируя моё существование. Ну мы короли не гордые, сами спросим: — А можно узнать, зачем меня ночью вызвали? — Твоя Капля созрела. Лукас весь день мучался из-за неё. Моя няшечка-вкусняшечка выросла! Я протёр ладоши, сдерживая хихиканье. Дункан не оценит, ему больше грозные раскаты нравятся, чем невинное фейское «хи-хик». Он вошёл первым, а после и я осторожно заглянул в покои юного лорда, подмечая отсутствие нормального света, лишь небольшой ночник освещал измученное лицо. Лукас полулежал на кровати под одеялом: с мокрой тряпкой на лбу, всклоченными волосами и в целом помятым внешним видом. Выглядит бледнее, чем обычно. Устало смотрит вперёд себя. Аж по голове его потрепать захотелось, настолько несчастно ребёнок выглядел. — Выглядишь так, как будто родил, — честно сказал я, входя полностью. — И чувствую себя так же, — он криво ухмыльнулся и слабо качнул головой в сторону. Повернувшись, я заметил на столе небольшую прямоугольную шкатулку и подошёл к ней. Лукас никак не отреагировал, когда я открыл её и достал большой такой тёмно-красный камень. Благородного багрового цвета. От Капли пахло чистой, но на удивление вкусной тьмой… Что-то вроде сладкой ежевики. Интересно, её специально духами побрызгали или это мой мозг на неё так реагирует? — Вы просто так её отдаёте? Даже официального мероприятия не будет? — тихо спросил я, крутя кусочек зла в руках. Мощная игрушка. — Ты никому не нужен, — пробурчал Дункан, меняя тряпку на новую. — Забирай и уходи. — Кроме Маджи и Санакана, — тут же добавил Лукас. — Они попросили тебя зайти к ним после получения. — Подраться за побрякушку? — Не знаю. Ну я за эту красоту драться только так буду! Это же какое поле для исследования тёмной магии!.. Только жрать я её пока не буду, а то вдруг… Тёмной нимфой стану! А там просто отвратительные дебафы: дебильный смех, тёмный костюмчик, фетиш на перевёрнутое. Не-е-е, я больше в рот всякую каку пихать не буду — урок усвоен на собственной шкуре. — Спасибо. Я правда ценю твой подарок и выбор. Лукас коротко кивнул и упал на кровать, отворачиваясь в сторону окна. Дункан остался с ним: не гладил по голове, не утешал какими-то глупостями и не плакался. Но я ясно видел, что он волнуется и переживает. Ну зайка же! В слух такого говорить, ясное дело, не буду. Я, попрощавшись с обоими, вышел в тёмный коридор, вдыхая чистый воздух, без концентрированной негативной энергии. Кажется, обряды по созданию Капель проходят гораздо сложнее, чем у Искр. Жалко, что у меня нет возможности подарить свою Искру и Блум, и Лукасу. Эти двое могут раздавать свои плюшки направо и налево, а Хранитель Саламандры может выдать её одну за всю жизнь. Своему преемнику. Ну или тому, кто ему нравится, но потом обязательно забрать. Чтобы из искорки возгорелось Пламя. Время, кстати, уже за полночь. Интересно, зло спит?.. Да какая разница! Очень сильно хочу злобно посмеяться над Санаканом, тыкая камнем ему под нос… Хотя, с другой стороны, я не очень хочу идти к старому тёмному магу в личные покои. И даже не потому, что боюсь, что меня там на органы пустят. Вдруг он в коротеньком халате выйдет?! Я же знаю, что у него с головой серьёзные проблемы. И на одежду это, обычно, тоже распространяется. Сейчас подойду, а дверь мне откроет полуголый дядька в колпаке и с ночным горшком в руках!.. Свет из-за его двери был, но очень слабый, потому я осторожно постучался. И мне сразу открыли. Как будто Санакан под дверью стоял… А ведь я был прав, действительно — халат. Синий, на вид очень мягкий, с таким только в баню. Но, слава Дракону, длинный. Хотя и на половину распахнутый, отчего я скривился. Крепкий маг — отвратительный для меня противник. И мне ужасно раздражает, что из всех тёмных магов именно он уделяет внимание своей физической подготовке. — А! Это ты! Проходи… Он круто развернулся, позволяя мне войти. Опять темно! Всё же тёмные маги — зверюшки ночные. Я внимательно и быстро вертел головой, осматриваясь… Думал, будет хуже. Комната у него нормальная, в отличие от кабинета. Минималистично. Много книг. Свитки аккуратно сложены в отдельный шкаф со стеклянными дверцами. Какие-то приборы магические стоят. Но здесь ничего не выдаёт личность живущего. То есть никаких украшений, мелочёвки, каких-то сувениров. Стерильная комната, где может жить любой… Я никогда этого не говорил, но я его боюсь. Санакан не пьёт и не курит. В игры явно не играет. Ничего запрещённого не употребляет. Явных хобби нет… Поэтому мне даже представить страшно, как он расслабляется! Надеюсь, он просто жрёт сладкое. — Чего в дверях встал? Ты не стесняйся. Проходи! Кинув взгляд в сторону, я заметил, что на записи, лежавшие на столе, неярко светила лампа, таким могильным и холодным светом. Люблю такой свет. Как в морге. — Ты работаешь даже по ночам? — Это не работа, — уточнил он с улыбкой, на моё удивление садясь прямо на краешек своего стола. — А личные исследования. — А я думал, что вы ночью живёте. Тёмные… Ночь… — зачем-то пояснил я. — Стереотип существует из-за Облачной Башни. У бедных девочек ужасное расписание — занятия с пяти вечера до утра… — пробормотал Санакан, проводя пальцем по своим записям. — Поэтому я и инвестирую в неё: укрепляющие зелья, улучшение программы, больше преподавателей для сокращения нагрузки, помощь с переездом сюда… И он смотрит мне прямо в глаза. Так неприятно и неловко стало, как будто это я лично расписание такое составил, отчего, передёргивая плечом, пришлось сменить тему: — А я тоже исследование провожу. — Какое? — Сколько нужно тёмных магов, чтобы вкрутить лампочку… — ответил я, сложив руки на груди. — И уже понял. Нисколько, вам же свет не нужен. — Хорошо подмечено! Мы же прекрасно видим в темноте… Поздравляю с Каплей, кстати! Спохватившись и вспомнив, зачем вообще пришёл в логово к дракону, я достал коробочку из кармана и открыл её, показывая своё сокровище. А она всегда светилась?.. — Смотри и завидуй. Новенькая, красивая. И не от сифилисного, больного дедушки! — Ты заслужил. Санакан вдруг без разрешения вытащил из футляра мою Каплю, довольно рассматривая. Как будто она его!.. Он же не может её украсть? Лукас же привязал её ко мне?.. — А чего рожа такая довольная? — Чистая, как слеза младенца… — пробормотал он с улыбкой, игнорируя мой вопрос. — Возможно, именно этой капельки не хватало, чтобы пробить твою плотину. — А? — Это частица самого Феникса. Тёмного Божества. В ней концентрированная и чистая тёмная энергия… — пояснил Санакан, не отрывая взгляда от Капли. — То, что невежа называет «злом». Он вложил Каплю обратно в коробочку, похлопывая по ней. И улыбнулся так зловеще. — И она поможет пробить «мораль», чтобы правильные мысли смыли остальное. Поглоти её прямо сейчас. И увидишь мир гораздо шире. Я так и знал! Что эта хрень превратит меня в злюку. Ну или в солевого: они тоже под приходом всякое видят. — Э-э-э… Спасибо. Я реально хотел её поглотить. А ты меня отговорил. — Отложил это событие, — поправил он, перекидывая одну ногу на другую. — Ты её поглотишь. Не отрицай. Мне искренне не нравится, куда завёл наш разговор. Опять. Мы каждый раз приходим к одному и тому же! — Так и скажи, что ты просто завидуешь… — Рано или поздно я получу такую же, — перебил он. — А время для проживших своё магов, что умеют ждать, ничего не значит. Я скривился. Древний — а ума нет. Точнее есть, очень даже неплохой, но загрязнённый всякой гадостью. — Вот и жди очереди. А я… — Носи её с честью, помня, что был удостоен наивысшей награды от Лорда: доверие, — закончил он торжественную, но бескультурную речь. Ведь вновь перебил меня. — Всё-таки у тебя дар… — пробормотал я в ответ, захлопывая футляр с Каплей и убирая её обратно в карман. — Какой? — Портить мне настроение. Это ещё мягко сказано. И я круто развернулся, с острым желанием уйти отсюда в более комфортную атмосферу. — Не останешься на ночной чай? — вдруг спросил он, когда я почти вышел из комнаты. — Нет, я пойду к господину Маджи пить виски. Он поприятнее тебя в общении. — Бросать тебе надо, — от этого заботливого тона у меня дёрнулся глаз. — Алкоголь до добра не доводит, особенно в столь юном возрасте. — Спасибо, па-а-ап, но я сам разберусь, — и я громко хлопнул дверью.